Волчий Мейстер

Даже днем в большом красном шатре горели шесть восковых свечей на серебряных и золотых канделябрах. Полдюжины богато украшенных стульев стояли вокруг стола орехового дерева, и высокий, широкоплечий мужчина сидел в прекрасном кресле, его бледно-зеленые глаза сосредоточились на письмах. Тайвин Ланнистер заплатил целое состояние за специальных воронов, которые могли вернуться в его палатку. Мейстеров, сопровождавших птиц, держали под строгой охраной, чтобы сообщения оставались в строгой конфиденциальности. Створки палатки открылись, и в нее вошли четверо мужчин. Самый крупный, восьми футов ростом, с массивными плечами и руками размером со ствол дерева, возвышался над остальными, хотя двое других мужчин были сильными и мощными бойцами. Один из этих воинов, с темно-медными волосами до плеч, которые соответствовали его полированным бронзовым доспехам, шагнул вперед. — Лорд Ланнистер, северяне укрепляют северную и западную стороны Трезубца, недалеко от слияния трех Зубцов, — доложил Аддам Марбранд. — Как давно? — поинтересовался Тайвин. — По крайней мере, четыре дня, а может, и больше, — ответил Марбранд. — Почему мне не сказали раньше? — спросил Старый Лев. Мужчина без подбородка, одетый в желтый камзол с синим петухом, дрожал от страха. Остальные трое были менее трусливы. — Люди Клигана вели разведку на севере. Дюжина была найдена днем раньше, повешенная на деревянной виселице на южном берегу реки. Вороны пожирали их глаза. Мы полагаем, что они пробрались туда, чтобы шпионить за северянами, и были пойманы. Клиган допрашивал крестьян. Знамя Белого Волка развивается уже несколько дней. — Я убью этого ублюдка Сноу. Я вырежу ему глаза и разобью голову, — зарычал Гора. Тайвин с отвращением посмотрел на своего монстра. — Так почему же ты этого не сделал? Я дал тебе тысячу человек. Человек без подбородка сложил руки вместе, больше похожий на септона, чем на рыцаря. Харис Свифт выглядел таким же храбрым, как петушок на его гербе. — Там мили и мили стен, десять футов высотой, с рвами и шипами. Дюжина сторожевых башен возвышается над крепостными валами, и каждый день строятся новые. Из-за стен все время идет дым. Кто знает, какие грязные ритуалы и мерзкое колдовство творит этот ублюдок, — разглагольствовал Харис. Тайвин пересмотрел свое мнение. У петушка было больше смелости и здравого смысла, чем у рыцаря Корнфилдда. — Милорд, я прошу чести возглавить атаку. Волки схватили моего отца. Моих кузенов тащили в цепях от Золотого Зуба до Риверрана, — вызвался Лайл Крейкхолл. Аддам Марбранд лучше скрывал свои эмоции. — Лорд Ланнистер, я был бы рад возможности испытать свою сталь против этого Сноу. Мой отец, может быть, и остался жив, но я хочу отомстить за своего брата, сестру и племянника. Тайвин фыркнул и пристально посмотрел на Клигана. — Ты что, размяк, Клиган? Он убил твоих людей. Переправься через реку и убей его, — Григор вышел из палатки, а Харис Свифт последовал за ним. Ланнистер уставился на двух разъяренных рыцарей. — Эта атака — гиблое дело. Я думал, у вас двоих больше здравого смысла. Что изображено на военном знамени Старков? Силач выглядел растерянным, как и его свирепый, но не слишком умный отец. Ответил сир Аддам. — Рычащий серый лютоволк на белом поле. — В наших отчетах не упоминается, что у этого бастарда есть собственный герб, и все же он появляется, летая на белом волке. Почему? — Тайвин сам ответил на свой вопрос. — Он хочет, чтобы мы знали, что он там, чтобы вы напали на него. — Лорд Ланнистер, мы все хотим напасть на него. Мы знаем о его преступлениях в Западных Землях. Если мы пошлем туда десять тысяч человек, то сломим его оборону, невзирая на стену, — вскинулся Марбранд. — А сколько человек вы потеряете? Как вы думаете, что приготовил Сноу? Железные шипы? Он выроет ямы и поймает вас в ловушку. — Это убьет не больше пары сотен человек. Но мы все равно победим и пересечем Красный Зубец, — сказал Марбранд. — Наши разведчики говорят, что основная армия на Западе. — Нет, Клиган растратит своих ублюдков, чтобы обезвредить ловушки. Некоторые работы подходят для собак и коз. Львы нападут, когда мы будем готовы, — сказал Тайвин, отпуская их. Он позвал мейстера и послал ворона на постоялый двор "Коленопреклоненный".

***

Робб поприветствовал сира Бриндена, когда тот повел дома, присягнувшие Талли в командный шатер. Прошлой ночью Старк и его стражники проехали мимо гостиницы "Коленопреклоненный". Они разбили лагерь у Речной дороги, и к ним присоединились речники с запада и юга. Люди Пайпера и Вэнса все еще маршировали, но большая часть армии уже собралась. Даже Русе Болтон и Рикард Карстарк присутствовали на встрече, хотя их пехота была в двадцати милях позади, возле гостиницы. Вендел Мандерли и Дейси Мормонт стояли ближе всех к Роббу, пока он изучал большую карту Речных Земель. Сир Робар и сир Эммон отвечали на вопросы о Тиреллах, в то время как новички стремились услышать дикие истории о предательстве Баратеона и Красной ведьме. Робб был рад отвлечению внимания, позволившему Черной Рыбе и Мартину Риверсу спокойно поговорить о вражеских силах. Армия Ланнистеров находилась менее чем в сорока милях. — Стены просто поразительны. Первин вернулся с докладом. Белый Волк построил многие мили оборонительных сооружений, рвов, башен, стен. У него есть скорпионы, требюшеты, баллисты и другое всякое ужасающее оружие. Он даст Львам жестокий бой, — в восторге доложил сир Стеврон. — У Сноу так же есть катапульта! Катапульта Джон Амбер. Мой сын нанесет могучий удар, точно так же, как он сделал это в Зубе и в Шепчущем лесу. — Хостер и Бринден тоже там, — сир Лукас Блэквуд говорил о двух своих братьях. — Блэквуды построили стены и будут защищать Красную развилку вместе с сиром Эдмуром. — Тогда они будут сметены. Бринден Блэквуд не отличит меч от своей задницы. А Хостер — ну, этот мальчик так слаб, что мои девочки могли бы сломать его как веточку. И если люди Блэквуда построили стены, то они, без сомнения, упадут от сильного ветра, — ядовито заявил Джонос Бракен. — Ты старый дурак. Ты надеешься на наше поражение. Ты собираешься предать нас Ланнистерам? — зарычал Титос Блэквуд. — Здравый смысл на лицо, болван. У Сноу всего две тысячи человек. Если Ланнистеры начнут атаку хотя бы с половиной своей армии, стены падут, — взвился Бракен. Двое лордов сошлись лицом к лицу, а их родственники, Гарри Риверс и Хендри Бракен, столкнулись лицом к лицу с сиром Лукасом и маленьким Беном Блэквудом. Бен был новым оруженосцем Карила Вэнса и казался крошечным по сравнению с широкоплечим и крепким Хендри. Лорд Титос был на несколько дюймов выше, но Лорд Джонос был тяжелее, с широкими плечами и мощными руками, растолстевшими от старости. Робб вздохнул. Никто не мог разрешить вражду между Блэквудами и Бракенами, но на одну ночь у него было достаточно споров. — Остановись. Лорд Бракен прав, — строго сказал он. — Если Ланнистеры перебросят свою армию через Красный Зубец, они разрушат стену. Десять тысяч человек могли бы смести эту оборону. — Но... Но... разве мы не должны послать больше людей? Что тогда будет с мейстером Сноу? — потрясенно выдавил Большой Джон. — Джон, скорее всего, умрет. Даже самый лучший полководец не может победить более чем вчетверо превосходящее его число, тем более западники лучше вооружены, — сказал Робб потрясенной толпе. — Что является ключом к победе над Лордом Тайвином? На чем сосредоточился Джон с тех пор, как был убит мой отец? В палатке воцарилась тишина. Он сам ответил на свой вопрос. — Еда, мой брат сосредоточился на еде, она хранилась в повозках, охраняемых пехотой. Сир Бринден? — Фургоны в сорока милях от Трезубца. Чтобы добраться до Красного Зубца, потребуется четыре дня. И переход будет медленным, — ответил Черная Рыба. — Если Ланнистеры пошлют всю свою кавалерию через Трезубец, они бросят свой обоз. Мы могли бы контратаковать фургоны и захватить их припасы. Люди, держащие Красный Зубец, умрут. Но армия Ланнистеров будет обречена, — продолжил Робб. — Старк, мой сын Эддард на северной стороне. Как вы могли бросить его? — воскликнул Рикард Карстарк. Два его старших сына, Харрион и Торрхен, нахмурились. — Лорд Карстарк, если я готов пожертвовать своим братом, то вы можете потерять одного из своих сыновей, — рявкнул Робб. — Если они пересекут Зубец, Ланнистерам придется пройти более трехсот миль до Золотого Зуба. Как будут жить их люди без еды и припасов? Они умрут с голоду задолго до того, как вернутся на Запад. Они не могут пересечь Синий Зубец. Наши войска удержат юг. Если они убегут на север, мы раздавим их у Трезубца или залива Железных Людей. Милорды и рыцари, Джон все это знал. Мы с братом планировали это вместе. Он вызвался держать Зубец. Две тысячи жизней купят победу над двадцатью пятью тысячами, если Лорд Тайвин отдаст приказ о полной атаке. — Лорд Старк, неужели нет другого выхода? — спросил сир Бринден. Робб пожал плечами. — Мой брат не думает, что Лорд Тайвин пошлет всю свою кавалерию. Джон считает, что Старый Лев слишком осторожен, и что после Сломанного Моста и Золотого Зуба Тайвин будет сначала прощупывать и искать слабые места. Джон ожидает, что Львы пошлют несколько сотен человек, потом тысячу, и только когда те потерпят неудачу, пойдут в полную атаку. В таком случае у нас есть несколько дней, и наши силы будут готовы атаковать Ланнистеров с фланга во время атаки. — Но вы уверены? — спросил Большой Джон Амбер, беспокоясь о сыне. — Нет, Лорд Амбер. Тайвин Ланнистер может быть осторожен, но его люди — нет. Гора, наемники и западные рыцари – они не отличаются своим терпением и осторожностью. Но есть цена, которую нужно заплатить в битве, а дом Старк вел войны в течение восьми тысяч лет. В полумраке, опустившемся на палатку, он не заметил ни тени беспокойства, промелькнувшей на лице Русе Болтона, ни бормотания Раймана Фрея. Он вспомнил слова отца: "Лорд может любить людей, которыми он командует, но он не может быть им другом. Однажды ему, возможно, придется судить их или отправить на смерть. Мой брат, подумал Старк, возможно, я послал его на смерть. Но Джон знал. Он не уклонялся от исполнения долга. И Робб тоже не хотел.

***

Добыча исчезла за медным озером. Кролики, козы, кабаны, олени. Запах лошади и мула был сильным, но их охраняли люди с острыми копьями и топорами. Нимерии было все равно, но ее маленькие родичи боялись людей, даже мертвых. Ее стая была изможденной и молчаливой, сотни волков жаждали добычи. Они смотрели на нее, Альфу, как на проводника. И она пошла на север, ведя свою стаю. Они проходили через сожженные деревни, кости людей, свисающие с яблонь, сорванных без всяких плодов, и разрушенные фермы без признаков жизни. Волчица принюхалась. В зарослях ежевики и зарослях кустарника, вдоль узких оврагов и канав, скрытых от дорог, Нимерия чувствовала запах девушки, ее девушки. Когда-то худенькая маленькая девочка, которая обнимала ее, баюкала во сне и даже пыталась искупать. Лютоволк потеряла эту девушку где-то рядом с глубокими и быстрыми водами, где с полузатонувших деревьев капала солоноватая вода. Нимерия вспомнила объятия плачущей девочки, потом много болтовни, а потом брошенные камни, которые попали ей в морду и ребра. Но это было тысячу лет назад, когда она была слабой и маленькой. Теперь она выросла, стала королевой среди волков — сильной и свирепой, как братья ее помета. Нимерия первой услышала звон колокольчиков за деревьями. Мужчины на лошадях, во главе с одним с тремя серебряными колокольчиками в длинных заплетенных волосах, смазанных каплями жира. Они ехали под дождем, вооруженные кожей и цепями, звеня мечами и топорами. Четверо мужчин, бормоча что-то на своем человеческом языке, указывали в темноту, настороженные, как оленята. Нимерия подождала, пока мужчины проедут мимо и лошади начнут фыркать и ржать от страха. Она бросилась вперед и вспорола брюхо коричневого скакуна, кровь и кишки рассыпались по грязной дороге. Другие лошади закричали и встали на дыбы от ужаса, а десятки других волков бросились в атаку сквозь дождь. Ее братья и сестры убили волосатого человека, разорвали ноги и руки смуглого человека и растерзали бледного человека, убегающего, когда его лошадь поддалась укусам в бедра и колени. Только человек с колокольчиком удержался в седле и вытащил изогнутый металлический коготь, стоя на месте. Нимерия скользнула в тень, и когда мужчина замахнулся клинком, волчица прыгнула и сомкнула челюсти вокруг шеи, прокусывая волосы, кожу и кости, кровь брызнула в воздух. Ее лапы приземлились на мускулистую спину лошади, разрывая ее, пятнистый жеребец тяжело упал на землю. Нимерия выплюнула три серебряных колокольчика, и голова покатилась по земле. Стая набросилась на раненых лошадей и сожрала их живьем.

***

Черный дым от двух дюжин костров плыл на юг над Трезубцем. Северяне и речники срубили все деревья на северном берегу реки. Бревна, толщиной с бедро человека, были сложены в огромные кучи, которые должны были быть заточены наверху и закалены огнем. Это были колья, и Джон использовал огромное количество древесины с пользой. Три тысячи человек шесть долгих дней трудились, чтобы построить ряд укреплений, не похожих ни на какие увиденные прежде в Речных Землях. Армия Джона насчитывала две тысячи человек, но Маллистеры, Блэквуды и даже любопытные отряды других командиров вызвались добровольцами. Эддард Карстарк и Маленький Джон Амбер работали, а Четт, Герион и другие ребята из зимнего городка носились туда-сюда, передавая приказы. Сноу стоял у частокола высотой в десять футов, в тысяче футов от северного края Красного Зубца. Даже лучший лучник из Вороновых Зубов мог стрелять только на тысячу футов с лука из Чардрева. В двухстах футах от реки Джон соорудил первую траншею, десять футов шириной и десять футов глубиной, в форме зубчатой буквы V, которая протянулась на все две мили бродов. Края были закреплены на Красном Зубце, когда он становился быстрым, широким и глубоким. Нападающему придется спуститься, пересечь узкое дно и вылезти на противоположную сторону канавы. Эта траншея была вырыта для того, чтобы разбить атаку и не дать врагу напасть ночью или выпустить стрелы в людей, работающих днем. Джон не мог выделить ни одного мужчины или мальчика для несения караульной службы. Каждый солдат отдавал всю свою энергию укреплениям. С первой траншеей в качестве препятствия, не было никаких атак, кроме группы сквернословящих солдат, носящих три собаки дома Клиган. Призрак выследил их, а люди Джона Амбера схватили эту сквернословящую шайку и повесили их всех после допроса. Последующие оборонительные работы были гораздо важнее. В четырехстах-семистах футах от первого препятствия находились еще две траншеи, двенадцать футов шириной и десять глубиной. Из Синего Зубца вытекал ручей, и Джон, тщательно копая, направил воду во внутреннюю траншею, где земля была низкой и ровна с равниной. За траншеями он соорудил вал и частокол высотой в десять футов. Крепостной вал был вырыт в земле, образовав последний смертоносный ров для перехода. На вершине частокола он соорудил укрепленный бруствер с грубой деревянной крышей. Крыша поглотит любую атаку сверху. Бруствер должен был служить укрытием для лучников и копейщиков. Большие колья, срезанные, как оленьи рога, торчали вокруг того места, где бруствер соединялся с крепостным валом, сдерживая восхождение врага. Они построили две дюжины сторожевых башен, и люди постоянно строили еще больше между ними, так что конечные интервалы между каждой станцией составляли восемьдесят ярдов. Осадные машины хранились рядом со сторожевыми башнями, и были построены пандусы, чтобы пары лошадей, тянущих карробаллисту, могли взобраться на частокол. Самой тяжелой работой были обширные рвы и частокол. На это ушло много сил. Теперь ребята из зимнего городка руководили еще одним комплексом обороны, который дорого обойдется Ланнистерам. Ближе всего к стенам были вырыты короткие траншеи глубиной в пять футов. Наборы кольев были посажены рядами и прикреплены к основанию, в то время как ветви торчали наружу. Любой, кто войдет, насадит себя на острые колья. Они назывались надгробиями. Перед ними были вырыты более короткие ямы глубиной в два-три фута, и в них были воткнуты колья, кончики которых выступали не более чем на несколько пальцев над землей. Земля была разглажена вокруг пальцев, а яма покрыта ветками и хворостом. Это были лилии, названные так из-за сходства с этими цветами. Наконец, там были деревянные блоки длиной в фут с железными шипами, воткнутые в землю и разбросанные во все стороны. Это были шпоры. Людям Ланнистеров придется пересечь ряды и ряды смертельных ловушек под смертельным огнем. — Клянусь Старыми Богами, Сноу, эти южные рыцари обосрутся, когда увидят это! — восклицал Маленький Джон. Четт и Клайдас вели упряжку из двух мулов вверх по пандусу. Джон встал позади карробаллисты и посмотрел в сторону реки. Он направил стрелу в сторону Красного Зубца, и ребятам из зимнего городка был отдан приказ наводить смертоносное оружие только на врагов за второй траншеей. — Я никогда не читал об этих видах защиты в Древороне, — отметил Хостер, ухаживая за дюжиной воронов на сторожевой башне. — Могу я выстрелить из баллисты? Только один раз? — взмолился Маленький Джон. — Амбер, нужен каждый болт. Нам еще предстоит многое сделать для подготовки: копать ямы, ставить ловушки, запасаться стрелами и болтами, возводить сторожевые башни, — напомнил Джон. — Мейстер Сноу, мы должны быть готовы. У вас есть две мили стен и еще много рвов и ям. У вас больше ловушек, чем я когда-либо видел, — сказал Эдмур. Джон покачал головой. Покончив с последней канавой, тысяча людей Маллистера и Блэквуда отправились к войску Робба. И снова на Красном Зубце осталось две тысячи. — Мы никогда не перестанем готовиться. Когда Лорд Тайвин действительно нападет, их будет больше — возможно, в четыре или пять раз. Нам понадобится каждый болт, стрела, копье и меч. Наши ловушки не одолеют Ланнистеров, а только обескровят их людей. Нам придется защищать стены и посылать войска в слабые места. Нам предстоит многое сделать, когда начнется настоящая битва. Чем больше мы будем готовиться сейчас, тем легче нам будет убивать врагов. Эддард Карстарк усмехнулся ворчанию Маленького Джона. Атлас бросился к ним, размахивая руками. — Мейстер, мы увидели людей, пересекающих Трезубец. Герри заметил их со сторожевой башни. Джон посмотрел в подзорную трубу. Огромный человек в толстых доспехах ехал на гигантском коне, его голова была заключена в полный шлем с прорезями для глаз. Позади него грязные немытые люди несли знамя с тремя собаками на желтом поле. — Это Гора и его люди, — объявил он. Сноу протрубил в боевой рог. Солдаты, работавшие над ямами и ловушками, немедленно отступили. Лестницы и пандусы были сброшены вниз, и люди бросились назад через частокол. Через мгновение все его силы были на стенах. Джон продолжал смотреть сквозь стекло. Он сделал легкое движение Хостеру, и тот выпустил ворона, чтобы тот пролетел над укреплениями. — Мейстер Сноу, что нам делать? Должны ли мы стрелять из катапульт и баллист? — ждал указаний Эдмур. — Мы должны узнать их количество, — произнес Джон. — Маленький Джон, у тебя хорошее зрение. Сколько людей видишь? Амбер быстро сосчитал. — Больше пяти сотен, меньше тысячи. — Не стрелять. Пусть подойдут поближе, — объявил Сноу. — Но это же Гора. Мы должны атаковать, — взбунтовал Талли. — Это мерзкое создание, которое разграбило и сожгло земли моих знаменосцев. Он изнасиловал дочь Джоноса Бракена. — Все, что вы говорите, правда, но мы должны подождать, сир. Наша оборона рассчитана на атаку десяти тысяч человек. Гора — это собака, которую надо усыпить. В поединке или в атаке он смертельно опасен. Но на расстоянии тысячи футов, разделяемая стеной и полем ловушек, он не представляет большой угрозы. Тысяча человек не сможет взять эту стену, — объяснил Джон. — Его люди — подонки. Много лет назад отец взял нас с собой на Ярмарку. Люди Горы сожгли деревянные стены города. Когда простолюдины бежали от огня, они стреляли в них стрелами, даже в женщин с грудными младенцами, — Бринден Блэквуд сплюнул. — Мы не женщины с младенцами. Мы не простой люд, чтобы нас выгоняли из наших же домов. Нас две тысячи человек, и мы готовы к битве, — ответил Джон. — Лорд Сноу, его люди все еще могут стрелять в нас, — настаивал Эддард Карстарк. — Сомневаюсь. Идиоты переходят реку вброд, — фыркнул Сноу. — А какое это имеет значение? — спросил Эддард. — Тетива. Тетива лука изготавливается из сухожилий или кишок животных или плетутся из растений, могут использоваться и другие материалы, но факт в том, что тетива в бою должна быть хорошо натянута. Если тетива впитывает воду, она теряет натяжение. А мокрый лук плохо стреляет. Пчелиный воск мог бы помочь решить эту проблему, но люди Горы вряд ли будут хорошо экипированы. Дайте им приблизиться, и они умрут, как мухи, — пояснил Джон.

***

Люди Горы были обычными разбойниками. Они не были искусны в осаде. У них не было ни лестниц, ни веревок, ни каких-либо средств, чтобы заполнить канаву. Потребовалось много времени, чтобы Гора миновал первую траншею, и еще больше времени, чтобы миновать вторую. Они тащили своих лошадей вниз и через две канавы. После того, как солнце поднялось высоко в небе, западники выстроились в линию лошадей с лучниками и копейщиками. С громким ревом Гора бросился в атаку, и вся кавалерия в пятьсот человек последовала за ним. Первыми криками были звуки умирающих лошадей. Бурый скакун Горы наступил на кол, воткнутый в яму с железными шипами. Лошадь упала, сломав переднюю правую ногу, и Григор Клиган упал на землю. Его людям приходилось еще хуже. Их лошади наступали на гвозди и шипы, и многих людей выбрасывало из седла в другие ловушки. Когда первая линия рухнула, вторая врезалась в раненых лошадей, упав на еще несколько рядов железных крюков и заостренных кольев. Десятки лошадей были искалечены, и крики людей присоединились к их лошадям. Десятки людей Горы были насажены на железные крюки и деревянные колья. Сотни других были ошеломлены и потрясены неудавшейся атакой. Григор Клиган встал и обеими руками схватил свой шестифутовый меч. Одним жестоким ударом Клиган отсек голову раненой лошади. Разъяренный Гора зарубил еще семерых коней, прежде чем закричать на своих людей. Лучники Клигана пускали стрелы в частокол, но они не долетали до него. Он снова пришел в неистовство и взмахнул массивным клинком над головами лучников. Испуганные люди вокруг него рассеялись, пока порядок не был восстановлен. Люди выстроились в беспорядочную шеренгу и двинулись к стене, все еще находившейся в четырехстах футах. — Сноу, мы должны что-нибудь предпринять? — нетерпеливо спросил Эдмур Талли. Капитаны Джона собрались в центре, готовые рассредоточиться вдоль зубчатых стен. — Мы наблюдаем, сир. Никогда не останавливайте своего врага, когда он совершает ошибку, — спокойно ответил он. И враг страдал. Они падали в ямы. Они наступали на крюки и шипы. Они падали и насаживали себя на колья. Даже раненые, они были вынуждены продолжать путь, чтобы не быть растоптанными своими товарищами. Наконец враг достиг последней канавы в ста футах от него, он затопил ее водой глубиной в десять футов. Меньше половины людей Горы все еще стояли. Когда они начали переплывать реку, Джон поднял руку. — Они еще слишком далеко для копий. Но если вы можете выпустить залп стрел в скопление людей или подстрелить их, когда они выйдут из воды, сделайте это, — он достал арбалет, завел лебедку и выстрелил. Болт пронзил человеку глаз, а зазубренное острие прошло через затылок. Десятки людей упали, когда стрелы дождем посыпались со стены. Даже когда они умирали, Гора заставлял своих людей идти вперед. Невероятно, но Клигану удалось подвести к стенам пятьдесят человек. Полдюжины стрел торчали из его толстых пластинчатых доспехов. — Говорят, Гора носит кольчугу под пластинчатыми доспехами, а под кольчугой — вареную кожу, — сказал Талли. Джон мог убить Гору одним выстрелом карробаллисты. Стрела в упор пронзит тело Клигана. Сноу очень хотел этого, но ему нужно было приберечь сюрприз для настоящей атаки. Клиган был всего лишь псом. Карробаллиста была для Львов. Люди Горы приготовились взобраться на стены. Маленький Джон Амбер и Эддард Карстарк ухмыльнулись, спускаясь на землю с тыльной стороны частокола. Деревянные стены были крепкими, но отверстия располагались на уровне груди, слишком маленькие для меча, но достаточно широкие для копья. По мере того как люди Горы поднимались, дюжина копий торчала из стен, пронзая грудь, шею и живот. Сверху опускались еще более длинные копья, целясь в головы и плечи. Наконец, когда Клиган осознал свою неудачу, он приказал отступать. Все больше людей падало, когда северяне и речники пускали стрелы им в затылок. Умирающие и раненые остались позади, слишком слабые, чтобы вернуться. Гора бежал, как собака, поджав хвост. Сотни тел, возможно, две трети первоначальной силы, и еще сотни лошадей лежали мертвыми или умирающими. Вороны спустились на поле битвы, сначала несколько, потом дюжина, а затем воздух наполнился черными птицами, клевавшими глазные яблоки и рвавшими мягкую плоть острыми клювами. Птицы-падальщики пировали.

***

Ворон, в которого вселился Джон Сноу, пролетел два дня спустя над Красным Зубцом, не обращая внимания на тысячи черных птиц, которые толпились между частоколом и рекой. Он пролетел мимо северян и речников, расставлявших новые ловушки, точивших оружие и хваставшихся своей боевой доблестью. Он миновал людей, задыхающихся от запаха мертвых и жарящихся тел, и обывателей, рубящих деревья под взглядами солдат. И приземлился на краю военного лагеря, среди моря красных палаток. Там были десятки знамен, олицетворяющих мощь Западных Земель, свидетельствующих об уважении, которое Тайвин Ланнистер требовал от своих вассалов. Джон смотрел на кабанов, барсуков, жуков, зеленую стрелу и красного быка, скрещенные алебарды, скрещенные копья, древесного кота и многих-многих других. Кроме золотого льва, выделялись два символа — оранжевое горящее дерево дома Марбранд и золотой клин на небесно-голубом поле дома Леффорд. Это означало, что их престиж не пострадал от взятия Зуба или что Лорд Тайвин поручил им найти искупление на поле боя. Море солдат расступилось, пропуская вперед высокого стройного мужчину в сопровождении Горы и дюжины других высокородных командиров. Тайвин Ланнистер носил впечатляющие, но безвкусные доспехи — полный комплект стальных пластин, покрытых алой эмалью и выделенных золотом. Золотые солнечные блики на доспехах соответствовали его тяжелому золотому плащу. Его огромный шлем, рычащий лев с рубиновыми глазами, покоился на правой стороне седла, а длинный меч с золотой рукоятью был пристегнут к левой. Даже его боевой конь носил позолоченные красные доспехи. Ворон провел достаточно времени, разглядывая Старого Льва. Лорд Ланнистер направлялся на север, к Красному Зубцу. За ними следовали рыцари, а затем лучники и копейщики. Птица снова полетела на север, пока не показались мутные воды Красного Зубца. Затем он прервал связь и снова зашевелился в своем импровизированном кабинете в центральной сторожевой башне. Призрак лизнул его руку, и Джон задался вопросом о границах применимости способности варга. Ведьма Станниса вызвала тень, чтобы убить Ренли. Может ли ворон убить лорда Тайвина? Вряд ли, но Джон вспомнил рассказы Бриндена Риверса о том, что он мог приказать стаям голодных волков выслеживать его врагов, а воронам-падальщикам нашептывать ему на ухо секреты. Кровавый Ворон был лучшим варгом, чем я, подумал Джон. Он поднялся на стену, чтобы взглянуть на поле битвы. Каждое утро он проходил две мили вдоль стены, чтобы поприветствовать людей и осмотреть любое новое сооружение. — Мейстер, почему они до сих пор не напали? — ворчание доносилось из маленькой комнаты. Как и его отец, Маленький Джон был воином и пьяницей. Прошлой ночью, после освобождения от патрульной службы, наследник дома Амбер после многих кружек эля заявил, что он будет первым, кто засунет свой меч в жопу Тайвина Ланнистера, надеясь, что его отец не сделает этого первым. — Они готовятся. Армия Ланнистеров не будет атаковать вслепую. Они привезут лестницы, тараны, осадное снаряжение. Но будет трудно переправить их через реку, а потом через рвы и поля ловушек, — ответил Джон. — А они точно нападут? Гора бежал, как трусливый пес, — спросил Эдмур Талли. — Лорд Тайвин посвятил свою жизнь имени Ланнистеров. Он не хотел покидать Харренхолл, но потеря Зуба заставила его вернуться на запад. Возможно, он и не хочет нападать на эти стены, но если он этого не сделает, то будет выглядеть трусом. И куда бы он пошел? Обратно в Харренхолл? — наседал он. — Харренхолл — могучий замок. Его невозможно взять, если хорошо обороняться, — отметил Эдмур. — Каждый дом, который держал Харренхолл, подвергся вымиранию, и довольно быстро. Если Тайвин Ланнистер пожелает, то проклятый замок станет его последним пристанищем, — пожал плечами Джон. — Говорят, что Харрен Черный проклял замок, когда умирал. И что он все еще бродит по залам, и всякий, кто увидит его призрак, вспыхнет пламенем, — зловеще поведал Хостер Блэквуд. — Тогда очень жаль, что Лорд Тайвин не встретился с Харреном Черным, — пошутил Сноу. Он сомневался, что у Харрена было что-то на уме, кроме того, что он был сожжен заживо Балерионом. — Мы закончили со сторожевыми башнями, срубили все деревья поблизости, для ловушек, стрел и болтов для баллист. И сожгли тела убитых, чтобы расчистить траншеи. Теперь будем ждать.

***

Два дня спустя небо стало серым и угрожающим, когда Джон проснулся от сна о пламени и крови под крики воронов. Хостер Блэквуд держал полдюжины птиц в железных клетках, но в его комнате были десятки и десятки воронов, издававших глубокий хриплый крик и смотревших на него жесткими глазами-бусинками. Он вышел наружу и увидел их, сидящих на каждой сторожевой башне, словно темные вестники. Вороны покинули поле и оставили тела внизу. Это могло означать только одно. Сегодня они ожидали свежего мяса. Когда Джон вышел, вороны начали летать вокруг него, Призрак шел рядом. Ночные патрули отдали ему честь, и он послал гонцов разбудить остальных командиров. Сноу шагнул вперед, чтобы заглянуть за край стены. Армия Ланнистеров собралась на южном берегу, и он мог видеть осадные башни с таранами и платформы для катапульт. Джон вызвал Четта и его команду и приказал им подготовить баллисты и подвести их к стене. Сквайры приготовили ужин из теплого хлеба, сыра и разбавленного эля. Джон приказал открыть свежие бочки с вяленой говядиной и копченой рыбой, настаивая, чтобы все ели и пили, чтобы поддержать силы. Кроме форели, там была и другая рыба, и Джон жевал копченую сельдь и анчоусы. Через несколько минут вся стена наполнилась суетой — люди готовились к битве. Речники молились Воину и Отцу об удаче в битве. Северяне молчали, ибо Старые Боги обладали силой только там, где было Чардрево. Джон занялся своими машинами. Тридцать карробалист стояли перед стеной, скрытых за зубчатыми стенами. У каждой машины было сто пятьдесят болтов для стрельбы. Еще дальше стояли четыре требушета и шесть катапульт, вооруженных тяжелыми камнями. Джон сосредоточил все свои осадные машины в центре, а экипаж зимнего города был готов дать залп из десяти болтов одновременно. — Что, во имя семи преисподних, ты делаешь? — воскликнул Маленький Джон. Эддард Карстарк вымыл свои длинные волосы, особенно тщательно уложив две косы, свисавшие над ушами. Он срезал ножницами клочья бороды с шеи. — Если я умру, то хочу выглядеть как можно лучше, когда встречусь со своими предками в Кархолде. Наследник Последнего Очага расхохотался, а затем взмахнул своим массивным мечом. — Единственное, что их будет волновать — это сколько крови на твоем топоре и сколько людей ты убил. — Не все такие уроды, как ты, Амбер, — ответил Эддард, возвращаясь к своей стрижке. — Они всегда такие? — прошептал Геррион Джону. — Что ты имеешь ввиду? — Дикари готовые сражаться и умирать? Сноу усмехнулся. — Мы — северяне. Маленький Джон и Эддард просто коротают время. Трудно ждать перед битвой, — прошло уже пять дней с тех пор, как набег Горы потерпел сокрушительную неудачу. Северяне рвались в бой. Тысячи жителей Запада начали переходить реку вброд. Лучники несли свои луки и стрелы над головами, защищая их от воды, а копейщики маршировали в строю. Упряжки лошадей и мулов тянули повозки. Джон видел горящее апельсиновое дерево дома Марбранд и пеструю черно-белую доску дома Крейкхолл на фасаде, хотя знамен было много. Армия Ланнистеров остановилась у первой канавы, в двухстах футах от реки. Пехота с трудом пыталась переправиться, но у высокородных был другой план. В центре рва люди выгружали деревянные доски длиной в двадцать футов, чтобы сделать мост прочным и достаточно широким, чтобы по нему могли пройти десять лошадей. После того как подъехала сотня рыцарей, упряжки повозок, пахари, натренированные для тяжелых работ, начали тянуть осадные башни. — Они, должно быть, футов двадцать высотой. Они затмевают нашу стену, — напрягся Эдмур Талли. Действительно, осадные башни Ланнистеров были выше северных сторожевых башен. — Тогда мы будем сражаться в тени, — заявил Бринден Блэквуд. Маленький Джон от души хлопнул наследника Вранодрева по спине и одобрительно взревел. — Мы не будем этого делать, — опроверг Джон. Армия Ланнистеров добралась до второго рва в четырехстах футах от стены. Сотни солдат стояли по бокам, но они ждали, когда кавалерия переправится в центре. Западники снова построили мост, и восемь лошадей в два ряда тянули первую башню. Джон подал знак Четту, и мальчик поднял руки, чтобы предупредить остальных членов команды. — Пять на лошадей. Пять на башню. Огонь. Десять шестифутовых копий с грохотом вылетели из частокола, рассекая воздух со смертельной точностью. Первая стрела пробила голову ведущей лошади упряжки и убила коня позади. Джон смотрел не на умирающих и раненых лошадей, а на осадную машину. Два болта безвредно застряли в деревянном основании башни. Один из них сбил в мост катапульту, установленную на башне. Но два других болта врезались в правую опорную балку. Если бы рама была окована железом или сталью, это не имело бы значения. Но башня, плохо построенная из дерева, накренилась в сторону, а затем покачнулась. С могучим грохотом осадная башня рухнула, давя солдат и лошадей. — Мейстер Сноу, не прицелиться ли нам в другие осадные башни? — спросил Четт. Джон покачал головой. — Подождите, пока башни не приблизятся. Но сбивайте упряжки лошадей. Они — легкая мишень. И стреляйте также в рыцарей, особенно возле знамен. — Вы слышали мейстера, — завопил мальчик. — Снова огонь. Еще одна треть карробалист выстрелила, и снова лошади закричали, умирая. Одна стрела пронзила рыцаря в пластинчатых доспехах и вонзилась на половину своей длины в ближайшую повозку, так что человек был пронзен и повис, как труп на виселице. Затем выстрелила последняя треть карробалистов, и рыцари падали, когда их лошади умирали или бежали в укрытие. Могучие боевые кони были подготовлены к хаосу на поле боя, но шквал смертоносных стрел был ошеломляющим. Лошади, не успевшие пересечь мост, встали на дыбы, сбросив всадников. Другие кони поскакали вперед, в поле ловушек, попадая в ямы и шипы с предсказуемым результатом. Баллисты стреляли снова и снова, по десять выстрелов за раз, нанося чудовищные повреждения. Валялись мертвецы — убитые лошади, раздавленные или насаженные на болты рыцари. Сброшенные знамена Западных домов валялись растоптанными на грязной земле. Север разрушил вторую осадную башню, когда они пытались переправиться. — Мейстер, а что с ними? — Маленький Джон указал на экипажи за требушетами и катапультами. — Мы прибережем их на тот случай, когда пехота соберется для атаки. Мы начнем стрелять, когда они соберутся вместе, — сказал Джон. — Но до тех пор продолжайте обстрел. На стене слышался только звук выстрелов баллист, когда команды мальчиков тщательно прицеливались, а затем стреляли. На полях толпами умирали люди и лошади. Жестокость атаки потрясла силы Ланнистеров, но битва только началась. Артиллерия убила сотни, но все еще оставались тысячи солдат. Предстояло убить еще много людей.

***

В нескольких милях к юго-западу Робб Старк проводил совещание своих командиров. У него было четыре типа сил. Копья и пехота, удерживающие Речную дорогу, смешанная группа рыцарей, лучников и пехоты в центре, легкая кавалерия и речные всадники, а также крепкое ядро северян-рыцарей и элитной пехоты. Люди на Речной дороге, ближайшей к Трезубцу, сообщили, что армия Ланнистеров пересекла Красный Зубец этим утром. — Сколько человек перешло через брод? И вы заметили лорда Тайвина? — спросил Робб. — Шесть или семь тысяч, Лорд Старк, мы видели знамена Марбранда и Крейкхолла, которые шли впереди. Много рыцарей и повозок с осадным снаряжением переправились, — доложил Харрион. — Лорд Тайвин всегда предпочитал командовать сильным резервом. Он делал это в войне Девятигрошевых королей. Думаю, у него больше четырех тысяч. И многие из них его лучшие воины. Он использует их, чтобы прорвать наши линии и атаковать наши фланги, — задумчиво произнес Лорд Маллистер. — Лорд Леффорд, Лорд Лидден и Лорд Серретт командуют войсками на нашей стороне Трезубца у Речной дороги. У них есть копейщики, лучники, люди с топорами и мечники, смешанные с кавалерией. Большинство рыцарей отправились атаковать вашего брата, но самый большой отряд охраняет проход. Возможно, десять тысяч человек, — дополнил Вилис Мандерли. — А где фургоны с провизией и припасами? — Они были в центре, между Лордом Тайвином и войсками на Красном Зубце. Наши разведчики считают, что они слабо охраняются, — ответил Черная Рыба. — Лорд Старк, возле фургонов мои люди заметили небольшой отряд из двух тысяч наемников и зеленых новобранцев, только что вступивших в войну. Они все на конях, но при сильной атаке мы, возможно, сумеем смести их, — тихо предложил Русе Болтон. — Да, похоже, это легкая цель. Несколько тысяч пехотинцев отстают и охраняют тыл. Но они не спешат спасать фургоны. Рыцари Тайвина устремились на север, чтобы сразиться с вашим братом, — согласился Рикард Карстарк. Предложение было ясным. Они могли бы сокрушить зеленых мальчиков и заставить Лорда Тайвина и его командиров потратить людей у Трезубца, чтобы вернуться на юг и защитить фургоны. Но откуда Лорд Болтон узнал, что это зеленые новобранцы? И если они только что прибыли с ферм, из города и доков, то почему они сидят верхом на лошадях? Если он разгромит эти силы, то лорд Серрет сможет повернуть назад и обойти армию Севера с фланга. Робб был уверен, что его люди сумеют справиться с этим, но это был только один тип сил. Если Лорд Тайвин двинет свой резерв с востока, они будут окружены. Глаза Старка сузились. Этот небольшой отряд был посажен верхом, чтобы северяне пустились в погоню. Интересно, кто знает об этой ловушке? — Лорд Болтон, не хотите ли вы возглавить атаку на обоз с припасами? — спросил Робб. Лицо Повелителя пиявок не выражало никаких эмоций. — Конечно, Лорд Старк. — Я могу дать вам только тысячу человек. Ваша пехота понадобится на дороге, — предупредил он. — Ланнистеры превосходят мои силы в два раза, — отметил Русе Болтон. — Мы все будем в меньшинстве. Я хочу, чтобы вы атаковали, а затем отступили. Армия Тайвина Ланнистера — змея, направляющаяся на север. Мы нападем, а затем попытаемся вытянуть его линию и подвести ее к нам. Лорд Болтон, вы атакуете фургоны с припасами. Торрхен Карстарк, командуй войсками на Речной дороге. Атакуйте и подстрекайте Лорда Серрета, Лиддена и Леффорта сломить ряды и заставить их преследовать вас. Лорд Блэквуд, возьмите центральные силы и сделайте то же самое. Не вступайте в ожесточенную битву, но пусть они последуют за вами. Мартин Риверс, сделай то же самое с другими всадниками, — отдал приказы Робб. — Ланнистеры могут погнаться, но это будет недалеко, — предупредил Черная Рыба. — Командиры лорда Тайвина слишком дисциплинированны. — Нам много не нужно. Просто растяните линию их фронта, — Старк распустил своих командиров по их задачам. Его охрана осталась. Черная рыба также взял с собой Лорда Маллистера, Пайперов, Вэнсов и Бракенов. Робб вызвал Харриона Карстарка и Вилиса Мандерли. Наследник Карстарк кипел от злости, и Робб в ответ выгнул бровь. — Почему мы не сражаемся? — спросил Харрион. — Северяне всегда нападали, а не прятались от битвы. Мой брат вместе с вашим братом защищает Красный Зубец от орды Ланнистеров. Как наследник Кархолла, я хочу внести свой вклад в дело чести Севера. Лорд Винтерфелла немного подождал, пока не убедился, что Русе Болтон слишком далеко, чтобы его услышать. Он обратился к своим мужчинам и Дейси Мормонт. — Я удержал вас, потому что вы мои самые сильные, самые опытные бойцы, лучшие из армии северян и речников. И вы мне нужны для самой важной атаки. — Значит, у вас есть план? — догадалась девушка. — Наш центр и левая сторона будут слабы. Джон также находится в меньшинстве на севере. Но у нас с Черной Рыбой будет шесть тысяч человек. Пусть их армия преследует и пытается обойти с фланга другие наши силы. Мы будем атаковать резерв напрямую. Мы убьем Старого Льва и выиграем эту войну, — сказал Робб.

***

К северу от Красного Зубца битва продолжалась. Основная часть армии Ланнистеров и большинство командиров находились в центре, пытаясь переместить повозки и конных рыцарей через траншею. Переправилось достаточно копейщиков и лучников, и Джон послал Эдмура Талли и Бриндена Блэквуда на запад, а Маленького Джона и Эддарда Карстарка на восток, чтобы они отбивались от захватчиков несущих лестницы, тараны и осадные крюки. Он поднял руку. Первая линия прекратила огонь. А потом медленно вторая линия выстреливала все реже и реже. Наконец, когда они закончили, третьей линии потребовалось больше времени для перезарядки, пока не оказалось, что почти все болты для карробаллисты закончились. На поле внизу раздались отрывистые возгласы, и конная кавалерия начала выстраиваться в шеренги. Под испепеляющим огнем стрел пехотинцы пытались обезвредить ловушки, заполнить ямы и расчистить путь для рыцарей. Бесстрашные люди, вооруженные грубыми лопатами и кирками, добрались до последней заполненной водой траншеи, где с рядом щитов над головами сумели построить импровизированный мост. Почти все они были мертвы или тяжело ранены, но Джон аплодировал их мужеству. Время шло медленно, пока силы выстраивались на поле внизу. Сноу гадал, как западники планируют преодолеть последние тридцать футов до стены. Даже после того, как они миновали ров, там было больше ловушек и последний вал. Возможно, рыцари ожидали, что сила атаки будет настолько велика, что Север покинет стену. Никто никогда не узнает. Когда лошади начали набирать скорость, Джон поднял руку, подавая сигнал экипажам всех осадных орудий — требушетов, катапульт и баллист. У каждой баллисты оставалось еще по меньшей мере пятьдесят болтов, а требушеты и катапульты еще не были пущены в ход. Джон приостановил артиллерийский огонь, чтобы сберечь боеприпасы и позволить западникам начать смелое наступление. Западники бросились в атаку, и парни из зимнего городка открыли огонь. Колючие болты прорвали ряды Ланнистеров, с легкостью убивая людей и лошадей. Требушеты и катапульты выпустили гигантские камни, сокрушив сразу нескольких рыцарей. А камни и тела убитых остались на поле, преграждая путь другим рыцарям, в более смертоносной версии Шепчущего леса. Там Джон использовал рычаг из железного дерева, чтобы запустить мешанину досок, гвоздей и шипов в кавалерию. На Красном Зубце у Джона было больше, чем Катапульта Джон Амбер и Форрестеры. Группа баллист, требушетов и катапульт стреляла снова и снова, и над полем кружилось облако пыли и крови. Отрубленные конечности, шлемы, копья, мечи и даже целые лошади были подброшены в воздух, когда атакующие рыцари сталкивались. Гибельная атака была отбита с огромными потерями для врага, и на стенах раздались радостные возгласы. — Мейстер, мейстер, — кричал Геррион, указывая на запад. Джон обернулся и увидел две горящие сторожевые башни. Западные солдаты не смогли бы так легко снести стену, и он сомневался, что несколько огненных стрел смогут зажечь такое пламя. Он протянул правую руку ворону, и птица полетела к сторожевой башне. Сноу насторожился и увидел угрюмых головорезов во главе с высоким мужчиной со стальными поножами. Стая из девяти злобных охотничьих гончих рычала, когда они тащили вниз солдат Талли, чтобы убить их топорами и длинными ножами. А посреди боя стоял уродливый молодой человек, ширококостный, с розовой пятнистой кожей, влажными губами, безумной улыбкой и маленькими бесцветными глазами, похожими на замерзшую зимой грязную воду. Джон наконец понял, кому принадлежат эти глаза. Рамси не был Дастином. Он был сыном Русе Болтона.

***

Робб Старк пристально смотрел через поле на соседний холм в подзорную трубу. Он сидел верхом и был окружен почетным караулом. Там же была и Леди Кейтилин со своим поклявшимся мечом Бриенной. Он видел резерв Ланнистеров, наполовину конных, наполовину пеших. Это была огромная сила, пять тысяч человек. Как и Робб, Лорд Тайвин находился на возвышенности, наблюдая за разворачивающейся битвой и готовый направить свои силы туда, где они больше всего нужны. Битва была слишком сильным словом для нынешних стычек на южной стороне. У реки Торрхен Карстарк выстроил стену из копий, чтобы отразить атаку легкой кавалерии. Лорд Блэквуд хорошо справился со своей работой, и отряды западников устремились на запад. Повелитель пиявок и Мартин Риверс двигались медленно и, казалось, были довольны тем, что дразнят врага, а не сражаются. Даже за много миль отсюда Старк знал, что яростные бои идут только на северной стороне Трезубца. — Нам нужно оторвать Тайвина Ланнистера от холма, — заявил Робб. Он не хотел бросаться в гору, чтобы атаковать сильный резерв. — Старый Лев не двинется с места без причины, — сказал Бринден Талли. — Тогда мы дадим ему одну, сир, — Робб позвал своих лучших воинов — Харриона Карстарка, Большого Джона Амбера, Дейси Мормонт, братьев Мандерли. — Мы поедем на место Лорда Болтона. Сделаем вид, что направляемся к наемникам, охраняющим фургоны с припасами, но потом поворачиваем и атакуем резерв Тайвина. — Но неужели вы думаете, что они бросятся сражаться? Возможно, они захотят сохранить позиции, — спросил сир Стеврон Фрей. Остальные речники кивнули, опасаясь обмана Ланнистеров. — Пять тысяч человек не могут вечно сидеть на вершине холма. Сир Бринден возьмет самых сильных бойцов с Речных Земель, и когда мы нападем с запада, Черная Рыба нападет с юга. Если знаменосцы Ланнистеров увидят, что Знамя Старка пересекает поле боя, у них возникнет искушение атаковать с фланга. Если они встретят нас внизу, мы будем сражаться, и черная рыба ударит им в тыл. Если они останутся в горах, мы нападем со всех сторон и перебьем всех отставших, — объявил Робб. В любом случае он надеялся сразиться с Лордом Тайвином. — Лорд Старк, есть одна проблема. Мы можем прикрыть только запад и юг. Что, если Лорд Тайвин отправится на север, чтобы присоединиться к своей армии? — нахмурился Джейсон Маллистер. Он так же может отступить на восток, подумал Робб. Но если он это сделает, и его знаменосцы увидят знамя Ланнистеров в бегстве, западники проиграют. Север должен был окружить Лорда Лиддена, Серрета и Леффорда и разбить их о стену Джона. — Я предлагаю себя в качестве мишени. Это заманит Льва вниз, — произнес Робб. Он протянул руку, чтобы погладить скучающего лютоволка. — Мы спрячемся за тем травянистым холмом. Тогда, когда вы поедете к Лорду Болтону, резерв не увидит нас, пока не станет слишком поздно, — согласился сир Бринден. Он ускакал, Лорд Маллистер, Марк Пайпер, Карил Вэнс, Стеврон Фрей и Джонос Бракен последовали за ним со своими лучшими людьми. — Воткнем копье в задницу Тайвина, — завопил Большой Джон.

***

Ловушка Робба сработала лучше, чем он ожидал. Пока он ехал вместе с Большим Джоном и Харрионом, конные солдаты из резерва бросились в атаку. Прежде чем они успели столкнуться, Черная Рыба выскочил из рощи и врезалась в лошадей сбоку. К тому времени северные всадники повернули на восток и продолжили атаку с превосходящими силами. Четыре тысячи северян и две тысячи речников разгромили окруженную кавалерию. Менее тысячи сумели отступить от бойни, бежав на север и восток. Таким образом, Лорд Тайвин остался с несколькими сотнями кавалеристов и двадцатью пятью сотнями пехотинцев. Объединенные силы северян и речников повернули к холму. Старый Лев остался на возвышенности, а люди Ланнистеров сомкнули свои щиты из воздушных змеев, образовав стену толщиной в десять человек, протянувшуюся на пятьсот футов. За стеной из щитов и копий Тайвин разместил своих самых свирепых бойцов в качестве ударных войск. Когда его люди начали выстраиваться в шеренги, Робб и Серый Ветер галопом понеслись впереди его командиров. — Подождите. Мы не можем атаковать напрямую. Бросаться на стену из копий — так делают только идиоты! — Крикнул он. — Но Лорд Старк! Тайвин Ланнистер находится менее чем в тысяче футов. И это чудовище, Гора, с ним! — взвился Джонос Бракен. — Вы будете выполнять приказы, — прямо сказал Робб. — Они на холме. Кто-то из наших всадников бросится в атаку, сразится, а потом сделает вид, что отступает. Их люди будут преследовать нас, и мы уничтожим их в открытом поле. Но мы должны оставаться дисциплинированными. Отступление должно быть убедительным, но не реальным. Если люди бросятся слишком далеко вперед или запаникуют, они будут убиты. — Я возглавлю эту атаку, Лорд Старк, — вызвался Бринден Талли. Робб принял предложение. Черная Рыба был опытным ветераном и точен в своих движениях. Люди будут следовать его приказам в пылу битвы. Проблема заключалась в том, что эта тактика требовала времени, и на всех остальных фронтах армия Севера была в меньшинстве. Он надеялся, что его силы выдержат.

***

Джон послал Четта сообщить об этом Маленькому Джону и Эддарду. Горящие сторожевые башни привлекли внимание, и несколько сотен копейщиков и лучников Ланнистеров двинулись, чтобы воспользоваться слабостью. Они будут задержаны ловушками, валом и стеной, но без защитников укрепления скоро падут. Бросившись на запад, он окликнул своих людей по имени, призывая их одолжить войска. За стенами вражеские солдаты предприняли отчаянную вылазку, бросая лестницы и абордажные крюки, прикрепленные к длинным шестам. Некоторые люди даже построили грубые пандусы из земли, чтобы позволить им приблизиться. Люди Талли тоже хлынули с другой стороны, и Джон призвал их сосредоточиться на защите стен. Битва стала отчаянной. Если защитники смогут удержать свои позиции, западники будут потоплены. Но если достаточное количество людей прорвется через стену, то победит большая численность и лучшая броня западных людей. На каждого нападавшего, убитого или сбитого, когда они взбирались по лестнице или взбирались на стену, приходили еще двое. Вал начал заполняться телами. Скоро частокол рухнет. На стене люди бросали копья и луки, чтобы достать мечи. Призрак рванул вперед и бросился в драку с охотничьими собаками. Он сломал шею одной суке пополам и своими сильными передними лапами сломал спину другой. Собаки рычали, царапались и кусались, но Призрак был слишком быстр. Сноу выстрелил одному в лицо и бросил арбалет в другого. Джон выхватил свой меч-бастард, убил второго человека и продолжил путь к Рамси. Его перехватили. Человек Болтонов был одет в кольчугу, но на его длинных руках и ногах была крепкая сталь. Джон блокировал яростный удар двуручного клинка. Он рубанул в ответ, но стальной прут повернулся, и меч-бастард лишь скользнул по тяжелым наручам. У Болтона не было никакой защиты для головы и шеи, и Джон мог резким ударом пробить кольчугу. Но Сноу, вынужденный защищаться, не мог добраться до этих уязвимых мест. Чем дольше продолжался бой, тем больше значение имели сила и размах Болтона. Джон опустился на колени, переложив меч в левую руку. Враг двинулся вперед, чтобы убить, и он схватил арбалетный болт правой рукой и с силой вонзил острие в кольчугу. Три дюйма стрелы пробили броню, и Джон повернулся. Когда раненый человек упал, Сноу вонзил ему в горло тяжелый меч-бастард. Когда он встал, в его нагрудник ударила стрела. На высоте двухсот футов стрела отскочила бы от тяжелой стальной пластины, но Рамси стрелял в упор. Джон снова упал на колени, и еще одна стрела ударила в левый наплечник. Наконечник болта пробил плечо, но тяжелый металлический купол поглотил часть силы. Бастард Русе Болтона снова взвел арбалет. — А, великий Джон Сноу. Самый страшный человек на Севере. Я сдеру с тебя шкуру и сделаю плащ. Или, может быть, я воспользуюсь твоим волком. Его мех будет теплее, — Рамси усмехнулся. — Это Ланнистеры тебя подговорили? Или это был твой отец? — спросил Джон, пытаясь выиграть время и нащупывая кинжал поверженного врага. — А вам не хотелось бы узнать? — он поднял арбалет и выстрелил мимо плеча бастарда Винтерфелла. Маленький Джон Амбер и Эддард Карстарк прибыли, но пригнулись, когда стрела ударилась о деревянные балки. На западе Джон слышал, как Эдмур Талли собирает своих людей. Раненый Призрак сражался с оставшимися гончими. — Что бы ты ни делал сейчас, это не имеет значения, — сказал Рамси, указывая на нижнюю часть частокола. Двое мужчин со сломанными зубами и грязными лицами рубили топорами яму. Скоро люди Ланнистеров прорвутся сквозь рухнувшую стену. — Твой лютоволк убил нескольких моих девочек, но я всегда могу заменить их, — бастард Дредфорта улыбнулся и натянул тетиву арбалета. Затем с севера донесся вой, долгий и душераздирающий.

***

Нимерия учуяла запах умирающих лошадей за много миль. Ее стая была голодна, но даже лютоволк боялся сотен людей с острыми палками и металлическими когтями. Она подумала о том, чтобы отправиться на север. На севере лежали летние снега, теплая постель маленькой девочки и огромный лес, где охотились ее братья, когда они уже не были щенками. Но потом она понюхала воздух и уловила запах. Ее брат был рядом — где-то возле воды. Нимерия зарычала, ее стая завыла и встала, чтобы последовать за ней. Она нырнула в мутную реку и быстро поплыла на другой берег. Они пробежали через ручейки и ручьи и повернули на юг и запад. Волчица увидела деревянную стену, пламя и лютоволка с густой белой шерстью, красными глазами и пушистым хвостом — ее брат сражался с тремя гончими. Тела шести других собак лежали мертвыми на земле. Нимерия взвыла, и ее стая взвыла вместе с ней. Волчица прыгнула на ближайшую коричневую суку и начисто оторвала переднюю лапу у плеча. Призрак бросился вперед, и его челюсти сомкнулись на шее другой собаки. Рамси направил арбалет на лютоволков, но Джон вскочил и схватил его за талию. Когда Джон швырнул его на землю, Рамси выстрелил, и болт пробил броню на правой руке Сноу. Многочисленные складки стали, склепанные вместе, чтобы сформировать наруч и перчатку, поглотили некоторую силу, но наконечник болта все еще оставался в его предплечье. Джон схватил незаряженный арбалет и размозжил лицо в кровь и переломанные кости. Он сомкнул свои стальные перчатки на мясистой шее и услышал громкий и удовлетворительный щелчок, когда Рамси умер. Сноу на всякий случай воткнул кинжал в правый глаз. Позади него лютоволки прикончили последнюю гончую. Джон встал и увидел, что Маленький Джон Амбер, Эддард Карстарк, Эдмур Талли и Бринден Блэквуд сдерживают рой ланнистеровских мечников. Люди Болтона ослабили укрепления, и стена вот-вот должна была рухнуть. Десятки западников хлынули на частокол. Призрак скользнул к нему, раненый, но все еще полный решимости. Его сопровождала свирепая лютоволчица с золотыми глазами, и она смело потерлась мордой о его раненую руку. Сотня ее маленьких серых сородичей кралась позади. Волки — у него не было достаточно людей, но у него были волки, и они хотели, чтобы их вели. Джон повернулся к ним и завыл. Нимерия пела, и волк за волком присоединялись к хору, когда стая сплачивалась и готовилась к прыжку. Затем Призрак, бесшумный волк, возглавил атаку, сотни свирепых зверей рычали и кусали людей Ланнистеров. Волчья стая убивала без пощады. Джон обратился к воронам. Там были тысячи воронов, птиц-падальщиков, жаждущих пира. Он толкнул свой разум, и он взмыл в воздух, его разум видел не одной парой глаз, а десятками, потом сотнями, потом еще больше. Он видел через тысячи глаз, ворон, воронов, белого лютоволка, даже через свои собственные. Некоторые западники все еще пытались взобраться на стены, сильно давя на измученных защитников. Многие лежали мертвыми или умирающими на поле. Джон протянул руку, и огромное облако птиц покинуло свои гнезда. Они пикировали вниз, атакуя когтями и клювами, выклевывая глаза и терзая пальцы. Гигантский рой птиц слетел с частокола и превратил небо в темноту, а день в ночь. — Мейстер, мейстер, — Четт и его команда пригнали несколько упряжек лошадей, тянувших баллисты к этой части стены. Странная тишина воцарилась среди ребят зимнего городка. — Что случилось? — спросил Джон. — Ваши глаза, милорд. Они молочно-белые, — осторожно сказал Герион. — Ясно. Привезите мне карробаллисту, — распорядился он. Команда поставила оружие на место. Поскольку Ланнистеры стояли так близко к стене, каждый болт убивал несколько человек, часто прижимая трех или четырех человек друг к другу в предсмертной агонии. Территория у стены была расчищена. Джон окинул взглядом поле, в то время как Маленький Джон, Карстарк и речники хватали ртом воздух. По всему полю битвы враги умирали и разбегались, напуганные темными крыльями и воем волков. Боевые штандарты были брошены, так как противник развернулся и в панике бежал к реке. — Сноу, мы победили? — спросил наследник Последнего Очага. Джон схватил окровавленный меч-бастард. — Пока нет, Амбер. У них есть еще люди, которых нужно убить. Тела были сложены рядом с деревянными бревнами, которые западники использовали, чтобы пересечь вал. Джон шел, Призрак и Нимерия следовали рядом. Ловушки между стеной и заполненной водой траншеей сработали, и по тропинке, по которой солдаты штурмовали частокол, можно было легко пройти. Воздух был тяжелым и зловонным от запаха смерти. Убитые солдаты и лошади уже начали вонять, а на северной стороне Красного Зубца еще оставались очаги раненых и умирающих. Ланнистерам не удалось пробить стену. Он указал на защитников на стене. Его измученные войска, около полутора тысяч человек, спустились на поле. Волчья стая последовала за Призраком и Нимерией, а лютоволки последовали за Джоном, когда он шел к реке в сопровождении стаи воронов и ворон. Волки убили раненых Ланнистеров и лошадей. Ребята из зимнего городка осторожно гнали баллисты вниз по самодельным мостам и тропам, окропленными кровью, пока они не добрались до Трезубца. Болтов у них осталось немного, но этого было достаточно. Река была шириной в пятьсот футов. На южном берегу реки все еще шли ожесточенные бои. Сноу разглядел три штандарта: белый барсук, золотой ворох и синий павлин. Дом Лидден, дом Леффорд и дом Серретт все еще стояли, сражаясь на Речном тракте. Парни из зимнего городка снова открыли огонь, целясь в рыцарей возле этих знамен. Люди и лошади были насажены на колючие болты, и линии начали ломаться. Джон шагал по Трезубцу, волки и вороны следовали за ним, его люди шли рядом. Вой волков и карканье воронов наполнили воздух, когда люди Ланнистеров бежали от Кровавого Волка и его колдовских приспешников.

***

Робб Старк остановился, услышав вой сотни волков. Серый Ветер завыл в ответ, и он увидел, как стаи черных птиц, словно предзнаменование смерти, пролетели над Красным Зубцом. Его люди прорвали защитную стену, но Лорда Тайвина и его стражников нигде не было. Наемники и зеленые мальчишки давно исчезли, оставив сотни неохраняемых фургонов с припасами. — А где Тайвин? — в замешательстве спросил Робб. Черная Рыба покачал головой. — Он бежал на юго-восток. Речники почти схватили его, но Гора и несколько рыцарей отбились от Лорда Бракена и Лорда Маллистера. Старый Лев покинул поле боя. Когда эта новость распространится, армия Запада падет. — Лорд Тайвин сбежал, — объявил Старк. — Что это, во имя семи преисподних?! — закричал Большой Джон Амбер, указывая на темные крылья в небе. Робб был уверен, что это дело рук Джона. — Победа. Мы едем на север. Мой брат — наковальня. Мы — молот. Милорды, разобьём армию Ланнистеров! Он и Черная Рыба объединили свои силы и поскакали на север к реке. Когда вражеские солдаты сдавались или бежали, сопротивления почти не оставалось. Серый Ветер первым увидел брата и подбежал к раненому Призраку и лютоволку с серой шерстью и золотыми глазами. Джон Сноу шел во главе своих людей, три стрелы пробили броню: на его груди, плече и правой руке. Он был весь в крови. Рядом с волками и воронами его брат выглядел как Старый Бог Севера, готовый принять жертву из крови и внутренностей под Чардревом. Он улыбнулся и поднял раненую руку в знак приветствия. — Лорд Старк, победа за вами.

______________________________

Заметки Автора: Люди действительно использовали кальтропы в древние и средние века, но их эффективность варьировалась. Против боевых колесниц, которым требовалась ровная поверхность, они были довольно эффективны — до такой степени, что никто больше не использовал боевые колесницы. Но подвижность лошадей-важный фактор. Хорошие всадники объезжали кальтроп. Далее они могут заманить в ловушку человека, использующего их. Были сражения, в которых кальтропы были освобождены и дали обратный эффект. Сир Давен Ланнистер предлагает поймать добычу для Тайвина. Лорд Ланнистер отказывается, говоря, что некоторые задачи подходят для Львов, но добывание пищи лучше оставить козам (Варго Хоут) и собакам (Григор Клиган). "Лорд может любить людей, которыми он командует, но он не может быть им другом. Однажды ему, возможно, придется судить их или отправить на смерть». По-моему, это цитата из "Танец Драконов" Джона Сноу. Он думает о словах Неда Старка. Нимерия убивает четырех кровавых скоморохов, которые охотятся за Арьей после того, как она бежит — это первая глава POV Арьи в "Буря Мечей". Волчья стая идет на север по той же тропе, что и Арья, Джендри и Пирожок. Образцом для укрепления Джона служит Битва при Алезии. Это не полная битва — Цезарь строит двойные стены и сражается на два фронта. Но качество техники из Алезии не имеет себе равных в древней войне. Протяженность звучит безумно, но в Алезии Цезарь построил два набора круглых стен, одну длиной одиннадцать миль, другую — четырнадцать. Он построил более двухсот сторожевых башен, а его многочисленные рвы окружали весь город. У него была большая армия — пятьдесят тысяч римлян — но он построил все за три недели, и он строил глубже и шире. Он сражался вчетверо яростней. Стена Джона две мили, а фланги охраняются реками. Используя те же пропорции, что и римляне, Джон построил бы сторожевую башню через каждые восемьдесят метров, или сорок башен. Битва при Алезии — это необычайное проявление военного превосходства Рима. Это дань обучению, дисциплине и технологическому превосходству римлян, и гению Цезаря. Есть споры о том, как далеко стрелы могут стрелять, но лучники в битве при Креси могли стрелять на триста ярдов. Для сравнения, дальность действия Римской баллисты составляла пятьсот ярдов, хотя для большей точности ее можно было использовать на более близком расстоянии. Обратите внимание, что Север стреляет с возвышенной платформы, которая расширит их дальность и сократит дальность противника. Рвы V-образного сечения глубиной более метра давно признаны особенно оборонительными, их ширина поверхности, глубина, крутые стороны и узкое дно делают их очень трудными для атакующих. У римлян было для них особое название — fossae fastigata (наклонные или заостренные рвы). Канавы в Алезии были глубиной от пятнадцати до двадцати футов и простирались гораздо дальше, чем на две мили. Армия Цезаря также строилась с обеих сторон в течение нескольких недель. В битве при Креси французы наняли генуэзских арбалетчиков. Их тетивы намокли, и они были полностью уничтожены английскими лучниками, которые держали свои тетивы сухими, а мокрые тетивы уменьшали как дальность стрельбы, так и точность. "Никогда не останавливай своего врага, когда он делает ошибку" — это цитата Наполеона Бонапарта. В то время, до того, как он потерпел неудачу в России, Наполеон всеми считался великим полководцем. Что касается оружия, то есть дальность и есть дальность. Английский лучник может стрелять на четыреста ярдов! Но он, вероятно, не мог убить кого-то с такого расстояния. Баллиста может стрелять на пятьсот ярдов, но Джон ждет, пока враг не окажется совсем близко (менее ста пятидесяти ярдов), а затем стреляет. Это равносильно выстрелу, когда вы видите белки их глаз. Некоторые авторы утверждают, что Римская баллиста стреляла тысячу раз в день в бою. Если вы предполагаете отсутствие ночной стрельбы, это означает, что экипаж стрелял по одному болту в минуту в течение шестнадцати часов. Это очень много снарядов. "Тогда мы будем сражаться в тени" — Спарта сражается с Персией. Первоначальная стратегия Робба взята из битвы при Левктре. В 400 году до нашей эры спартанская фаланга была бесспорным доминантом в Греции. Обычно фаланга состоит из восьми-двенадцати человек, и самые сильные бойцы находятся справа. Это происходит потому, что из-за природы щитов, прикрывающих левую сторону, фаланга дрейфовала влево в бою. В Левктре у Эпаминонда, Фиванского полководца, не хватало солдат, поэтому он сделал свою линию тонкой, но на левом фланге разместил свою лучшую пехоту в пятьдесят человек. Таким образом, элитные воины Фив столкнулись лицом к лицу со спартанским царем и его гвардией. Эпаминонд поставил на то, что уничтожит спартанцев прежде, чем враг успеет обойти его с фланга и перебить более слабых. (Он победил) Это тоже стратегия Робба - атаковать резерв Тайвина напрямую. Имея достаточно времени, силы Ланнистеров могли бы победить его людей, но Робб думает, что остальные смогут продержаться достаточно долго, чтобы он победил. Когда Робб встречается с Тайвином в горах, он меняет тактику. В битве при Гастингсе у Вильгельма Завоевателя была в основном кавалерия, в то время как англичане, в основном пехота, поднялись в гору стеной щитов. Норманны сделали вид, что отступают, чтобы нарушить единство стены щитов. Так что это действительно сработало в истории. Но это было отнюдь не просто. Историки считают, что Вильгельм Завоеватель дважды совершил притворное отступление, выманив англичан с высоты. Самый известный практик этой тактики - Чингисхан, но это имеет смысл, учитывая количество монгольских лошадей и качество стрельбы из лука. Один лакомый кусочек — только последние сто ярдов будут полной зарядкой. Поэтому, когда Бракен говорит, что он находится менее чем в тысяче футах, он имеет в виду, что нам нужно только немного пройтись рысью, а затем мы можем ударить в стену. Джонос закусит удила, чтобы напасть на гору. Люди в комментариях будут говорить, что Джон должен был понять, что Рамси был ублюдком Болтона раньше. Может быть, но в многотысячной армии с помощью Русе, Рамси легко спрятаться. Он много раз проделывал это на Севере, обманывая Теона, Родрика Касселля и многих других. Я думал о том, что Нимерия убьет Рамси, но, в конце концов, лучше, если Джон (другой северный бастард) сделает это сам. Контроль Джона над волками и воронами — это чрезвычайная вещь — она становится сверхновой в приливе адреналина. Он не может выдержать тысячу глаз, не сойдя с ума. Баллисты в открытом поле тоже обычно не работают. Кавалерия будет роиться и убивать экипажи. Здесь это происходит только потому, что битва почти выиграна и артиллерия наносит нокаутирующий удар. "Молот и наковальня" комментарий боя на Краснотравном поле. Там Принц Бейлор (не Благословенный) был молотом, а принц Мейкар — наковальней. Конечно, Мартин указывает, что именно Кровавый Ворон выиграл битву, убив Деймона Блэкфайра, но как колдун и бастард он получает только презрение как убийца родичей, а не славу победы. Джона сопровождают два волка и вороны. Он похож на Одина, только с мечом, а не с копьем. Я знаю, что Старые Боги должны быть духами деревьев, но, по моему мнению, Боги Севера были похожи на германские версии богов. Или, может быть, Джон похож на Неведомого.