Волчий Мейстер

У подножия лестницы, ведущей в разрушенную башню, сидела худенькая маленькая девочка с каштановыми волосами и серыми глазами. Все пять башен были огромными и возвышались над самыми высокими зданиями Винтерфелла. После того как Эйгон Завоеватель уничтожил род Хоар с помощью драконьего огня, Харренхолл пришёл в упадок. Камень начал плавиться и трескаться, а люди горели заживо. Когда ветер дул с севера, замок словно выл — то ли от криков мёртвого Харрена Чёрного, то ли от порывов воздуха, проходящего сквозь трещины бугристых и уродливых башен. Старая Нэн рассказывала детям Старк страшные истории о Харренхолле — чудовищной крепости, построенной с использованием рабского труда. Она говорила о тысячах погибших рабов, о человеческой крови в извести, о страшных событиях, происходивших в замке в прошлом. Арья видела много ужасного: Щекотуна, практикующего своё ремесло, женщин, которых насиловали по несколько раз за ночь, тела, разрезанные мечом Горы пополам. Некоторые из этих тел принадлежали детям изнасилованных женщин. Старая Нэн пугала их историями, но теперь Арья понимала, что настоящий страх — это быть настолько оцепеневшей, что твой дух умирает, и ты надеешься только дожить до наступления ночи. Она чувствовала себя ягнёнком среди стада овец, которых нужно ощипать, остричь и зарезать. Арья испытывала отвращение к своим чувствам: страху, беспомощности и кротости. Простые люди были в страхе, их жизни зависели от Горы, Бравых ребят и армии Ланнистеров. Однако за последние дни всё изменилось. Страх распространился по замку: он проник в массивную сторожку, на кухню и в баню, прошёл через казармы и зал ста очагов и постепенно поднимался к башням. На военных советах Арья замечала и слышала, как среди командиров зарождаются сомнения. На крепостных стенах, во дворах и конюшнях рыцари и стражники были напряжены и настороже. И все в Харренхолле — пленники, слуги, солдаты и лорды — ощущали приближение битвы. — Арри! — в комнату вбежал пухлый мальчик с соломенными волосами. Его большие грустные глаза были широко раскрыты. За ним следовал юноша, который уже вступал в пору зрелости. Его толстые узловатые мышцы отчётливо проступали сквозь кожаный фартук. — Не называй меня так. Меня зовут Нэн, — сурово произнесла Арья. Мальчик, которого назвали Пирожком, остановился и застенчиво улыбнулся. — Возьми, — сказал он и протянул ей пирог, начинённый рублеными орехами, фруктами и сыром. Арья с удовольствием съела его, а Джендри огляделся и положил руки на молот. Девочка спала на соломенной подстилке, которая была спрятана в нише под башней Плача. Это место находилось далеко от башни Королевского Костра, где она обычно выполняла обязанности виночерпия Тайвина Ланнистера. Однако постоянный шум ветра заставлял других людей обходить это место стороной. Рядом были кузница и кухня, поэтому после ужина у неё оставалось несколько минут, чтобы встретиться с друзьями и поделиться новостями. Они собирались возле заброшенного зернохранилища, в лабиринте туннелей которого можно было спрятаться. Арья потеряла свой кинжал, поэтому она полагалась на умение скрываться в тенях, чтобы избежать побоев или чего то более худшего. — Гора ушёл сегодня вечером. Он отправился на север с двумя сотнями людей, — сообщил Джендри. Слуги много говорили о планах Старого Льва. Одни считали, что он направится на юг, в Хайгарден. Другие предполагали, что Ланнистеры снова двинутся на запад, чтобы разорить Розовую Деву и Желуди. А третьи были уверены, что лорд Тайвин восстановит Харренхолл и сделает его новой резиденцией дома Ланнистеров, которые будут править Речными землями. Однако в последнее Арье верилось с трудом. — Я слышал, что Кровавый Волк вырезал сердце Стаффорда Ланнистера, поджарил его на костре и скормил своему лютоволку, — сказал Пирожок. — Это же глупо. Волки едят сырое мясо. Зачем его жарить? — спросила Арья, сверкнув глазами. — Говорят, что Джон Сноу держал в осаде Золотой Зуб, морил голодом женщин и детей, пока лорды Запада не сдались, — сказал Джендри. — И что он грозился вернуть пленников по частям: сначала руки и ноги, а потом и остальное. И что он клялся убить всех, если замок будет осаждён. Она пожала плечами. — Ну и хорошо. Пусть они все там умрут. Бастард внимательно посмотрел на неё. — Как ты думаешь, что сделают северяне, если захватят замок? — спросил он. Харренхолл, с его толстыми и отвесными стенами, мощными воротами и зубчатыми стенами, казался неприступным. Однако замок сдавался много раз, и Арья смутно помнила из уроков, что причиной тому часто были драконы. — Они нас съедят или скормят волкам? — боязливо предположил Пирожок. — Добрая женщина Харра говорит, что все северяне — варги, которые после битвы едят человеческую плоть. Она говорит, что Кровавый Волк хуже всех и что он орошает деревья чардрева кровью детей. Я не хочу, чтобы меня съели. В отличие от Пирожка, у Арьи всё ещё было много мяса, чтобы поесть. — Это просто смешно, — фыркнула она. — Арри, в крепости ты кричала «Винтерфелл», когда мы сражались на стене, — вдруг вспомнил он. — Я никогда этого не делала, — закричала Арья. — Это ложь. Пухлый мальчик задрожал, словно боялся, что она превратится в волка и съест его. Джендри взял его за руку, чтобы унять дрожь. — Пирожок просто напуган. Он беспокоится, что армия Севера нападёт, когда Ланнистеры уйдут. — Кто может быть хуже Ланнистеров? — воскликнула девочка. — Если они решат, что мы предали Речные Земли, служа Ланнистерам, они могут отрубить нам головы и выставить их на пиках в назидание другим предателям, — сказал Джендри. — Но нас же заставили служить Ланнистерам! — возразила Арья. — Они этого не узнают. Если битва будет тяжёлой и кровопролитной, северяне могут предать мечу весь замок, — ответил Джендри. Это неправда, — подумала Арья. Джон и Робб никогда бы так не поступили, но рыцари защищали невинных только в сказках Сансы. Сир Григор Клиган доказал, что это ложь. Она прикусила губу. Поверит ли кто-нибудь служанке, называющей себя Арьей Старк? Она не знала многих знаменосцев Старк, и еще меньше домов, Талли. Если бы она могла передать сообщение своим братьям... но как? В Харренхолле было три мейстера, но Лорд Тайвин очень внимательно следил за их воронами, особенно после Зуба. — Я не хочу покидать Харренхолл. Здесь есть горячий хлеб и овсяные лепешки, и я могу стащить кусочек медовых кроликов с вертела. Я не хочу есть червей в лесу, — зарыдал Пирожок. — Если мы попадем в осаду, нам нечего будет есть. Ланнистеры готовятся к атаке. Сегодня они привели сотню лошадей, чтобы мы подковали их. Я видел, как оруженосцы полируют седла, а слугам приказали грузить бочки с напитками и едой в повозки. — Но они оставят людей охранять замок, — вскинулся мальчик. — Не так много. Северяне разграбили Золотой Зуб даже с полным гарнизоном. Харренхолл находится в двухстах милях от Риверрана. Мы же не хотим быть в замке, если на него нападут, — утвердительно сказал Джендри. — А куда мы пойдем? Мы бегали как дураки и попали в плен к Горе. Они убьют нас, если это случится снова, — прищурилась Арья. На его лице появилось упрямое выражение. Он больше похож на мула, чем на быка, — подумала она. — Мы в сорока милях от Харровея. Когда Ланнистеры выступят, дороги будут полны людей. Мы можем притвориться частью армии или простым людом, убегающим от любой битвы. На перекрестке есть гостиница. В гостиницах есть кухни и кузницы для подков. Мы все могли бы работать там — и там была бы еда и место для сна. — Хорошо, но как нам отсюда выбраться? Здесь два входа — западный и восточный, и стражники наблюдают за дюжиной дыр с каждой стороны. — Рядом с башней Призраков есть задние ворота, и там всего несколько человек. Если бы мы могли улизнуть ночью или отвлечь внимание, — ответил Джендри. Арья закусила губу. Якен Хгар обещал три жизни за три смерти, украденные у Многоликого Бога. Теперь он был солдатом Ланнистеров и мог проводить их через ворота или убить стражников. Мои братья больше волки, чем люди, и я тоже. Во мне течет волчья кровь, как в Молодом Волке или Белом Волке. — Я знаю способ. Она больше не боялась.

***

Джон вздохнул с облегчением, когда вдали показались стены Риверрана, сложенные из красного песчаника. Пять дней пути остались позади, но он не мог расслабиться, пока не убедится, что еда и припасы надёжно спрятаны в замке Талли. От Золотого Зуба до Риверрана тянулись сотни повозок, нагруженных зерном, орехами, сушёным мясом, рыбой и элем. Люди Карстарка и Амбара пригнали тысячи голов скота, и коровы объели всю траву рядом с Речной дорогой. За четыре года, проведённых в Цитадели, Джон прочитал все свитки о войнах в Вестеросе: о завоевании Эйгона, Дорнийских войнах, восстании воинствующей Веры, Танце Драконов и восстании Роберта. Мейстеры уделяли большое внимание интригам, предательству и заговорам. Они рассказывали о храбрых рыцарях, добрых королевах, мудрых королях и коварных злодеях. Джон подумал, что эти летописи, столь явно благосклонные к победителям, недооценивают важность продовольствия и припасов. Сражения, кампании и даже войны включают в себя множество незначительных деталей, но снаряжение и питание солдат имеют огромное значение. Чтобы обеспечить эти поставки, Джону пришлось расстаться с Мормонтами. Тысяча солдат с Медвежьего острова удерживали Золотой Зуб. Леди Мейдж была суровой, но честной. Джон поклялся ей честью дома Старк, веря, что она сдержит своё обещание. Однако тысяча хорошо вооружённых и преданных людей — это слишком высокая цена, и только одна из дочерей Мейдж вернётся в Риверран. Джон окинул взглядом оставшихся солдат. Братья Мандерли отвечали за припасы, их люди охраняли многочисленные фургоны. Эддард Карстарк служил капитаном всадников, перемещаясь вперёд и назад, чтобы убедиться, что внезапных атак не будет. Маленький Джон Амбер держался позади, когда скот отдыхал на дороге. Дейси ехала рядом с ним, а Лира и Джори оставались со своей леди-матерью. Наследница дома Мормонт присматривала за пленными вместе с Четтом, Герионом и мальчиками из зимнего городка. Они взяли с Зуба всего четыре дюжины пленников. Кроме сира Стаффорда и трёх его капитанов, все остальные были сыновьями ведущих домов Западных земель. Исключение составляли только леди Дорна и её дочь Жанея. Леди молилась семь раз в день и держала при себе обоих своих детей. Он ласково погладил Призрака по голове, и прикосновение к его мягкому светлому меху принесло ощущение уюта и тепла. Лютоволк не питал симпатии к Фреям. Он терпел сира Стеврона, но при виде Черного Уолдера начинал рычать. Вспыльчивый младший Фрей постоянно ссорился со своими дядьями и требовал, чтобы те предоставили людей для перевозки кровати с балдахином в Близнецы. Джон не понимал, в чём причина такого поведения, но знал, что есть несколько домов, которые присягнули Фреям — Чарлтон, Эренфорд и Хейг. Похоже, мужчины этих домов разделились между сиром Стевроном и его внуком, и это не предвещало ничего хорошего. Фреи и их люди составляли почти половину всех речников, которые последовали за Роббом в битве. Когда открылся Западный мост, стражники на стенах приветствовали людей, приехавших в Риверран. Когда Джон спешился, Эдмур Талли и Джейсон Маллистер вышли ему навстречу. На их лицах читалось беспокойство. Сноу приказал отвести пленников в башню и вошёл в Риверран. Темноволосый мужчина опустил взгляд на стол и старался не встречаться взглядом с дядей. В этой позе Денис Маллистер, племянник лорда Джейсона, выглядел ещё более виноватым. — Расскажите ему, сир, что произошло, — произнёс Эдмур Талли, поджав губы. — Мы пили яблочное вино и решили навестить дочь мельника. Когда мы пришли, её отец вернулся домой и выгнал нас. Мы допили вино и отправились в деревенский бордель. Там... — начал он. — Лорду Сноу не нужно знать подробности вашего недостойного поведения, — ледяным тоном прервал его Джейсон. — Мне кажется, Грейджой что-то подсыпал в мой стакан. Когда я проснулся, голова раскалывалась. Он исчез, и украл свиток из моей седельной сумки, — стыдливо опустив голову, сказал Денис. — С чего бы ему вас накачивать наркотиками, сир? И что это за свиток? — спросил Джон. — Сигард был построен для защиты от нападений железнорожденных, но мы тоже моряки. Когда Маллистер становится взрослым мужчиной, он отправляется в морское путешествие, чтобы осмотреть другие порты — Ланниспорт, Старомест, Королевская гавань, Чаячий город. Мой дед, Джерек Маллистер, доплыл до Волантиса. Моя жена подарила Денису на именины свиток. — Итак, вы рассказали Теону Грейджою об этом свитке. И он украл его, пока вы были пьяны? — Денис кивнул в ответ на вопрос Джона. — Но почему вы не послали ворона в Сигард? — спросил Сноу. — Послали. Судно "Мириам" вышло из порта два дня назад, — произнес Эдмур. — Мой племянник сказал мне об этом только через три дня. Ему потребовалось два дня, чтобы оправиться от оцепенения, и еще один, чтобы понять, что Грейджой — вор, — сжал челюсти старший Маллистер. — А кто еще знает? — Мы никому не говорили, Сноу. Но Грейджоя нет уже неделю, — ответил Талли. Джон задумчиво сложил руки. До Сигарда было три дня езды, а оттуда — четыреста миль до Пайка. Теон поедет туда, чтобы повидаться со своим лордом-отцом. Течение Зубца было медленным, и на преодоление такого расстояния могло уйти больше недели, но длинные корабли Железного Флота были гладкими и быстрыми. Что сделает Бейлон Грейджой? Согласится ли он на просьбу Теона и нападет на Ланниспорт? Лорд-Жнец смотрел, как двое его старших сыновей погибли, сражаясь с северянами и речниками. Джон сомневался, что такой человек когда-нибудь простит эти потери. — Я созову совет для северных лордов. Лорд Джейсон, я укреплю оборону Сигарда.

***

Когда после обеда все собрались, на столе лежала карта Севера. Многие лорды в это время отсутствовали в замке: Русе Болтон и Рикард Карстарк были далеко на востоке, на Речной дороге. Большой Джон направил свои силы и людей на расчистку замков Атранты и Приюта Странника, расположенных на юге. Лорд Хорнвуд поехал на юг, но оставил в Риверране своего наследника. А жители озёр занимались разведкой извилистых изгибов и поворотов Трезубца. — Теон Грейджой покинул Риверран. Скорее всего, он плывет к своему лорду-отцу на Пайк, чтобы попросить длинные корабли, — объявил Джон. — Кракены нападут на Утес Кастерли? — спросила Дейси Мормонт. — Может быть, Бейлон Грейджой с нами заодно. Но не исключено, что он нападет и на Север, — он указал на западные берега Севера. — Сомневаюсь, что они дойдут до Медвежьего острова, но железнорожденные могут высадить корабли на мысе Морского Дракона или в Блистающем заливе. Галбарт Гловер побледнел, а Гавен Флинт покраснел. — Почему Теон нас предал? — поинтересовался Эддард Карстарк. — Если бы это был только Теон, я бы меньше беспокоился. Но флотом управляет его лорд-отец. Бейлон Грейджой видел, как его замок захватили северные мечи. А пираты охотятся на слабых. Боевая мощь Севера сосредоточена в Речных Землях. Без заложника Бейлон может напасть. — Зачем кому-то понадобился мыс Морского Дракона? Это просто дом выдр, тюленей и моллюсков, — спросил Маленький Джон Амбер, удобно забыв о Гловерах и Темнолесье. Прежде чем Лорд Гловер успел выразить свое возмущение, заговорил Джон. — Железнорожденные и раньше удерживали мыс Морского Дракона. Они могли совершать набеги на Каменистый берег или плыть по Блистающему заливу вглубь территории и угрожать поселениям. Они могли добраться до Торрхенова Удела. — Торрхенов Удел — это крепкая крепость с тридцатифутовыми стенами. Железнорожденные ничего не знают об осадном искусстве, — возразил Дарин Хорнвуд. — Толхарты могли бы укрыться в своем замке, но тогда Грейджои могли бы совершать набеги на другие районы. Замок Сервин, Барроутон и Винтерфелл достаточно близко, — ответил Джон. — Но Винтерфелл находится в двухстах милях от Торрхенова Удела, — отметила Дейси. — Золотой Зуб находится в двухстах милях от Риверрана, — парировал Сноу. Северяне замолчали, когда поняли значение этих слов. — Лорд Сноу, мой отец будет рад послать людей в Винтерфелл. Он может послать дюжину барж, набитых рыцарями, боевыми конями и осадными машинами, — предложил Вилис Мандерли. — Благодарю вас, сир. Но нам понадобится больше людей, чтобы защитить запад. Любые атаки должны быть остановлены до того, как железнорожденные захватят Темнолесье, Торрхенов Удел или Кремневый Палец. Я пошлю тысячу человек, чтобы укрепить эти районы. Люди могут отправиться в Сигард и взять корабли на Север. Я пошлю еще лучников и копейщиков в ров Кейлин. Галбарт Гловер и Флинты были воодушевлены, но Карстарки и Маленький Джон Амбер — нет. — Лорд Сноу... Ланнистеры, — начал Торрхен. — Да, мы должны встретиться с Ланнистерами. И есть некоторый шанс, что Теон убедит Железный флот посмотреть на Юг. Но я не хочу зависеть от милости Бейлона Грейджоя. Нед Старк не допустил бы разорения Севера, и мой брат Робб не захочет, чтобы земля его знаменосцев подвергалась опасности, — решительно сказал Джон. Северные командиры ушли, оставив его наедине с Призраком и его мыслями. У Робба было шестнадцать тысяч человек, когда они пересекали Перешеек. Четыреста человек были оставлены в гарнизоне Близнецов. Еще сотня была во рву Кейлин. Тысяча Мормонтов держала Золотой Зуб, а тысяча Гловеров, Флинтов и Сервинов направлялась на Север. Даже не проигрывая сражений, боевая мощь Севера уменьшилась. А впереди маячила армия Ланнистеров.

***

Робб Старк спешился, держась за правый бок. Его оруженосец Оливар с тревогой бросился к нему, но он предпочел хромать, чем принять помощь. Последние два дня они скакали во весь опор и прибыли в Луговой Дол на границе, разделявшей Простор и Штормовые Земли. Луговина называлась замком лишь из вежливости, но на самом деле это была укрепленная сторожевая башня, построенная из камня, с прорезями для защиты при помощи стрел. Самое главное, там у них был мейстер, и Робб послал ворона Джону в Риверран. Он устал, ноги болели, правое плечо ныло. Когда Старк вышел из замка, стражники уже напоили лошадей. — Еще два часа рассвета. Если мы отправимся сейчас и будем ехать весь завтрашний день, то, возможно, сможем... — начал Робб. Талиса подошла, уперев руки в бока. — Не будьте идиотом. Вы слишком сильно давите на себя. — Миледи, вы не можете так разговаривать с Лордом Винтерфелла, — возмутился Оливар. — Прекрасно. Не будьте идиотом, Лорд Робб, — отрезала она. — Вы были без сознания семь дней. Если вы снова пострадаете, то, возможно, вообще не сможете ездить верхом. — Милорд, неподалеку есть гостиница "Роза и Корона". Мы могли бы получить горячую еду, а лошади могли бы отдохнуть в конюшне. Горький Мост все еще в двухстах милях, а Риверран еще дальше. Несколько часов не будут иметь никакого значения, — отметил сир Робар. — Согласна, Робб. Нам и лошадям нужно отдохнуть, — кивнула Кейтилин Старк. — Лорд Робб, я могу приложить припарку к вашему плечу в "Розе и Короне". Разве вам не нужно использовать руку с мечом, если столкнетесь с Ланнистерами? — настаивала волантийка. Робб вздохнул. Он проиграл эту битву. — Ладно. Отправляемся в гостиницу. Гостиница представляла собой высокое бревенчатое здание, нижний этаж которого был сделан из серого камня, а верхний — из побеленного дерева. Конюшни были чисты, и все это находилось возле рощи персиковых и сливовых деревьев у Синего Ручья. Над простой дверью была нарисована корона с розами наверху. Робб подумал, не основал ли этот трактир какой-нибудь дальний родственник Тиреллов. Только Хайгарден мог поставить розу над троном. Невысокая полная женщина вышла из кухни, чтобы принять их заказ. Робб протянул ей пригоршню серебряных оленей, и изумленная трактирщица позвала конюха и служанку. В продуваемом сквозняками общем зале было тихо, пока они уничтожали миски тушеной оленины с морковью, горошком и луком, и жареной уткой, поданной на коричневом овсяном хлебе, пропитанном каплями и кусочками сыра. Он съел холодную сладкую сливу, прежде чем переключить внимание на новобранцев. — Вы трое присягнули на верность королю Ренли. К чему менять цвета плаща? — спросил лорд Старк. — Я бы отдала жизнь за короля Ренли и умерла бы счастливой, — ответила Бриенна. — Это из-за сира Лораса, нашего командира. Он сошёл с ума. Тирелл пытался убить нас, клянясь, что мы, должно быть, помогли убийце. Мы были слишком потрясемы, чтобы сопротивляться, — объяснил Робар. — Да, сир Лорас думал, что и вы, и Ренли мертвы. Но ваш лютоволк зарычал, а королева Маргери его успокоила, — добавил Эммон. — И всё же Лорас считал, что мы сговорились против короля. Он хотел повесить нас в ту ночь, но ваша мать заступилась за нас. — Нам повезло, что там была леди Оленна. Она сказала Лорасу, что нужен суд. Они дождались прибытия лорда Мейса. Иначе Лукаса и Оливара повесили бы, — дополнила Кейтилин. Робб покачал головой. Почему-то он сомневался в мудрости Мейса Тирелла. Если бы Тиреллы убили его оруженосца и сира Лукаса, всякая надежда на союз исчезла бы. Война и судьбы десятков тысяч людей мало что могли изменить. Он поморщился, когда горячая припарка коснулась его правой руки. — Лорд Старк, призрак действительно был Станнисом? — поинтересовалась Бриенна. — Я видел его черты в тени — глаза, лоб и подбородок, но как была совершена эта мерзкая магия — не знаю. Но я готов поклясться, что это было его лицо. — Тогда я клянусь отомстить за короля Ренли. Однажды я встречусь со Станнисом в бою. — Ренли не мертв. Он еще может поправиться. Но мы идем на север, чтобы сражаться с Ланнистерами. Я не знаю, встретимся ли мы со Станнисом в бою, — предостерег Робб. — Лорд Старк, мы готовы поклясться быть вашими мечами. Без ваших слов мы могли бы погибнуть, — произнес Робар. Сир Эммон Кай тоже кивнул, и оба выхватили мечи. Бриенна Тарт сомневалась. — Милорд, я не уверена, что смогу. Если вы погибнете в бою, мне придётся служить Джону Сноу. — А почему это должно стать проблемой? — не понял Робб. — Лорд Старк, говорят, что ваш брат напал на сира Стаффорда Ланнистера и убил тысячи людей, пока те спали. — И почему это должно стать проблемой? — повторил он. — Но такие действия не соответствуют рыцарскому кодексу. Это бесчестно и несправедливо, — сказала Бриенна. — Это война, а не место для доблестных рыцарей и прекрасных дев. Я делал то же самое в Риверране. Когда я схватил Цареубийцу, мы во весь опор поскакали к Риверрану в час волка. К северу от Камнегонки были тысячи Ланнистеров. Большинство из них спали в своих палатках, когда мы напали. Лучше пусть мои враги будут убиты во сне, чем мои люди умрут в бою. — Лорд Старк, я не знаю, смогу ли я выполнить такой приказ. Я хочу быть настоящим рыцарем, защищать слабых и бороться за справедливость, — сказала Бриенна с невинностью, которой не разделяли воины лорда Старка. — Миледи, война — это не соревнование и не игра. Возможно, вам кажется, что мой брат суров и жесток, но его действия продиктованы стремлением защитить Север и добиться справедливости для моего отца. На войне необходимо подчиняться приказам, потому что дисциплина — это основа армии, — произнёс Робб мягко, но рыцарь выглядела нерешительной. — Быть может, Бриенна могла бы отдать мне свой меч? — предложила леди Кейтилин. Бриенна просияла. — Если это будет приемлемо для Лорда Старка... — Отлично, — кивнул он. Он принял Робара и Эммона к себе на службу и обещал им место в своем доме и за своим столом. Леди Кейтилин дала такую же клятву Бриенне Тарт. Она была опытным воином, а его матери понадобится охрана в Риверране и во время сражений. Возможно, Роббу следовало настоять на том, чтобы присяга на верность была дана дому Старк. И все же, какие неприятности может причинить Бриенна, если она отдаст свой меч его матери?

***

Услышав смех, Тирион поспешил вперёд. Он увидел умирающего кота, который истекал кровью от арбалетного болта. Пройдя мимо кота, Тирион ворвался в тронный зал. За ним следовали Бронн и дюжина горцев. Толпа подхалимов расступилась перед тяжело вооружённой охраной. Дородный рыцарь лежал на земле, держа в руках дыню на палке. Тирион увидел, как толстый, уродливый и лысый человек в белых доспехах бил Сансу Старк плоской стороной клинка. Девушка, которая была одета в разорванное до пояса платье, закричала от боли, а толпа захихикала. — Что здесь происходит?! — вскричал Тирион. В центре просторной комнаты стояли Джоффри, Лансель Ланнистер и Мейрин Трант. У Джоффри на поясе висел арбалет. Сир Меррин и сир Борос Блаунт, которые прежде мучили Сансу, усмехнулись. — Что за рыцарь бьёт беззащитных девушек? — спросил Тирион. — Рыцарь, который выполняет приказы своего короля, — ответил Меррин. — Я наказываю её за преступления Старков, — с гордостью сказал Джоффри. — Она не участвовала в боях. Молодой волк захватил сира Джейме, а Белый Волк взял Золотой Зуб. Если бы они были здесь, вы бы никого не наказали, — угрюмо произнёс карлик. Бронн и стражники рассредоточились, держа руки на оружии и пристально глядя на охранников Джоффри. Двое огромных горцев выступили вперёд, и Сандор Клиган воспользовался этой заминкой, чтобы предложить Сансе плащ. — Бес, король приказал наказать девушку. И ты не можешь угрожать королю, — Трант, шагнув вперед, чтобы схватить Сансу. Сир Борос поднял меч, чтобы ударить Сансу по бедрам. Тирион улыбнулся. — Я не могу причинить вред королю, но его люди такой защиты не имеют, — Шагга, массивный, волосатый воин с невыносимым запахом ударил тыльной стороной топора по округлённому животу сира Бороса. Несмотря на то, что Борос был защищён пластинчатой кольчугой, он сонулся. Шагга ударил его грязным левым кулаком по голове, и Борос с громким лязгом доспехов упал на землю. Бронн уже приставил свой длинный меч к шее сира Меррина. — Королей нельзя ударить, но мальчики для битья могут быть. Гаэмон Бледноволосый был наказан за грехи Эйгона Неудачника, прежде чем он умер от яда, когда был дегустатором. Хотите стать мальчиком для битья его светлости? — спросил Ланнистер у сира Меррина. — Санса моя, и я могу мучить ее сколько угодно, — Джоффри надулся. — Санса — ваша невеста. И если вас это волнует, она наша единственная заложница. С тех пор, как вы убили самого ценного человека. Если бы вы не лишили жизни Неда Старка, эта война закончилась бы мирными переговорами. Ваш дядя, сир Джейме, и отец Ланселя, сир Киван, были бы свободны. Как Десница короля, я беру на себя ответственность за Леди Сансу, — объявил Тирион. Внезапно появилась невысокая и не очень привлекательная женщина. Она взяла Сансу за руку. Даже без шрамов на лице и двойного ожерелья из человеческих ушей, Челла с чёрными волосами выглядела бы не очень красиво. Горцы были слишком свирепыми, чтобы бояться Сира Меррина или Джоффри. Тирион повернулся, чтобы уйти. — Я — король. Король может делать все, что ему заблагорассудится. Я могу наказать любого, кого пожелаю в Семи Королевствах, — крикнул Джоффри. Тирион не мог сдержать раздражения на племянника. — Что насчет моего лорда-отца? Или Робба Старка, или Джона Сноу? Сомневаюсь, что кто-то из них троих дрогнет от твоих слов.

***

Тирион и его свита сопроводили ошеломленную Сансу обратно в башню Десницы. Залы и двери башни были окружены сотнями наемников и еще большим количеством членов клана. Наемники последовали за Бронном, а горцы — Шаггой, Тиметтом и Челлой. Служанки и рыжеволосый мейстер бросились осматривать синяки и раны девушки. Они отвели ее в спальное крыло. — Леди Санса останется здесь ради своей безопасности. Она не должна покидать башню ни по какой причине, — объявил Ланнистер многочисленным охранникам в комнате. Бронн кивнул. — Хорошо, она нужна нам как заложница, если северяне нападут на Королевскую Гавань. Тирион усмехнулся. — Северная армия в пятистах милях отсюда. И им придется сражаться с моим отцом и армией Ланнистеров. — Золотой Зуб это не спасло. Он был в двухстах милях отсюда, и он был хорошо защищен, — язвительно заметил Бронн. Наемники в комнате согласно закивали. — Шагга, сын Дольфа, не боится этого Джона Сноу. Человек-волк встретится с моими топорами, — гигантский волосатый воин поцеловал серповидные лезвия черных стальных боевых топоров. Тирион сомневался, что это гигиенично. С другой стороны, губы Шагги тоже были грязными. — Сначала ты должен встретиться с ним лицом к лицу. После того, как он захватит тебя и твоих людей, он отрубит ваши руки, ноги, уши и члены, — усмехнулся предводитель наемников. — У меня нет члена, — воскликнула Челла. Тирион вздрогнул. Он не хотел об этом даже задумываться. — Кровавый Волк найдет, что еще отрубить, — ответил Бронн внезапно задумавшимся горным мужчинам и женщинам. Карлик покачал головой. У него не было на это времени. Вскоре у него было заседание Малого Совета.

***

Послеполуденный свет лился в зал через три больших арочных окна. Хотя солярий был не таким просторным, как королевские покои, он был прекрасно обставлен гобеленами, восковыми свечами и мирийскими коврами. Водяные часы из Эссоса отмеряли время. Вода стекала по металлическому цилиндру, и на каждом часе появлялись изображения Золотого оленя и Льва. Тирион прекратил писать письмо Дорану Мартеллу, принцу Дорна. Среди трёх человек, сидящих за длинным столом из вишни, вероятно, был шпион его сестры Серсеи. Малый Совет состоял из трёх человек, не считая Десницу. Джейме, лорд-командующий Королевской Гвардией, был заключён в тюрьму в Риверране. Станнис и Ренли, мастера над законами и над кораблями соответственно, восстали против Железного Трона. Тирион с радостью занял бы эти должности, но Станнис захватил Королевский флот, и ни один из других регионов не интересовался королевскими законами. Карлик вразвалку подошел к своему месту, чтобы присоединиться к старику Пицеллю, Лорду Варису и Лорду Бейлишу. Бронн смотрел ему в спину, а рядом стояли еще две дюжины охранников с оружием наготове. Подносы с виноградом, орехами пекан, сыром и крекерами остались нетронутыми. Варис и Бейлиш пили мятный чай, а Пицель — холодное медовое молоко. Тирион налил себе большой кубок дорнийского красного и услышал громкий шум, когда женщина приказала своим людям отойти. Моя милая сестра, подумал он и залпом осушил бокал. — Где эта рыжеволосая шлюха? Джоффри говорит, что ты забрал ее из Твердыни Мейгора, — спросила Серсея. В комнату вошли четыре рыцаря в золотых доспехах и его сестра. — Леди Санса здесь, в башне Десницы. Твой сын приказал Королевской гвардии избить ее до крови на глазах у всего двора, — ответил Тирион. — Джоффри сердится из-за Окскросса и Зуба. Он не причинит ей слишком большого вреда. Я сказала ему, чтобы он заделал ей ребенка. Тирион чуть не выплюнул вино. — Леди Санса еще не расцвела. И они помолвлены, а не женаты. Что хорошего может сделать бастард для трона? — Джоффри может узаконить его. Трон может претендовать на север через младенца. Если отец убьет Робба Старка, то ребенок Сансы унаследует Винтерфелл, — сказала она с улыбкой. Заговор был амбициозным, опрометчивым и, скорее всего, плохо кончится. Ребенок Старков с Джоффри в качестве отца имел очень хорошие права на Железный Трон. Север никогда не примет бастарда Джоффри в качестве Хранителя, но они могут настаивать на том, чтобы этот ребенок стал королем. Но, с другой стороны, его сестра никогда не думала о таких вещах. — Леди Санса — наша единственная заложница. Как Десница, я не позволю причинить ей вред. Она может понадобиться нам для переговоров с Севером, — поджал губы Тирион. — И какие же это будут переговоры? Произойдет ли это до или после столкновения волков с армией Лорда Тайвина в Речных Землях? — спросил Петир Бейлиш с насмешливой усмешкой. Варис хихикнул. — Люди говорят, что Джону Сноу даже не придется нападать на Ланнистеров. Что он идет на юг, чтобы разграбить Королевскую Гавань, в то время как Лорд Тайвин зализывает свои раны на Западе, — евнух взмахнул руками, как крыльями жирной, лысой и надушенной птицы. — Кукольники называют его крылатым волком. Я и не знал, что человек может быть наполовину волком, наполовину вороном и полностью колдуном. Говорят, он заколдует стражников, чтобы те открыли ворота, и зальет город кровью. — Я хочу, чтобы головы этих кукольников были насажены на пики. И зрители ослеплены на один глаз. Как они смеют распространять эти предательские слухи? — Серсея закипела. — Если ты будешь наказывать людей за то, что они говорят и смотрят, эти абсурдные истории распространятся дальше. В Королевской Гавани нет армии, способной выйти на поле боя. Отец должен иметь дело со Старками, а не с нами. Лорд Варис, вы можете сообщить нам что-нибудь полезное? — Тысяча извинений, Лорд Десница. Я думал, вы хотите знать, о чем болтают простолюдины в Королевской Гавани, — Варис ничуть не огорчился, но посерьезнел. — Мои пташки распространяют странные истории о Просторе и Штормовых Землях. Братья Баратеоны вели переговоры в присутствии Молодого Волка. Каким-то образом Ренли и Станнис ранили друг друга, и Робб Старк вернулся на север. — Был ли мальчик Старк замешан в этой ссоре? Возможно, мы сможем использовать это, чтобы вбить клин между Севером и другими королевствами, — решил уточнить Бейлиш. — Мои пташки говорят, что Робб Старк был ранен, но через неделю поднялся, как мстительный лютоволк. Он обвиняет Станниса в попытке убийства родичей и утверждает, что Красная ведьма вызвала тень с лицом Станниса, чтобы убить его брата. Говорят, Молодой Волк спас Ренли жизнь, рискуя собственной. На юге Робба Старка называют героем, — закончил евнух. Он стиснул зубы от ужасной новости. Если волки получат мечи Простора или Штормовых Земель, они смогут заманить Тайвина в ловушку в Речных Землях. Падение Королевской Гавани станет неизбежным после того, как армия Ланнистеров будет уничтожена. — А как же братья Баратеоны? Пойдут ли они маршем на столицу? И какие лорды поддерживают их? Варис захихикал, и складки жира на его шее задрожали. — Это очень забавно. Армия Тиреллов замерла, потому что они должны ждать, пока их король очнется от ран. Они не могут маршировать и терять людей. Станнис выздоровел, но никто не хочет служить убийце родичей, а Ренли был популярен среди штормовиков. Только несколько домов ушли — Флоран, Фарринг, Медоуз и Хорп. У Станниса может быть еще несколько тысяч человек, но из-за слов Робба Старка дом Карон, Тарт, Лонмут и Селми поклялись не служить братоубийце. Тирион облегченно выдохнул, радуясь хорошей новости. Десяти тысяч человек было недостаточно для штурма Королевской Гавани. Золотые плащи, стражники, наемники и члены клана и еще почти шесть тысяч солдат защищали городские стены. — У Станниса нет людей. Но если Ренли проснется и вступит в союз с Севером, мы окажемся в отчаянном положении, — карлик налил кубок вина Серсее. — Ренли не подает признаков пробуждения. Но это было два дня назад в Горьком Мосту. И я не знаю, предлагал ли Простор Старкам мечи, — Варис ухмыльнулся. — Лорд Десница, возможно, мне следует отправиться на юг в качестве посланника. Я и раньше имел дело с Тиреллами. Я мог бы прощупать их. Ренли может отречься и присягнуть на верность своему царственному племяннику за голову брата. А я слишком ничтожен, чтобы быть заложником, — предложил мастер над монетой. Тирион не доверял елейному Бейлишу. Пересмешник играл в более глубокую игру, и многие лорды оценивали его как обычного высокооплачиваемого торговца. Тем не менее, трон нуждался в любых союзниках, которых они могли получить. В конце концов, он предлагал Мирцеллу отправить к Мартеллам. Тирион прикрыл лицо серебряным кубком. Если Бейлиша нет в Королевской Гавани, он может послать Бронна и Подрика осмотреть бордели и раскрыть все секреты. Людей пересмешника было бы легче допросить, если бы их казначей находился в трехстах милях отсюда. — Прекрасно, Лорд Бейлиш. Корона благодарит вас за вашу преданность. Если вы убедите Тиреллов поддержать короля Джоффри, вы будете щедро вознаграждены, — все в Малом Совете улыбнулись и притворились друзьями. У них у всех были свои тайные заговоры, подумал Тирион. Он надеялся, что ни один из них не связан с убийством Десницы. Он допил вино и потянулся за другой бутылкой. Письмо в Дорн может подождать.

***

Тиреллы собрались у Горького Моста в мрачном настроении. Дорога Роз была заполнена палатками, знаменами, повозками и осадными машинами, но на этот раз не было ни артистов, ни шутов, ни певцов. Ренли разместили в спальне лорда Касвелла под присмотром мейстеров. Уиллас и Гарлан сидели рядом с Маргери, а леди Оленна с раздражением смотрела на своего сына. Элегантная дама с длинными серебристыми волосами зашла в солярий. — Матушка, мейстеры обнаружили какие-либо изменения? — с надеждой спросила Маргери. Леди Алерия покачала головой: — Архимейстер Эброуз говорит, что не может зафиксировать никакой реакции. Он сомневается, что король Ренли придёт в себя. Тиреллы тяжело вздохнули. — Мне следовало быть там, на переговорах, — сокрушался Мейс. — Если бы я вёл фургон короля Ренли, Станнис мог бы сбежать с поля боя. А теперь лорд Тарли отказывается выступать. — У лорда Тарли есть право на это, — заметил Уиллас. — Без короля Ренли Хайгарден не может претендовать на Железный трон. Люди не будут воевать, если у них не будет короля, который может даровать титулы и земли. — А что будет, если Ренли умрёт? — спросил Гарлан, нахмурившись. — Лорас очень расстроится, — ответила Алерия. — Он уже несколько дней не отходит от Ренли. — Матушка, Гарлан спрашивает о доме Тирелл, — сказала Маргери, глядя на Оленну. — Мы объявили войну Ланнистерам. На чью сторону мы встанем, если мой муж умрет? Королева Шипов фыркнула. — Мы не можем заключить союз со Станнисом. Лорас планирует убить его и, что ещё важнее, может проявить благосклонность к своим родственникам Флорентам. А Ланнистеры, по словам наших шпионов, очень кровожадны. Джоффри, жестокий мальчишка, приказал Королевской гвардии избивать свою невесту. — А как насчёт волков? Почему бы не присягнуть Старку? — предложил Гарлан. — Роббу Старку, возможно, повезло. Но мальчишка не сможет победить Тайвина Ланнистера, — уверенно заявил Мейс. — Я был в Риверране. Северяне верны Молодому Волку, а Белого Волка они боятся. У лорда Тайвина больше рыцарей, кавалерии и солдат, но Север контролирует несколько замков на его пути. Ланнистерам будет нелегко пройти на запад, — напомнил средний сын. — У Старков есть один недостаток, — сказал Уиллас. — У них нет сильных союзников. У лорда Эддарда Старка было пятеро законных детей и один незаконный сын, но он не заключил настоящих брачных союзов. — Он обручил свою старшую дочь с Джоффри. А ещё Старки имеют прочные связи с Речными землями и Долиной, — возразил Гарлан. — Да, но от этого союза мало пользы. Они воюют с Джоффри. Речные земли разделены, как обычно. А Долина молчит. Лиза Аррен, возможно, и была Талли, но она отказывается посылать кого-либо из своих рыцарей. Старкам нужны помолвки, которые принесут им мечи. — Что ты хочешь этим сказать, Уиллас? — У тебя много фрейлин и компаньонок. Кто-нибудь из них может выйти замуж за Сноу. Если Север потерпит поражение, то помолвка с бастардом не будет иметь значения. Но если победит Дом Старков, мы можем оказаться в их лагере, — ответил Уиллас. Маргери поморщила нос: — У меня есть фрейлины, но все они замужем. Леди Леонетта — жена Гарлана, а леди Грейсфорд ждёт ребёнка. Некоторые другие помолвлены, а Алисия, Мегга и Алисана ещё не расцвели. — Возможно, нам стоит поискать невест среди наших знаменосцев. У них могут быть дочери, которые ещё не нашли себе пару, — предложил наследник Хайгардена. — Хорошо, Гарлан, пожалуйста, поищи их, — приказала Оленна. Спустя несколько минут вернулся сир Гарлан в сопровождении Джона Фоссовея, Матиса Рована и Бейлора Хайтауэра. Оуэн Фоссовей присоединился к ним, когда услышал имя Сноу. Уиллас поделился своими мыслями с тремя лордами. Первым заговорил Бейлор: — Алейн много рассказывал мне об этом Джоне Сноу. Если бы ему выделили земли, я бы не стал возражать. Но у дома Хайтауэров нет подходящих по возрасту девушек. — У Рендилла Тарли три дочери. Талли Тарли пятнадцать, — заметил Джон Фоссовей. — Лорд Тарли скорее пронзит себя мечом, чем отдаст дочь за бастарда, — фыркнула Оленна. — Если мы предложим это, он, вероятно, вызовет нас на дуэль. — А как насчёт бастардов? Найдётся несколько Флауэрсов, которые будут рады выйти замуж за другого бастарда. Мы можем предоставить ему крепость в Нортмарше, — предложил Мейс. — Есть Фалия Флауэрс, незаконнорожденная дочь Хамфри Хьюитта. Лорд Хьюитт имеет много дочерей, а Фалия, по слухам, обладает пышными формами. — Прекрасно, мы можем предложить ей помолвку с Джоном Сноу, — довольно кивнул Мейс. Лицо Оуэна Фоссовея стало пунцовым. — Фалию Флауэрс? Предложить её Джону Сноу было бы оскорблением. Мейс Тирелл был настолько удивлён и возмущён такой дерзостью, что не сразу нашёлся, что ответить. Но Гарлан Тирелл опередил его: — Оуэн, ты хорошо знаком со Сноу. Как думаешь, кто ей подойдёт? Оуэн, к удивлению многих присутствующих, указал на Маргери Тирелл: — Вы должны предложить её. Мейс Тирелл не смог сдержать гнева: — Это возмутительно! Если бы здесь не было твоего отца, ты был бы в цепях! — Я замужем за королём, — с оскорблённой гордостью сказала Маргери. — Он, скорее всего, умрёт или останется в коме. Архимейстер Эброз – лучший целитель, но даже он не в силах помочь. Миледи, Джон Сноу мог бы стать вам прекрасным мужем. — Оуэн, твоя дружба, хоть и заслуживает восхищения, тебя ослепляет. Сноу не безупречный герой, лишённый недостатков, — сказал Уиллас. Оуэн перевёл взгляд на своего собеседника. — Джон Сноу — не герой. Я хорошо знаю его недостатки. Его сложно любить. Он своенравный и упрямый. Иногда в Цитадели его считали гордым или наглым. Но он хитёр, храбр и предан. Скажите, вы хотите, чтобы мужчина ел лимонные пирожные и пил чай? Или вам нужен кто-то, кто способен победить ваших врагов? — Старки, скорее всего, проиграют лорду Тайвину. Так что это бессмысленно. Моя дочь никогда не выйдет замуж за бастарда, — бушевал её отец. — У Джона Сноу нет ни земель, ни титулов. Если не считать его ума, рука моей внучки — это слишком большая награда, — согласилась с ним Оленна. — Его брат — лорд Винтерфелла. И он доказал свою ценность в бою. Если он женится на Маргери, это сделает Хайгарден сильнейшим домом, — настаивал Оуэн. Это не имело смысла. Тиреллы сосредоточились не на своих родовых землях, а на Железном Троне. — Я не только Роза Хайгардена. Я — королева. Я хочу сохранить свой титул и управлять Семью Королевствами, — сказала Маргери, подводя итог обсуждению. В солярии Мейс отчитывал молодых людей, которые считали себя умнее и опытнее, чем более мудрые и старшие люди. Королева Шипов была полностью согласна с ним, глядя на своего сына, который, казалось, забыл о чём-то важном. После этого Фоссовеи, наказанные Мейсом, ушли. За ними последовали Лорд Рован и Бейлор Хайтауэр, который был погружён в свои мысли. Все мысли о предложении руки и сердца были забыты, когда слуги принесли подносы с лимонными пирожными и медовыми пальчиками.

***

Джон и не догадывался, что за четыреста миль от него обсуждают его женитьбу. В то время он был занят более насущными делами. Хостер Блэквуд покормил кукурузой дюжину воронов, прилетевших утром. Письма из различных мест описывали подготовку к возможным нападениям. Леди Мейдж сообщала новости из Золотого Зуба, перечисляя продукты и припасы, доставленные оттуда. Были также послания из Желудей, Каменного Оплота и Приюта Странника. Стало известно о небольших группах Ланнистеров, однако о полном составе войска пока ничего не было известно. Последнее письмо пришло от его брата из Каменной Септы, которая находилась менее чем в двухстах милях отсюда. Робб планировал вернуться в Риверран через три-четыре дня. Джон взволнованно ходил взад-вперёд, глядя на восток, на воды Трезубца. Армия лорда Тайвина ещё не начала полномасштабное наступление. Старый Лев отправил разведчиков, чтобы те проверили оборону. Некоторые из них были схвачены, другие отступили обратно в Харренхолл. Речники патрулировали все переправы через Трезубец, как к северу, так и к югу от Риверрана. Но самое важное — у них был приказ немедленно отправлять гонцов на свежих лошадях, чтобы найти замки с воронами, если появятся признаки приближения более крупного контингента Ланнистеров. Чтобы собрать войско в двадцать тысяч человек, потребовалось время. Земли вокруг Харренхолла отличались плодородием, и, возможно, западники в последний раз грабили их в поисках продовольствия. Однако после битвы при Окскроссе прошло уже несколько недель, но лорд Тайвин всё ещё не выступил. Джон считал это странным. На Севере есть возвышенности и замки. После падения Зуба Риверран оказался хорошо снабжён. Каждый день, который Тайвин выжидал, давал северянам и людям из Риверрана больше времени на подготовку. Он вышел во двор, где было тепло из-за доменной печи. Большие стальные болты, покрытые зазубринами, длиной больше фута, шипели, остывая в воде. Простые люди шлифовали и полировали стальные колпачки и шестерни. Солдаты раскладывали большие деревянные балки и верёвки, а ребята из зимнего городка собирали машины на глазах у зевак. — Лорд Сноу, что это такое? — Маленький Джон почесал затылок. На деревянном помосте, покрытом железом, располагалось нечто, напоминающее гигантский арбалет. Однако это оружие не было полностью завершено. С обеих сторон были прикреплены два стальных капстрана, соединённых туго натянутыми верёвками. Впереди находилась арочная стойка, позволяющая оператору прицеливаться. Вся конструкция была основана на лёгкой, но прочной стальной раме. — Я называю это карробаллистой. Мы используем её в предстоящей битве, — ответил Джон. Вокруг собралась толпа, и парни Карстарк, Хорнвуд, Маленький Джон и Дейси наблюдали, как юноши из зимнего городка поправляют стальные рамы. — Я уже видел баллисты, но разве они не должны быть больше? — спросил Эддард. Оружие было высотой по пояс, а в ширину — четыре фута. — Да, но именно поэтому мы используем сталь. Если заменить дерево металлом, баллиста может быть меньше, легче и мощнее, — сказал Джон, указывая на гигантские деревянные оглобли. — Для зарядки и выстрела одного болта нужно три человека. Маленький Джон поднял готовый затвор. Он был почти одного роста с Джоном, а Амбер — человек немаленький. Его обе руки обхватили толстый засов. — Это, должно быть, весит фунтов тридцать, — сказал Амбер. — Даже я, Амбер из Катапульт, не смог бы бросить его на сто футов. Джон сомневался, что кто-то вообще способен метнуть шестифутовый затвор хотя бы на пятьдесят футов. — Это баллиста, а не катапульта, и она гораздо надёжнее любого арбалета, — сказал Джон. — Чтобы сделать выстрел, нужно крутить металлический ворот, приводя в движение скрученные пружины. Сила, которая создаётся в канатах, толкает затвор. — Сноу... Эта штука имеет длину шесть футов, а металлическое остриё — несколько дюймов в ширину. Почему болт должен быть таким массивным? Рыцаря можно убить и гораздо меньшим, — спросила Дейси. — Карробаллисты не предназначены для убийства рыцарей, — ответил Джон. — И Ланнистеры будут первыми, кто увидит её в бою. Это будет подарок Севера для лорда Тайвина.

***

Спустя два дня Джон вызвал остальных командиров обратно в Риверран. Русе Болтон и Рикард Карстарк отправились в путь по Речному тракту. Большой Амбер присоединился к своему сыну вместе с Гловером и людьми Хорнвуда. Черная Рыба остался на востоке, чтобы следить за разведчиками. Он отправил с докладом Мартина Риверса и Титоса Блэквуда. Эдмур Талли призвал своих людей, и Джонос Бракен, Лиман Дарри, Джейсон Маллистер, Кэрил Вэнс и Клемент Пайпер встали рядом со своим сеньором. Леди Смоллвуд представляла Желуди и находилась рядом с Леди Уэнт и другими леди. Фреи были повсюду в Большом зале. Братья Мандерли, Эддард Карстарк, Дейси Мормонт и Маленький Джон Амбер остались в Риверране после возвращения из Золотого Зуба. Мартин Риверс поднялся, чтобы поделиться своими наблюдениями. Он был незаконнорождённым сыном лорда Уолдера Фрея. В отличие от своих бледнолицых родственников, Мартин обладал румяным лицом и широким телосложением. Чёрная Рыба считал его талантливым разведчиком и поручил ему возглавить дюжину всадников, отправленных к Харренхоллу. — Мы видели только наёмников, идущих на юг, к Божьему Оку. Их было немного, поэтому, вероятно, это были разведчики. Тяжёлая кавалерия пришла в движение. На западе и севере есть небольшие группы людей, — сообщил Мартин. — А их фургоны? Ланнистеры начали перевозить свои припасы? — спросил кто-то из присутствующих. — Там много повозок, лошадей и мулов, которые упакованы и нагружены. Но они ещё не двинулись, — ответил Мартин, почесывая бороду. Русе Болтон заговорил: — Я считаю, нам следует атаковать. Если мы нападём ночью, Ланнистеры могут быть застигнуты врасплох на полях и фермах за пределами Харренхолла. Это позволит нам застать их врасплох и рассеять их кавалерию. — Нет, — ответил Сноу. — Робб будет здесь уже через день. А Тайвин Ланнистер должен подойти к нам. Ланнистеры должны измотаться перед битвой. — Ты хочешь спрятаться за стенами замка? — усмехнулся Рикард Карстарк. Джон не поддался на провокацию. — Тайвин Ланнистер планирует вернуться на Запад. У него есть три возможных пути: Он может пойти на юг по Золотой дороге, но мы знаем, что у Ренли в замке Горький Мост собрано семьдесят тысяч человек. Если Ренли нападет с юга, войско Ланнистеров будет разбито. Лорд Тайвин может пойти прямо на Запад, но у нас есть кольцо замков — Желудя, Розовой Девы и Атранта. Мы увидим силы Ланнистеров издалека, и ему придётся взять замки, чтобы обеспечить свою безопасность. Лорд Талли, есть ли ещё места, где Ланнистеры могут пересечь красную развилку? — Я разместил людей на каждом перекрёстке к северу и югу от Риверрана. Если они заметят вражескую армию, им приказано разрушить мосты и сделать их непроходимыми для телег. Однако есть места, где можно перейти реку вброд. Красный Зубец не такой глубокий и быстрый, как Камнегонка. На полпути к Розовой Деве есть мельница, где перейти реку будет легко, — сказал Эдмур. — А что насчёт районов выше по течению? На востоке и севере? — спросил Джон. — Мои люди и Блэквуды охраняют некоторые переправы. Но, лорд Сноу, легче всего перейти Трезубец на перекрёстке. В нескольких милях от места, где встречаются реки, есть много мостов, и вода там мелкая, — отрапортовал Джейсон Маллистер. — Вы имеете в виду Рубиновый брод? — уточнил Джон. Именно там Рейгар Таргариен погиб в битве с Робертом Баратеоном. — Рубиновый брод находится слишком далеко на востоке. Но есть место, где можно пересечь Красный Зубец. Эти земли принадлежали лорду Шоуни ещё до того, как его осудили за поддержку Блэкфайров, — вспомнил Титос Блэквуд. — А как же Синий Зубец? Через него тоже можно пройти? — спросил Сноу. — Возможно. Но из-за проливных дождей Синий Зубец вышел из берегов, и вода размыла мосты до Доброй Ярмарки. Вам придётся ехать далеко на север, почти сто миль до Старых Камней, мимо Вранодрева, — ответил Титос. — Мы не будем прятаться за стенами, лорд Карстарк. Мы нападём на Ланнистеров, когда они перейдут Трезубец. Мы дадим бой, когда их силы будут наиболее уязвимы, независимо от того, пойдут ли они на запад или на север. Мы атакуем, когда их лошади и повозки будут пересекать реку вброд, — объявил Джон. — Это разумное решение, — сказал Эдмур. — Западный берег Трезубца повыше восточного и довольно лесист. Мы можем спрятать наших лучников в лесу. — Мы сокрушим врага, как это сделали Харрион и Торрхен у Разбитого моста, — с нетерпением произнёс наследник Последнего Очага, желая показать братьям Карстарк, что Амберы — настоящие воины Севера. — Эта битва будет непростой, — предупредил Сноу. — Раньше мы всегда имели преимущество неожиданности, но теперь его не будет. Кроме того, стоит учесть, что лорд Тайвин потратил годы на создание своей армии. Люди Ланнистеров носят тяжёлые стальные доспехи, вооружены лучшим оружием, которое может предложить Утёс Кастерли, и ездят на хорошо обученных скакунах. — Но мы победим, — с улыбкой сказала Дейси. — Молодые Волки непобедимы на поле боя. Джон не разделял ее чувств. Окскросс и Зуб придали Северу большую уверенность. Но Тайвин Ланнистер не будет таким болваном, как сир Стаффорд.

***

Он беседовал с Четтом, Клайдасом и другими ребятами из зимней крепости, обсуждая различные способы укрепления. Они рассматривали записи, которые Джон делал в Цитадели, а также изображения траншей, осадных башен и земляных укреплений. Сноу отпустил команду, когда услышал, как кто-то робко постучал в дверь. — В чём дело, Герион? – спросил Джон у мальчика. — Это насчёт заключённых. Один из Ланнистеров спрашивал о вас, — ответил Герри. — Хорошо. Сейчас я подойду, — сказал Джон. Призрак провёл его до башни. В доме Мормонтов теперь служили люди из Винтерфелла и из дома Талли. Старки были одеты в серебряные кольчуги, стальные шлемы и белые плащи с серым лютоволком. У стражников из дома Талли были шлемы с рыбьими гребнями и широкие копья. В небольшом квадратном замке теперь было много людей, и все комнаты были заполнены. Джон освободил большую часть подземелий, так как не видел необходимости держать там узников низкого происхождения. После того как был взят Золотой Зуб, простые солдаты стали более охотно соглашаться на выкуп. А вот количество высокородных пленников увеличилось. Он сидел у огня. Наступал вечер, и розоватый свет неба постепенно тускнел. С короткого огарка свечи на дубовый стол капал воск. Двое стражников Старка ввели в комнату крепкого светловолосого мужчину. Сир Киван сел с другой стороны, и его лицо исказилось от напряжения. Джон приказал стражникам уйти. Призрака хватало, чтобы защитить его от Ланнистера, который был безоружен. Он подождал, пока тот начнёт разговор. — Сноу, ты собрал в замке столько оруженосцев и пленников, — начал Киван. — Да, это теперь новый Утёс Кастерли. Здесь больше Ланнистеров, чем в Западных землях. — Моей жене здесь не место. Да и Жанея должна быть в другом месте, — сказал Киван. — С ними плохо обращались, сир? Ведь я ясно дал понять лорду Талли, чтобы заключённым не причиняли вреда и не оскорбляли их, — спросил Джон. — Нет, стражники были очень добры к моей жене. Но она — единственная леди, которую вы взяли в плен. Я хотел бы попросить вас вернуть её и мою дочь в Золотой Зуб. Джон не ожидал такого от сира Кивана. — Вы слышали о моих клятвах в Золотом Зубе. — Да, Мартин рассказал мне. Он сказал, что вы поклялись вернуть всех пленных в целости и сохранности, когда война закончится. Но вы не давали такой клятвы в Риверране. Я верю, что вы цените честь дома Старк. Моя жена не заслуживает того, чтобы беспокоиться за свою жизнь. — Леди Дорна действительно этого не заслуживает. Однако многие люди не заслуживают своей участи, — ответил Джон. — Она невиновна. А моей дочери сегодня исполнилось три года, — настаивал Киван. Рейнис убили, когда ей было три, подумал Джон. Она тоже была ребенком, втянутым в кровавую войну. — С какой стати я должен прислушиваться к вашей просьбе, сир? — спросил Сноу. — Почему меня это должно беспокоить? Киван попытался убедить его: — Я не последний человек в государстве. У меня есть несколько сотен рыцарей, и мой брат прислушивается к моим советам. Мой голос имеет вес в Утесе Кастерли и в Королевской Гавани. Сноу усмехнулся: — Пожалуйста, не говорите мне, что если бы Тайвин Ланнистер захотел отрубить мне голову, то вы бы его остановили. Вы не сможете остановить его. Вы должны служить своему дому, а они не друзья нам. — Мой брат действительно желает вам смерти. Но война не может длиться вечно. Возможно, волки и львы сражаются до последней капли крови но Старки и Ланнистеры существуют уже тысячи лет. Я бы не предал свою семью, однако, если бы я мог помочь вашим сёстрам или говорить о возможности мира в будущем, я бы это сделал. Я не могу говорить за Тайвина, но я бы точно отказался от мести, — произнёс Киван. Джон размышлял над предложением Ланнистера. Тот хотел, чтобы его жена и дочь были в безопасности, и не просил ничего ни для себя, ни для своих сыновей. — Я верю вам, сир, — сказал Джон, — но не приму решения до битвы. И если я соглашусь на эту просьбу, то не потому, что боюсь вашего брата. — А если вы погибнете в предстоящей битве? — спросил Киван. — Тогда молитесь, чтобы я выжил, — пошутил Джон, а потом добавил серьёзно: — Я не желаю зла ни леди Дорне, ни вашей дочери. Даю вам слово. А Старки всегда считали, что клятва будет преследовать человека, который её дал, и того, кто её нарушил, до конца света.

***

Джон обедал в солярии, стараясь не пролить мясной сок на пергамент. Ему не хотелось участвовать в пире с множеством лордов и командиров. По его просьбе на кухне приготовили горячий ростбиф в луковом соусе, который положили между двумя толстыми ломтями пшеничного хлеба. Это была прекрасная трапеза, которую он запивал разбавленным элем. Харренхолл располагался ближе к месту слияния Трезубца, чем Риверран. Однако у северян было существенное преимущество: они могли воспользоваться Речной дорогой, которая вела от Утёса Кастерли до Риверрана и заканчивалась у гостиницы на перекрёстке. Ланнистерам же пришлось бы пробираться через леса и холмы. Даже при таком утомительном пути пехоте потребовалось бы более недели, чтобы преодолеть расстояние в сотню миль. К тому же, большая часть северных войск уже выдвинулась дальше на восток. Пехота Болтона, Карстарка и Бракена находилась в трёх днях пути от назначенного места. А солдаты Вэнса и Маллистера патрулировали близлежащие переправы. Как только всадники заметят продвижение Ланнистеров, армия Севера незамедлительно выступит на перехват. Сноу услышал вдалеке радостные возгласы. Вселившись в ворона он увидел как с юга приближалась дюжина лошадей, которыми управлял крепкий молодой человек с густыми каштановыми волосами. Рядом с ним бежал тощий лютоволк с серо-дымчатым мехом, почти такой же большой, как и белый скакун. Робб Старк и Серый Ветер вернулись в Риверран. Он стоял снаружи вместе с Дейси Мормонт и другими членами боевой гвардии. Простолюдины, солдаты и лорды с нетерпением ждали во дворе. Робб спешился, ухмыльнулся и слегка поморщился. Серый Ветер поприветствовал Призрака громким фырканьем, и оба лютоволка помчались в Богорощу. Стражники Робба вернулись вместе с леди Кейтилин, но с ними были ещё четверо — двое мужчин и две женщины. Трое из них носили кольчуги разных цветов: красные, жёлтые и синие. Четвёртая женщина была одета в простые серые одежды. — Лорд Старк, армия в вашем распоряжении, — сказал Джон, поклонившись. — Спасибо, Джон, — ответил Робб. Он повернулся к собравшимся во дворе людям: — Милорды, рыцари и солдаты, даже в Штормовых землях рассказывают о великих победах при Окскроссе и Золотом Зубе. И вот пришло время для финальной битвы в Речных землях. Вместе мы победим Ланнистеров и предадим лорда Тайвина правосудию. Аплодисменты не стихали довольно долго. Сноу ждал, пока люди разойдутся, и в зале останется только несколько человек из его боевой гвардии. Наконец, они дошли до Большого зала, где слуги уже расставили на длинном столе полдюжины блюд. Джон с удивлением заметил, что Роббу не подали форель. Вместо этого в зале запахло жареным цыплёнком, молочным поросёнком и свежим хлебом. — Джон, я хочу представить тебе кое-кого, — сказал Робб и махнул рукой в сторону вновь прибывших людей. — Это сир Робар Ройс, сир Эммон Кай, Бриенна Тарт и леди Талиса. — Рад знакомству. Старк, ты отправился за союзом с армией в семьдесят тысяч человек, а вернулся всего с тремя мечами? — с кривой усмешкой спросил Джон. — И целительницей. Леди Талиса излечила меня от раны, оставленной рукой теневого убийцы, — пояснил Робб. — А ещё лорд Старк спас нас от Тиреллов. Иначе сир Лорас, повесил бы нас за измену, — добавил Робар. Джон удивлённо поднял брови. — Ты многого не сказал в своём письме, — заметил он. — Как и ты, — ответил Старк, допил эль и встал. — Пойдём, Сноу. Нам нужно поговорить. — Но, Робб, ты только что приехал, ты устал после долгой дороги. К тому же, сегодня утром мы не завтракали, а ты ещё не до конца оправился от раны, — возразила Кейтилин. Темноволосая целительница кивнула, соглашаясь с ней. — Нам нужно обсудить план сражения. Мне нужно многое рассказать Джону — и, думаю, ему тоже есть, что сказать мне, — отрезал Старк. Оливар Фрей тоже поднялся, чтобы сопровождать своего господина. — Садись, — сказал он. — Вам всем нужно поесть и отдохнуть. Это приказ. Они разговаривали несколько часов. Джон снова восхитился тем, как быстро брат разбирается в военных вопросах. У Робба был особый талант к тактике. Он предложил план нападения – изобретательный, смелый, но довольно опасный. Сноу должен был подготовить сцену для этого плана. – Может, мне отправиться прямо сейчас? – спросил Джон. Робб покачал головой: – Нет, сначала я поговорю с командирами. Они должны знать, как будет развиваться битва. Твое и твоих людей положение будет самым опасным. – Без риска нет победы. И не будет мира, пока мы не выиграем эту войну, – сказал Джон.

***

Они встретились в Большом зале с лордами и командирами Севера и Речных Земель. Не было только Черной Рыбы и леди Мормонт. Робб рассказал о том, как провёл месяц в Простора и Штормовых землях. История о братьях Баратеон и о теневом убийце привлекла внимание слушателей, и уважаемый сир Робар подтвердил её правдивость. Русе Болтон поднялся и спросил: — Лорд Старк, если Станнис Баратеон — убийца родичей, а Ренли ранен, кого Север поддерживает в борьбе за трон? — Не знаю, милорд, — ответил Робб. — Но это не имеет значения. Большой Джон громко стукнул по столу. — Я предлагаю объявить Север независимым. И есть только один человек… — начал он. — Довольно, милорд, — прервал его Старк. — У нас есть более важные дела. Независимо от того, кто будет править в Королевской Гавани, мы должны победить Тайвина Ланнистера и разгромить его армию. Север и Речные земли будут иметь дело с Железным Троном только с позиции силы. — Каковы ваши планы по победе над лордом Тайвином? — спросила Дейси. — Мы не позволим Ланнистерам пройти на юг. У реки, которая к юго-западу от Божьего Ока, есть мост. Он глубокий и быстрый. Разрушьте его, — начал Молодой Волк. — Лорд Старк, нет никаких признаков того, что Ланнистеры собираются идти на юг, — заметил Мартин Риверс. — Это не имеет значения. Я не хочу, чтобы они сбежали. От Харренхолла до Красного Зубца двести пятьдесят миль на запад. Если их армия двинется в этом направлении, мы сможем их обескровить и заставить платить за каждую пройденную милю. Мы не будем сражаться с ними, но нападем на их лошадей и захватим припасы. Битва будет на северном перекрестке, где встречаются три дороги. Это самый короткий путь для Тайвина, чтобы пересечь Трезубец, — сказал Робб. — Но, лорд Старк, если битва будет у брода, вы хотите разделить наши силы? — спросил Эдмур Талли. — У нас недостаточно людей, чтобы разделить наши силы на две части. У нас семнадцать тысяч человек, а у Ланнистеров — двадцать пять тысяч. Русе Болтон прошептал: — И как же вы собираетесь помешать им переправиться? Джон ответил: — Я буду держать переправу. — Мой брат будет держать северную сторону развилки. У него будет две тысячи человек. Я буду командовать остальной армией к югу от реки. — Две тысячи человек не смогут сдержать армию в десять тысяч конных и пятнадцать тысяч пеших, даже если им придётся пересечь реку. Ланнистеры захватят вас. Эдмур вызвался: — Лорд Сноу, я присоединюсь к вам. Тайвин Ланнистер сжёг и разграбил мои земли. Он не перейдёт мою реку. — Благодарю вас, лорд Талли. Мне нужны люди, которые умеют работать и строить. Наша оборона будет не только рекой. Амбер и его катапульта хотели присоединиться, как и Эддард с братьями. Люди Маллистера и Блэквуда могли бы помочь, прежде чем вернуться в главную армию. Роббу нужно как можно больше солдат, чтобы вступить в бой с Ланнистерами.

***

Арья Старк первая увидела трёхэтажную гостиницу с башенками и белыми каменными трубами. Её зрение было острее, чем у Джендри и Пирожка, и она уже бывала здесь раньше – с королём и отцом, когда Санса ещё хвасталась тем, что она невеста Джоффри. Тогда у неё был лютоволк с тёмно-золотыми глазами и серой шерстью. Казалось, это было в прошлой жизни. Они провели целую неделю в тени армии Ланнистеров, отдыхая днём и двигаясь ночью. Однажды Пирожок украл в Харренхолле мешок с хлебом, но хлеб успел зачерстветь, и они съели его вчера вечером. Теперь у них совсем не осталось еды. Гостиница, стоявшая на перекрёстке, в прошлом, вероятно, была лучше. Сейчас же её внешний вид оставлял желать лучшего: во дворе висела ржавая виселица, а на стене из разбитых белых камней рос мох. Земля была покрыта сорняками, мёртвой бурой травой и грязью. Конюшня была заблокирована повозкой, запряжённой волами и со сломанным колесом. Арья осторожно пробиралась в темноте. Она заметила, что лошадей в конюшне нет. Это удивило её, ведь обычно даже посреди ночи в конюшне были животные. Арья снова пожалела, что с ней нет её верного спутника — меча Иглы. — Кто там ходит? — на пороге стояла юная девушка с арбалетом в руках. Пирожок всплеснул руками, а Джендри опустил их. — Мы не собираемся причинять вам вред. Мы просто путешественники, — сказал Джендри. Тут появились ещё двое мальчиков и девочка, все примерно одного роста с Риконом. Девушке с арбалетом на вид было лет девять или десять. — Кто вы? — спросила старшая девочка. — Меня зовут Джендри, я кузнец. Я слышал, у вас есть кузница, и мы могли бы работать там за еду, — ответил Джендри. — А я пекарь. Я умею печь хлеб, пироги и пирожные, — добавил Пирожок. Девушка опустила арбалет. — У нас есть свободные комнаты, но нет еды. Ланнистеры забрали всё: муку, эль, масло и мясо. — Мы тоже убегаем от них, — сказал Джендри. Лицо девушки стало суровым и недоверчивым, она снова подняла арбалет. Пирожок снова заплакал. Арья вышла из тени. — Кто бы не захотел сбежать от Ланнистеров? Они убили нашего друга и заставили нас работать. Костлявая девушка расслабилась. Если бы она не была такой худой, то могла бы показаться хорошенькой. — Они повесили мою двоюродную бабушку на виселице снаружи. Одна леди арестовала здесь Беса, и её за это убили. — Мы можем остаться у вас на ночь? — прямо спросила Арья. Девушка кивнула. — Мы не прогоняем детей, — сказала она, зажигая короткую свечу, когда они вошли в тёмную гостиницу. Арья увидела множество пар любопытных глаз в общей комнате. — Раньше всё было не так плохо. Но Ланнистеры двинулись на север и забрали всё, что у нас есть. — И волки убьют нас всех, — пропищал мальчишеский голос. — Заткнись, Бен, — ответила девушка. — Нам всем нужно немного поспать. — И она задула свечу. В ту ночь Арье снилось, что она снова стала волчицей, окружённой огромной стаей. Они вместе бежали по рекам, полям и лесам под светом луны. Она была огромной и свирепой волчицей, сильнее и быстрее своих собратьев. Она могла охотиться на оленей, обгонять лошадей и побеждать львов. У неё было четверо братьев и убитая в бою сестра, но братья не забыли её. Они пришли, чтобы забрать её домой — могучие и ужасные Серый король и Белый волк, который всегда стоял поодаль. Эти волки пили кровь людей в бою. В волчьем сне её желудок не был голоден, а сама она не испытывала страха. Она была свободна. Арья проснулась на следующий день. Во дворе стоял шум: там толпились десятки крестьян. Десятилетняя девочка изо всех сил пыталась охранять дверь. — Что случилось? — спросила она. Джендри указал на отчаявшихся простолюдинов, которые молились и плакали. — Они бегут с берегов Трезубца. В пяти милях отсюда они увидели солдат — тысячи солдат. Уиллоу Хеддл обернулся. — Говорят, что на другой стороне Красного Зубца северяне строят укрепления — рвы, стены, башни. Там развевается знамя с белым лютоволком на чёрном поле. Кровавый Волк здесь.

______________________________

Заметки Автора: Чтобы написать эту главу, я ещё раз перечитал главы, посвящённые Арье, в первых двух книгах. Сцена с Горой в Харренхолле просто ужасает. Она напоминает сцены из фильмов для взрослых, где показаны пытки. Я понимаю, что это отличается от книги, где Арья освободила северян. В результате люди Русе Болтона в замке стали вести себя так же плохо или даже хуже. Если вы подумаете о её линии развития, то трансформация Арьи от неудачницы до психопатки кажется вполне убедительной. Это связано с тем, что она была травмирована, став свидетельницей такой огромной жестокости. В книге Пирожок и Джендри хотят остаться в замке, поэтому Арья лжёт им, говоря, что Варго Хоут отрубит им ноги. Однако к тому времени, когда Джейме возвращается в Харренхолл в четвёртой книге, все слуги, кроме трёх, уже мертвы. К этому времени до замка доходят дикие истории о Зубе, и Джендри оказывается достаточно умён, чтобы понять опасность и попытаться уйти. Можно ли считать это натяжкой? Возможно. Но в замке хотя бы кормят. Также стоит отметить, что Арья не использовала Якен-Хгара для убийства Тайвина, хотя это был бы очевидный способ использовать смертоносного убийцу. Однако, если честно, она молода и просто пытается выжить. Гостиница на перекрёстке — это стереотипный образ, который часто используется в литературе и кино. Она напоминает таверну «Подземелье и дракон», где герои получают задания. Однако это не только клише, но и место, где происходят важные события. Например, в книге и сериале «Игра престолов» в этой гостинице Арья убивает Щекотуна. Это одна из самых запоминающихся сцен в произведении. «Армия держится на поставках продовольствия», — так говорили либо Наполеон или Фридрих Великий. И это действительно правда: история галльских войн Цезаря демонстрирует, насколько важны были поставки продовольствия для армии. "Мириам" — это название корабля, который Теон берет в книгах. И в книгах он пьет и распутничает с Патреком Маллистером. В телешоу Бриенна убивает двух членов Радужной Гвардии в целях самообороны. В книгах сир Лорас убивает рыцарей. Это больше основано на книжной версии. Дисциплина — душа армии, как говорил Джордж Вашингтон. Интересно, что фон Штойбен, прусский военный, который стал начальником штаба Вашингтона, утверждал: «Я могу с уверенностью сказать, что в Континентальной армии не было такого понятия, как военная дисциплина». В книгах представлен запутанный сюжет, в котором сир Донтос, известный своей любовью к вину, играет ключевую роль в похищении Сансы из Королевской Гавани по приказу Петира Бейлиша. Именно поэтому Санса не принимает предложение Тириона о безопасности и затем раскрывает заговор Тиреллов, рассказав обо всём Донтосу. На мой взгляд, в этой истории слишком много совпадений. Либо так, либо Петиру Бейлишу просто невероятно везёт на протяжении пяти книг, а в седьмом сезоне удача ему изменяет. Однако главная проблема не в психологии персонажей, а в том, что Тайвин и Варис проявляют удивительную недальновидность, не замечая, что Санса часто ездит в Богорощу, чтобы встретиться с сиром Донтосом. Как это возможно, что никто не знает об этих поездках? Водяные часы, известные также как клепсидры, были изобретены в Древнем Египте. Однако именно греки и римляне усовершенствовали их конструкцию. В Средние века водяные часы получили распространение в исламском мире, где их использовали как в быту, так и в общественных местах. Однако в Западной Европе они, по-видимому, были забыты. Интересно, что в Афинах в IV веке до нашей эры водяные часы использовались даже в публичных домах. Они помогали устанавливать лимит времени для посетителей. В книге «Присяжный меч», второй части цикла о Дункане и Эгге, есть замок сира Юстаса Осгрея, который называется Оплот. Это небольшая крепость, не такая величественная, как Холодный Ров. Мейс считает, что для бастарда это большое благо, а Оуэн Фоссовей — наоборот. Однако после войны верность Оуэна Джону сыграет свою роль. Почему Тиреллы не предложили Маргери Роббу? Дело в том, что она всё ещё замужем. Тиреллы предпочитают действовать постепенно. Кроме того, Оленна знает, что у Робба нет ни желания, ни оснований претендовать на трон. Фалия Флауэрс — персонаж, который упоминается в главах от лица Эйрона и Виктариона Грейджоев. Когда Эурон захватывает Щитовые острова, Фалия становится служанкой своих многочисленных сестёр в Дубовом Щите. Фалия предлагает своей матери и сёстрам служить Эурону обнажёнными. Она беременеет от Эурона и думает, что станет его соляной женой. Позже мы видим её обнажённой, привязанной к носу корабля Эурона под названием «Молчаливая», с отрезанным языком. Карробаллиста — это римское изобретение, основанное на греческой технологии. Римляне усовершенствовали эту технологию, чтобы создать конную полевую артиллерию. В каждом легионе было 55 карробаллистов. Это оружие использовалось как при осадах, так и в сражениях на суше и на море. По сравнению с греческими машинами, римские баллисты имели полностью железную раму и более широкие прицельные механизмы, что делало их более точными. Сообщения, датированные 400 годом нашей эры, рассказывают о том, как карробаллиста могла стрелять на расстояние в тысячу метров или через всю ширину реки Дунай. Предложение Русе Болтона напоминает его действия в битве при Зеленом Зубце. Он планирует совершить форсированный марш за ночь, чтобы напасть на Ланнистеров. Но это кажется абсурдным — Мартин заставляет их преодолеть шестьдесят миль ночью! На следующее утро они будут совершенно измотаны. Читатели также могут обратить внимание на то, что Русе приказывает идти в долину, где Гора устраивает им засаду, а Рендилл Тарли уничтожает оставшихся северян. «Клятва нерушима, ибо, поклявшись добром или злом, она будет преследовать того, кто дал клятву, и того, кто её нарушил, до скончания веков». В «Сильмариллионе» Феанор и его сыновья приносят страшную клятву вернуть Сильмарили. Как мы знаем, эта история заканчивается очень печально. Бутерброд был изобретён графом Сэндвичем в XVIII веке. Он не хотел прерывать игру в криббидж, чтобы поесть, поэтому попросил подавать ему еду между двумя кусками хлеба. Конечно, как и многие другие вещи, это блюдо могли придумать и раньше. Например, в начале Римской империи на Пасху ели ягнёнка, завёрнутого в мацу. Меня не удивило бы, если бы римляне ели мясо с хлебом. Ведь многие утверждают, что пиццу изобрела именно римская армия. Это сражение можно рассматривать как переосмысление битвы у бродов. Однако стратегия, которую Тайвин Ланнистер выбирает в книгах, кажется странной. Он исследует десятки мест, некоторые из которых находятся в десяти милях друг от друга. В книге есть цитата, где Бриенна объясняет Кейтилин стратегию Тайвина. На мой взгляд, было бы сложно скоординировать действия в таких условиях. В книге рассказывается о нескольких переправах, которые Тайвин исследует: одни находятся выше по течению, другие — ниже. Это может иметь смысл, если у вас значительное численное превосходство над противником. Однако более разумным кажется отправить разведчиков и сконцентрировать атаку. Северная армия всё ещё находится в Речных землях, поэтому Тайвин не хочет атаковать её напрямую. Вместо этого он разрабатывает план, который может занять ещё несколько дней, но позволит ему избежать замков. Тайвин намеревается пересечь развилку у перекрёстка и послать своих людей на запад, на ту сторону реки, которая защищена от Риверрана. Затем он планирует следовать по этой стороне реки на запад к Золотому зубу и осадить его. Люди могли бы возразить, что Тайвину следовало бы просто выбрать прямой путь и отправиться на запад. Однако, если прибавить к этому маршруту более семидесяти миль на север, а затем столько же на юг, то получится довольно длительный путь. Но гораздо легче путешествовать вдоль реки, по ровной местности и с возможностью использовать воду для передвижения. В то же время, переход на запад через замки, которые обычно строятся на холмах, значительно увеличит время в пути. Это Уиллоу Хеддл в гостинице, которая находится на перекрёстке. Хеддлы упоминаются только в двух главах книги «Пир Стервятников» Джорджа Мартина. В книгах Пирожок находит работу в гостинице, а Джендри — в гостинице на перекрёстке, где он защищает сирот. В телешоу сцены происходят в гостинице, которая находится на перекрёстке. Женщина, которая поймала Беса — это Кейтилин Старк. Тайвин Ланнистер за это вешает Машу Хеддл. В следующей главе Джон и Робб будут использовать стратегию боя, вдохновлённую греческой и римской тактиками. Тайвин имеет преимущество в численности и качестве войск, но Волки сосредоточатся на особенностях местности и эффективной тактике.