Часть 6
26 декабря 2020 г., 20:46
Подумать только… тогда я впервые был чрезмерно рад встрече с незнакомцем, что в моем животе всю ночь витали бабочки. И тогда у меня даже поднялось настроение и я вылепил из глины миленького котенка, чьи глаза напоминали того парня с красным отливом растрепанных волос.
Он необычайно красив. Встретив его утром следующего дня на скале, я еще раз убедился, насколько красиво сияет его бледная, почти кукольная кожа. Он напоминал фарфоровую куклу высшей пробы. Да, его взгляд… Он остается все таким же пустым, и загадочным, иногда безразличным. Казалось, он несчастный, одинокий человек, странствующий в моей родной местности. И мне так бы не хотелось заканчивать тот день… тот…
— «Я не тот человек, с кем тебе следует продолжать общение.»
Кольнуло где-то внутри. Но как же так? Всего день с ним и я… влюбился. Уже вечером я четко понимал, что чувствовал настоящую эйфорию рядом с ним и не описать, насколько я был счастлив и стеснителен одновременно. Но… кажется, Данна настроен на другой поток событий, стараясь держаться от меня подальше.
— «Почему же я раньше не встретил тебя?»
В следующий миг он во всем признался мне. Но я не верил. Я не мог поверить в то, что передо мной «кукла», хоть и обладающая разумом. А как же то тепло, что исходило от его тела? За этот день я уже несколько раз касался его рук и они были такими теплыми… разве это возможно?..
Однако оставалась одна вещь, с которой я поспорить не могу. Это глаза Сасори. Его взгляд был неизменным с самого начала, будто человек в маске. От него, порой, веяло безразличием, но не всегда.
— «Прости меня, что я попался на твоем пути.»
Зачем?.. Зачем он говорит это? Насколько бы он не был плох… Да, он член опасной организации, да, фактически он преступник и… убийца… Он все же оставался тем Акасуной, которого я узнал. Возможно, это бред влюбленного, но я всеми силами оправдываю его в своей голове. Сасори — человек, стремящийся к идеальному миру без войн и к миру в своем сердце, ведь его прошлая жизнь тоже не была сладка. При нашем тяжелом разговоре, иногда я замечал некую тревожность в его взгляде и от этого становилось больно вдвойне.
И как я посмел открыться?! Я признался, что он нравится мне! В глазах напротив мелькнуло удивление. Но я не мог сдержаться. Он уже хотел уйти от меня, но…
— «Данна, если вы уйдете, то я последую за вами, куда бы вы не отправились.»
Я не был настолько решителен, как тогда, когда узнал истинного Сасори. Я смотрел на него, но ответной реакции не последовало. Меня пробрало отчаяние в тот же миг.
— «У тебя есть шанс на счастливое будущее. Так что же ты творишь?»
Он не желает взаимности, это стало понятным окончательно. Тогда… что же мне остается? Я собрался уходить из деревни в другую жизнь, намереваясь существовать так, как мне всегда хотелось, но теперь… Я спятел, ведь правда?
— «Если вы отказываетесь принимать меня, то я… я… Мне больше ничего не остается, как остаться стоять на этом месте и взорвать дом!»
Отвергнут. Одинок. Я не хотел терпеть этого. Раз уж все так, то уж лучше меня не будет на этом свете и я больше никогда не вспомню этот кукольный взгляд!
Взгляд?.. Его глаза… Они вдруг стали какими-то другими… «настоящими»?
— «Я хочу, чтобы твоя душа была спокойна. Ты самый добрый и светлый человек из всех, кого я только повстречал в жизни. Оставайся таким всегда и продолжай жить. И тогда… я тоже буду счастлив.»
Сложно сказать, что именно закралось у меня внутри, но сердце разрывалось от неприятия ситуации. Последнее, что Сасори-сама сказал мне, он говорил, казалось, от чистого сердца, но… Я хотел пойти за ним. Да, мне было все равно, когда я узнал его правду. Я не думал о предстоящих проблемах, которые возникнут в последствии моего поступка сбежать из деревни. Я просто хотел идти за ним…
Всего один день, и я был благодарен, что прожил его именно так. Но Данна… его слова отдавались эхом в моем сознании. Мне показалось, будто все вокруг заполняется приятным нежно-фиолетовым оттенком. Сасори посмотрел на меня и повернулся, уходя из моего дома. А я все так же стоял, чувствуя, как подкашиваются ноги.
Это конец. Слезы перестали течь по моим щекам и я слегка улыбнулся своей судьбе, совсем недавно решив взорвать ее.
Глаза Данны… В последний момент они посмотрели на меня совершенно по-другому. Возможно, он говорил правду и я не безразличен ему. Возможно, эта иллюзия моих сумасшедших воображений и мне это всего лишь показалось, но я улыбнулся искренне.
Другого конца я больше не видел для себя. Я хотел покончить со своими страданиями здесь и сейчас. И тогда Сасори забудет обо мне, как и я… перестану думать о нем и меня уже не будет волновать ничего.
Все те фигурки из глины, что окружали меня… Они наполнены частичкой чакры моих родителей и моей собственной. С тех самых пор, когда я остался один и начал делать эти работы, ставить на полки повсюду, уже тогда я мечтал взорвать дом и себя внутри него. Просто, чтобы весь мой мир и я сам исчезли отсюда раз и навсегда. Но я сомневался. Каждый раз сомневался и ждал, когда наступит подходящий момент. Похоже, это он и есть. Спасибо за то, что произошло со мной в этот день, Сасори но Данна.
Я сложил из рук печать и произнес:
— Взрыв!
Дом наполнился ярким светом пламени, обжигающей своей красотой. Я не сразу понял, что просто взлетел в небо, смотря на то, как разрушается мой дом, грамя соседние здания.
Но почему я здесь? Да, я так и думал. Эта техника моих родителей. Они всегда оберегали меня и всегда, когда наставало время взрывать глину, они делали так, чтобы она не причинила мне никакого вреда. Как и сейчас. Все работы взорвались одновременно, а фигуры, созданные моими родителями, оттолкнули меня на безопасное расстояние от взрыва, благодаря чему я сейчас здесь. Мама… папа… но зачем? Для чего мне продолжать жизнь?
Когда я начал падать, я почувствовал незнакомую технику кого-то, кто начал поглащать мое тело в пустоту. Я понимаю, что начал стремительно терять сознание.
***
Я очнулся в почти полной темноте. Я чувствовал, что лежу на кровати, прикрытый теплым одеялом. Голова болела сильнее с каждым новым движением, когда я старался подняться. Однако, сделать этого так и не удалось. Я не сразу заметил стоящую передо мной высокую фигуру человека с некой чакрой, настолько высокой силы которой я еще ниразу не ощущал. — Тсукури Дейдара. Его голос заставил меня задрожать. Я сжался автоматически, понимая, что если это враг, то я ничего не могу сделать. Я чувствовал себя обессиленным до максимума. — Твоя техника очень впечатляет, — продолжил человек, как я разглядел сквозь темному, стоящего передо мной в странной маске. — Что происходит? Где я?.. Все тело колотило, будто я до сих пор летел, отдаляясь от взрыва. — Ты в надежном месте, — сухо ответил человек, подойдя ближе. Я чувствовал, как он рассматривает меня, будто насквозь. — Однако, долго же ты спал. Дня три, не меньше. Я смотрел в потолок и пытался сообразить, что сейчас происходит. Не похоже на сон, однако я все же не понимал, почему остался жив. Что со мной стряслось? И где… Сасори?.. Переведя взгляд в сторону некого человека, я пристально всматривался в его маску спиральной формы и тут до меня постепенно начало доходить последнее, когда я взорвал дом и взлетел в небо, затем ощутил, как-будто меня закруживает ураган. Но все же, что я здесь делаю? — Вы спасли меня? — Хм… Сложно сказать. Скорее, сделал это, чтобы кое в чем убедиться. Я видел тот ваш последний день в мельчайших подробностях. Я ничего не ответил, понимая, что речь идет о Сасори. Я убедился в этом полностью, когда, наконец, смог разглядеть еще немного больше деталей сквозь тьму: красные облака на плаще собеседника теперь четко отображались на черном плаще. Передо мной стоял один из Акацуки и я, зачем-то, нужен ему, раз я здесь. Я решил спросить это сразу. — Вам нужна какая-то информация о нем, я прав? — Теперь я знаю достаточно, — ответил безмятежно. — Удивительно, что ты помнишь все, что случилось. Сасори ведь хотел лишить тебя памяти, чтобы ты забыл все последние события. Этот препарат никогда не подводил, а тебя он только усыпил… — Зачем вы говорите мне все это? Становилось тяжко с каждой минутой, когда я все чаще представлял лицо Данны в своей голове, его неестественный взгляд, который манил меня. — Ты ведь хочешь увидеть его? Сердце застучало быстрее вдвойне. Я никак не ожидал этих слов, что подумал, может мне показалось? И этот вопрос возник лишь у меня внутри? — Но Данна… Он не хочет видеть меня. И я никогда не посмею показаться ему… Зачем я здесь? Зачем вы принесли меня сюда? Ответьте. На глаза накатывались слезы. Я был не в силах сопротивляться этому болезненному чувству внутри, ведь я хорошо понимал: Акасуна ушел и я не должен напоминать о себе. Мужчина присел на край кровати, не сводя с меня пристального взгляда, однако сейчас Акацуки был расслаблен. — Он изменился, — наконец тихая атмосфера рассеялась. — Я следил за ним каждый последующий день. Состояние Сасори только ухудшалось, но одновременно с этим он «оживал». Я не понял, что он имел ввиду под этим словом. И он понял это, предупредив, что все расскажет мне. — Уверен, всему причина — ты. Я о том, что ты сделал с моим другом, ведь теперь марионетка, каким он был раньше, становится другой… И теперь все изменится, — прошептал про себя, однако я услышал каждое слово и на какое-то время задумался. — Марионетка… каким он был раньше?.. Человек в маске рассказал мне все, что знает о том, что происходит на данный момент с Данной. Он следил за ним каждый день и все больше убеждался в своих предположениях. Я ненавидел себя с каждой минутой все больше за то, что вообще связался с ним. Однако Акацуки, что находился рядом со мной все это время, останавливал мои темные мысли, будто читал меня, как открытую книгу. Было страшно и одновременно хорошо. Но самое главное, я успокоился, когда узнал, что этот человек вскоре приведет Сасори домой. — Должны ли мы видеться? Разве… ему не плевать на меня? — Дейдара-кун, ты разве не понял? Ему не может быть все равно на тебя, ведь ты заставил его сердце биться. Эти слова прозвучали особенно ярко, отражая улыбку на моем лице. Я очень рад и одновременно напуган тем, что будет потом, ведь Акасуна считает меня погибшим, а я… разве мне есть смысл еще раз увидиться с уже совершенно иным Сасори, или все-таки наконец взорваться? Чего я жду, разговаривая с Акацуки? Ведь меня ничего не держит. Ничего?.. — Ты больше хочешь жить, так значит хватит думать о смерти, — человек в маске вновь прочел мои мысли. — Я знаю, ты хочешь жить в мире, где не будет войн и разрушений. Ты хочешь жить спокойно, как и все, кто тебя окружает. — Это моя мечта, — ответил я, сжав одеяло. — Я всегда хотел жить мирно и рядом с теми, с кем спокойно… — Снова поник? — удивленно. Я поднял на него озадаченный взгляд, ведь в моей голове никак не переставали крутиться мысли о Сасори. — Твоя сила поможет нам достичь счастливого мира на земле. Я хочу, чтобы ты стал одним из нас — Акацуки. Мои глаза расширились от шока. Я смотрел на собеседника, не понимая, как реагировать на все, что происходит в эти мгновения. С одной стороны — моя мечта сможет осуществиться, но я все же думал о том, как Акасуна отнесется к этому и посмотрит ли вообще в мою сторону… Голова разрывалась от мыслей ровно до тех пор, пока второй не подошел к столу и не придвинул ближе к моей кровати вазу с той самой розой, которую мне подарил Сасори. Я сразу вспомнил блеск в тех больших красных глазах и тогда я впервые почувствовал от них безумное тепло, заливаясь румянцем до максимума. От воспоминаний я снова начал краснеть, не в силах удержать улыбку. Я поднялся и дотронулся до цветка. Он был все так же красив и сейчас его красота сияет даже лучше, чем тогда. — Он будет рад этому, поверь мне, — прозвучало за спиной. Я вновь посмотрел в сторону того человека, еле заметно кивнув в знак согласия. — Что ж, тогда идем, я должен показать тебе здесь все.
