А ведь я любил тебя всё это время.

Они проснулись в одной кровати. Под одним одеялом, чувствуя тепло друг друга. Драко давно проснулся, но не хотел вставать с кровати, чтобы не разбудить Гермиона которая в это время покоилась у него на груди, тихо сопела. Рядом с ней было тихо, спокойно. Он знал что его любят, он знал что его любит она. Ему не нужна была любовь никого другого. Его мысли прервала Гермиона которая начала вставать. —Доброе утро. Тихо прошептал Малфой гладя девушку по щеке. —Доброе. Улыбнувшись и прикрыв глаза ответила ему та. Начались каникулы, поэтому они не спешили вставать и идти куда-то. Они наслаждались этим моментом, они наслаждались друг другом. —Гермиона, я хочу тебе кое-что предложить. Сказал Драко когда лежал у Грейнджер на коленях. Его торс был голый, что позволяло видеть его накаченное тело, брюки были немного спущены открывая взгляду резинку боксеров. Гермиона же сидела в одних лишь трусах и в рубашке Малфоя. —И что же ты хочешь мне предложить, Драко? Спросила Гермиона перебирая пряди его платиновых волос. —Давай проведём каникулы в Малфой Меноре? —Драко, ты с ума сошёл? А как же твой отец. И Нарцисса? —Их не будет в стране, они решили провести каникулы во Франции. —Малфой… —Просто обещай подумать до вечера. Хорошо? —Хорошо. Она чмокнула его в губы и начала вставать. И когда встала резко повернулась к нему и сказала. —А доступ к вашей библиотеке будет? Улыбнувшись сказала Гермиона сузив глаза. —О боже, Грейнджер, ты не исправима! Хохатнув сказал Малфой. Он лениво встал и подошёл к ней. Обвив её талию руками и притянув к себе, он нежно-нежно поцеловал её в губы и добавил так тихо и осторожно что по её тебя пробежал ряд холодных мурашек. —Для тебя всё что угодно. Она ему улыбнулась и отстранившись из его объятий последовала к шкафу с одеждой. Драко же так же лениво последовал в ванную комнату. И на последок, повернулся к Гермионе и с ног до головы осмотрев её сзади, останавливая взгляд на её открытом плече, бёдрах и словно зверь скользил глазами по её ногам. —Только это за отдельную плату. Сказал Драко ихидно улыбаясь. Гермиона повернулась и увидела его полный пошлых фантазий взгляд сказала: —Ты не исправим, Малфой! Сквозь улыбку прокричала девушка. Драко подмигнул ей и скрылся за дверью ванной.

***

Они трансгресировали по камину в Малфой Менор поздно вечером. Как и говорил Драко, дома никого небыло. Дом был великолепен. Внутри всё было отделано в серо зелёных тонах, много серебряных украшений, портреты всей семьи Малфоев в золотых рамках, мраморные полы и высокие потолки. Куча дорогой мебели: тумбы, столы, шкафы, диваны, кресла. Каждый столик украшен изысканной вазой с белыми розами. —Моя мать обожает белые розы. Сказал Драко рассматривая цветы. —Драко, тут так красиво! Восхищалась Гермиона. —А знаешь что в этом доме самое красивое? Подходя к девушке с зади сказал сказал он. Драко медленно и аккуратно положил руки ей на талию нежно поцеловал в шею. Гермиона наклонила голову в право, давая парню больше пространства. Малфой поцеловал мочку её ушка, нежно посасывая, а затем словно змея прошипел ей: — Моя спальня. Что у Гермионы пробежала армия мурашек по позвоночнику. В низу живота назойливо закололо и она почувствовала острое желание. Желание его. —Драко. Тихо простонала она. Это стало точкой кипения для Малфоя. Он развернул её к себе и вцепился в её губы своими. Руки скользили по её спине, талии, бёдрам. Её руки зарылись в его волосы. Одно мгновенье и они уже оказались в спальне. По середине стояла большая кровать с серо-зелёным покрывалом и белыми подушками. Рядом с ней стояла прикроватняю тумба на ней покоился тресвечник и пара книжек. В комнате было большое окно, но оно было зашторенным серым зановесом. В камине горел яркий огонь который освещал всю комнату слабым светом. На против кровати стоял прелестный, резной шкаф. —Драко… Этот шёпот вырвался из её уст словно мольба. Он поднял голову. Доля растерянности и страсти были в его глазах которые отливали серебром от света. —Ты хочешь, чтобы я прекратил? Хрипло выдохнул он не спуская своих глаз от её. —Нет же, нет. На выдохе сказала она замотав головой. На лице Драко появилась улыбка, тем самым показывая что его удовлетворил её ответ. Стоя около кровати Драко начал раздевать её. Снимая с неё футболку он посмотрел на её груди и в один виг лифчик слетел с её тела. Драко начал покрывать ложбинку между её грудями мокрыми поцелуями опускаясь всё ниже. Одним движением он стянул с её бёдер просторные джинсы и трусы, откинув их куда-то в сторону. Его теплое дыхание, скользившее по коже, поднимало в Гермионе жгучие волны возбуждения. Драко пристально смотрел на нее, переводя взгляд сверху вниз, не оставляя без внимания ни один изгиб ее тела. Потом тот же путь проделали его руки. С груди они скользнули на стройную талию и обхватили соблазнительные бедра. Гермиона стояла неподвижно, а где-то в сердце рождалась трепетная нежность. На неё никогда так не смотрел. Драко буквально боготворил её. Никогда в жизни она не испытывала такого удивительного желания, которое охватило сейчас — отдать себя. Она хотела его, хотела делать то, что ему нравится, хотела быть такой, какая была ему нужна. Его настойчивые пальцы требовательно сжали ее бедра, когда он встал на колени и притянул ее к себе. Положив руки ему на плечи и закрыв глаза, Гермиона запрокинула голову, и сверкающая волна волос упала ей на спину. От влажного и жаркого прикосновения его языка, кружившего вокруг пупка, у нее перехватило дыхание. По мышцам ее плоского живота пробежал огонь наслаждения. Её ноги задрожали когда она почувствовала его дыхание в низу живота, и весь мир вдруг перевернулся с ног на голову. Очень тщательно, ни на секунду не отрываясь от своего занятия, он исследовал подвижные складки ее кожи, ощупывал языком гладкие лепестки. Пальцы Гермионы забрались в его волосы, стали перебирать их, а он в это время добрался до самого сокровенного источника наслаждения и принялся с осторожностью ласкать. Из ее груди вырвался тихий, протяжный стон. В ответ на это Драко ещё сильнее сдавил её бёдра. Нахлынувшее на неё наслаждение, было таким, что она забывала дышать. Тело ее изогнулось, руки ослабли, по безвольно разжавшимся пальцам пробежали иголочки тока. Драко поднялся и наклонился к её губам. В его глазах загорелось пламя, которое сможет потушить только Гермиона. Его жадный язык протолкнулся между ее зубов, вернулся назад, снова погрузился в теплую глубину. Не отрываясь от ее сладкого рта, Драко вновь пробрался рукой к жаркому источнику. Ее тело с радостью приняло это прикосновение, задрожав от волнения и удовольствия. Одним рывком распахнув рубашку Драко вытащид её из джинсов. Гермиона пыталась расстегнуть ему ремень, но ее пальцы дрожали, и Драко, осторожно отведя в сторону ее руку, справился с пряжкой ремня сам. Щелкнула кнопка на поясе брюк, и молния заскользила в низ. Драко не стал останавливать ее трепетавшую руку, отыскавшую жаркую, возбужденную плоть. Его дыхание стало прерывистым, когда Гермиона ласкала разбухавший под ее пальцами член. —Какая же ты красивая. С тихим изумлением сказал он. Внезапно его руки оказались у нее на талии. Распрямив ноги, Драко сначала сел, а потом лег на кровать, увлекая Гермиону за собой. Ее бедра оказались зажаты его коленями, и он подтянул ее повыше, так, чтобы она легла ему на грудь. Какое то время Гермиона лежала, прижимаясь к нему и прислушиваясь к глухим ударам его сердца. Гермиона уперлась ладонями ему в плечи и приподнялась, затем, не сводя глаз с его лица, стала осторожно и медленно опускаться. Драко застонал от мучительного наслаждения. Отрывистое дыхание и безумные удары сердца — все говорило о буре, бушевавшей в нем, которую он уже едва сдерживал. Малфой вздрогнул. — Боже, — проговорил он хриплым от возбуждения голосом. Уперевшись руками в кровать, он рывком поднял свой корпус и одним сильным движением бедер глубоко проник в нее, полностью овладев. Гермиона вскрикнула от наслаждения. Ухватившись за его мускулистые плечи, она приняла его в себя, призывая взять ее всю. Она хотела его, хотела безумно. В момент наивысшего блаженства они слились в едином движении, едином порыве. Их единство было теснее, чем просто прижавшиеся друг к другу тела, глубже, чем жаркие вдохи, тихие, страстные мольбы и гортанные, хрипловатые звуки несказанного наслаждения.