Одно новогоднее чудо на двоих

      Наконец, пришла Эльвира Якимовна и пустила юных, некоторые из которых были совсем зелёными, театралов в маленький школьный театр. Даша и Настя опаздывали, как и Елена Михайловна, дочь вышеназванного педагога и местный режиссёр.       — Хах, тут ещё и банная шапка есть! — вешая куртку, посмеялась девушка, заметив на соседнем крючке очередной слегка странный театральный реквизит и взяв его в руки, — Ой, погодите, Саша же в ней ещё не фоткался!       — И правда. — подхватил её слова одноклассник, взяв шапку и идя в другую комнату театральной студии, — Сань, поддай парку!       — Что? — послышался непонимающий голос парня из темноты зрительного зала. Так как свет включается с пульта управления режиссёра, опаздывающего уже на 2 минуты, единственное доступное освещение — это телефонный фонарик, придающий этому месту особый шарм, которого и так было хоть отбавляй.       — Ты ещё не фоткался в этой шапке. — подойдя со спины Никиты, протягивающего банную шапку Саше, отметила Алёна.       — Ага. Надевай и иди поддай парку. — усмехнулся тот, смотря с улыбкой на недогоняющего друга, — Я обязательно потом лайкну фотку!       — Ладно...? Прям в курте? — парень всё ещё не до конца понимал прикола, но выглядел крайне очаровательно в растерянности.       Эта история о моём Новогоднем чуде… О нашем. Но обо всём по порядку.       Если кратко, то всё началось с занятий в школьной театральной студии. Даже в условиях карантина она продолжала работать. Я там был не первый год, хотя и пришёл на занятия лишь в ноябре, опоздав на две недели. Меня ожидала там новая группа, в которой из бывшего состава осталась лишь Юля.       Уже за месяц мы сменили четыре спектакля, попрощались с тремя людьми и на половину отработали действующую театральную постановку. Наш коллектив, состоящий из шести человек, казался какой-то компанией друзей, нежели собрание случайных людей из разных классов.       Итак, сегодня было 7 декабря, время близилось к Новому году. Репетиции хоть и были всего 2 раза в неделю, но этого хватало, чтобы узнавать друг друга лучше и, возможно, заводить новых друзей.       — Извините за опоздание. — поспешно снимая куртку, сказала Настя. Её с улыбкой поприветствовали, следом зашла Елена Михайловна.       — Так, дети, все пришли?       — Здравствуйте. Только Даша осталась. — ответила Юля, отвлекаясь от повторения текста.       — А мальчики где? — осматриваясь, спросил педагог.       — В гримёрке зависают.       — Ага, мы здесь. — послышался голос Никиты.       Впрочем, там же сидели Настя и Алёна, о чём-то беседуя с парнями. Школа, учёба, дистант, много горячих тем в этом "интересном" году.       Скоро пришла Даша и все потянулись к сцене, только парни всё сидели в креслах, обсуждая учёбу.       — Хэй, мальчики, а вы не хотите присоединиться к репетиции? — зайдя за текстом в гримёрку, спросила Даша, с усмешкой смотря на театралов, видимо, слишком увлечённых друг другом.       — А? Не, мне и тут с Саньком, в принципе, хорошо. — смотря на парня в соседнем кресле, с довольной ухмылкой ответил Никита. Было в его лице что-то, что смутило младшего, отчего он чуть покраснел, вновь растерявшись.       — Ооууу маааай, какие страсти. Кажется, у меня новый шип. — хотя стоящая недалеко Алёна и хотела сказать это потише, смеясь с Юлей над ситуацией, но была услышана, и ответ, конечно, был шикарнее предыдущего.       — Кого это ты там шиперишь? — послышался слегка недовольный голос Ника, однако тут же он самодовольно улыбнулся, откидываясь в кресло, — А хотя, впрочем, ничего не имею против.       Его слова заставили Сашу раскраснеться лишь больше, зато девочки были в восторге от такого поворота событий. Но, впрочем, и правда пора идти репетировать и только Александр об этом вспомнил, точнее хотел перевести столь неловкую тему как можно скорее.       — Ладно, хватит шуток, уже почти 20 минут начать не можем, идём... — его глазки бегали по полу, не поднимаясь на Никиту, а сам он краснел от любой мысли о нём. Мучал вопрос: это ведь всего-лишь шутка, так почему он так завёлся?       Слова подростка поддержали и все направились на сцену.       На самом деле мы быстро сблизились и стали друзьями. Мне нравилось с ним общаться, будь то случайные встречи в школе или прогулки, пусть это и было всего пару раз. В любом случае, не скучали. На удивление, у нас было много тем, хотя мы и казались такими разными. Рядом с ним… Я становился другим.       Через несколько дней мы стали лучшими друзьями.       — Привет, красавчик. — облокотившись на стену, старший привлёк к своей особе внимание. От неожиданности Саша чуть дрогнул и смутился от такого прозвища, тут же отвлекаясь от разговора с одноклассником и поворачиваясь к нарушителю спокойствия.       — Ты с ума сошёл так меня называть? — чувствуя себя униженным, недовольно ответил тот, даже не здороваясь в ответ. На это Никита лишь шире улыбнулся и, положив руку на плечо Алекса, слегка его похлопал.       — Не злись сильно, я же просто шучу. Лучше идём — я знаю, что у тебя сейчас окно, и, пока есть время, я хочу тебе кое-что показать. — Никита внимательно следил за сменой недовольства в лице друга на заинтересованность.       — Эх, ладно, веди. — быстро прекратив злиться, ответил девятиклассник, помахав парням из параллели на прощание. Хотя всё равно было перед ними стыдно…       Они пошли к актовому залу, за которым находилась театральная студия. У Ника был ключ.       Путь лежал на второй этаж. Хотя с карантина вышли лишь 5, 9 и 11 классы, но школу всё равно украсили к новому году: везде висели вырезанные снежинки, снеговики, варежки. В некоторых кабинетах висела пушистая мишура, гирлянда. Стояли поделки на Новогоднюю тему. Не смотря на ”ужасы” школы, это навивало воспоминания о детстве, ведь и эти подделки делали младшие классы. Осталось 10 дней до праздника.       — Так… Что же я должен увидеть? — они шли уже по актовому залу и, учитывая, что они идут в театралку, было интересно, чего же он там увидеть не успел?       — Увидишь — узнаешь.       Сашу завели в гримёрку, прямо по центру которой стояла коробка. Её раньше не было.       — Время фотосессии! — открывая её, радостно заявил Никита.       Куча мишуры, шапочки, ободок с оленьими рожками, даже свитер с гирляндой, светящейся гирляндой! Глаза Саши загорелись.       — Оооо, вот это круть! Чур свитер и ободок мой!       Накинув на большое зеркало “для селфи” мишуру и шапку Деда Мороза на большого плюшевого мишку позади них, они принялись за себя. Саша натянул красный свитер с ёлкой, шарики на которой мерцали, ободок с оленьими рожками и ушками, надел мишуру как шарф и стал красоваться перед зеркалом, чем очень рассмешил Ника.       — Пф, чего смеёшься? Сам сейчас нарядишься не лучше. — усмехнулся тот, смотря на ассортимент в коробке.       — Зато в виде Деда Мороза я буду круче! — гордо скрестив руки на груди, заявил тот с ухмылкой. Александр в ответ лишь фыркнул.       Надев на себя шапку снегурочки с косичками и крайне короткий плащ с блёстками, он обмотался гирляндой, работающей от батареек, и так же использовал мишуру как шарф. Без смеха смотреть на них было невозможно, но зато фотки были классными.       Далее они были брутальными Дедами Морозами, потом перемерили всё, что можно, и Никита предложил вместе обмотаться гирляндой и мишурой. В разгаре веселья Саша согласился, не думая ни о чём, однако… Закрутившись, они не удержали равновесия и полетели вниз. Благо, в сторону большого мишки, так что приземление было мягким.       По велению судьбы Саша оказался под Никитой, который успел выставить руки, прежде, чем придавить младшего.       — Ты не ушибся? — с беспокойством глядя в глаза подростка, чьё лицо было буквально в десяти сантиметрах от его, спросил Ник. Он впервые чувствовал его сбитое дыхание и мог чётко услышать биение сердца, хотя отличил ли бы, где чьё? Оба сердца бились в волнении от происходящего. Влюблённые, скрывающие свои чувства за шутками и дружбой, были лишь вдвоём, одни, в столь деликатном положении. Они оба залились краской.       — Я в порядке… — отвернув голову в сторону и закрыв лицо рукой, он сказал это максимально тихо. Кажется, что происходящее сильно беспокоило его?       Как бы Никите не хотелось сейчас его поцеловать, хоть в щёчку… Это не тот момент.       — Кхм, чего это мы разлеглись? Ну-ка, помогай выпутываться! — усмехнувшись, сказал тот.       Тогда это и правда подействовало: процесс выпутывания был максимально весёлым и мы забыли об этом… Почти. Я не забыл. Меня стал сильно волновать этот вопрос. Он никогда не отвечал на мои шутки, постоянно отворачивался, порой избегал, делая вид, что не замечает… За месяц общения я уже понял и лично от него услышал, что он крайне прямолинеен и сообщил бы мне, если бы хотел, чтобы я прекратил. Но он не поддерживает шутки, не запрещает, скрывается и держит всё в себе. Я решил это выяснить, но самому не хватало сил сделать это раньше, но 31 декабря…       Белые хлопья падали с неба, полного чудесных ярких звёзд. Хотя было всего 8 вечера, казалось, что это была ночь.       Саша, как ребёнок, ловил снежинки языком, пока Никита ходил за имбирными пряниками.       — Эй, дитя малое, хочешь? — подойдя, он протянул вкусняшку другу, на что тот лишь фыркнул, что разница в их возрасте всего лишь год, но пряник взял.       Они пошли гулять дальше вдоль стендов новогодней ярмарки, осматривая предлагаемые товары, на которые порой без смеха не посмотришь.       — Слушай...       — М?       — Мне вот одно интересно. Я всё думал, что ты сам мне объяснишь, но ты и не торопишься. Какого чёрта ты пришёл ко мне домой, буквально вытянул и привёз сюда, ещё и оплатив за меня такси и этот пряник... Я чувствую себя ребёнком, блин! — слегка надувшись, заявил Саша, смотря на непонимающее лицо Никиты, который в один миг заржал в голос, что заставило Саню нахмуриться и обиженно фыркнуть, отвернувшись. И правда ребёнок.       — Ребёнок, хах? А что, звучит неплохо, малыш~ — Ник пошло ухмыльнулся, глядя на друга.       — Ой, да иди ты. — в шутку ударив парня, ответил Алекс. Благо, от мороза щёки и без того были красными и смущения не было видно.       Здесь было крайне людно. Кто-то суетился и покупал подарки, в последние часы до нового года, кто-то покупал ледянки, чтобы покататься на горках неподалёку, кто-то покупал детям эти светящиеся безделушки, которые сломаются буквально завтра. Но во всём этом шуме, радостных криках и веселье есть свой покой и шарм — чувствуется предверие праздника. Или, может, он уже наступил у кого-то, ведь день этот по определению волшебный. Должно случиться чудо...       — Я так полагаю, ты ещё хотел сказать, что мне очень повезло, что твоя мама отпустила тебя погулять до часу ночи? — ехидно отметил старший.       — Ооо дааа, это буквально новогоднее чудо! — но не то, которое они оба ждали.       Усмехнувшись, Никита хотел подколоть друга, но у льда другие планы и скользкая подошва Саши с ними согласна. Не удержав равновесие, он на удачу полетел прямо в Ника, который тут же его схватил, устояв на ногах. Оказавшись в нежных и надёжных объятиях, Александр рефлекторно обнял его в ответ, прижимаясь. Несмотря на весь холод вокруг, ему казалось так тепло и уютно рядом с ним, что даже сердце, начавшее быстро биться от страха упасть, начало успокаиваться от умиротворения...       — Ты цел? — обеспокоено поинтересовался Ник.       — Да, спасибо. — улыбнувшись, ответил тот, но только он осознал, что находится на улице, полной людей, сразу начал пытаться выбраться из объятий. — Всё, отпусти меня, люди смотрят!       Отвернувшись от Никиты, дабы скрыть румянец, который и без мороза господствовал на его лице, он пытался немного успокоиться, но мысли все были посвящены одному лишь человеку... Сердце снова начало тарабанить, но иначе, это волнение от первой близости такого уровня, это радость.       Пока Алекс приходил в себя, Никита осмотрелся и, дабы отвлечь его, дёрнул за рукав и тут же, по-ребячески радостно заявил:       — О, смотри, какие ободки! Давай возьмём и к ёлке фоткаться? Ты же любишь всё, что нелепо выглядит, лепить на себя, да фоткать. — последнее предложение он как-то издевательски протянул, заставляя Сашу немного нахмуриться, но так же в шутку.       — Что, снова меня подкалываешь?       — Нееет, что вы, о, гуру фоток!       — Да ну тебя! — крикнул тот, рассмеявшись. Ища вглядом те ободки, он заметил ещё интересного ”реквизита”, и, махнув рукой, зазывая друга, сказал, — Ладно, идём.       В тот вечер галерея пополнилась новыми фотографиями вдвоём. Пусть они и выглядели нелепо, но каждая из них значила для них очень много…       Незадолго до полуночи, они ушли на полностью нетроннутый заснеженный холм, купив с собой бенгальских огней. Это было идеальное место для просмотра салюта и… Важного разговора.       — Красиво… — смотря на искры бенгальского огня, как завороженный, сказал Алекс с улыбкой. Он так мило выглядел, что Никита не мог не улыбнуться в ответ.       — Это ещё мелочи. Через две минуты небо покроется сотнями ярких разноцветных взрывов. Это будет просто волшебно.       — Ага... — бенгальский огонь вот-вот догорит. Вздохнув, Александр посмотрел на Ника с лёгкой неуверенностью, словно хотел что-то спросить, но нужно было собраться духом, прочем, скоро он заговорил, — Я задам глупый вопрос, но... Веришь ли ты в волшебство или Новогоднее чудо?       — Хм? Я думаю, что верить мало, нужно что-то делать для этого. — на удивление задумчиво и без капли интузиазма ответил тот.       — То есть, ты скептик? — с некоторым удивлением и непониманием спросил Саша, ведь на постоянно весёлого Никиту это было немного непохоже.       — Нет, просто... — он не успел договорить: в небе появились огни. Разноцветные, большие и маленькие, завораживающие и громкие... Подросток устремил взгляд в небо, с восторгом смотря на них, но Ник смотрел только на него, ведь только Алекс для него сейчас был самым чарующим и важным в этот вечер.       Тихонько вздохнув, собирая уверенность, он взял Сашу за руку и лёгким движением притянул к себе в объятия, целуя в обветрившиеся, но желанные губы возлюбленного. Просто нежный чмок, наполненный любовью, а сердце вот-вот выпрыгнет от счастья...       — Я люблю тебя... И моё Новогоднее чудо в том, что ты рядом. Это ты моё чудо... — их сердца, казалось, бились в унисон в эту минуту, они смотрели друг другу в глаза, тысячи эмоций и переживаний, мыслям даже не было места. Однако тут же он начал в панике извиняться, — Прости... Я не могу ничего с собой сделать, ты...       — Я тоже люблю тебя... — тихо сказал в ответ младший, не слушая его.       — Что? — в шуме фейерверков не было слышно, что ему сказали, так что пришлось переспросить, смущая и без того красного парня, который до этого не мог никак решиться признаться из страха, но теперь... Ему было всё равно. Он слишком любит, чтобы даже попытаться отказать из страха быть брошенным после. Этого не случится.       Чуть притянувшись к лицу Ника, он сказал это громче:       — Я люблю тебя. — прильнув к его губам, он нежно его чмокнул, не собираясь спешить развивать их отношения с первого дня. — Ты тоже моё Новогоднее чудо... И так будет всегда.