Я помню

      Как и предполагалось, школу я окончила с высокими баллами, позволяющими выбрать любой университет и получить стипендию. Мой выбор пал на профессию хирурга. Спросите меня, почему? Я и сама не знаю. Возможно, мне хотелось почувствовать себя по-настоящему нужной. А может, всему виной мое хладнокровие. Я ничего не боялась в этой жизни, как не боялась и смерти. Кто бы мог подумать, что из милой девочки, читающей взахлеб романы Джейн Остин, вырастет апатичное, мизантропное существо. Жизнь научила меня быть сильной и никому не верить, и я благодарна ей за все трудности, с которыми она меня столкнула.       После окончания школы Гарри поступил в университет в соседнем городе, поэтому последний год мы виделись только по выходным или праздникам. Он до последнего ждал, что после выпускного я перееду к нему и подам документы в местный медицинский университет. На самом деле я уже знала, куда поеду учиться, но держала это в секрете до определенного момента. Абсолютно все почему-то решили, что мы с Гарри будем жить долго и счастливо, но у меня давно были сомнения на этот счет. Гарри действительно был по уши в меня влюблен, но утверждать, что это чувство взаимно, никто не мог, даже он сам. Я никогда не произносила этих заветных слов, и его это обижало, но в душе он надеялся, что я просто такой человек и ничего с этим не поделать.       Не думаю, что я вообще была способна на настоящую искреннюю любовь. Возможно, даже Макс не был моей настоящей любовью. Мы думаем, что любим кого-то, пока не получаем то, чего так жаждали, а потом оказывается, что это все не так уж и любимо нами. Откуда мне знать, сколько бы продлились наши отношения с Максом, какими бы они были, как сильно я бы любила его, будь он рядом, как сейчас рядом Гарри. Может, я узнала бы его с другой стороны и поняла, что чересчур превозносила его все эти годы, а на самом деле он не так уж и хорош.       Вечер выпускного — самое волнительное время для каждого школьника. Для всех, кроме меня. Я все так же не любила сборища пьяных подростков, мне не нравились все эти расфуфыренные девушки, которые тратят уйму денег на свои шикарные платья и прически, чтобы хотя бы раз выставить себя теми, кем они на самом деле не являлись. Мне пришлось идти, ведь это была и правда последняя вечеринка, где мы в последний раз соберемся нашим невероятным квартетом и попробуем сделать этот вечер незабываемым хотя бы для нас четверых.       Гарри в назначенное время стоял возле дома, ожидая моего выхода. Я не заставила его долго ждать, потому что мои сборы включали в себя надеть атласное красное платье в пол и босоножки. Я все еще носила короткую стрижку, поэтому украсила свое каре лишь одной блестящей заколкой, которую мне подарила мама. Ну и, конечно же, весь образ дополняли те самые бриллиантовые сережки. На большее меня не хватило, но этого и не потребовалось. Гарри был в восторге от моего образа, поэтому по пути на выпускной не удержался и заехал в одно укромное местечко, чтобы как можно скорее залезть под мое платье.       Весь вечер мы протанцевали в кругу моих подруг с их парнями. Мы не знали, что нас ждет впереди, но все равно были счастливы. Под конец вечера не обошлось и без слез. Мег разрыдалась, обнимая каждую по очереди, пока мы пытались ее успокоить. Кейт и Никки тоже всплакнули, но я держалась до последнего. Мы все должны были вскоре разъехаться в разные точки страны, оставалось совсем немного времени, чтобы побыть вместе. Глядя на Гарри, я понимала, что он не разделяет их горе, потому что был полностью уверен в нашем скором воссоединении в городе Х. Но бедолага даже не догадывался, какое разочарование его ждало.       Возвращаясь домой после бала, Гарри был в приподнятом настроении. Мне до последнего не хотелось его портить, но разговор больше не мог откладываться. Я подбирала в голове нужные слова, чтобы начать столь тяжелый диалог, но Гарри меня опередил.       — Я хотел бы обсудить наши дальнейшие планы, — сказал он.       — Согласна. Мне тоже нужно кое-что тебе сказать, — выдохнула я.       — Не перебивай. Я первый.       Гарри съехал на обочину и остановился. Затем повернулся ко мне и с серьезным выражением лица выдал:       — Выходи за меня.       — Чего? — протянула я.       — Я тебя люблю и хочу, чтобы ты стала моей женой. Что скажешь? — ожидающе спросил он.       — Скажу, что ты несешь какой-то бред!       — Миша, нам не обязательно спешить. Я и сам пришел к такому решению только сегодня, когда смотрел на тебя, пока ты танцевала с подругами. Я вдруг понял, что не могу без тебя жить.       — Гарри… я не знаю, что сказать.       — Не говори ничего. Подумай. Я не хочу на тебя давить, — произнес Гарри, взяв мою руку.       — Я подала заявку в Йель, и они меня приняли, — опустив глаза, сказала я.       — Подожди. Мы же решили, что ты поступишь в наш универ. Разве нет? Ты же хотела переехать ко мне, — недоумевал Гарри.       — Нет, Гарри. Этого хотел ты. У меня были другие планы.       — Тогда почему ты мне ничего не говорила все это время?       — Ждала подходящего момента, чтобы сказать.       — И что дальше? Еще скажи, что ты меня бросаешь.       Я отвела взгляд и посмотрела в сторону дороги, опустив стекло и собираясь с мыслями. Гарри не на шутку разгорячился и вышел из машины, хлопнув дверью. Ему нужно было переварить все, что я на него только что вылила. По-хорошему, я могла успокоить его обещанием приезжать как можно чаще, но я не могла ему этого обещать. Расставание с ним не приносило мне никаких отрицательных чувств. Даже наоборот. Я была рада, наконец, освободиться от его тягостной опеки. Настало время побыть одной и разобраться, чего я на самом деле хочу от этой жизни. Понять, кто я. Где мое место. А главное — хочу ли я быть с кем-то, или же мне лучше остаться одной, наедине со своими заморочками.       Я вышла из машины и направилась в сторону дома. Мне больше нечего было сказать Гарри. Все было и так понятно. Он не сразу заметил мое исчезновение, поэтому догнал меня спустя несколько минут.       — Ты не можешь вот так просто бросить меня. Зачем тогда все это было? Скажи мне! — кричал разъяренный Гарри.       — Я не знаю, — честно ответила я.       — Скажи, ты и вправду меня никогда не любила? Ответь хоть раз! Мне нужно это знать.       — Не любила, — ответила я, не вкладывая в эти слова ни капли сожаления.       Ему явно не понравился мой ответ, потому что за ним последовала оглушительная пощечина. Таким взбешенным я видела его впервые, но мне было понятно его состояние. Когда-то и я была на его месте. Только в моем случае все было намного хуже. Я не злилась на него из-за пощечины, но продолжать разговор уже не собиралась. Оставив застывшего на месте Гарри, я просто ушла.       Шагая по пустынной обочине, я пыталась разобраться в своих ощущениях. Почему я совсем ничего не почувствовала, оставив парня, с которым встречалась так долго и, возможно, даже была с ним счастлива? Неужели во мне вообще не осталось ничего живого? Даже при виде Макса мое сердце уже не выпрыгивало из груди, как раньше, потому что до краев было наполнено ненавистью. Что со мной не так? Я же человек, а не робот. Почему я больше ничего не чувствую? Когда это пройдет и пройдет ли вообще?       — Миша, все в порядке? Почему ты босиком? — спросила мама, когда я вернулась домой.       — Ноги натерла, мам.       — А где Гарри? Ты не с ним приехала?       — Нет, мам. Хотелось пройтись, — поднимаясь к себе в комнату, крикнула я.       Мама подошла к лестнице, чтобы я услышала ее.       — Дорогая, Макс приехал!       — Ну прекрасно, — пробубнила я себе под нос.       Медленно передвигая грязными ногами по ступенькам, я поднялась и поняла, что Макс меня услышал, потому что как раз спускался вниз. Стараясь не выдавать свое настроение, я натянула фальшивую улыбку и поздоровалась, похлопав его по плечу. Макс не ответил, но бегло улыбнулся, как он умеет это делать — сдержанно и кротко. Пропустив меня, он быстро сбежал по лестнице вниз, а я пошла в ванную отмывать черные от грязи ноги.       Макс редко приезжал домой, но делал это крайне не вовремя и буквально на пару дней. Я почти не заставала его дома, потому что сама там не появлялась. Мне разрешали ночевать у Гарри, поэтому на выходных я чаще всего была у него.       Опустившись, наконец, на кровать, я включила плеер и погрузилась в свой привычный мир далеких фантазий. В комнату кто-то постучал, но я не услышала из-за наушников. Почувствовав прикосновение на своем плече, я открыла глаза и обнаружила маму.       — Может, чаю попьем все вместе? Как раньше.       — Мам, полпервого ночи. Какой чай?       — Ну пожалуйста, — протянула мама. — Макс с Полом уже разрезали торт. Ты же все равно не спишь.       — Ладно. Сейчас спущусь.       Я переоделась в спортивный свободный костюм и пошла вниз. Все ждали меня, как было заведено в нашей семье, поэтому я лениво опустилась на стул напротив Макса и устремила на него недовольный взгляд. Он игриво улыбнулся и пододвинул мне тарелку с огромным куском торта. Я всем сердцем ненавидела торты и пирожные, и он об этом прекрасно знал. В этот раз я не хотела ему подыгрывать.       — Миша, торт великолепен. Макс выбрал самый лучший. Ты только попробуй! — прощебетала довольная мама.       — Не хочу. Я на диете, — соврала я.       — На какой диете? Ты же сегодня конфет съела килограмм точно, — недоуменно спросила мама.       — Ну вот как раз после конфет решила. Думаю, завяжу-ка я со всем сладким.       — Попробуй кусочек, — подключился Макс, протягивая мне свою вилку с небольшим куском торта.       Я поняла, что от меня не отстанут, поэтому уступила и отправила в рот протянутую вилку. Недовольно прожевав, я сказала, что торт вкусный, но все равно не хочу его есть. Макс медленно отстранился назад и облизал за мной вилку. Это выглядело очень странно, но почему-то никто не обратил внимания. Это что, какой-то дешевый подкат? Со мной такое больше не работает. Чего он добивался? Вывести меня из себя? Такими способами у него ничего не получится.       — Как тебе сережки? — лукаво спросила я, заправив волосы за уши, чтобы их было видно.       — Очень красивые, — с той же интонацией ответил Макс.       — Гарри такой молодец! Он тебя так любит. Жаль, он не заехал к нам. Как у него дела?       — Все хорошо, мам. Все хорошо.       — А как он отреагировал на твое поступление в Йель? — неожиданно выпалил Макс с невозмутимым выражением лица.       — Откуда ты знаешь? — удивленно вопросила я.       — О боже! Ты поступила в Йель? Почему ты нам не сказала? Какое счастье! Пол, ты слышал? — взволнованно радовалась мама.       — Какая же ты умница, — сказал Пол.       Мой вопрос так и повис в воздухе. Макс узнал о моем поступлении, но как? Всем видом он показывал свое превосходство в этой ситуации. Было несложно догадаться о реакции Гарри на эту новость, но все же меня смутило то, как точно он попал в цель. В какой момент его безразличие превратилось в своего рода войну? Или мне все это казалось? Родители не унимались еще четверть часа, пока мы с Максом играли в игру «Кто кого пересмотрит». Его хитрый взгляд нагло устремился на меня. Я тоже не спускала с него заинтригованных глаз. Признаю, он смог меня нехило зацепить за живое, но мне были не ясны его истинные намерения.       Я никому не сказала о том, что мы с Гарри разошлись. На следующий день мне пришло в голову созвониться с Мег и напроситься к ней ночевать. Уже все знакомые были в курсе нашего разрыва, Гарри не скупился на оскорбления в мой адрес, надравшись в местном баре. Но я не обижалась на него. По большому счету, все они были заслуженными, я и правда ужасно поступила с ним. Подруги убеждали меня позвонить и все-таки помириться с Гарри, но они никак не хотели принять тот факт, что я и правда его не люблю. Все думали, я говорю это сгоряча, из-за ссоры или той пощечины, которую он мне влепил. Но я была, как никогда, счастлива. Мне даже дышалось свободнее. Я слишком устала от его вечного присутствия и только сейчас это поняла. Теперь можно расправить крылья и вздохнуть с облегчением, врываясь в новую жизнь. Более взрослую, но не менее интересную.