Я помню

      На втором курсе в нашей студенческой библиотеке я познакомилась с Грегом. Во время учебы у меня почти не оставалось свободного времени, чтобы заводить серьезные отношения, но он был довольно целеустремленным молодым человеком. Каждый день мне приходили от него сообщения, хотя я даже не давала свой номер. Видимо, он раздобыл его у кого-то из моей группы. Спустя месяц настойчивых приглашений я все же согласилась с ним встретиться, и с того момента начался наш роман. Грег был на два года старше, поэтому во многом помогал мне с учебой.       Мне нравилось, как быстро нам удалось найти общий язык. Мы никогда не спорили и всегда шли друг другу навстречу в любых ситуациях. Мне было по-настоящему легко с ним. Он не ревновал, всегда слушал, что я говорю, и ко всему относился с долей пофигизма. В этом мы с ним были очень похожи. Глядя на чужие отношения, мне становилось хорошо на душе, зная, что никаких проверок телефона, звонков, фотографий и прочего мне не грозило, хотя и скрывать-то было нечего. Мне не нужно было доказывать свою любовь — он был уверен во мне на все сто.       Спустя год мы стали жить вместе, а еще через полтора Грег сделал мне предложение. В тот день мы ужинали в небольшом уютном ресторанчике, и я совсем не ожидала такого поворота событий. На моем пальце красовалось миниатюрное золотое колечко с бриллиантом. Это было первое кольцо в моей жизни, и я с гордостью его надела. В этот вечер я даже выпила пару бокалов красного вина.       Родители были в восторге, особенно Пол. Они не раз выбирались вместе на рыбалку, когда мы с Грегом приезжали погостить. А мы с мамой тем временем готовили ее фирменный пирог. Все, о чем я только могла мечтать, сбылось. Пол всегда грезил о таком зяте, который будет разделять его интересы и смотреть на жизнь под тем же углом. Грег любил спорт, особенно футбол, не меньше, чем целыми днями копаться в своей машине. Я никогда не понимала этого пристрастия. Для чего тогда нужны автомеханики? Это же намного упрощает жизнь. Но нет же, Грегу жизненно необходимо было обслуживать свою машину самостоятельно. Спорить с ним я даже не пыталась, потому что характер у него был еще противнее, чем у меня самой.       Свадьба планировалась сразу после летних экзаменов. Мама взяла на себя организацию торжества, и я была этому безмерно рада. Выбор платья, составление меню, рассадка гостей, флорист, программа — это все сводило меня с ума. Иногда мне казалось, что нет лучшего способа выйти замуж, чем просто поставить подпись в нужном месте и отметить это хорошим ужином в дорогом ресторане. Но все даже слушать об этом не желали, и мне ничего не оставалось, как согласиться.       — Свадьба — это один раз и на всю жизнь, если повезет, — повторяла мама.       Конечно, она подразумевала не развод. Ее лицо сияло искренним счастьем, когда речь шла о нашей свадьбе, и я никак не могла лишить ее этого. На примерку платьев я пригласила своих школьных подруг, с которыми все еще поддерживала хорошие отношения, хоть мы и жили в разных городах. После изнурительных примерок на двадцатом или двадцать первом платье я, наконец, нашла то самое. Это было шикарное пышное платье с воздушными рукавами, напоминающее мне образ диснеевской принцессы. Я не могла представить более красивого наряда, который смотрелся бы на мне столь ослепительно. Не знаю, почему я выбрала именно его, но все были от него в восторге.       Не могу не упомянуть о предыдущих годах и внести некую ясность в наши отношения с Максом. С тех пор, как он тогда уехал, мы больше не виделись. Наши визиты к родителям, по счастливой случайности, перестали совпадать. Обнаружив его имя первым в списке гостей, я была немного удивлена, но так как список составляла мама, иначе и быть не могло. Я не сомневалась, что его место будет пустовать точно так же, как и на всех мероприятиях, куда он был приглашен за последние годы.       Мы с Грегом старались проводить все праздники или с моими родителями, или с его, поочередно. Мама неоднократно настаивала на том, чтобы отмечать хотя бы Рождество всей семьей, но Макс каждый раз придумывал отговорки, чтобы не приезжать. Зная их натянутые отношения с отцом, винить Макса в том, что он не хочет возвращаться домой, было бы несправедливо. Возможно, я разгадала, в чем была причина такой холодности между ними. Анализируя все короткие, но значимые комментарии Пола о матери Макса, я собрала в голове некую картинку, которая и пролила свет на данную ситуацию. Все было очевидно — Макс был копией своей матери как внешне, так и характером. В нем не было и грамма схожести с отцом. И мне кажется, Пол в какой-то степени винил сына в смерти любимой жены. Эти умозаключения выявились не сразу, но теперь, сопоставляя все известные мне факты, я, наконец, пришла к такому выводу.       Все, что я знала о Максе сейчас — на втором курсе он начал работать и добился немалых успехов в своем деле. Вроде у него даже есть своя небольшая картинная галерея, но никто из нас ее не видел. Ничего о личной жизни мне не было известно, что не удивительно, но, думаю, если бы он женился, эта новость точно не прошла бы мимо моей мамы. Хотя от Макса можно было ожидать чего угодно. В любом случае, я не обращала особого внимания на его имя в этом списке. Грег неоднократно интересовался, почему мы с братом не общаемся, но я не смогла найти разумного ответа на этот вопрос.       Даже не верится, что сегодня я невеста. Меня разбудил навязчивый звук будильника, того самого, который трезвонил каждое утро все школьные годы. Я будто снова подросток, в семнадцать лет проснувшийся в своей комнате. Мне вроде нужно собирать рюкзак и бежать на остановку, чтобы не пропустить школьный автобус, но здравый смысл намекает, что самое время собираться к алтарю. Приехала визажистка, хорошим решением было вызвать ее на дом. Готовиться к такому важному событию в жизни все же проще в родных стенах. Внизу слышится копошение и беготня мамы. Ее волнение даже с первого этажа передалось мне, словно оно поднялось прямиком по стенам. Я взяла себя в руки и настроилась провести этот день так, чтобы вспоминать о нем, как о самом счастливом моменте в жизни.       К одиннадцати часам я была полностью готова. Волосы собраны в пучок в стиле бохо, несколько прядей спереди аккуратно выбивались волнистыми струйками вдоль лица, корсет платья подчеркивал стройный силуэт и загорелые рельефные руки. Еще ни разу в жизни я не выглядела так ослепительно, как сегодня. Как будто я стала героиней романтического фильма, осталось только добавить нужный саундтрек. Эта мысль позабавила меня, когда я представила спускающуюся по лестнице невесту под песню Селин Дион «Мое сердце будет продолжать путь». Не знаю, почему именно этот трек пришел на ум, ведь я далеко не Роза и уж точно не на тонущем «Титанике».       Стук в дверь вернул меня в реальность, и я сосредоточено ответила:       — Войдите.       Мег была первой, кто увидел меня сегодня, кроме визажистки. Мне хотелось собираться в одиночестве, чтобы все прошло в спокойном режиме, без паники и прочего.       — Эй, ну как ты? Готова? — спросила Мег, хотя сама понимала, что я уже давно собралась и просто хочу посидеть одна, пока внизу происходит весь этот переполох.       — Почти, — соврала я, чтобы не спускаться раньше времени.       — К тебе тут гость. Примешь его?       — Скажи маме, что я скоро спущусь.       — Это не мама, — с загадочной улыбкой произнесла Мег.       — А кто?       — Твой брат.       — Мой кто? — удивленно обернувшись к дверному проему, спросила я.       — Блин, ну Макс. Не тупи.       — Какого черта он здесь делает?       — Мне его прогнать, что ли? — удивилась Мег.       — Нет. Конечно нет. Пусть зайдет.       Я заметно разволновалась. Макс не тот, кого бы мне хотелось сейчас видеть, да ещё и в свадебном платье, за полчаса до церемонии. Непроизвольно я посмотрела в зеркало, чтобы еще раз убедиться, что выгляжу хорошо, хотя и так прекрасно это знала. Какая-то неловкость заставила меня ерзать на кровати в поиске удобного положения до тех пор, пока в дверь снова не постучали.       — Войдите, — спокойно ответила я.       Он неуверенно зашёл и вместо приветствия чуть заметно улыбнулся. Я ответила ему тем же. Передо мной стоял высокий молодой человек, с теми же кудрями, торчащими в разные стороны, как им вздумается. На нем был красивый черный костюм, который подчеркивал все его достоинства, хотя он остался таким же худощавым, как и прежде. Никогда не видела его в таком красивом костюме, но сомневаюсь, что он надел его для меня.       Мы не встречались несколько лет, и вот он стоит прямо передо мной.       — Зачем ты пришёл? — стараясь не выдавать свое удивление, спросила я.       — Я не мог пропустить этот день, — с чуть заметной улыбкой ответил Макс.       — Ещё как мог, разве я прислала приглашение?       — Оу, нет. Я, конечно же, не останусь на свадьбу. Просто хотел тебя увидеть. Вот такую, в белом платье. Ты невероятно выглядишь, глаз не оторвать.       — Приехал в такую даль, чтобы сообщить, как хорошо я выгляжу?       — Нет. Не совсем. Просто хотел тебя увидеть.       — Почему именно сегодня? Где был все эти годы?       — Много где был, это сейчас не важно. Ты изменилась, такая серьезная леди.       — Зачем ты пришёл?       — Я же уже сказал.       — Тогда, думаю, на этом и закончим. Была рада повидаться. Всего хорошего. Выход, надеюсь, найдешь сам, — с заметным раздражением промолвила я.       Он не сдвинулся с места, а я снова начала ерзать на кровати, пока это не начало меня раздражать, заставив подняться и встать напротив Макса в надежде, что он воспримет этот жест, как прощание.       — Мне нравится, какой ты стала. Я даже удивлен.       — Слушай, ты приехал испортить мне настроение перед свадьбой? У тебя не выйдет. Если ты не уйдёшь сейчас же, я вышвырну тебя собственными руками.       — Даже не сомневаюсь в этом, — с широкой улыбкой на лице ответил он. — Ты теперь и правда на это способна.       Макс направился к двери и почти открыл ее, но остановился и с минуту стоял в нерешительности, а затем снова повернулся ко мне лицом.       — Я хочу, чтобы ты знала. Прости, что говорю только сейчас, но если не скажу, то это навсегда останется со мной. А я не хочу больше держать все в себе.       Я ждала, что он попросит у меня прощения спустя столько лет. Но ему не за что было извиняться. Все обиды остались в прошлом, я не держала на него зла, но и общаться не хотела. Показательно присев на стул, я жестом велела продолжать.       — Ты знаешь… Я всегда тебя любил. Любил еще до того, как ты впервые меня увидела. Все, что я делал, каждый мой шаг, был направлен на то, чтобы ты ненавидела меня, ненавидела всем сердцем. Но ты почему-то терпела все мои выходки. Я никогда не прощу себя за все, что причинил тебе. Поверь, ты достойна быть любимой и… не знаю, что сказать. Я хотел бы, чтобы все сложилось иначе. Если ты сможешь когда-нибудь меня простить — это будет много для меня значить. Я не могу жить, зная, сколько боли я тебе причинил, сколько слез ты потратила понапрасну, сколько злости ты держала в себе. Но ты такая сильная, ты самая сильная из всех, кого я знаю. Я по-настоящему горжусь тобой. Пожалуйста, будь счастлива, ты этого заслуживаешь.       У меня не было слов, чтобы ему ответить. Гнев сменился непониманием. Ситуация явно вышла из-под моего контроля, но я старалась держать себя в руках. Макс не ждал от меня никакого ответа. Сделав пару шагов, он обнял меня, как тогда, впервые, на свадьбе наших родителей. Я знала, что мне не показалось. Это объятие я ни с чем не спутаю. Никогда.       Друг жениха постучал в дверь и попросил поторопиться — скоро начнется церемония. Я пообещала спуститься через минуту.       Одинокая слеза предательски скатилась по моей щеке, оставив след на идеальном макияже. Макс аккуратно вытер ее рукой и поцеловал меня в лоб, как целуют отцы своих дочерей или братья своих сестёр, благословляя их на счастливый брак. А затем взглянул на меня ещё раз и сказал:       — Тебе пора.