Нам будет сложно

Ну и как это забыть? Этот поцелуй. Ну как?! Да он там её чуть не трахнул. Драко вернулся в свою комнату. Пэнси не было. Как-то странно даже, она всегда за ним бегает. Может это и к лучшему. Он всю ночь дрочил. Эта сука…она… Да почему она? Неужели тебе мало девушек, а, Малфой? Да хуй его знает почему… Он не спал. Всё мысли были о ней. Снова. Снова. Снова.

***

Что насчёт Гермиони? Это была сладкая ночь для неё. Во-первых, она всю ночь провела в обнимку с унитазом. Её жутко тошнило. Она пила всякие зелья, но это ничего не давало. Тошнило периодически каждых десять-двадцать минут, казалось она вырвет всё свои внутренности. Во-вторых, слёзы. Слёзы, которые текли как град, хоть на них уже и не было сил. В-третьих, мысли о поцелуе с Малфоем не давали покоя. Почему ты его не оттолкнула? Почему позволила это сделать?! Но ответ был один: Не знаю. И что теперь с Роном? Ты можно сказать изменила ему. Что теперь?! Не знаю. А если он узнает, что ты будешь делать?! Не знаю. Один ответ на всё вопросы. Н Е З Н А Ю! Ну и в-четвёртых у неё ужасно болела голова. Кружилась. И она могла бы прилечь, и всё бы перестало, но тошнота не позволяла. Тошнота. Слёзы. Мысли. Не спать всю ночь. Огромный стресс. Никчему хорошему это не ведёт. Но она не придала этому никакого значения. И просто собралась в школу. Гермиона никогда не красилась. Но в этот раз нанесла не одну щёку немного тонального, чтобы скрыть синяк, который за ночь стал фиолетового цвета. И пошла еле удерживая себя не ногах.

***

А он… А что он? Он целовался с Пэнси, прямо на подоконнике, и его не смущало, что ещё вчера он целовал Грейнджер. Драко помнил об этом каждую минуту, каждую секунду, потому что она просто нереально классно целовалась. Как бы он не хотел этого осознавать — так и было Она целовала его губы нежно… Точнее… ну как целовала… хотела целовать, но он кусал их до адской боли. А что если бы он отдался ей, и она бы целовала его так, как умеет, как хотела. Да похуй. Что было — то было. А пока что он сминал губы Пэнси, намазанные этой противной помадой. Грейнджер. Она не красила губы, да и вообще не красилась. Когда он целовал её, то не было этого привкуса во рту, был только сладкий карамельный привкус и всё. Никакого отвращения, никакой грязи. Просто карамель. Он заметил что она не пришла на завтрак. Поттер и Уизли сидели грустными без своей Золотой девочки. Почему она не пришла? Где тебя носит Грейнджер?! — мысленно, от чего он сжал губы Паркинсон ещё сильнее. Прозвенел звонок. — Пошли в класс. -Мгм — кивнула Пэнси.

***

— Простите, я не опоздала? — так тихо и хрипло что Макгонаггал пришлось прищуриться. — Нет Гермиона, ты не опоздала, проходи, мы как раз начинаем. Кивок, и она переступила порог. Гарри смотрел на неё с ужасом. Она была бледная, имела синяки под глазами, растрёпанные волосы, и уже из далека было видно трясущиеся руки от холода. Да и её собственно всю морозило. Джинни поморщилась — Боже, что это с ней? Она выглядит ещё ужаснее чем обычно — шепнула Пэнси Драко, и наконец-то он поднял глаза, потому что всё это время смотрел в тетрадку и не желал смотреть на неё. Лучше бы он этого не делал. Её лицо сливалось с цветом потолка, а руки дрожали так, что она несколько раз опрокинула тетрадку. -Мисс Грейнджер? С вами всё в порядке? — Да, простите, я просто неуклюжая. И старуха продолжила писать на доске. Забини повернулся к Малфою и хотел что-то сказать, но он так смотрел на Грейнджер, что даже не заметил, как Блейз повернулся к нему. И он решил оставить этот разговор. Драко опустил глаза, и после этого сразу же попросился выйти. -Выходи, только быстро.

***

— Пс! Гермиона! — Что Джинни? — «Что Джинни?» Это я должна тебя спрашивать: Что с тобой? Тебя будто… Я даже не могу описать что с тобой. — Всё хорошо. Я просто уроки до поздна делала. Ложь. Ложь. Ложь. В последнее время она слишком много врёт. Ну не может же она сказать, что её тошнило всю ночь, и она не смогла пойти спать, а ещё думала о Малфое, который её поцеловал, а потом сказал, чтобы она молчала, типо это ничего не значит… — Ну ты даёшь… Выглядишь так себе. — Спасибо. — Гермиона. — Да? — Пойди, пожалуйста, принеси из кладовки зелья, с вот этим штрихкодом. Все которые будут, их там не много. А лежат на третьей полке. — сказала Макгонагалл и дала Гермионе бумажку. — Хорошо — она взяла штрих-код, поднялась, сделала 2 уверенных шага, а на третьем чуть не грохнулась. — С тобой точно всё нормально Гермиона? Если тебе плохо, иди в комнату — сказала Макгонагалл, подхватывая Гермиону за руки, не давая упасть на пол. — Нет всё хорошо, я просто зацепилась. — Вот же врушка! — сказала Джинни себе под нос. — Хорошо, иди. Она кивнула и дернула ручку идя к выходу. — Записываем тему урока.

***

Малфой. Он уже возвращался в класс. Ему нужно было выйти, и подышать свежим воздухом. Выпить воды. Да просто пройтись! Не сидеть за этой тупой партой, и не смотреть на неё. Он уже сворачивал за угол, где собственно был их класс. И увидел Грейнджер. Она держалась за стену, подпирая себя одной рукой, а второй держалась за живот. Грейнджер тихо стонала от боли. Она прошла чуть дальше чем их класс, и уже тогда стояла возле стены. Драко подумал, что она сейчас скатиться по стене, но она продолжала стоять не подвижно, и тихо ныть. Он принял решение просто зайти в класс, и обойти её. Это её проблемы, пусть сама выгребает. Нет. Это твои проблемы. Это ты её ударил, это ты довёл её до этого. Он действовал плану. Просто шёл в класс даже не поворачивая на Гермиону взгляд. Но в следующий миг, у неё участилось дыхание, и она ещё сильнее застонала уже не в силах держаться за стену. Малфой не выдержал. Он подошёл к ней сзади, и схватил за талию, поднимая какую-то бумажку со штрихкодом. Мерлин, Грейнджер что с тобой? Да неважно что с тобой! Мне просто это не нравится. — Тш, давай, вставай Грейнджер. Тебе нужно к мадам Помфри — сказал Драко подтягивая её на верх, чтобы она встала. — Не нужно — сказала она забирая его руку с талии. — Со мной всё нормально. — Да? Я вижу. Стоишь еле-еле. — Всё нормально. Иди. Я просто уроки до поздна делала. Да да да. Рассказывай эти сказки кому-то другому, я в это не поверю. Она оттолкнула его от себя, а он смотрел на неё не сводя глаз. Ты же хочешь чтобы она сдохла! Так зачем ты помогаешь ей?! Я не знаю! НЕ ЗНАЮ. Я не могу её бросить в таком состоянии. Грейнджер оттолкнула его и целеустремленно сделала один шаг, на котором сразу же повалилась падая в обморок, но он успел её подхватить. — В порядке говоришь?! Драко взял одну её дрожащую и безумно холодную руку, и стал помогать ей идти, продолжая держать за талию Она покашляла и сказала: — Мадам Помфри находится в другой стороне. — Да что ты? Что серьёзно?! Столько лет учусь в школе и не могу её найти. Грейнджер, я знаю где она находится, но по твоим любимым правилам школы: сначала нужно оповестить учителя. Странно что ты этого не знаешь. — Я знала. Но… — хрипло, а он её перебил. — Я не хочу ничего слушать. Заткнись. Драко усадил её на пол возле стены, и зачем-то положил руку на лоб, пробуя есть ли у неё температура. Есть? Да она горит вся. — Как ты себя чувствуешь? — Хорошо. — Блять, Грейнджер. Не ври мне. Я не такой лох как твои друзья. — Ужасно. Меня всю трясёт, мне холодно, и кружится голова — раскрыла карты Гермиона, поняв что от него правды не спрячешь. Всё что он мог сделать, это дать ей свой пиджак, чтобы она немножко согрелась. И он дал, а затем постучал в дверь. — Можно вас на минутку? — Да, конечно. Макгонагалл сделала несколько шагов и вышла в коридор. — Что слу… О Боже! — взгляд упал не Гермиону. Она сидела возле стены, совсем без сил. А он смотрел на неё с жалостью. — Я же говорила тебе! Если плохо иди домой, а ты что? Всё хорошо, всё хорошо. Встать можешь? Не успела ответить она, как Драко перебил: — Встать?! Да она говорить еле может, а вы говорите встать. Вообщем, давайте не будем терять время. Её нужно отвести к мадам Помфри. — С удовольствием, но только сегодня её нет. Как обычно, её нет когда что-то случается. — И что делать? — Вот что: отведи её в комнату старост, дай ей отлежаться. А я сейчас принесу зелья: жаропонижающее, и другие… Всё идите. — Подождите — чуть крикнула Гермиона. — Я же ещё не принесла зелья. Малфой закатил глаза. — Какие зелья?! Гермиона, иди и не беси меня. Он поднял её снова, и перехватил за талию, но она грохнулась в обморок. Он подхватил её на руки, и чуть потряс: — Чёрт, Грейнджер что с тобой?! И просто отнёс её в эту тупую комнату. Она была лёгкая, как пушинка, так что нести её было не сложно вообще. Она была холодная как лёд. Такая хрупкая и нежная. Драко положил её на диван. Боже, он так заботиться о ней, будто бы она что-то для него значит. Что за хрень?! Укрыл её одеялом, и просто сел рядом, рассматривая её лицо, будто не нём преступление. Прошло два часа, и всё было хорошо. Она спала, дышала, разве что её трясло от холода. Ну и всё было супер, до определенного момента. Малфой сидел совершенно спокоен, он знал что всё будет хорошо, поэтому просто опустил голову… Не тут то было. В следущий миг, она проснулась с тяжёлым дыханием, и бледная ещё сильнее чем раньше. И закричала. Малфой смотрел на неё с жалостью, со страхом. И просто взял её за плечи, чуть встряхнул: — Тише. Не кричи! Всё хорошо. Это просто сон. Грейнджер! Ты слышишь меня?! И она наконец подняла на него блестящие карие глаза, и смотрела прямо в его серые. А потом сглотнула и кивнула. Он приложил руку к её лбу. — Вот скажи Грейнджер, почему именно ты постоянно впутываешься в какое-то дерьмо, и почему именно я должен это выгребать?! — Я не просила тебя мне помогать. Я бы и сама справилась. — Серьёзно? Сама? Грейнджер ты така дура. Ты ходить сама не могла, не то что вылечить себя. — Тебя это волновать не должно. Кажется тебе плевать на меня, так не помогай! — Да. Ты права. Мне похуй. Нет. — Но я не собираюсь делать всю эту работу с баллом и т.д. только потому, что ты будешь прохлаждаться на диване. Она села на диван, потому что до этого времени, она говорила с ним полулёжа. — Это твоя робота прохлаждаться на диване, а не моя. Не волнуйся, ничего сам ты делать не будешь. И не надейся, я не умру, как бы тебе этого не хотелось! Он улыбнулся от её догадок. — Ох как жаль. А я то уже думал, что такая старуха как ты, уже покинет этот мир. — Очень смешно. Ха-ха-ха. — На. — он протянул руку с кружкой. — Что это? — Пей. — Что это? — повторила она. — Грейнджер, я обещаю, я отравлю тебя…но не сейчас. После бала, когда наши задания будут выполнены. А сейчас пей. — Вот упрямый! Это возрастное у тебя, или ты таким родился? Хорошо. Я буду повторять до тех пор, пока ты не ответишь. Что это? Он шумно выдохнул, и понял что играть с ней бесполезно. — Чай. — Чай? Спасибо, это очень любезно, тем более с твоей стороны, но я не хочу. — И это я упрямый? Пей. Макгонагалл сказала тебе много пить — сказал он оперевшись об стол, и сложив руки на груди. Она сверлила его своим взглядом, а затем всё же взяла чашку с тумбочки, и сделала один глоток. -Фу! Что это? — сказала Гермиона кривлясь от мерзкого вкуса. Во-первых, этот «чай», он был без сахара. Во-вторых, это явно не чай, это было что-то горькое. А в-третьих, оно было кислое. Он что добавил туда лимон?! — Чай. — повторил он, таким же спокойным голосом, как и перед этим. — Не ври. Это не чай, откашливаясь говорила она. — Я не вру, Грейнджер. — Врешь. Ты думаешь я не знаю каков на вкус чай? Он снова подошёл к ней и взял за плечи, которые были укутани одеялом. — Ты невыносимая сука Грейнджер. Это чай без сахара, с лимоном, и с жаропонижающим зельям. Стало легче? Она скривилась ещё раз: — Да разве от этого может стать…легче? Это же ужас! — Зато здорова будешь быстрее. Давай. Залпом выпила и всё, я не собираюсь тут с тобой играться… А ещё я могу тебя обрадовать — он отпустил её хрупкие плечи, отошёл, и продолжил: — тебе придётся пить это ещё в обед, и вечером. — Что? Нет. Никогда! — Иначе тебе придется пить ещё хуже лекраства на протяжении целой недели. Хочешь? Она быстро помотала головой. — Значит пей. — Ну дай хоть мне сахар. — Грейнджер! Мне не жаль сахара, но его нельзя добавлять в эту смесь, иначе нихера не подействует!.. Давай, залпом. Она выпила эту смесь залпом, так как он сказал. — Фу, фу, фу! Можно води?! — Нет, по инструкции Макгонагалл, запивать это тоже нельзя. — Чтоб ей…хорошо было! И когда я смогу выпить просто води? — Через один час. Она округлила глаза, а он ухмыльнулся. — Я вижу тебе нравится надо мной издеваться! — Нет. Мне не просто нравится, я обожаю это. Она стала подниматься с кровати, а он спросил: — Куда? — Прогуляюсь немного. — Ты совсем дура?! Блять, Грейнджер я не шучу, сходи проверься. Но она лишь цокнула языком, и направилась к выходу, потому что ей стало легче, и ходить она уже явно могла. — Ладно, вали. Я уже устал бегать за тобой, и умолять: Грейнджер ну выпей, чтобы тебе легче было. Вали! Сделай себе только хуже, и сдохни нахуй! Кричал на неё он. Ну да. Он убил на неё уйма времени, а она просто развернулась, и ушла делать себе только хуже. Дура! Упрямая дура! Зачем он потратил столько времени?! Он просто волновался за неё. А она упрямая, тупая, сука! Пусть валит на все четыре стороны. *** Прошло часа два с того момента, как она ушла из комнати. В итоге она просто прошлась по Хогсмиду. Да-да, снова. Это было её любымим занятием, как-то освежало и приводило в чуство. Все мысли были только о нём. О Драко. Она хотела побить себя за то, что несколько дней назад она засмотрелась на него, и в тот же миг к низу живота поступило просто адское возбуждение. А он ведь просто сжимал ногу Пэнси. Она уже шла по коридору в эту чёртову комнату. Не успела она зайти, уже крики. — Грейнджер! Где тебя блять носило?! Ничего что есть какой-то курс лечения, который тебе стоит соблюдать! А ты шляешься не пойми где! — Вижу мой курс лечения тебе покоя не даёт. Так иди расслабься. Переспи с Паркинсон или ещё с какой-то куколкой. Чего же ты так убиваешься? Он молчал, а она обходила его кругами. — Или Паркинсон тебя уже не возбуждает? М? — Тебя что блять перекосило?! Страх потеряла? — Страх чего? Страх от тебя? Хочешь сказать ударишь меня ещё раз, и я начну прятаться от тебя с криками: Помогите, пожалуйста?! Гермиона подошла ещё ближе. — Или я не права? Думаешь я боюсь тебя? Ничерта! Она была почти у его лица, ещё сантиметров пять, и она будет прикасаться к его носу, хоть у них и была разница в росте. Он учуял нотки чего-то знакомого. Не только карамель… Да ладно?! Она. — Грейнджер ты пьяная? Ты пила? — Какой ты догадливый Малфой. Не волнуйся, я трезвая, я выпила совсем чуть-чуть, поэтому я ещё в состояние себя контролировать. — И этого «чуть-чуть» видимо хватило, чтобы ты стала такой смелой. — Возможно… Ты знаешь… Я ходила по Хогсмиду, и думала… А есть хоть что-то, чего ты боишься? Хоть немного. Доля страха? — Есть. И ты как заучка могла бы догадаться. Ты же такая умная, а? — И что же это? — сказала она, игнорируя все сказание слова, кроме «есть». — Я боюсь испачкаться об тебя. Я не хочу стать таким же грязным, как и ты. Это единственное чего я опасаюсь. — Хм… — она будто повторяла его мимику, а он её. — И всё? — Да. Ты ожидала что-то ещё? — Даже больше чём ещё. Ты в курсе, что теперь я могу тебя контролировать? — Слушай, мне кажется у тебя температура с алкоголем смешалась, иди поспи! Ты никогда не сможешь меня контролировать Грейнджер! Никогда! — Да что ты? Не смогу? — Не сможешь. — Тогда что ты называешь грязью внутри себя? — уже шёпотом сказала Гермиона. — Трахнуть тебя. Вот это бы и было грязью. Но этого не будет Грейнджер. Я не настолько псих, чтобы лезть в твою грязную дырку. Я ещё не настолько свихнулся. — То есть те поцелуи — это не грязь? — Грязь. Ещё какая грязь. И от неё уже не отмоешься. И нехер это вспоминать. Это мерзко. — Мерзко? То есть ты не возбуждался? — Что? Возбуждался? Ебать… сходи к психологу, я серьёзно, ты походу крышей поехала. Я и «возбуждался» от тебя? От грязнокровки? — Я тебя услышала — сказала Грейнджер и легко протянулась к его шее, а он ничего не делал, просто стоял и наблюдал за ней. Впервые она такая. Когда грязнокровка коснулась шеи Малфоя, тот вздрогнул. Холодные как лёд руки чуть-чуть гладили её. А затем она потянулась к уху и шепнула, тихо-тихо: — Теперь ты будешь такой же грязный как и я… И после этих слов коснулась губами его шею, от чего он закрыл глаза, и начал громко дышать. — Что ты… Какого ты делаешь Грейнджер — и так же: шёпотом и с тяжёлым дыханием. — Воплощаю твой страх в реальность… — и снова коснулась губами шею. Он мог её оттолкнуть. Но… НЕТ! НЕ МОГ! Ноги приросли к полу, а руки окаменели, и он просто стоял как укопанный, ощущая её нежные губы. Боже. Как она это делает? Как она это так охуенно делает? От кого ты научилась Грейнджер? М? От Уизли? Хотя… Он не по этим штучкам. Драко кусал губы, щёки — просто для того, чтобы не застонать сдесь от удовольствия. Сначала Гермиона нежно проходилась по его коже, а потом начала прикусывать, но не до боли. Он поставил свою шею глубже, просто опрокинув голову назад. Она целовала. А он и дальше дышал как бешеный, и глотал слюну, которой уже не было во рту, из-за пересохшего горла. — Хватит… — Что же ты Драко… Ты же совсем не возбуждаешь от такой грязи, как я… — сказала Грейнджер, а в следующий миг, вытянула его рубашку из штанов, и просто залезла руками под неё, поглаживая кожу, и продолжая целовать шею. Он не сдержался и пустил тихий, приглушённый стон. Но она услышала. «Драко…». Он впервые слышит свое имя из её уст. Боже, повтори ещё раз. Пожалуйста! «Ты же совсем не возбуждаешся…». Не возбуждается?! Да ему казалось что штаны лопнут от возбуждения. Так хотелось… брось! Не хотелось! Тебе совсем этого не хотелось. Не хотелось и не хочется трахнуть её. Нет нет нет! Запах карамели исходил из её волос. Да что за день такой то адский! Она контролирует им! Управляет!!! Раз. Два. Три. И она отстраняется, разворачивается и уходит, оставив его с сбитым дыханием, расправленной из штанов рубашкой и с бешеным возбуждения. Сука.