ООО "Контора"

      Длинный коридор, поросший мхом, заваленный трупами детей и мелких животных, кончающийся…Тупиком? Да быть такого не может! На планшетнике чётко видно, что коридор продолжается. Ещё немного, и я начал бы паниковать, но вовремя заметил среди обглоданных костей и засохшей крови отверстие в полу, небрежно прикрытое сгнившими брусьями. Ныряю туда, стараясь не думать о том, что находится сзади.       Рация, после короткого писка, начала докладывать, прерываясь на небольшие помехи: «Тридцатый, отряд на подходе. Повторяю, ударная группа ждёт у выхода. Приём?»       Впопыхах, не сбавляя темпа бега, пытаюсь нащупать на поясе рацию. Забыл перевесить на лямку бронежилета после предыдущего сеанса связи. -Тридцатый понял! –гаркнул я в рацию, забыв обо всех правилах субординации. Надо будет извиниться перед оператором. Давно хочу пригласить её на чашечку кофе, да только где ж сейчас этот кофе отыщешь.       Поворот, ещё один, лестница, кончающаяся неприметной дверью, окрашенной когда-то в огненно-красный цвет. Толкаю с плеча, даже не пытаясь дёргать за ручку и, на моё удивление, дверь срывается с гнилых петель, выплёвывая меня под дула орудий, в любой момент готовых плюнуть в меня свинцом. Двое подхватили меня за плечи, слепя фонарями, и утащили вглубь помещения.       Несколько вспышек окончательно ослепили меня, а следующий за ними грохот отдался звоном в ушах, лишив всякой возможности воспринимать реальность.       Словно через вату я слышал споры о том, что со мной делать: тащить на себе или привести в себя. Я, после пощёчины, понял, что выбрали второе.       Возвращая плотную перчатку на жилистую руку, крепкий мужчина лет сорока, лицо которого закрывала маска и противоосколочные очки, схватил меня за грудки и поставил на ноги, открывая мне обзор на помещение, заполненное светом мощных фонарей, закреплённых на касках бойцов.       В дверном проёме, откуда несколько минут назад я вывалился, валялся громадный, испачканный в крови и саже, пёс, оголивший свои клыки в предсмертном оскале. Мёртвые, но ещё влажные глаза смотрели в мою сторону, всё ещё выказывая своё желание отомстить. Отомстить мне и всему человеческому роду. -Ты где наушники проёб? В курсах, сколько у нас постовых со службы ушло из-за элементарной потери слуха? Эти ушки нам дорого обошлись, Лёня. Хочешь туда вернуться и забрать? Вижу, что не хочешь! –глава отряда, спасшего меня, усмехнулся, -Ладно уж, отправлю своего человечка. Надеюсь, ты по ним не пробежался. Достал то, что требовалось?       Ещё бы не достал. Запустив руку в свой широкий пыльник и вытащив оттуда облезлую жёлтую папку, я протянул её спасителю. -Отлично. Странно, что нас просят за бумажками гоняться, но приказы начальства не обсуждаются, сам понимаешь. Еле уговорил выслать тебе подмогу. Ты же гордый, сам никогда не доложишь о проблемах, да? Заметил уже, можешь не отвечать. Лезешь, мля, в самоё пекло. Но и тут ты не прогадал, эту серую с-суку видели наши, когда она детей в темноту таскала, -командир ударной группы отошёл от меня, дабы пнуть уже остывающее тело огромного людоеда, - Умная тварь отходила от постов задом, чтобы показывать нашим, что у неё в зубах. И как тут выстрелишь? Ребёнка таким образом задеть недолго. Никто не хотел грех на душу брать.       Отдав короткий приказ одному из разведчиков о поиске потерянных мной наушников, командир принялся читать содержимое найденной папки. Младший разведчик принялся разглядывать раздробленную двенадцатым калибром грудную клетку пепельно-серого монстра, присев на корточки. Щитоносец, стоявший поодаль от всего отряда, следил за входом в помещение с улицы, а я начал осматривать себя на предмет наличия серьёзных ран. Как ни странно, я был почти в полном порядке, не считая отголоски звона в ушах, распоротую во время падения щёку и дикую головную боль. -Чёрт-те что и сбоку подпись, мля! -прошипел командир. –Ладно, народ, ждём Колю и двигаем обратно. Буквально через час солнце зайдёт, а мы не в той экипировке, чтобы по району носиться.       Экипировка отряда, на удивление некоторых идиотов, была очень лёгкая. Самым тяжеловооружённым, если можно так выразиться, является Олег, исполняющий роль щитоносца. Он тащил на себе импровизированный щит, представляющий собой полу-свинцовый чехол с противоосколочной подкладкой и кевларовыми плитами внутри. От профессиональных щитов он отличался лишь отсутствием смотрового оконца. Таких щитов у конторы, где я работаю, всего два. И оба сделаны они в той же конторе местными мастерами из того, что смогли притащить разведчики. Один щит, принадлежащий Олегу, сейчас прикрывал наши спины, а второй, служащий Второй Исследовательской Лиге, прошёл боевое крещение в руках бывшего спецназовца Богдана, защитив его от самопальной бомбы в одной из квартир во время планового обхода района. На голове Олег носил ЗШ-1-2 с открытым забралом, а грудь мужчины, подобного Гераклу, надёжно защищал 6Б43. Защиту этот доспех отечественного спецназа предоставлял знатную: напашник, наплечники, противоосколочный ворот и широченная основная грудная панель. Учитывая дробовик МР-153, ласково прозванный хозяином Муркой, и патроны к нему, рассованные по подсумкам и патронажу на прикладе, Олег нёс на себе почти пятьдесят два килограмма! Такая экипировка была, скорее, перестраховкой, так как настоящие боевые действия утихли уже давно, но ловушки в домах и нападения со стороны противоборствующей, полу-государственной, организации всё ещё имеют место быть.       У Михаила Петровича, как командира ударной группы, на рукав уже выцветшего, некогда зелёного, костюма Горка надета жёлтая светоотражательная лента, а грудную клетку защищал лёгкий бронежилет по первому классу защиты, который практически не стеснял движение. Голову покрывала лишь чёрная шапка, а на спине болтался «Беркут» в калибре 7,62*39 с гравировкой на цевье, гласящей: «Лучшему другу и охотнику». Видимо, подарок от друзей на день рождения.       Разведчикам же были положены «Заломы» по второму классу защиты и большинство предпочитало носить слегка переделанные общевойсковые каски с установленными планками Пикатинни, на которые крепились, в основном, фонари. Верхняя одежда представляла собой костюм цвета хаки немецкого производства, с пришитыми знаками отличия нашей конторы. За ненадобностью, разведчики не таскали с собой крупные калибры, обходясь «Грачами». Грачи, к слову, висели у всех в кобурах, но, зачастую, только разведчики используют их, как оружие самообороны, а не как метод развлечь себя пьяным, стреляя по бутылкам там, где этого делать не стоит.       Разделение на классы было, конечно, условным и каждый сам мог выбрать доступное снаряжение на следующий полевой выход, в зависимости от сопровождения и задачи, но это уже устоявшиеся наборы, которые нет смысла менять, так как свою задачу они выполняют вполне корректно.       Без двадцати шесть. Через час город погрузится в сумерки и одному Дьяволу известно, что здесь будет происходить. Хотя даже ему не захочется наблюдать за теми, кто выползет из подземных переходов, спусков в метро, подвалов, погребов и канализаций, в поиске жертвы, которую найдут с первыми лучами солнца у ближайших постов охраны.       Николай, как старший разведчик, не заставил себя долго ждать и вернулся уже спустя пять минут, держа в одной руке самые простые активные наушники отечественного производства с тремя резинками, вместо дужки, слегка треснутой левой чашкой и без амбушюров, а в другой мой планшетник с пометками, который, по всей видимости, я выронил возле выхода в полу из логова той твари. Оба утерянных предмета мне вернули, бросив явно недовольный взгляд.       Пробурчав неловкое «Спасибо», я вернул планшетник на пояс, а наушники накинул на шею. Толку от них сейчас немного. -Со всем разобрались? Ничего больше никто не терял? Ствольную коробку, там, левый носок? Зубной протез? Нет? Всё, двигаем. Идём клином. Лёня, идёшь рядом с Сашей. Вон с тем красавцем, -командир указал на паренька лет двадцати в звании младшего разведчика, столь усердно старающегося зарисовать убитого монстра в своём планшетнике, которые были практически у всех. -А? Да, конечно, иду, -ответил парень, который был моим ровесником, но выглядел совсем уж молодо.       Как и было приказано, отряд встал клином. Треугольником, проще говоря, во главе которого стоит Олег, держа перед собой кевларового тяжеленого монстра, который я двумя руками с трудом поднимаю. Мы выдвинулись в сторону ближайшего, как мы говорим, филиала нашей конторы. Ближайшего и единственного. Но об этом мы поговорим в другой раз. Сейчас я хочу получить свою порцию мутного самогона с чёрным хлебушком, на который положен бычок в томате. Только этого.