Готовься, Хогвартс!

***

— МОЯ МАТЬ — ЁБАНАЯ БОГИНЯ.— истерично кричала Мелисса, пытаясь объяснить мальчикам то, что видела. Нельзя было сказать, что она часто поддавалась эмоциям, но это воспоминание действительно подкосило её. Слёзы жгли глаза, тело трясло, а в голова была вакуумной. Она не помнила, как Драко и Блейз оказались в её комнате, как наложили запирающее и оглушающее заклятия. Не помнила, как несколько минут смотрела в их лица и не могла издать ни звука. Но в итоге её плотину эмоций прорвало. Она начала плакать, кричать, злиться на мать и отца, потом снова рыдать из-за не понимания происходящего. Безысходность просто поглотила её на какой-то время. Разум отказывался принимать верные решения. Она много кричала и рассказывала о своём путешествии в воспоминание, только вот девушку никто не понимал. В порыве эмоций она не думала о том, на каком языке говорит. Два слизеринца, находясь в полнейшем ступоре, решили не вмешиваться. Они приняли разумное решение подождать прохода бури, надеясь что никто сегодня не пострадает. Но после десяти минут дичайших криков, Драко шепнул Блейзу, чтобы тот принёс успокаивающее зелье. Забини, не долго думая, отправился к мадам Помфри, на ходу сочиняя причину, почему он нуждался в успокоительном. Когда парень вернулся, Кастилья всхлипывала в объятьях Малфоя. Блондин убаюкивал девушку, гладя её по спутанным волосам и вытирал засохшие слёзы. Удивительно, Драко испытывал чувства к кому-то, хотя и не признавал этого. Они разговаривали об их отношениях пару раз. Забини видел, как на самом деле друг относится к этой девушке. Но он, в силу своего ужасного характера, всё отрицал. Зато сейчас мулат видел правду, с помощью которой лишь в очередной раз убедился в своих догадках. Как бы не хотелось Блейзу нарушать эту минуту тишины, Мелисса нуждалась в успокоительном, чтобы она смогла рассказать всё то же самое, о чём кричала почти пол часа назад, только на английском и менее эмоционально. Влив в девушку полный флакон, мальчики не придумали ничего лучше, чем подождать, когда девушка станет в состоянии говорить. Лиса чувствовала только опустошение в груди и горячие руки на своём лице. Перед глазами всё расплывалось и сил не было даже на то, чтобы дышать. Рефлексом она проглотила какую-то сладкую жидкость и приятное тепло зародилось в районе сердца, ритм которого начал приходить в норму. Ощущалось всё это так, будто тот кусок души, который сейчас валялся на помойке, почистили и приклеили обратно. Собравшись, наконец, с мыслями, она оторвала голову от Драко и оглянулась. Девушка заметила несколько разбросанных вещей и Забини, сидящего на стуле у рабочего стола. — Простите. — обессиленно прошептала девушка. — Ты в порядке? — спросил Малфой. — Не думаю. Что вы мне дали? — Это успокаивающее зелье, должно помочь хотя бы временно. — сказал Блейз и достал из кармана ещё два бутылька. — Спасибо. — Тебе надо поспать. — сказал Драко, уже укладывая Мелиссу. Девушка попыталась благодарно улыбнуться ему, но провалилась в темноту сна, как только голова коснулась мягкой подушки.

***

— И в итоге, как я уже сказала, я не совсем человек. Я… — Лиса нервно хохотнула. — Я полубог. Все пазлы вдруг сложились. — В голове не укладывается. — тихо сказал Забини. — У меня тоже, но… — девушка вздохнула. — Но это многое объясняет. То, что я могу призывать мёртвых, что могу создавать что-то из ничего, что… Что мама так волновалась. Она ведь постоянно пыталась спрятать меня от всех и вся. Мелисса металась по комнате мальчиков, разжевывая все непонятные им моменты. После сладкого сна мозг начал работать с двойной силой. Она хваталась за волосы каждый раз, когда чувствовала безысходность. Хотелось выть волком и лезть на стены, лишь бы это всё оказалось не правдой, а сказочным сном. Безумие. Это какое-то безумие. — Стоп, стоп, стоп. — вклинился Драко. — Разве этим штучкам не обучают в твоём Колдотворце? — Обучают, но получается, опять же, не у всех. В России есть невероятные маги, как моя мать, например. Их сила сравнима с силой богов. Поэтому я ничего не подозревала столько лет. — она чувствовала, что говорила какой-то бред, но по другому просто не могла объяснить происходящее. — Послушайте, это всё очень странно, я понимаю. Вернее, я тоже ничего не понимаю, как и вы. Всё, что я знаю…всё, что я знала, это то, что моя мама очень сильная ведьма, а я просто её дочь, поэтому всё всегда получается лучше, чем у других. Я верила в это с самого детства. Но теперь я в ужасе! Теперь открылась правда, которая не должна была открыться никогда. Теперь вся моя жизнь — сплошное безумие. В голове мелькало всё. Мысли крутились, стоили догадки, отыскивали на полках знаний нужную информацию. Низшие боги. Охота. Кольца. — Он сказал, что кольца сдерживают мою силу. И, это правда. Я ведь не могу с ними придать своей магии физическую форму… — На английском, пожалуйста! — перебил мысли девушки Забини. — Точно, простите. Я говорю, что с кольцами не могу придать магии физическую форму. — Удивительно, что ты можешь это вообще. — протянул Малфой. — Мы не можем сделать еду из воздуха. — Я только что час рассказывала о том, что я — это что-то удивительное. — притворно улыбнулась девушка. — Но разве Патронус это не то же самое? — неожиданно спросил Блейз. — Патронус? Это заклинание, которое вызывается с помощью положительных эмоций? Я о таком читала где-то. — Да, он ведь тоже появляется из ничего. — Не совсем. — начал размышлять Драко. — Патронус вызывается с помощью палочки, а мы говорим про невербальную магию. — А ещё при этом я не думаю о самом счастливом моменте жизни. Просто чувствую, как магия выходит из моего тела и подчиняется. — вторглась в его объяснения Кастилья. Блейз шумно выдохнул и откинулся на подушку. Они молчали. Девушка села на кровать Малфоя, а потом легла поперёк. Она подняла руки и посмотрела на свои ладони. Обычные. Пять пальцев на каждой руке, извилистые линии, мягкая кожа. Ничего необычного. Но кто бы мог подумать, на что они способны. И кто знает, что им предстоит сделать. — Слушай, Кастилья. — вдруг заговорил блондин. — Раз ты одна из этих Богов, то разве ты не можешь связаться с ними? С полминуты Мелисса смотрела в его серые глаза и пыталась осознать сказанное. А ведь в его словах есть смысл. Проблема только в том, что она не знала как это сделать. Боги обычно сами приходят к людям в обличии человека или животного. — Послушай, — Драко, заметив смятение в глазах девушки, попытался её успокоить. — Я уверен, что в той книге, которая нужна тебе из моей библиотеки, есть то, что тебе нужно. — Я больше не могу. Мои родные там умирают, а я вынуждена ждать ещё три недели до приёма и своего дня рождения. Это, кстати, ещё одна проблема. — вздохнула Лиса. — Он сказал что-то про какой-то ритуал в мой восемнадцатый день рождения. Что без него я лишусь своей силы. Не вдохновляет. — Когда у тебя день рождение? — опомнился Забини. — Удивительно, но двадцать пятого ноября. — она грустно посмеялась. — Много времени не будет. — Что? Но мамин приём двадцать четвёртого… — Я и говорю: ещё одна проблема, Малфой. Придётся либо быстро искать всю возможную информацию, либо смириться с учестью стать сквибом. Хотя не знаю, как называются лишённые сил боги. Вы можете себе представить? Я… Мелиссу перебила фигура голубого сияния. Сверкающая выдра, оставляя за собой такой же след, ворвалась сквозь окно в комнату. Она покружила вокруг и остановилась, когда наткнулась на Мелиссу. — Мелисса, срочно на Астрономическую Башню. Умоляю, быстрее. — сказало животное испуганным голосом Грейнджер и растворилось. Кастилья мешкала ровно секунду, перед тем как рвануть из комнаты в сторону башни. Путь был не близкий, но она летела по пустующим коридорам. Казалось, Хогвартс вымер, но на самом деле приближался комендантский час и ученики недавно разбрелись по гостиным. Лиса бежала, позабыв про холод, в пижаме и тапочках, обратно в башню. Только несколько часов назад они с Драко танцевали там, а сейчас предчувствие подсказывало, что ничего хорошего не произойдёт. Ноги несли её по замку, а в голове всё ещё отголоском звенел голос Гермионы. Он звучал так, словно девушка была на грани от паники. Словно ещё одна секунда, и случится что-то страшное. Что напугало гриффиндорку? Мало Мелиссе того, что происходит с ней сейчас, там ещё Грейнджер, кажется, в беде. Слёзы полились от страха за подругу, в горле стоял ком, размером с Юпитер, а она всё бежала к Гермионе, не смотря на размытую от слёз картинку. И всё же, почему она позвала именно её? Ни Поттера, ни Уизли, а Лису. Голова шла кругом от всего мракобесия, что происходит последние сутки. Просто тишины, просто спокойствия хотелось девушке, но у судьбы на неё другие планы. Судьба решила поиздеваться над ней. Снова захотелось кричать. Девушка остановилась на очередном распутье, забыв, куда поворачивать. Сердце билось о грудную клетку, пытаясь выпрыгнуть наружу, лёгкие пробирало от холодного воздуха и частого дыхания. Сзади девушка услышала топот нескольких человек и с облегчением выдохнула, увидев своих мальчиков. — Направо! — крикнул Малфой, направляя на Мелиссу палочку. Мгновение и лёгкая струя магии коснулась девушки, окутав её тело теплотой, что была так нужна ей сейчас. Она не сразу поняла, что изменилось, но почувствовав, что дышится намного легче, быстро сообразила: согревающие чары. Мысленно она сделала пометку поблагодарить Малфоя. Череда лестниц и она со всей силы толкает тяжёлую дверь. Ветер сразу ударил в лицо, замораживая заплаканные глаза. Несколько мгновений девушка пыталась смахнуть колючие слёзы. И как только у неё это получилось и взгляд, наконец, сфокусировался, Мелисса ахнула. Сердце пропустило удар. В горле пересохло. Лиса стояла на пороге башни и не могла поверить в происходящее. Она уставилась на женщину перед собой. Не знала, радоваться ей или плакать. Гермиона стояла у левой стены, так же шокированная картиной. Её тело мелко трясло, а глаза не открывались от одной точки. От той же точки, что и глаза Мелиссы. — Здравствуй, Карна. — улыбнулась женщина.

***

Мелисса смотрела на неё и ей захотелось сброситься с этой башни. Красное платье, какие носили ещё в древней Руси, метла в ступе, ворон на плече… Яга. Стояла сейчас напротив Лисы и смотрела своими глазами в самую душу. От созерцания своей настоящей матери девушку не отвлекли даже Малфой и Забини, появившиеся за её спиной. Они, заметив всеобщий ступор, попытались оценить обстановку. Блейз увидел в углу гриффиндорку и, обогнув Мелиссу, встал около неё. Грейнджер находилась, видимо, в ужасе, потому что тряслась, словно осиновый лист на ветру. Он поддался порыву своей влюбленности и взял девушку за руку, надеясь хоть немного успокоить её. — Честно говоря, я надеялась на приватный разговор. — мягко сказала Яга. — Милая Карна, не могла бы ты это устроить? Лиса коротко кивнула, не отводя взгляда от богини. Она жестом показала друзьям на выход и злобно шикнула, когда они побоялись оставить её одну. Хотя у самой от волнения желудок сжимался и скручивался. Дверь закрылась и девушка осталась один на один со своей настоящей матерью. Она подумала о том, какая же всё-таки драматичная у неё складывается судьба. Маленькая девочка жила, ничего не подозревая о том, что её самые близкие люди на самом деле случайные волшебники, которым её подбросили. Маленькая девочка жила, не зная, что она связана с Высшим миром — с Божественным — своей кровью. Она жила и никто не сказал ей о том, что своих сил девочка может лишиться. Это не сон, не иллюзия или чья-то сказка. Сейчас, в этот самый момент, это её жизнь. Мелисса задыхалась от несправедливости. Судьба так и подкидывает ей новые повороты, новые дороги, идти по которым невероятно страшно. Но она идёт. У неё нет выбора. Вернее, он есть, но другого не хочется. Не хочется терять связь с магическим миром, остаться без магии, без возможности творить чудо. Лиса выбрала дорогу и теперь придётся по ней идти. — Здравствуйте. — неожиданно резко сказала Мелисса. — У нас мало времени. Я пришла рассказать об опасности. — начала богиня. Яга выглядела спокойно, но её волнение выдавали сведённые к переносице брови и бегающие по лицу дочери глаза. — О какой именно? — хохотнула Кастилья. — Я только что узнала, что полубог и могу лишиться своих сил. Что-то из этого, или появились новые? — с её стороны говорить таким тоном было наглостью, но она не смогла справиться с нахлынувшими эмоциями. Обида растекалась по венам со скоростью звука. Лиса попыталась глубоко дышать, но это только усугубило ситуацию. — Что? — только и смогла произнести Яга. Её лицо резко побледнело и лишилось каких либо намёков на эмоции. — Да, матушка! Я всё знаю. Знаю, что к моим родителям, которые мне, оказалось, совсем не родители, меня принёс Велес. Знаю, что я твоя дочь. Как ты могла отдать меня? Как ты могла не появляться раньше? — плакала девушка, пытаясь не стать тряпкой и не свалиться на пол от переизбытка чувств. Богиня выглядела потерянной. Она явно не ожидала, что девушке известно кто она. — Прости, Карна. Я не могла это сделать. — Яга сделала аккуратный шаг к девушке. — Тебя забрали у меня почти сразу после рождения. Связь бога и человека запрещена законом. Их дети обычно обладают чрезвычайно сильной магией. Они забрали тебя, потому что боялись. И сейчас боятся. — она остановилась совсем рядом, меньше метра оставляя между ними. — Я пыталась, Карна. Я правда пыталась увидеть тебя. Но Велес не мог этого допустить. — Как он тогда вообще допустил моё рождение?! — взорвалась Мелисса. — Он просто игнорировал ошибку, а сейчас она выросла в огромнейшую проблему. Люди умирают, мои близкие умирают, а этот ваш Бог ничего не делает для того, чтобы помочь! — Ты права в том, что Велес дождался того, что проблем теперь не разгрести. Но как он мог избавиться от тебя? Убить? Ты не знаешь законов Высшего мира. Он выбрал разумное решение отправить тебя в мир людей. Здесь ты в безопасности… — Не ты ли только что сказала, что пришла предупредить об опасности. Где логика? Почему моя такая безопасная жизнь вдруг превратилась в мракобесие? — Ты в безопасности, потому что в этом мире выброс твоей магии не будет таким сильным, каким мог быть в нашем. — объяснила женщина. — Карна, за тобой кто-то охотится. Лея это чувствует, Велес подозревает. Мы думаем, что это может быть какой-то низший бог. Ему нужны твои силы. — Мелисса уставилась на Ягу, словно та воткнула ей меч в живот. — Просто запомни всё, что я сейчас скажу. Ты правда можешь потерять магию без ритуала привязки. Это произойдёт в твой день рождения, в то время, когда ты родилась. Двадцать пятого ноября. Ровно в три ночи. В этот момент можно легко перехватить магию. Но если ритуал будет исполнен, то она прочно закрепится за тобой. Если нет, то покинет твоё тело. — Что за ритуал? Женщина вздохнула. Правда в том, что про ритуал Яга знала лишь поверхностно и то, что она знала, могло не понравится Карне. — У меня нет точной информации про него. И то, что я тебе расскажу может тебе не понравится. — Не тяни. — Ритуал построен на любви. Твоя магия останется с тобой, если ты искренне полюбишь. Но Боги влюбляются раз в жизни… Небольшая пауза повисла в воздухе, заряжая его электричеством. — Это не всё. Что ты не договариваешь? — Лиса прищурилась и немного склонила голову вбок. Яга глубоко вздохнула. — В свои восемнадцать ты должна лишиться девственности с тем, кого любишь. — как удар молнии выпалила она. Но Мелисса не сильно удивилась. Подозревала, что всё будет не так просто, как хотелось бы. Она могла переспать с кем-то, чтобы сохранить свою магию при себе, но всё усложнял факт чувств. Она никогда никого не любила. Нет, конечно, любила родителей и друзей, но эта не то. Эта любовь не дарила ей крылья или бабочек в животе, она просто была, как само собой разумеющееся. — Я не знаю подробностей, но они должны быть где-то описаны. — Хорошо. — Кастилья задумалась. Она хотела спросить о многом, но… — Мне снятся сны. — перевела тему Мелисса. — Они постоянно повторяются, это Озеро Жизни и какое-то тёмное пространство. Об озере есть несколько легенд и я хотела разобрать их, но до книги доберусь нескоро. — Повторяющиеся сны это всегда знак. Возможно, в них будут ответы на твои вопросы. Запомни: смотреть всегда нужно между строк. Легенды врут только для тех, кто не видит сокрытого. Яга, державшаяся на расстоянии, подошла к Мелиссе вплотную и та заметила слёзы в её глазах. Кастилья всхлипнула, когда голос в голове начал тараторить: «Твоя настоящая мать прямо перед тобой. Другой возможности может не быть». Он повторял и повторял эту фразу, пока девушка не сдалась и не обняла женщину. Богиня немного опешила, но уже через мгновение прижимала к себе свою дочь. Её маленькая девочка выросла прекрасной девушкой. Она была копией своего отца и только волосы были цветом как у Леи, но это действия уз родни, которые наложил Велес. Яга немного отстранилась, чтобы взять лицо Мелиссы в свои ладони. Она провела большими пальцами по щекам, размазывая капли слёз. Её ребёнок являлась воплощением всего лучшего, что было в долгой жизни богини. Девочка почти все черты лица переняла от своего отца. Всё в ней, помимо глаз, напоминало о нём. А глубокие глаза были мамины. Такие же пронзительные и яркие. Зелёные. Они сейчас смотрели на женщину и впитывали каждую черту её лица, каждую морщинку и трещинку. -Прости меня. — прошептала Яга. — Ты выросла такой красавицей. Ты так похожа на него… — На папу? — она кивнула. — Да. Очень похожа. — А где он сейчас? — Не знаю. — честно ответила богиня. — Ему стёрли память и мне неизвестно, куда его отправили. Мелисса ничего не ответила. Она только сильнее прижалась к матери, пытаясь сохранить ощущения тепла, которое она излучала. От неё пахло травами, чистым рудником и лесом. Лиса вдыхала эти запахи, стараясь запомнить их каждым рецептором, каждой ниточкой своей души. Так они стояли ещё долго, пока Яга гладила девушку по волосам и наслаждалась моментом. Впервые за всё время она обнимает смысл своей жизни. — Карна, то, что ты всё знаешь, должно сохраниться в секрете. — вспомнила Яга слова Велеса. — Но мои друзья знают правду. И мама. — И больше никому ни слова. Если это дойдёт до Велеса, ты будешь в ещё большей опасности. Страшно, когда за тобой охотится один бог. Но намного страшнее, когда два. Кастилья нервно хихикнула и кивнула в знак согласия. — Мне пора. — сказала богиня и поцеловала дочь в лоб. — Обещай, что мы с тобой встретимся. — остановила её Мелисса. — Обещаю. Я всегда рядом. Была, есть и буду. — нежно ответила Яга. — Ты всегда можешь попросить меня о помощи. — Как? — Просто позови. — она улыбнулась и взлетела в своей ступе. Улетала не оборачиваясь, чтобы не показывать лишние слёзы.