Принятие неизбежного

Вечером того же дня Эмильен натыкается на фанфики. Ну, как натыкается, просто под последним видео в основном все комментарии об этом и о том, как их мысленно сводят с Диманом. И блять, насколько хуёво осознавать, что ты буквально проживаешь эти чёртовы дни прямо как в очередном фанфике. Честно говоря, Иманова сначала на смех пробирает, а потом как ебанёт дрожью по всему телу – дышать становится невозможно. Вчитываясь в строчки он теряется в фантазиях, теряется в реальности, теряется во всём. Дима его требовательно целует. Дима его крепко к себе прижимает. Дима падает перед ним на колени. А дальше в глазах темнеет и в паху тяжелеет от представшей перед глазами картинки: как же хочется ощутить всё наяву, испробовать. Эмиль закусывает нижнюю губу. Ему кажется, что если это произойдёт наяву, то на следующий день он сумеет выбраться из этой тягучей жидкости. Ведь это же, блять, простая привязанность, простое желание внимания! Теперь младший не злится, теперь ему мало – он хочет большего. Запустив пятерню в волосы Эмильен тяжело вздыхает прикрывая веки, но он не собирается закрывать сиё произведение фаната, ибо продолжит несколько раз перечитывать вчитываясь в каждую буковку, а потом во сне проживать каждый миг.

***

В понедельник Иманов просыпается от громких звуков доносящихся с нижнего этажа и, едва разлепив очи от сладкого сна, готов спуститься, надрать всем задницу за то, что разбудили его в семь утра. Забыв обо всём, в том числе и о том, что он почти без одежды, не считая домашних шорт, Эмиль, как озлобленная фурия, пронёсся по всему офису, пока не наткнулся на Масленникова в прямом смысле этого слова. Опять влип, точнее вляпался. Тут же из его уст посыпалось куча нецензурной брани. — Блять, что за погром вы устроили в семь утра?! — Не мы, а Димка, — саркастически пропел Даник, которого видимо ни капельки не смущал столь ранний, неблагоприятный подъем. Хотя о чём говорить, если Даник жаворонок ненавидящий сов. — Полинка его выперла. — он залился громким хохотом прикрывая рот ладонью. — За что? — Эмиль знатно удивился напрочь вычеркнув сон из головы, а она между прочим гудела, как после пьянки. Он прищурено посмотрел на старшего будто ища подвох, либо же хотел просканировать как рентген в поисках ответа. — Не слушайте этого долбаёба. Мы ремонт затеяли. — Масленников махнул рукой в сторону друга перетаскивая какие-то коробки с одного места на другое. — Пока придётся потесниться здесь, — он хмыкнул сжав губы, — как говорится – в тесноте, да не в обиде. Сказать что от Димы веяло большим энтузиазмом и кучей позитива, не сказать ничего – этого просто не было. Было лишь видно то, что он заёбан в край, и Иманов видел это лучше всех. — А Поля где? — Скоро должна подъехать с кучей чемоданов. Блять, — опомнившись чертыхнулся старший потирая переносицу, — куда мы впихнём столько хлама!? Покой Эмилю будет сниться теперь только во сне, и то не факт. — Давай помогу. — вызвался помогать настоящий друг Эмильен Иманов нахмурившись в точности как сегодняшний день, однако абсолютно не подавая виду. Масленников на него странно глянул измерив взглядом с ног до головы: — Может накинешь на себя что-то? — голос стал звучать по-другому и это не могло показаться, ибо Иманов не шизофреник уж точно. В нём появилась капля хрипотцы. — Холодно, зима же. На улице. — он недоуменно посмотрел на едва ли не заикавшегося Димана, которого впервые видел в таком состоянии: не уж то ремонт его вывел из равновесия? С комнатами не было проблем – свободной оказалась спальня справа от берлоги Эмиля и это либо блядский закон подлости, либо злые шутки судьбы, не иначе. Сегодня все крутились, трудились во благо новым жильцам, поэтому под конец дня было решено устроить небольшой пир на весь мир, то есть на всю команду и плевать что только начало недели – заслужили! Вскоре на небольшом застолье оказались разных видов суши и роллы, пицца с оливками и без, любимая всеми еда из Мака и KFC, ну и куда же без фирменной шаурмы. Стас с Васей притащили ящик пива; Сударь, ссылаясь на нелюбовь к хмельному напитку, пришёл с ближайшего магазина с вином, а Дима решил вытащить из своей заначки виски. Лично Эмиль не любитель алкоголя, но на него столько всего свалилось в последнее время, что ему впервые захотелось напиться до беспамятства и начал он с Блэк Джека, остальные же пусть делают что хотят. — За наших новых соседей! — залетел тост от Даника и все на радостях загалдели. Первая рюмка зашла отлично – Эмиль ничего не почувствовал. Кстати, запивать он отказался, ибо не любит это дело. — Между первой и второй перерывчик небольшой. — весело протянул Масленников разливая напитки по стаканам. Вторую рюмку Эмиль вовсе не почувствовал. — Третья за любовь. — Никита нежно посмотрел на свою девушку, а Эмиль на него с белой завистью: почему ему не везёт с противоположным полом? Совершенно не задумываясь Эмиль влил в себя третью рюмку – за любовь же, только как-то горьковато зашло. И совершенно не как прошлые: обожгло все внутренности. Особенно когда взглядом наткнулся на ластившуюся к Диме Полину. Со временем алкоголь полностью затуманил рассудок. Захотелось курить. Сигарет у Иманова не было, ибо курение было для него под строгим запретом. Благо у них на балконе постоянно стояла пачка сигарет с пепельницей, именно сегодня пришёл её черёд выручать Эмильку. Затянувшись ядовитым дымом парень завороженно смотрел на ночной освящающийся фонарями город. В голове образовался вакуум, ведь он впервые за долгий промежуток времени не загонялся над чем-либо, лишь чувствовал некий прилив энергии и желание творить что-нибудь сумасшедшее. Парень довольно заулыбался как Чеширский кот накидывая на голову капюшон – сейчас болеть не вариант, потому что у него куча планов. Эмиль бы никогда в жизни не подумал, что все мечты станут реальными и от этого хотелось летать высоко в небе широко расправив крылья. Только кто-то ему обрезал эти крылышки нарушая покой и одиночество. Этот кто-то Дима Масленников с сигаретой во рту, будто сошедший с обложки журнала девяностых: прям Депп или Ди Каприо в молодости. — Ты чего ржешь, придурок? — поинтересовался нетрезвый Диман сверкая своими серыми глазами и, выпуская дым, легонько толкнул друга. — Меня что ли не узнал? — Представил тебя в роли Джека из Титаника, — Эмиль не мог прекратить смеяться схватившись за живот, — весь такой брутальный, с сигаретой во рту, а после утопающий в ледяной воде. — Хреновый из тебя романтик я тебе скажу. — усмехнулся старший, встал около парня и посмотрел куда-то вдаль затягиваясь дымом, — Эмилька, ты сегодня прям в отрыв ушёл, солнышко. Может тебе хватит для первого раза? — хохотнул он указывая кивком на сигарету в руке Иманова. — выкинь эту дрянь! — Слушаюсь, мой повелитель. — пролепетал с то ли грузинским, то ли армянским акцентом Эмиль выбросив окурок, — Диман, мне не два года, а ты мне не мамочка. — огрызнулся парень, ибо ему не нравилось когда кто-то начинал читать ему нотации что хорошо, а что плохо – он сам решит! Масленников обернулся к младшему с вызовом заглядывая в два карих омута напротив, мол, если захочу, ты сделаешь так как я скажу. Эмиль пропал. Окончательно и бесповоротно. Глаза с интересом начали исследовать каждый миллиметр лица, и когда дошли до таких желанных губ, он облизнул свои обветренные. Иманов знал, сейчас случится то, чего он так отчаянно желал всей душой. Поддавшись вперёд младший требовательно поцеловал такие же шершавые как у него самого губы и был готов умереть на месте от передозировки эндорфина в крови. Если это сон - он не хочет просыпаться.