Принятие неизбежного

Всё бы хорошо, только Эмиля накрыло чувством вины. Перемкнуло что-то в голове, отчего он моментально отрезвел оторвавшись от Димы и, приложив холодные руки к горящим щекам, пропищал: — Чёрт, Дим, извини, я не знаю что на меня нашло. Градус в голову ударил или в сигаретах какая-то дурь замешана. Бля-я-ть… — протянул парень прикрывая глаза и вдыхая побольше кислорода. Иманов не на шутку начал загоняться, когда от от Масленникова не последовало ответа, лишь растерянный, глядящий сквозь него, взгляд, который угнетал ещё больше. Он понял, что к горлу подобрался ком, а в глазах уже стояли слёзы. Он всё испортил… Мороз больно хлестанул прутьями по щекам, по сознанию. Это ведь нужно было пойти на поводу своих желаний, сдаться, чтоб потом таким образом упасть в глазах друга, потерять его?! Услышав звук хлопнувшей двери он с силой пнул кулаком стену. Потом ещё раз. И вроде физическая боль затмила душевные терзания, но сразу же испарилась под дулом угрызения совести. Эмильен понятия не имел сколько просидел на балконе медленно скатившись по стене, ибо на часы не смотрел. По ощущениям прошла вечность. Только более-менее придя в себя, набрав полные лёгкие воздуха, не до конца успокоившись, он вышел к друзьям, которые были заняты своими делами. Кто-то играл в Твистер, кто-то в карты, а он прошёлся к столу. Налил себе в стакан вина и наблюдая за всеми начал потягивать его по чуть-чуть полностью отдаваясь уютной атмосфере. Внезапно сзади некто подошёл и положил свою разгоряченную ладонь парню на спину отрывая его от перелистывания Инстаграмма. Обернувшись он встретился взглядом с девушкой Димы, едва ли не подавившись вином, вопросительно посмотрел на неё приподняв бровь. — В последнее время ты чересчур задумчивый и до безумия грустный. — Полина присела возле Эмиля вначале улыбнувшись, а потом нахмурившись взяла стакан с водой. Грубить совершенно не хотелось, поэтому он решил отнекиваться до последнего: негоже всем знать, что у него на душе. — Тебе кажется. — Это как-то с Димой связано? — эта девушка никогда не успокоиться похоже, всё лезет и лезет, — Ты так на него смотришь. — Как? — теперь Иманову было интересно как же он пялится на своего друга и в каком смысле. Казалось, он успел покраснеть, побледнеть, позеленеть и посинеть одновременно. — Совсем не так как раньше, по-другому, — она закусила губу глядя на него с такой жалостью, будто у него горе случилось, а не констатировала факт, который ему известно. — Он тебя обидел? Знала бы ты, Поля, как меня обижаешь ты, а уж потом Дима ведущийся у тебя на поводу. — Да нет. — неоднозначный ответ и неоднозначное пожатие плечами, у Эмиля нервы натягиваются до предела: все его решили поучить жизни? Ебись оно всё конем! — Слушай! — восторженный выкрик Полины не заметил никто и слава всему святому, ни к чему сейчас привлекать внимание нежеланной беседой, — Может тебе девушку найти? Я знаю, ты стеснительный парень, поэтому можно это устроить через ролик. Что скажешь? — глаза девушки горели, Эмилю даже показалось на миг, что она и вправду хорошая, но с чего вдруг такое хотение свести его с кем-то? — Мне больно на тебя смотреть. Почему-то неимоверно захотелось закричать «А мне не больно?», появилась жалость и отвращение к себе. Прекрасно. — Думаю, ничего хорошего из этого не выйдет, но спасибо. Девушка ещё раз посмотрела на него с горечью и, пройдясь бархатными пальцами по щеке Эмильена , удалилась к остальным.

***

Что бы ещё могло пойти по пизде, казалось бы, всё хуевое уже случилось. Как оказалось, всё ещё нет. Той же ночью к младшему в спальню ввалился полу-трезвый Диман в одних чёрных джинсах. Он тихонько прошёлся по комнате, стараясь не разбудить Эмиля, но совершенно не догадывался, что его друг уже как месяц страдает от чёртовой бессонницы. Парень решил не подавать виду и посмотреть что сделает блудный товарищ: комнаты перепутал, скорее всего. Тот подошёл к кровати остановившись около неё, в то время как Эмиль старался размеренно дышать пытаясь хоть что-то разглядеть во мраке, а потом тихий шёпот «Эмиль, солнышко, что же ты творишь?». Масленников будто сокрушался, в голосе промелькнули нотки горечи, прямо как у младшего на балконе. Значит, всё-таки не перепутал. Вышесказанное Иманов списал на алкоголь и не контролированием себя, поэтому даже не задумался, ведь его больше интересовало что же дальше сделает Дима. А Дима примостился возле него совершенно не спрашивая разрешения, как всегда. Может Эмильену не нравится когда нарушают его личное пространство. Но разве не он мечтал посмотреть как спит Дима, как прижимает к себе… И вот оно случилось, прям наяву. Рука старшего по-собственнически легла на младшего притягивая его к себе; горячее дыхание опаляло кожу шеи, а сам факт того, что они оба сейчас соприкасаются голой кожей заставило Иманова задохнуться от нехватки кислорода и задрожать от удовольствия покрываясь табуном мурашек. — Не спишь, засранец. Масленников резко развернул к себе парня тяжело задышав. — Решил поиздеваться? — прохрипел Эмиль выглядывая очертания лица друга, чувствуя как его рука вырисовывает незамысловатые узоры на животе, а сам он нависает над младшим. Молчание знак согласия, — решил парень, — но инстинкт самосохранения у меня напрочь отбит, походу. Он ждал дальнейших действий – ему стало интересно. Ладонь Димы плавно перешла на шею Эмиля, затем прошлась по лёгкой щетине заставляя приоткрыть рот от удовольствия, а потом жадно впиться в губы запуская в рот свой шаловливый язык. Эмильен больше не мог сдерживаться поддаваясь искушению и в момент когда старший укусил его за нижнюю губу застонал от удовольствия. Он чувствовал как становится тесно в шортах, он чувствовал как чёртов Дима трётся об него своим стояком, он чувствовал что этого мало – он хочет большего. И Масленников, будто прочитав мысли друга, начинает распускать руки: одна сжимает шею, другая в боксерах поглаживает член. Господибожемойблять, как бы не задохнуться от накативших эмоций. Он не отстаёт начав исследовать руками каждый участок на теле Димы и, не удержавшись перекатывается, оседлав того – теперь всё в руках Эмильена. Иманов не отличается стеснительностью, поэтому сразу же проявляет инициативу спускаясь к шее и вылизывая её. Он специально ёрзает, потому что хочет выжать максимум из этого накатившего пиздеца и плевать, что завтра будет! — Нам нужно остановиться. В этот раз Диман даёт заднюю, однако спасибо хоть за то, что Эмиль сумел испробовать желанные губы на вкус. Он вновь перекатывается на свою сторону не проронив ни слова: а смысл? Смотрит на старшего, тот на него – искра, буря, безумие пропел бы Оксимирон, но никакой искры, есть только буря, которая колотит их не на шутку и безумие, которому они поддались. — Почему ты здесь?