Принятие неизбежного

Двадцать первое декабря наступило слишком быстро. Эмиль даже не успел оглянуться, как подошло то самое долгожданное, обведённое красным цветом в календаре число. Для кого-то это обычный, ничем не примечательный, день, для него — с недавних пор — особенный, ведь именно сегодня его близкий человек отмечает своё двадцатишестилетие. Дима относится к тому типу людей, которые напрочь не признают и не празднуют день рождения полностью забив на эти тинейджерские глупости, поэтому команда смирившись с таким раскладом, даже не намекает на какие-то сюрпризы либо тусовки. В полночь, как только часы пробили двенадцать, Эмильен как штык стоял около комнаты Масленникова нервно закусив губу и барабаня пальцами по бедру. Парень поправил волосы, зажигалкой поджег свечу в шоколадном мафине, а после неуверенно постучал в дверь. В тот момент у него земля была готова уйти из под ног от напряжения, ибо не знал как тот отреагирует на этот маленький жест с его стороны. Вообще друзья Димы ушли со студии, чтоб потом эффектно объявится с поздравлениями, однако Иманов запланировал самым первым друга поздравить. Из комнаты послышалось громкое «Кто?», затем шаги и, о чудо, из-за двери выглядывает именинник с каменным лицом, которое вскоре сменяется широкой улыбкой и искрящимися глазами. Эмиль переминается с ноги на ногу сдерживая рвущийся наружу смешок и, закусив губу, произносит: — Диман, знаю, что ты недолюбливаешь все эти торжества, но я лично хочу тебя поздравить с твоим днём и поблагодарить за всё то, что ты сделал и делаешь для меня сейчас, — воздуха становится катастрофически мало, поэтому младший глядя в глаза старшему переводит дыхание наблюдая за тем как на лице Димы мелькает целая палитра эмоций, как он внимательно выглядывает что-то в нём, совершенно не глядя по сторонам. — Оставайся таким пиздатым, позитивным и невероятным человеком, а я всегда буду рядом – ты всегда можешь положиться на меня. С двадцати шести летием, друг! Спасибо, что ты появился в моей жизни. — на языке вертелось простое «люблю тебя», только вот что-то внутри кричало о том, что это будет явно лишним после всего. А ещё невероятно хотелось поцеловать Масленникова, вновь испробовать на вкус обветренные губы.. — Загадай желание. — Иманов нервно усмехнулся и как только друг задул свечу крепко обнял его. Лёгкие заполнились до краёв этим чёртовым запахом, который въелся в них и не хотел выветриваться оттуда. Пальцы поползли по позвоночнику нащупывая каждую кость, после чего рука прошлась по крепкой мужественной спине, ощущая как Дима проделывает то же самое с ним. И на миг захотелось навечно остаться в этих объятиях. Захотелось не отпускать никогда его. Захотелось до безумия одного – растворится в этом человеке: полностью, без остатка. Эмильен чувствовал сердцебиение друга, чувствовал как тот тяжело дышит, будто пробежал кросс. У самого сердце выскакивало из груди, казалось скоро вовсе в пятки уйдёт. В ушах звенело настолько, что не слышно было ничего вокруг. Тело содрогалось от табуна мурашек по коже и в то же время казалось, что он скоро расплавится от накатившего жара. — Блять, Эмилька, ты понимаешь, что едва не довёл чёрствого человека до слёз? — Дима потрепал парня по волосам зарываясь в них своими длинными, идеальными пальцами, — Это настолько приятно было слышать от тебя, что я вовсе забыл все слова благодарности. Спасибо тебе, солнце. Это «солнце» настолько тепло и уютно прозвучало, что со стороны могло показаться, будто они пара влюблённых. А Эмиль представив себе эту картину смущенно заулыбался в плечо друга. Как же, чёрт подери, приятно делать что-то для близкого человека, особенно если этот человек многое значит в твоей никчемной жизни. Когда они отстранились друг от друга, Иманов находясь в опьяняющим чувствами состоянии, робко прильнул к губам Масленникова, совершенно не подумав ни о чём. Пошли все нахуй, в том числе и его блядские мысли, которые заебали в край: то не так, это не так. Хотелось лишь захныкать от осознания того, что дальше невинных поцелуев дело не дойдёт. И от того, что Дима наверняка оттолкнёт его. Не оттолкнул. Ответил. Притянул ближе за шею жадно терзая губы Эмильена. Прикусил губу и, воспользовавшись охами со стороны младшего запустил язык проходясь по ряду ровных зубов, после начал вырисовывать узоры сплетаясь воедино с другим. Однако, Эмильен не отставал: отбросив мафин в сторону, руками потянулся к шее притягивая Диму ещё ближе, а потом позволил себе запустить пятерню в короткие волосы тихонько оттягивая их, отчего друг издал глухой протяжный звук — его руки вовсю хозяйничали под толстовкой Иманова, который растворялся в его руках. В помещении становилось жарко, душно, нечем дышать, а в воздухе витал запах желания, страсти. Старший разорвав поцелуй, весь взлохмаченный потянул младшего в полном недопонимании в сторону ванной комнаты. Закрыв дверь на ключ в дело сразу пошли требовательные, без капли нежности поцелуи, кофты полетели в разные стороны, но этого всё равно было мало. Дима припечатал Эмиля к стене и клыками впился в манящую шею, оставляя на ней багровый след, а после начал его зализывать заставляя второго мычать от удовольствия прикусив губу до крови. В джинсах становилось слишком тесно, неудобно, да и вообще мешало абсолютно всё, поэтому вскоре они были спущены вместе с боксерами, а шаловливые руки уже вовсю ласкали стоящий колом член Иманова, изнывающего от жажды большего и нетерпеливо расстегивающего джинсы старшего. Когда с ними было покончено его пальцы обхватили твёрдый стояк Масленникова легонько сжимая его и заставляя того застонать оперевшись рукой о стену. Парни начали дразнить друг друга, искусывать губы, после чего Дима, на мгновенье отстранившись от Эмиля, обхватил два ствола начав проделывать различные манипуляции рукой пока не опустилась рука второго, который хотел задохнуться от наслаждения. Тяжелые вздохи, учащённое сердцебиение и волна оргазма накрыла их полностью, как цунами – кончили они почти одновременно. Вскоре ноги перестали подкашиваться, а кислорода стало хватать на двоих, старший ухмыльнулся приобнимая друга с такой же глупой улыбкой и затуманенным взглядом чмокая того в висок. — Знаешь, я люблю оставлять следы лишь на людях, принадлежащих мне. — разрывая тишину самоуверенно проговаривает Дима прикасаясь к единственному засосу на теле Иманова возле кадыка. — А я люблю, когда заветные желания воплощаются в жизнь. — таким же уверенным тоном произносит Эмиль заглядывая в серые глаза напротив. Они оба заливаются смехом совершено не думая о сказанном, только вот по ночам будут прокручивать сегодняшнюю ночь в деталях и вспоминать о сказанных друг другу словах, прикрывая глаза от наслаждения. Эти протяжные выкрики имени с двух сторон, эти прикосновения к разгоряченным телам, эти сладкие поцелуи со вкусом железа.. А теперь стоит привести себя в порядок, ведь за дверью кто-то долбит в дверь разряжая накалившуюся вокруг двух парней обстановку. А потом торт с шампанским в лицо, куча шариков и куча людей, только для Димы впервые за несколько лет день рождения обрело другой смысл и впервые он рад поздравлениям. Особенно со стороны Эмильена Иманова. А Эмильен Иманов мечтая о том, что его попустит после этой ночи, разочаровано и досадно будет вздыхать каждый раз когда к Диме будет прикасаться любой человек, но терять голову каждый раз когда он будет смотреть на него. Только теперь с его стороны вместо холода будет излучаться тепло. Но ведь неизвестно что будет завтра, а зная какая жизнь сука, она обязательно оттрахает Эмиля так, что он напрочь забудет как было хорошо сегодня.