run back to summr

𝐨𝐧𝐞 𝐭𝐰𝐨 𝐭𝐡𝐫𝐞𝐞 джено нервно вдыхает воздух, когда оказывается на шелковых простынях крепко прижатым телом ли донхека. в глазах темнеет то ли от подскочившего давления, то ли от того, насколько невероятен вид, открывшийся ему. тело над ним такое притягательное и плотное, как бы это странно не звучало. донхек — искусство. буквально лучший экспонат в коллекции каждой из тех девчонок, которым повезло иметь его хоть раз в жизни. а может и мальчишек, но джено в данный момент ничего не беспокоит. возможно, потом он об этом пожалеет. правило номер один. ли донхек не щадит своих возлюбленных. он не чертов мазохоист, но далеко не раз девушки оказывались жертвами его "невероятной любви", после чего сбегали из его жизни навсегда. правило номер два. ли донхек никогда не лжет. и это действительно заставляет дрожать в ужасе. джено все никак не может налюбоваться красотой. — детка, неужели тебя никто не научил отличать хорошее от плохого? — парень на это лишь моргает часто-часто. донхек продолжает: — если понимаешь, то зачем связался со мной? — может, мне хотелось плохого парня? — если руководствовался лишь этим, то сильно пожалеешь, солнце. ты мне нравишься, джено-я. ты же знаешь, что дело в тебе. как собираешься выбираться из этого? правило номер один. правило номер два. джено запускает руки под воротник кожаной куртки ли, чувствует более отчетливый запах пота и терпкого парфюма. закатное солнце красиво падает на медную кожу донхека и подсвечивает все родинки. джено произносит, смотря прямо в глаза: — пусть даже между нами лишь секс, я не отступлюсь, знаешь. если придется утонуть, то лучше бы тебе вынырнуть как можно скорее, потому что иначе я утяну тебя с собой на самое дно. донхек скалится, срывает с себя куртку и наваливаться всем телом, держа одну руку на груди партнера, другую с силой сжимает на шее. — тогда мы уже тонем, детка.