Двуличие покинутой леди.

Девушка лежала на кровати в больнице. Её глаза медленно открылись, будто весели несколько тонн. Тело ломило от боли, оно онемело и любое движение доставляло дискомфорт. Она заняла ели как положение сидя и огляделась. Белые стены, непонятные приборы, капельница — «больница». Она кивнула своим мыслям, но почувствовала дискомфорт. В горле пересохло, она даже не могла ничего сказать.Вдруг в палату зашла женщина в белом халате и положила руку ей на лоб, а после дала в руки скатан с водой и какую-то таблетку. — Маринетт Дюпен-чен? — Спросила женщина — врач. — Кто? — Голова жутко заболела, девушка аж зашипела. — Да, я Маринетт Дюпен-чен. — Сколько тебе лет? — Настойчиво спросила влач и заставила Мари выпить таблетку и лечь. — 16 лет. — Хрипло ответила девушка. — Помнишь что-то ещё о себе? — Всё. Я учусь в старшей школе. Этим летом мы ехали за город с отцом и мамой, но… — Дюпен-чен замолчала. — Но? Мама? Отец? По щекам потекли жгучие слёзы. Девушка коснулась лица и не поняла себя. Она вопросительно посмотрела на доктора, которая положила руку на её спину и поглаживала, успокаивая. Слёзы падали на одеяло, а разум наполнился туманом. — Сколько я тут спала? — Дрожащим голосом спросила Маринетт. — Пол года. — Ответила женщина. — Где мои родители? — Ваш отец приходил четыре месяца назад. — Осторожно ответила врач. — А мама? — Дрож в голосе усилилась. — Прошу прощения, я не знаю. В сердце что-то рухнуло. В глазах потемнело. Она вспомнила тот день пол года назад. Они ехали за город на отдых. Вдруг начался сильный дождь. Машина заскользила и улетела в овраг. Ужас охватил девушку. Машина рухнула и Маринетт ударилась и отключилась. Придя в себя она видела кровь перекрывшую ей почти весь обзор. Осколки лобового стекла и своих родителей. Отец тяжело дышал и был покрыт мелкими порезами, его рука была сломана. Девушка повернула голову в другую сторону. Её мать смотрела на неё в ужасе. Из её рта лилась липкая кровь, слёзы размыли кровь по лицу. Она тоже была в мелких планах, но ужасала одна лишь её рана. Больше осколок стекла вспорол ей живот. Женщина была беременна и случился выкидыш. Её глаза медленно теряли блеск, в них был только ужас. Маринетт потянулась к матери, но сильная боль заставила её потерять сознание. Доктор гладила её по спине. Девушка вздрогнула и её вырвало. Её желудок был пуст, но её беспощадно рвало. Девушка почувствовала неприятный вкус желчи в горле. Она съёжилась от страха, дрожа и что-то бормоча под нос. Её глаза потеряли блеск. Она перестала плакать. Жидкости в её теле не хватало на слёзы. Худая, бледная, обессиленная девушка сжималась от боли. Она дала себе пощечину, а поле сильно сжала кулаки, настолько, что по ладоням потекла кровь. Её лицо было наполнено смесью паники, злостью и страха. Онемевшие губы дрожали. Вбежали две медсестры и вкололи ей успокоительное. Девушка медленно успокоилась и, наверное, отказалась от чувств, потому что её глаза были самым холодным и безразличным, что существовало в этом мире. Посмотрев так ещё несколько минут в потолок, она уснула. … — Она очнулась? — Послышался голос мужчины. — Да, господин Дюпен. Она сейчас переживает психологическую травму, связанную с прошедшей полгода назад трагедии. — Врач попыталась немного успокоить его. — Она это помнит? — Растроено спросил Отец Мари. — К сожалению, да. Она помнит всё, поэтому не волнуйтесь она вас узнает. Послышался разочарованный вздох мужчины. Дверь открылась и они зашли в палату. Девушка с тёмными волосами и глубокими голубыми глазами, со спокойным выражением лица сидела на койке и смотрела в окно. Она слышала разговор и когда дверь открылась, девушка медленно повернулась. — Маринетт? Ты очнулась… — Отец. — Безэмоционально произнесла пациентка. Мужчина попросил доктора выйти, чтобы «по душам» поговорить с дочерью. Женщина вышла, но предупредила, чтобы он был осторожен, потому что его настойчивость может навредить. Том присел на стул рядом с кроватью и задумчиво молчал. Маринетт смотрела на него, будто на призрака. Её губы дрожали, она молчала. — Знаешь, я думал, что ты не очнёшься. — Сказал мужчина с печалью в голосе и посмотрел на дочь. Он увидел пустоту в её глазах. Она была бледной и худой. Том почувствовал боль в своём сердце, но лишь вздохнул. Он взял её маленькую руку в свои и склонился к ней. — Прости, но лучше бы ты не приходила в себя. — Тихо шептал он и по его щеке побежали несколько слезинок. — Жена, сын и ты. Я хотел потерять всё, чтобы полностью переключиться на вторую жизнь. Я хотел запереть вас в своём сердце. Девушка смотрела на него безучастно. Её разум был затуманен. В голове постоянно прокручивалось воспоминание об аварии, и Мари пожелала уйти глубоко в себя, чтобы прекратить видеть это, иначе она сошла бы с ума. Сейчас она была в не себя и никак не реагировала на то, что происходило вокруг. — Ты моя дочь, но я слишком плохой отец. — Он поднял свой взгляд на неё. Увидев ту же холодную пустоту, Том нежно обнял свою дочь. — Теперь ты в таком состоянии. Я больше не могу заботиться о тебе. Он нежно погладил её по спине с любовью. Его взгляд был наполнен болью. Он потерял жену и сына, который даже не родился. Его сердце рвало на куски от обиды, но он знал, что заслужил эту боль. Ещё раз взглянув на дочку, которую воспитывал и любил 16 лет, он не мог не вздохнуть с особой печалью. Он заслужил, но она не должна была так страдать. Мужчина думал, что не может быть её «любимым отцом», ведь он подвёл и обманул эту девочку с самого начала. Она не была единственной его дочерью. — Я плохой человек. Я обманул сердце твоей матери и тебя. — Сказал он очень тихо. — За несколько месяцев до свадьбы с Сабин, я изменил ей с другой. — Мужчина ещё раз вздохнул. — ЭТА женщина забеременела и нашла меня спустя 12 лет. Тебя было 10 лет, когда я начал жить на две семьи. Прости. Девушка с глазами пустыми, словно тьма вздрогнула. — Сабин умерла, я женился на ЭТОЙ женщине три месяца назад.  Её имя Кристи, а ребёнка, которого она родила Мелани. — Голос стал хриплым. — Она ненавидет тебя. — Понятно — Слабый голос сорвался с уст брюнетки. — Маринетт? Прости, но эта женщина заставила переписать на себя  большенство моих предприятий. Она дала слово, что не будет вредить твоей жизни. Но я больше не могу быть тебе «Отцом». Мужчина встал и собрался уйти, чувствуя сильную вину и боль в своём разбитом сердце. Он совершил ошибку дважды: Изменил и позволил повлиять на свою жизнь. Ему хотелось забыть эту боль, но видя лицо своей любимой дочери, его вина усиливалась в геометрической прогрессии. — Лучше бы ты умерла вместе с ней. — Он сказал нечто противное и жестокое, от чего ему стало очень тяжело. — Так и правда было бы легче. Дверь с тяжёлым хлопком закрылась. В комнате осталась покинутая всеми хрупкая фигура. Растрепанные тёмно синие волосы небрежно лежали на плечах, розовые пухлые губы всё ещё дрожали, а большие голубые глаза были безжизненны. По щекам из безразличных к этому миру глаз потекли жгучие, наполненные болью слёзы. Обжигая нездорово-бледную кожу, они капали в низ. Девушка дотронулась до щеки, а потом вновь опустила руку. Тихо плачущая, без эмоций Леди — эта картина была страшной, рвущей душу, но её никто не видел. Она не понимала почему ей так больно, почему её сердце разбито, а душа пуста. Брюнетка потеряла себя в этот день и ей понадобится много сил и времени, чтобы вернуться в сознание.