Демоны.

Чувствуя, как силы покидают его, Эрик взглянул в ее лицо, она подняла на него лаза, в которых он увидел красноватый блеск. Ее губы на мгновение растянулись в улыбке и снова крепко обхватили его орган. Эрик откинулся на спину, его голова ударилась об пол, он попытался повернуться туда, где стояла Лаура, но его глаза закатились, дыхание замедлилось, пока не остановилось совсем. Селия выпустила изо рта мягкую плоть, встала на четвереньках над телом Эрика, взяла его рукой за подбородок и повернула его лицо к себе. Нежно поцеловав его в губы, девушка прошептала: «Спасибо, дорогой. Мне понравилось, было вкусно. Жаль, что не сможем повторить». Она поднялась на ноги, повернула голову, всматриваясь в темноту, будто кто-то звал ее оттуда, снова посмотрела на тело Эрика, внимательно оглядев его, задержав полный похоти взгляд между его ногами, развернулась и ушла в темноту. В этот момент щупальца выскользнули из Лауры, отпустили ее ноги, и она, вся дрожа, упала на пол, боясь пошевелиться. Прошло около часа, прежде чем Лаура решилась подползти к Эрику и убедиться, что он мертв. День 231. Все эти месяцы Лаура провела как во сне. Большую часть времени она проводила в постели, так советовали врачи, так хотелось ей самой, так спокойней было Роберту. Они по-прежнему спали в одной кровати, но Роберт уже давно не занимался с ней любовью, лишь иногда просил жену поласкать его губами. Лаура стала относиться к этому, как ко сну, к еде, к прогулкам, к чему-то, что она должна делать, без каких-либо эмоций. Она жила лишь ожиданием того дня, когда на свет появится ребенок, и она сможет избавиться от него. Она не задумывалась о том, сделает ли она это тайно или открыто, ей было все равно, что скажут Роберт и остальные. Другого выхода не было, она не могла добиться выкидыша, ребенок держался крепко за свою жизнь и за нее, не желая погибать. Изредка, когда она была одна, к ней приходили существа. На горизонте разливалась кровавая заря. Воцарившаяся в ней луна струила ядовитый багряный свет, погружая окружающий мир в кошмарный сон. Пришло то самое время, когда границы между мирами размываются и тьма оживает. Лауре почудилось, что самый воздух здесь полон скорби. Всё окутано и проникнуто было холодным, тяжким и безысходным унынием. Тьма подкралась неслышно. Накрыла тёмной вуалью, сотканной из нежного шёлка. Мрак скользнул по бледной ключице, ненароком капнув чернилами на фарфоровую кожу. Когда тело Великого Демона возникало из тьмы, и крови, Лаура чувствовала, как сжимаются её внутренности и ослабевает разум; упав на колени, она ощутила во рту вкус дерьма и желчи. Член, покрытый гноем и ихором, протянулся к ней, проник в неё, в её влагалище. Черное жало Демона жадно, сладострастно скользило в лоне. Когда стенки влагалища начинали сокращаться, мышцы матки напрягались, Лаура ощущала бурное движение ребенка в своей утробе. Демон вытаскивает член и всего на минуту, что бы обратно заполнить Лауру своим чудовищным органом. Пальцами демон прихватывают губки около входа в лоно, растягивает их в стороны, пропуская между ними головку члена, который теперь уже легко проникает вглубь пропитанного семенем влагалища. Он погружается не до конца, но неприятное чувство тугой заполненности напрягает тело Лауры, заставив сжаться, она неосознанно пытается свести ноги, но её сил не хватило бы, чтобы просто сдвинуть напирающее на неё тело. Все мысли обрывает судорога, пронзившая тело с невероятной силой. Демон достигает пика наслаждения, его член изливает в Лауру новую порцию семени. В тот день с самого утра у Лауры было странное ощущение, она ходила как во сне, не слышала, что говорили ей окружающие, не ела, ее терзало необъяснимое чувство беспокойства. В середине дня она еле добрела до постели, рухнула на нее, не раздеваясь, и погрузилась в сон. Ей снился Эрик, он снился ей и раньше, в ее снах он снова любил ее, они были вместе. Но на этот раз он был наиболее реальный и близкий, сначала он куда-то вел ее, потом что-то говорил ей, но она не могла услышать его голоса. А потом он исчез, оставив е в одной из комнат замка, выходящей на юг, которую в реальности готовили к появлению наследника или наследницы. Эту комнату Лаура уже видела в своих видениях, в ней будет жить Селия, здесь ее будет посещать Роберт. Рыжеволосая красавица лежала на кровати на животе в тонкой шелковой сорочке и читала книгу. Она не обратила внимания на то, как в комнату вошел Роберт, одетый в домашний халат, и продолжала читать. Роберт с минуту наблюдал за ней, потом развязал кушак, раскрыл полы халата, под которым ничего не было, и забрался на постель. Его руки легли на ее щиколотки, обхватив их и разведя в стороны, и стали медленно подниматься выше по ее икрам, ляжкам, поднимая по пути ткань, оголяя ее нежную кожу, пока большие пальцы не уперлись ей между ног. Роберт начал массировать ими преддверье ее влагалища, раскрывая и разминая губки, упираясь в ее заднюю дырочку. Не получив от возлюбленной никакой реакции, мужчина откинул шелковую ткань наверх, оголив ее полные ягодицы, ладонями впился в них, то раздвигая в стороны, то сводя вместе, упиваясь ощущением мягкости и податливости, наслаждаясь созерцанием ее потаенной плоти, которая так манила его. Её горячее нежное влагалище предстало перед ним во всей красе, губки чуть разошлись в стороны, открывая дырочку. Он опустился между ее ногами, губами приник к ее попке, покрывая ее горячими поцелуями, потом опустился ниже, приник ртом к входу в ее лоно. Его язык со всей страстью скользил по складочкам ее губок, описывал круги вокруг заветной дырочки, иногда проскальзывая внутрь. — Не трать время даром, я не хочу, — сухо бросила Селия, не отрываясь от книги, — ты пришел не вовремя. Видишь, я занята. Сегодня тебе придется сунуть его в свою жену. Или она больше не расставляет для тебя ноги? Может, тебе стоит применить силу. Вдруг ей понравиться. — Я хочу тебя, — прохрипел Роберт, протискивая руку глубже, засовывая в девушку несколько пальцев и скользя ими внутри ее тела, — я не уйду, не получив того, за чем пришел. Ты никогда не отказывала мне. — Тогда просто вставь его и быстрей заканчивай, мне нужно дочитать этот манускрипт и кое о чем поразмышлять. — С тобой я так не могу, мне надо слышать, как ты стонешь, чувствовать, как внутри тебя все плывет. Подожди, я знаю, как заставить тебя намокнуть, — рука Роберта скользила все быстрее, его пальцы переплетались и изгибались, локтем другой руки он оперся о постель рядом с ее лицом. Его тело навалилось на нее сверху, лицом он зарылся в ее волосы. — Я же сказала, что не хочу. Не испытывай мое терпение, — Селия дернулась, отталкивая его. — Хорошо... Ты получишь, что хочешь. Он уже готов? Роберт аккуратно вытащил руку из ее тела, освободил свой готовый к проникновению орган из ткани халата и, плюнув на ладонь, провел ею по красной головке. Он опустил бедра на ягодицы Селии и стал вращать ими в поисках цели. Селия оторвалась от чтения, шире раздвинула ноги, чуть приподняла попку, чтобы ее любовник смог направив член в нужном направлении, и тогда он ввел свой ствол в эту манящую глубину и с наслаждением проник внутрь. Влажная волна обхватила его орудие, голова закружилась от удовольствия. Орган проникал тяжело в сухой канал, но Роберту было все равно до тех пор, пока он был внутри так желаемого им тела. Девушка слегка поморщилась, попыталась устроиться поудобней под тяжестью его тела, ее взгляд снова опустился на страницы. Мужчина старался не спешить и продлить удовольствие, он медленно вводил орган, наслаждаясь видом розовых губок, чуть скатывающихся внутрь вслед за движущимся стволом, и так же медленно доставал его обратно, глядя, как влагалище выворачивается вместе с ним. Его руки крепко держали Селию за бедра, и с каждым движением он старался ...проникать всё глубже. Несмотря на сухость, её влагалище пылало жаром, а его головка терлась о тугие стенки и касалась матки внутри. — Я никогда раньше не заглядывала в эту книгу. Здесь вся история вашего рода... Это очень интересно... Завтра к тебе придет Джонатан, с отцом, — продолжила Селия, переворачивая лист, — он будет просить моей руки. И ты согласишься. Между нами уже все оговорено. Роберт на мгновение замер и слегка отстранился: «Что оговорено? Я никогда не слышал от тебя это имя? Откуда они вообще... Так значит, это о нем ты говорила раньше, о том, что у тебя кто-то еще есть? Это что, желание выйти замуж за любимого человека? Или возможность открыто сношаться... «. — Чему ты удивляешься?!! Ты знал, что я занимаюсь этим с другим мужчиной. Удивлен, что это Джонатан? Ты предпочел бы, чтобы свой член в меня вставлял конюх? Как я сказала, ты дашь свое согласие. Не волнуйся, моего тела ты не лишишься, просто моя спальня будет теперь занята. И кстати, не отвлекайся, я не собираюсь тратить на тебя всю ночь. Селия сжала мышцы влагалища с такой силой, что у Роберта на мгновение закружилась голова от избытка чувств. Он с прерывистым стоном сделал несколько движений вглубь и снова остановился. — Я жду от него ребенка, если тебе нужен веский довод, — опередила его Селия, — я должна выйти замуж. Ты разве меня не слышал? К тому же, на что ты рассчитывал? Что я всегда буду рядом с тобой, оставшись в глазах людей старой девой? Или ты бы женился на мне, если бы твоя жена умерла? — И давно ты знаешь, что беременна? Откуда тебе известно, что это его ребенок? Может, он мой? — придя в себя, Роберт склонился над Селией, оперевшись на локти, его таз плавно заскользил по ее ягодицам. Девушка оторвалась от книги, отодвинула ее в сторону, ее руки обвились вокруг предплечий Роберта. Она повернула голову, пытаясь встретиться с ним взглядом. — Как же я могу это знать, милый? — прошептала она, — Но ты ведь не можешь на мне жениться, правда? Я была с Джонатаном лишь несколько раз, и я не всегда позволяла ему спускать семя в меня. Он глупец, к тому же безумно влюблен, он никогда не узнает о том, что между нами было и будет. Он будет считать ребенка своим. Но ты же нас не оставишь, любимый? Я хочу быть уверенной, что мой ребеночек будет занимать положенное ему место. Движения Роберта замедлились, его член почти выскользнул из ее тела, но руки Селии крепче обхватили Роберта, прижимая к себе. — Только не выходи из меня, я хочу чувствовать тебя внутри. Ты же знаешь, как я тебя люблю. Докажи, что ты тоже любишь меня. Теперь Селия не лежала не подвижно, в такт его ритмичным движениям тело ее вздрагивало, сквозь стиснутые зубы прорывались легкие стоны, ногти впивались в его руки. Она стала всё больше реагировать на проникновение члена, двигая бедрами навстречу Роберту. На ее прекрасном личике отразилась страсть и удовольствие, ее ресницы подрагивали. — Я не смогу тебя отдать другому мужчине, — с горечью прошептал Роберт, аккуратно опуская свое тело вниз, придавливая девушку к постели, ощущая телом гладкость ее спины, возбуждающую выпуклость ягодиц, раздвигаемых сильным орудием, — Слышать твои стоны из спальни, представлять картины того, что происходит там, в твоей кровати. Как твои губки целуют его член, как его рука ласкает твои соски, как его грязный отросток входит в твою дырочку. Движения Роберта стали интенсивнее и слаженнее, он чувствовал, как она потекла снизу. Его рука зарылась в ее волосы, провела по ее щеке и пробралась ко рту, с силой сминая губы. Селия обхватила губами его пальцы и стала посасывать их, покрывая слюной. — Никогда он не доставит мне то удовольствие, которое приносишь мне ты. У него нет твоего опыта, твоей силы, твоей выносливости. Рука Роберта пробралась под ее подающееся ему навстречу тело, скользнула между ее ногами, и мокрые пальцы обхватили возбужденный бугорок и стали пожимать. Тело Селии взметнулось, слегка оторвавшись от простыней, начало биться и дрожать. Ее бедра пришли в неистовое движение, насаживаясь как можно сильнее на мужской ствол. — Роберт, ты должен сделать наследниками меня и моего ребенка, так ты обеспечишь наше будущее, будущее твоего малыша. Ведь я же чувствую, что он твой... Селию стали бить конвульсии, стоны перешли в протяженные вскрикивания. Роберт часто задышал, ускорился, затем замер и вонзил орган как можно глубже в ее лоно. Его бедра вжались в ее ягодицы, его семя забило струями в глубине влагалища девушки, разливаясь внутри теплом. Селия вскрикнула в последний раз, судорожно сжала ноги и неподвижно распростерлась под любовником.