Сирота

-Мисс Баттерфлай, мы понимаем что вашему положению не позавидуешь, но нам очень важно знать: где вы находились и что делали как до приезда так и после того как расположились в доме. Стар пыталась переварить происходящее. Солёные слезы потихоньку лились из глаз, обжигая кожу будто тебе прыснули перцовым баллончиком. Но Стар не плакала. Она не выказывала эмоций. Не жмурила глаза от обжигающей боли. Она уже настрадалась там, у горящих обломков и летающих обрывков различной ткани. Единственное чем была занята Стар, теребила обугленное кольцо, которое нашла среди груды мусора и пепла. Которое не снимая носила её мама. Единственная вещь, которая неустанно будет обжигать кожу от воспоминаний того дня. Следователь ещё долго пытался вытянуть хоть слово из девушки, явно не понимая, что своими действиями только усугубляет ситуацию. - Что ж... Если вам так нравиться играть в молчанку, у меня есть все основания полагать что вы от меня скрываете нужную информацию для расследования. Вы хоть понимаете что своим безмолвием можете получить статус подозреваемой? -(pov Стар) я не желаю сейчас давать показания и имею на это право, если хотите узнать побольше информации то рекомендую вам опросить вашего сотрудника с которым у меня был разговор в пекарне. Вижу вы вовсе некомпетенты как в своде законов так и в плане морали, мистер! -Ох, мисс. Вы сейчас явно не в том положении чтобы изъясняться подобными фразами, а уж тем более переходить с сотрудником полиции на повышенный тон. Следователь потерял немало терпения за последние 2 часа в своём кабинете, но нервы начали потихоньку сдавать, когда девица все таки решила ответить, нанеся ещё больше урона по нервной системе дотошного фаната букве закона. -Доброй ночи вам, мистер Фасси. -Оу, рад вас видеть мистер Грисон, если у вас не срочное, то как видите сейчас я занят. -Я как раз пришёл за ней. Дело недавно было пересмотрено и передано для расследования нашей группе, поэтому мисс Старленн должна будет пройти со мной. -Но как же так, мне передали это дело как заместителю старшего сле.. - Вынужден вас перебить мистер Фасси, но это распоряжение в первую очередь вашего непосредственного начальника, поэтому этим делом займётся оперативная группа. Девушку я забираю с собой, а вам желаю доброй ночи. Оскар подошёл к светловолосой, чтобы расстегнуть наручники и нынешняя сирота тихонько поплелась в след за псевдонасильником в другой кабинет. Коридор был длинный и Оскар решил разрядить обстановку. -Ты это.. Прости меня, шутка явно неудачная.. -(молчит) -Ты как вообще, не устала после всего пережитого? -(молчит) - судя по документам, что подготовил для тебя мистер Фасси, он вообще не хотел с тобой заморачиваться и решил что интернат как место жительства тебе подойдёт. Но не беспокойся. Помнишь того офицера в пекарне? Теперь он будет вести твоё дело. Он парень весьма неплохой. С ним можешь быть уверена, переведут в программу по защите потерпевших и все нюансы сойдут на нет. -(молчит) -Нам немножко осталось. Марко подпишет несколько документов, чтобы больше не беспокоить тебя сегодня и также решит вопрос с ночлегом для тебя. Стар шла следом за Оскаром понурив голову. И словно кукла без всяких эмоций решила все же ответить. -Хм, а он тебя достаточно верно описал. ... В кабинете Стар стала немного спокойнее. Завершив все подписи с документами, Стар все же задала свой вопрос. - Ну и как мне теперь быть? Даже жилья теперь нет. -(pov Марко) Я могу заказать тебе такси, сможешь на первое время ночевать в гостинице. Дальше сможешь восстановить паспорт а затем полностью зарегестрируешься в программе защиты потерпевших. Рекомендую сейчас просто отдохнуть и не задаваться вопросами. Так, вот моя визитка и этих денег должно хватить тебе на первый месяц. Марко протянул 2 карточки: бумажную и пластиковую. Стар поначалу отказывалась, но Марко смог настоять именно на этом варианте. Приехав в гостиницу пол четвёртого ночи, Стар выдали ключи от номера. Поднявшись на 3 этаж, мисс Батерфлай вошла в номер, закрыла за собой дверь и тихо спустилась на колени. До этого трудно было держать эмоции, но сейчас она была честна наедине с собой. Слезы вновь стали жечь высохшие тропы от глаз, ведущие по щекам и сводящие к подбородку. В горле отдавало горечью. Тихий голос постоянно прерывался в тёмной прихожей. Покраснение на пальце отдавало болью от того, что обугленное кольцо постоянно теребили. А в груди неистово сжимало от боли.