Свидетельница

- Фелис. Вокруг тьма, и лишь в дальних концах пространства были мелкие звёзды, которые давали слишком слабый свет. Пустота или тьма? Тьма или пустота? Было ли различие? Лёгкий шелест ветра заставил её вздрогнуть. Это было, на самом деле, очень странно. Ощущение было такое, будто бы она находилась в космосе, где нет ни конца, ни начала, нет границ. Тогда откуда здесь ветер? Он совершенно не вписывался в данную обстановку. Она не падала в тьму. Нет, наоборот, чувствовалось, что ноги стоят на чём-то… невидимым для глаза. И это было вполне естественно. Действительно, не случится такого, чтобы вдруг упасть в бездну, в ничто. Девушка попробовала сделать шаг, опасаясь, что не ощутит под ногами ничего. Зажмурилась. В груди нет никакого беспокойства, нет даже слабого предчувствия, что случится что-то плохое. Интуиция ведь ни разу не подводила её… пока что. Через мгновение вздох облегчения вырвался из неё. У неё получилось. - Ф-фе… Очередной ветер донёс до её ушей обрывки каких-то слов. По голосу невозможно было определить, женский это или мужской. Она сделала ещё несколько осторожных шагов, но ничего не произошло вновь. Слабое желание призывало её начать идти вперёд, к звёздам. - Фелис. Ева подскочила от слишком громкого голоса в пространстве. На мгновение он оглушил её со всех сторон, будто бы множество людей окружили её и хором сказали это. Это слово было ей знакомо. Оно вызывало смешанные чувства. Оно и пугало, и вызывало любопытство. Желание идти начало усиливаться. Ноги норовили против её воли тронуться с места. Она сжала изо всех сил кулаки, пытаясь побороть в себе это. Нельзя позволить себе сдаться. «Иди». Нет! Ева отчаянно сопротивлялась. Нельзя сдаться… нельзя сдаться… нельзя… сдаться? Да… Нет, нельзя! Наверное, в другом бы измерении она смогла бы ощутить какую-то панику, пожирающую тебя изнутри, страх или хотя бы физическую боль от бесполезных попыток поцарапать себе руки, ноги, лишь бы очнуться от этого странного навождения. Нельзя сдаваться! «Нельзя избежать этого», - это говорила она сама себе, но не могла осознать до этого момента. - Фелис. Давление на неё становилось всё сильнее и сильнее, будто бы ЭТО высасывало всю силу из неё с помощью наваждения, словно вампир кровь. - Фелис… Беги. Ева больше не могла бороться с этим. Она начала бежать. Бежать туда, где лишь одна неизвестность. В голове не было ничего, кроме желания бежать и не останавливаться. Сделав лишь первый шаг, чтобы бежать, девушка окончательно сдалась, потому что неожиданно поняла, что хотела бежать САМА. Кажется, кто-то просто подтолкнул её к этому, усилив её желания. - Фелис… Фелис… - невыносимо было слышать голос, что это произносил. Теперь он раздавался где-то за спиной, то усиливаясь, то ослабевая, будто бы говоривший на какое-то время смог практически догнать её, но затем вновь отстать. Она бежала к звёздам, туда, где был хоть какой-то свет, где, возможно, была надежда на спасение. Но звёзды были слишком далеко. Временами они начинали светить сильнее, словно подбадривая её, и это правда помогало… лишь на краткий миг. Стоило им вновь почти погаснуть, как ноги начинали не слушаться, заплетаясь и спотыкаясь... Только обо что? И голос тот же час снова застигал её врасплох своей пугающей близостью. - Фелис… Фелис! - Оставь меня в покое! – не выдержав, крикнула неизвестно кому та, но это лишь заставило её уже по-настоящему споткнуться. Дыхание сбилось, равновесие внезапно куда-то исчезло. В глазах всё закрутилось, и теперь не было ясно, где находятся звёзды. Тьма и свет смешались. - ФЕЛИС! – чьи-то ледяные руки схватили её за горло, а затем оттолкнули в сторону. Всё тело резко заныло от удара о несуществующий пол. И всё навалилось на неё разом. Все эмоции, которые не проявлялись ранее, сейчас с колоссальной силой врезались в её мозг. Паника, страх, ужас, шок, потерянность, безысходность и боль. Моральная и физическая боль. Ужас, безысходность и боль. Безысходность и боль. Боль. - Фелис… - существо подкралось совершенно незаметно, его хриплый злой голос был совсем близко. Ева замерла и почувствовала, как замерло и её дыхание. Красный блеск мелькнул где-то справа от неё, а затем исчез. Хотелось обернуться, но девушка так и продолжала сидеть, опиравшись на дрожащие руки, готовые вот-вот не выдержать её вес. Именно сейчас они были слишком слабыми. - Я предупреждал тебя. – В голосе послышалась мрачная усмешка. Она понимала, что ОН был за спиной, вероятно, ждал, когда её голова повернётся к этому существу. - Пожалуйста… - лишь едва слышный писк в ответ. – П-пусти. Ева старалась прислушаться к нему, но внезапно воцарилась тишина. Даже стук её сердца сейчас стал абсолютно неслышным. Подозрения сразу закрались в её мысли. Он… или оно… не могло уйти вот так просто. Ибо никогда подобные ему не оставят в покое того, кто был мишенью. Лишь до одного момента… Когда наступит конец. Ева ждала довольно долго, пока не поняла, что сейчас она и правда одна. Все беспокойства ушли на второй план. И желание бежать тоже исчезло. Но усталость была. Причин сдерживать её уже не было, к великому счастью, и она с облегчением раскинула руки в стороны и легла, точнее, упала на поверхность пола. Тяжёлое дыхание наконец снова стало слышным в этой режущей слух тишине. Ева приоткрыла глаза, слегка слепо оглядывая тьму и красные, светящиеся в темноте змеиные очи, находившиеся всего в несколько сантиметров от её головы. - Слишком поздно. Тяжёлое дыхание было не её. Оно принадлежало тому, кто хладнокровно протянул пальцы к её груди. Ева раскрыла рот в протяжном крике. Таком крике, что он даже ей самой показался громким. - Слишком поздно, - повторил он и с удовлетворением смотрел на окровавленное сердце, всё ещё быстро бьющееся у него в длинных пальцах. Изображение человека, когда звёзды вновь неожиданно начали светить лучше, стало размытым, постепенно превращаясь лишь в пятно. Она закрыла глаза и, приоткрыв веки, очутилась в незнакомом помещении. - Ева, что с тобой? – плеча её коснулась рука. Она готова была распасться на мелкие осколки от всего пережитого. По лицу текли ручьи слёз. В груди не было никаких ран или даже царапин. - Ох, Том! – не выдержав, когтевранка бросилась ему в объятия, дав волю слезам. Но вот, он был здесь и даже не оттолкнул её, лишь гладил по голове. - Я думала, что он убил меня! – сквозь слёзы неразборчиво простонала когтевранка, лишь сильнее вцепившись в юношу. Сейчас в нём она искала единственное её спасение. - Ты права, милая. - Ч-что? – Франк шмыгнула носом, пытаясь понять, что она услышала. - Я убил тебя. Ева нахмурилась. Слёзы перестали литься. Она подняла голову и поджала губы. С её взглядом встретились знакомые красные глаза, наполненные холодным равнодушием.

***

Резкий крик резал тишину. Он распространялся, казалось, по всему замку. Она кричала не от страха, а от неверия в то, что это происходит именно с ней. Впрочем, чему здесь удивляться? С ней всегда происходят подобные вещи. Но всё равно… Такого она точно не могла ожидать. - ОТПУСТИ МЕНЯ! Красные глаза были повсюду, куда бы она не посмотрела. Абсолютно везде: вверху, внизу, справа и слева. Они выглядели слишком зловеще, чтобы спокойно встретиться с ними взглядом, слишком полны желания и власти, чтобы не кричать. Да как здесь можно не кричать? Нет, сейчас это было просто невозможно. Но в то же время эти глаза выражали пустоту, и лишь самые грешные, самые плохие чувства оставили слабую тень внутри. Больше в них не было ничего. Ни единого намёка на свет. - Нет! Только сейчас девушка осознала, что кричала, не переставая, в итоге закашлялась, и голос на время пропал. Изо рта вырывались лишь едва слышные хриплые звуки, похожие больше на хрипы умирающего. Но разве она не есть умирающая? Что если это так? В ушах звенело от испытываемых чувств. И голос, причиняющий ужас, такой знакомый голос послышался где-то вдали, произносил её имя, окликал её, но она не хотела больше поддаваться его чарам. Нет. Ева зажмурилась, надеясь так прогнать его, выкинуть из своей головы, остаться одной. Она не видела грани между сном и явью. Всё стало одним целым. - Ева, проснись! Он не хотел уходить, сколько бы она не пыталась, сколько бы не прилагала усилий. Почему он не уходит?! - Уходи! – до сих пор она не могла нормально говорить, но в этот раз осилила себя и выдавила из себя одно единственное слово. О, как же она хотела, чтобы это слово стало правдой. Пусть он уйдёт. Пожалуйста, пусть он уйдёт! Почему, почему, почему он НЕ УХОДИТ?! - ЕВА! – кто-то схватил её за плечи и грубо начал трясти. Но от этого стало только хуже. Красные глаза стали увеличиваться в размере, превращаться в то, что течёт в жилах каждого человека – кровь. Но это была другая кровь. Слишком тёмная и густая, чтобы походить на обычную. - Проснись! Проснись! К горлу подступила тошнота, а её тело начали трясти из стороны в сторону, она не имела воли против этого, была обычной куклой в руках кукловода. - Ева! Прекрати брыкаться! Том с лёгкостью уворачивался от ударов когтевранки, но по лицу можно было сказать, что порой ему это даётся с трудом. - Пожалуйста, успокойся. С тобой всё в порядке, это был сон. - Пусти меня! – девушка вскочила с дивана и, спотыкаясь и больно ударяясь обо все углы, отбежала в сторону. Сейчас она напоминала совершенную дикарку: сжатые кулаки, боевая поза и яростно сверкающие зелёные глаза. Осталось только изобразить звериный оскал, тогда не будет никаких сомнений, кто она есть. - Я и не держал. Ты сама принялась колотить всё подряд, в том числе и меня, - мрачно промолвил юноша, всё ещё сидя на диване. Он приподнял брови и едва слышно усмехнулся, а затем начал подниматься. - Не подходи ко мне! – голос тут же прорезался, и она с испугом и недоверием смотрела на него, отступив ещё на один шаг назад. - Ева, - мягко начал Реддл, встав, - Ты действительно думаешь, что твой сон продолжается? - Нет, - она замотала головой. – Я не думаю, я знаю. Ты – монстр. Каково же было её удивление, когда слизеринец весело рассмеялся. - Ты так уверенно сказала это мне, будто бы пациенту смертельный диагноз. Впрочем, в сторону шутки… - глаза блеснули, как ей показалось, красным. – Возможно, ты права, и я действительно монстр, однако… - Нет! Уходи! УХОДИ И ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ! – Она вновь начала кричать, а затем поняла, что из глаз готовы вырваться слёзы. Рукой поспешно вытерла влажное лицо… Она плакала во сне? - Однако для тебя не монстр, ты поняла меня? – лицо посуровело. Но в ответ лишь настойчивое мотание головой и злой взгляд. - Я знаю, кто ты. Я не откажусь от своих слов. Этот сон – не просто сон. Он… показал мне тебя, какой ты есть! - И какой же я? - Ты… Во сне ты хотел настигнуть меня, но твой облик был иным. Да ты сам прекрасно всё знаешь! – она начала огрызаться. Её раздражало то, что он так легко об этом говорит. - Нет, Ева. Я НЕ знаю. И прошу тебя рассказать всё, что ты видела. Может быть, тогда мы сможем предотвратить эту твою боязнь меня. Но всё равно недоверие никуда не ушло, лишь усилилось. Том прекрасно видел это, поэтому добавил: - Поверь мне. - Я… - его тон заставил усомниться в собственных убеждениях, в конце концов, она сдалась: - Хорошо. Ладно. Я всё расскажу. Только не говори потом, будто бы это просто кошмар на нервной почве. И Ева всё ему рассказала. Она не упустила не малейшую деталь, описывала все свои ощущение и чувства во сне, поведала даже о таинственном слове «Фелис». С каждым произнесённым словом девушка чувствовала, как сердцебиение приходит в норму, как тяжесть по всему телу начинала ослабевать, а затем и вовсе исчезла. Словно она и не переживала так по этому поводу, словно и сна никакого не было. - После этого я проснулась и… не сразу поверила, что всё вокруг меня реальность. Слизеринец слегка хмурился, слушая её сон. Возможно, ему тоже это показалось весьма странным. - Ты полагаешь, что всё это как-то взаимосвязано? – не дав ей ответить, он продолжал говорить. – Хорошо, предположим, что это и так. Может быть, твоё подсознание и хочет предупредить тебя об опасности с помощью такого видения. - На самом деле, впервые мне приснился подобный сон после того, как я… э-э… оказалась в больничной палате. - И что тебе снилось? - Маленькая девочка… Она всё повторяла и повторяла слово «Фелис»… С каждой секундой сон становился каким-то пугающим, зловещим. Но его начало было вполне обычным… как и во всех снах. - Интересно… И с каким промежутком тебе далее это снилось? - На самом деле, с каждым разом было что-то новое… В первые дни очень редко. Я практически не беспокоилась об этом. Всё стало гораздо хуже, когда я… когда Лин погибла по моей вине. Почти каждую ночь меня преследовали кошмары, и везде «Фелис»… абсолютно везде. Том ещё пуще нахмурился и молча стал ходить по гостиной, обдумывая её каждое слово, лишь изредка бросая на неё взгляд. Ева же вернулась окончательно в реальность. На душе становилось гадко. Проснувшись, она пыталась прогнать юношу, назвала уверенно его монстром и практически с презрением отбежала в сторону. И пусть он не подал виду, что ему было не слишком приятно слышать подобное, но… Нет, это было просто отвратительно с её стороны. Она вела себя как истеричка… А Том ещё пытается помочь ей с разгадкой сна! Да на его бы месте девушка давно бы махнула на всё это рукой и ушла. Но он не ушёл. - Возможно, в этом и правда есть какой-то смысл, - он остановился, - но ты поняла это только сейчас. Очевидно, что эти сны начались тогда, когда наши с тобой отношения неким образом усилились… и вновь подвергались расколу. Они были нестабильными, в этом дело. Можно сказать, сейчас такой период, позволяющий тебе успеть сбежать от чего-то пугающего, опасного и… смертельного. Но самые первые видения никак не могли изменить твоё отношение к чему-то, всё было не слишком ясным. Но шло время, и Фелис начало набирать силу. Сегодня ты наконец поняла, о чём именно тебя пытается предупредить сознание, - презрительная улыбка коснулась его губ. И она поняла, к чему он клонит. - Нет! Нет, это всего лишь дурацкие сны! – но от её слов Реддл лишь усмехнулся, а затем медленно покачал головой. - Ну, может, в самом начале твоего пробуждения я бы поверил твоим оправданиям, но не сейчас. Ты заставила меня серьёзно задуматься об этом, дорогая моя. А поэтому можно с уверенностью сказать, что опасность и смерть несу в себе именно я. Ведь я предстал перед тобой в таком страшном для тебя обличье? Не нужно отрицаний, я лишь повторяю то, что ты мне сказала. - Послушай, я вовсе не думаю, что ты монстр! – ей не удалось скрыть в голосе жалобные нотки с каплей мольбы. – Прости меня за мою истерику. Я всё сказала неосознанно. Ева подошла вплотную к юноше, чтобы заглянуть ему в глаза, убедиться, что он не собирается продолжать этот разговор. Но надежды на это не было и вовсе. - Всё неосознанно сказанное и является настоящей правдой. Никогда не задумывалась над этим? То же и с Абрахасом. Находясь в нетрезвом состоянии, он не мог понимать, что делает. Однако всё им сказанное и сделанное было тем, чего он хотел на самом деле. А ты ведь знаешь, что это так, не так ли? - Прекрати! Пожалуйста, перестань напоминать об Абрахасе! Почему ты всё время сравниваешь мои действия с его действиями?! Он – не я! И ситуации у нас с ним абсолютно разные, ясно? – закончив свою тираду, Франк пристально смотрела на слизеринца, пытаясь и своим уверенным лицом доказать ему правоту своих только что сказанных слов. - Твой сон лишь подтверждает то, что из-за меня ты можешь в очередной раз страдать, всё потерять или умереть. Неужели ты хочешь для себя такой участи? Ты действительно до такой степени себя не любишь? - Я уже и так всё потеряла, у меня ничего не осталось, если ты не забыл. И я не умру. Я знаю, что ты не позволишь случиться такому. Пусть хоть всю жизнь мне снится такой сон, но я не покину тебя, если ты не захочешь этого. Никогда.

***

Том вздохнул, взяв её за руку. Его синие глаза на этот раз по неизвестной причине выражали какую-то печаль, грусть и боль. Казалось, он знает то, чего не знает Ева, но не может ей сказать об этом, ведь тогда все её фантазии могут в одну секунду разрушиться. Он хотел, чтобы она не уходила, чтобы была всегда с ним на одном пути. Но это её погубит. Наверное, стоило сейчас вразумить девушку, сказать что-то обидное, чтобы она больше не вернулась к нему. Так будет лучше для неё, но ещё хуже для него. Нет. Она не должна уходить. Её решение - остаться, так пусть и будет так. Он уже успел привыкнуть к её наивным суждениям, слишком ярким зелёным глазам, глупым препирательствам и внезапному смущению. - Хорошо, - наконец ответил парень, - пусть будет по-твоему. Она тут же заметно расслабилась от его слов. В глубине души, наверное, радуется ещё больше. - Спасибо, - прошептала когтевранка и прижалась к его груди как можно ближе, так, чтобы слышать его мерное сердцебиение. Прикосновение её тела к своему всегда для него было небольшой пыткой. Хотелось одновременно и оттолкнуть её, и в ответ прижать. Он не привык к тому, что его вот так просто могут обнять лишь из-за какого-то пустяка. Хотя… признаться, его практически никогда не обнимали. Но это и было плюсом. Том презирал все нежности, на которые могут быть способны люди. Он был уверен, что так человек становится гораздо слабее, чем есть на самом деле, его легче уничтожить как морально, так и физически. - За что ты благодаришь меня? - За то, что позволяешь быть рядом с тобой. - Конечно позволяю, - усмехнулся юноша, всё ещё обнимая Еву. – Ты ведь ещё пригодишься мне. - Что? – Франк нахмурилась и подняла голову. - Я тут недавно решил вновь открыть тайную комнату. Ну, знаешь, развлечься немного. Всё-таки последний год нашей учёбы в Хогвартсе. Он видел, как девушка на миг ошалела, даже перестала дышать. Видимо, пыталась осознать смысл сказанного. Затем она села на диван и с силой вцепилась в подлокотник. Губы были сжаты в тонкую линию. - Ты просто идиот, - через пару секунд злобно прошипела та. - Это всего лишь шутка, Ева! – он не сдержал смеха. Какая же она была всё-таки… ребёнок! Да, ребёнок и одновременно взрослый человек. Слишком странное сочетание. Эти определения трудно было представить вместе. - О да, просто превосходная шутка! – с каменным лицом промолвила девушка, но руки уже перестали цепляться с такой силой за подлокотник. – У тебя порой они получаются не слишком удачно… Со скольких лет ты вообще начал шутить? - Это вопрос с двойным смыслом. Шутить можно по-разному… - его глаза заблестели. - Я говорю не об издевательствах над людьми, - раздражённо перебила его Ева. - Ну, тогда совсем недавно. Может быть, несколько месяцев назад. - Ты шутишь? – девушка не смогла сдержать нервный смех. – Всю жизнь ты… - Да, именно. Не думаю, что шутки в моих делах была очень уместны, - он пожал плечами, скинул дорожную мантию и сел рядом. - Гм… м-мило… Первые лучи солнца начали проникать внутрь гостиной, придавая каждому предмету некую насыщенность и яркость. Наступило утро, а с ним и время для откровенных бесед, может быть. - Кстати… Я тут подумала о том, что… эм-м… - она наконец решилась сказать ему то, что так хотела ещё вчера. Было трудно побороть себя, слишком трудно. Но, в конце концов, когда она ещё сможет найти подходящий момент, как этот? – Научи меня оклюменции, пожалуйста. - В прошлый раз это плохо кончилось. - Да, но… это важно! – Франк запнулась. - Почему это важно? – её реакция заставила Тома насторожиться. Очевидно, что она что-то скрывает от него… и, похоже, уже давно. – Что случилось? - Ну… На самом деле… - язык не хотел её слушаться. - Недавно Дамблдор пригласил меня в свой кабинет и… - Почему ты раньше мне об этом не сказала?! – злость на неё, недовольство на себя. И как он мог не догадаться, что что-то не так?! – Когда это произошло? - Буквально в тот день, когда был Хэллоуин, - ей явно стало неуютно от его разгневанного голоса. – Я не знала, как тебе об этом сказать… - Не знала? Кем ты меня возомнила, позволь узнать? Тираном? - Н-нет… И как можно быть такой легкомысленной? Неужели Ева сама не понимает всю серьёзность этой ситуации? Дамблдор всегда любил совать свой нос туда, куда не нужно. Вечно стремиться направить людей на путь истинный, словно сам святой. Очередной дурак, которому следовало бы думать о планах на следующий урок, а не о том, что он замышляет и как причастна к этому Ева. - Прости… Я правда… Я хотела тебе сказать это, но на Хэллоуине у нас были не те отношения, а после… из-за случившегося я совершенно забыла об этом. Ей действительно было стыдно за то, что она смогла скрывать это так долго. Щёки покрылись лёгким румянцем от смущения, глаза смотрели в пол. Но даже сейчас она выглядела очень… мило? Если честно, он и понятия не имел, какие слова для таких ситуаций используют люди… Незачем было знать подобное. - Он проник в твой разум? – голос был слишком холодным. - Да. - Что он сумел увидеть? - Ничего особенного, мне удало… - ЧТО он увидел? – Том был непреклонен, он явно не собирался отступать. - Дамблдор видел приоткрытую дверь туалета… того самого. - Он увидел василиска? - Нет, я же говорю, всё обошлось, потому что… - Что ещё? Реддл даже не слушал её. Точнее, хотел услышать лишь нужное для него. - Я бежала в спальню Слизерина и кричала, что убью… имя он не знает. Ты вообще слушаешь меня?! Он чувствовал, как раздражение волнами накатывает на неё. Но сейчас юношу это абсолютно не волновало. Том сделал вид, будто проигнорировал её вопрос. - Сцен со мной не было? - Таких, чтобы он запрятал тебя в Азкабан, нет! – Ева недовольно цокнула языком. – А теперь послушай меня! Он мог узнать гораздо больше! Но я смогла заблокировать свой разум. Теперь ты понял? - Этого не может быть. – Слизеринец немного успокоился, но сейчас он был в своих мыслях, пытался найти какие-то выходы из ситуации. - Том, - он посмотрел на неё оценивающим взглядом. – Это возможно! Я же смогла… Значит, всё ещё не так плохо с моей ментальной защитой. - Но почему ты решила, что это не он прервал всё? - Да потому что, чёрт побери! Верь мне, как и я верю тебе! Помоги мне с оклюменцией. Как он не может понять? В любой момент Дамблдор сможет узнать всё, что ему потребуется. И она никаким образом не сможет этому помешать. Но если он её научит, тогда… всё будет по-другому. Девушка наконец-то сможет вздохнуть спокойно, перестать бояться встречаться с профессором с глазу на глаз. Может быть, она сможет использовать свои барьеры на Томе. Больше он не будет читать её мысли не будет видеть её насквозь. Но… А что если в этом и был большой плюс, который отличал юношу от других? Нет, конечно же нет. Но зато, если научиться оклюменции, можно попробовать самостоятельно освоить легилименцию. Вряд ли Том будет пускать добровольно её в свой разум. А если она... превзойдёт в этом деле даже его, что очень маловероятно, то Франк наконец узнает, что так тщательно он от неё скрывает и почему… должна быть причина, любая причина. - С чем помочь? – Друэлла спустилась из спальни. Всё ещё сонная, но всё равно она выглядела как всегда прекрасно… Том мельком посмотрел на её полупрозрачную кофту и усмехнулся, заставив Еву почувствовать себя абсолютно лишней здесь. - Утро доброе, Друэлла. Что же так рано? Что за отношения между этими двумя? Они слишком странно общались, не так, как делал это юноша с другими. Даже с ней, Евой, наследник Слизерина обращался по-иному. А вот Друэлла… Да, они с ним весьма похожи по внешности. Но дело даже не в этом, хоть Ева тайком бросала на девушку восхищённые взгляды с примесью грусти: почему она такая красивая? Почему Том такой красивый? Находясь вместе, они становились ещё прекраснее. Их красота была холодной, как лёд, и туманной… Слизеринец подошёл к девушке, слегка улыбнувшись. Из-за их почти одинакового роста ему даже не пришлось наклонять голову, как это бывает с Евой. - Ну, ваши крики временами доходили и до моих ушей, – она не сдержала смешок. – Здравствуй, Ева. Взгляд её пронзительных глаз устремился прямо на Франк, которая всё ещё выглядела раздражённой, и это не ускользнуло от глаз Розье. - Угу, - буркнула та в ответ. - Так чем ты должен её научить? – Друэлла мило улыбнулась. - О, оклюменции. Том сказал это так спокойно, словно речь шла о истории магии. - Ну, это весьма трудно… Но Ева очень способная. Сама Ева старалась принять равнодушный вид, но внутри неё всё кипело. Это было очевидно, ведь она не любила лесть… - Да, - Реддлу хотелось посмотреть на её реакцию, - именно поэтому я и буду учить её этому.

***

- Ты серьёзно? – она не могла скрыть удивление и лёгкое замешательство. Юный слизеринец встретился взглядом с Друэлой и кивнул. Похоже, они думали о чём-то таком, что, к сожалению, недоступно Франк. - Да, Ева, я полностью серьёзен. Если ты ещё полна стремление заниматься этим, то завтра вечером можно уже начать. - Уже? Было странно, что парень вот так просто принял её просьбу и даже не старался откладывать это в долгий ящик. Нет, она никак не может объяснить причину такого поведения. - Да. Ты передумала? Хорошо, тогда я… - произнося эти слова, Реддл сделал вид, будто бы немного расстроился таким поворотом событий. - Что? Нет, Том, нет! – в панике быстро проговорила Франк. Нельзя упускать такой шанс, даже если подозрения порой не могут исчезнуть в её мыслях. – Я согласна! Юноша в очередной раз переглянулся с Розье, которая выглядела весьма удручённо, словно у неё отняли конфету, но через секунду девушка умело скрыла это. Правда, от глаз Евы это не ускользнуло. Том медленно подошёл к Еве, слегка наклонив голову вправо, будто изучая её. - Прекрасно. Вижу, ты готова погрузиться в омут прошлого с головой, - угрожающе прошептал юноша так, чтобы слышала лишь когтевранка. - Да. Готова. Она приняла его вызов. Дверь одной из спален с громким грохотом распахнулась, и множество слизеринцев с когтевранцами вперемешку начали выходить в гостиную. Многие наслаждённо потягивались, а такие, кто спал на жёстком полу, недовольно бормотали проклятия на всех вокруг. Их злило то, что теперь весь день придётся ходить заспанными, с огромными кругами под глазами. - Думаю, придётся прервать ваш разговор, - сказала Друэлла, прежде чем её заглушили остальные голоса проснувшихся. Ева отошла в сторону, чтобы её не затоптала толпа, которая начала теперь спускаться с лестницы. Где-то вдалеке промелькнула Натали, и, судя по её лицу, она тоже была сегодня не в духе. - Нам пойти в Большой зал, Ева, - за спиной её очутился высокий юноша, он крепко схватил её за руку и повёл к выходу. - Почему? Я… Я даже не переоделась! – она начала сопротивляться, пытаться вырвать руку, но слизеринец словно этого и не замечал. – Да постой! - Ничего страшного, у тебя есть куртка. Также я дам тебе свою мантию, - в другой руке Реддл действительно держал своё дорожное одеяние. И когда он только успевает? - А Друэлла? – Франк удалось ухватиться за спинку кресла, тем самым ей удалось остановить юношу. – Том, что происходит? Слизеринец раздражённо повернулся к ней и нетерпеливо ответил: - Всё отлично. Друэлла позже присоединится к нам, - его синие глаза посмотрела куда-то поверх её плеча, и тут же лицо его посуровело, будто бы он видел то, что не хотел видеть. – Беллатриса сейчас слишком опьянена своей властью над когтевранцами. - Блэк? – удивлению её не было предела. – Причём тут она? Франк начала вглядываться в учеников и практически сразу увидела копну её чёрных волос. Взгляд Беллы был удивительно жадным. Жадным на власть. Слизеринка презрительно шла мимо когтевранцев, расступающихся в сторону. Видимо, они чувствовали, что с ней лучше всего не связываться сейчас. А те, кто её не замечал, был оттолкнут в сторону с удивительной силой. Тут не обошлось без магии наверняка. - Нам лучше уйти, - вновь повторил Том ей на ухо, так, что она практически его не расслышала. - Я не пойду в таком виде. Даже в твоей мантии, Том, - она отрицательно помотала головой, но не сводила взгляда с пожирательницы, её внимание было приковано лишь к ней. Блэк, скорее всего, выспалась просто отлично. Глаза из-под опущенных век были ясными, выражающими множество плохих чувств. Облачена девушка была в пышную чёрную юбку и ярко-красную кофту, которая притягивала всех своим слишком ярким цветом. Но в ней Белла нисколько не казалось блеклой, напротив, она в какой-то степени превосходила ярко-красный цвет. Есть множество людей, который в красном выглядят точно также. Лично для Евы слишком яркий красный не нравился. Он напоминал свежую кровь, льющеюся из горла жертвы. Это мерзко. К тому же, цвет её волос хоть и был достаточно тёмным, но не настолько, как у Друэллы или Беллатрисы. - Кого я вижу! – смех пожирательницы, возможно, был приятный для незнакомых людей, но в нём чувствовались отголоски безумства, которое с каждой минутой набирали свою силу, распространяясь по всему её разуму. Она поравнялась с Евой и упёрла руки в бока. – Что же делает тут полукровка? Голос её был слышен всей гостиной. Франк нахмурилась, но продолжала смотреть ей прямо в глаза. К счастью, роста они были примерно одинакового. Кто-то коснулся её плеча и попытался отдёрнуть в сторону. Она со всех сил старалась стоять на прежнем месте. - Ева… - очередной оклик слизеринца, на который она не обратила внимания. - Вообще-то я здесь живу, - сквозь зубы промолвила когтевранка со злостью в глазах. - Неужели? – Белла скривила губы в презрении. – Я думала, что Когтевран – это факультет, достойный большего, чем отродье вроде тебя. - То же самое я могу сказать и про Слизерин, - парировала девушка, захваченная чувством ярости. – Уверена, что Распределяющая шляпа ошиблась с выбором. Наверное, просто не знала, куда тебя ещё отправить… - О чём ты? – Белла, позабыв о своём высокомерии, всерьёз была шокирована таким заявлением. - Ева, идём, – жёстко сказал Том, вставший между девушками. Благодаря его росту обе не могли больше видеть друг друга. Ситуация, на самом деле, напоминала ту, что была в лесу, в ночь смерти Лин. И это забавляло. - О том, что ты не подходишь никому, - Франк сказала это спокойно, она смотрела Тому в глаза, видела его предостерегающий взгляд, но сейчас ей хотелось напоследок задеть эту пожирательницу за живое, так, чтобы она больше не осмелилась каким-то образом навредить ей и её близким… которых почти не осталось. – Тобой управляет безумство и больше ничего. Ева не видела выражение лица Блэк, но осознала, что той это не слишком понравилось. На миг воцарилась тишина, лишь голоса студентов раздавались из углов. - Ты ошибаешься, - наконец произнесла Белла и попыталась выйти из-за спины юноши. – Ты ошибаешься! Реддл неожиданно вытащил палочку из тайного кармана брюк и наставил на Беллатрису, развернувшись так, что Ева смогла увидеть пожирательницу. - Успокойся, дорогая. Не думаю, что скандалы помогут в этом случае, - говорил он это не Еве, но она не сердилась на это за него. Беллатриса выглядела сейчас сникшей. Подавленной. Ощущение такое, будто бы она и правда приняла всерьёз её слова. Это было удивительно и одновременно смешно. Как может такая, как она, переживать по подобному поводу? - Думаю, тебе не слишком приятны мои слова, - Ева безразлично пожала плечами. – Но теперь учти, что и я чувствовала себя точно также, когда ты говорила это мне в лесу. - Да ты мстительная, Франк. Очень мстительная… - Да, - её зелёные глаза недобро сверкнули. – В этом ты абсолютно права. Их взгляды на несколько мгновений встретились. Белла всё ещё была в путах уязвимости, но постепенно освобождалась от этого. Теперь она была заинтересована, даже слишком заинтересована поведением Евы и тем, что она произнесла и как. В голове что-то щёлкнуло, и пожирательница наконец поняла, в чём тут проявился интерес. - Ты стала другая, Ева... По моим меркам – лучше, а по меркам твоих друзей – хуже. Браво. - Заткнись! – Реддл начинал выходить из себя. Ему до жути надоели такие препирательства. Каждый раз приходилось спасать Франк, но она, похоже, даже не понимала, что без него она уже давно бы была на том свете. – Беллатриса, занимайся своими делами. А ты, Ева, идёшь со мной. - Нет! Я уже повторяла несколько раз, что… что… Ладно! – последнее слово она практически крикнула от переполнявшей её досады. Чёрт бы его побрал! - Вот и отлично, - равнодушно бросил ей Реддл и вновь посмотрел на всё ещё стоящую Блэк, которая, видимо, окончательно успокоилась и вновь стала надменной слизеринкой. - Я уйду. Но мне кажется, что твоя когтевранка осознает самое главное лишь тогда, когда будет поздно. И она выберет не то, что хотел бы ты, - не успел он ничего ответить, как она быстрым шагом направилась вон из гостиной. Лишь копна её волос цвета вороньего крыла блеснула при свете солнца. - Что она имела в виду? – раздражённо поинтересовалась Ева, автоматически расчёсывая волосы пальцами, чтобы придать им более нормальный вид. Вряд ли она сделала бы это в другом случае. Сейчас просто нервы были на пределе. - Ты должна сама понять. Я здесь тебе не советчик. Идём. Он вновь взял её за руку и потянул к двери. Его пальцы внезапно коснулись её золотого кольца. Она чувствовала, как он испытал лёгкий интерес по поводу этого. И стоило им выйти за предела гостиной Когтеврана, как слизеринец остановился и приблизил её руку ближе к своему лицу. - Что это? В середине кольца был большой лазурит, а вокруг два меньше. Получалось что-то вроде трилистника. Том прикоснулся к кольцу, и оно ярко сверкнуло. - Э… Кольцо, если ты забыл, как это называется. - Хм-м… Интересно. Откуда оно? Пока он изучал её украшение, она бросила мимолётный взгляд на его руку. Его кольцо тоже было всё ещё при нём. Что же оно всё-таки значит? И этот знак… - От родителей. А откуда твоё кольцо? – невинно поинтересовалась Ева, хлопая ресницами. - Это не так уж и важно, - то, как он усилил хватку, означало его напряжение. - Неужели? Странно. Я помню, как оно впервые появилось в тот день в приюте. Тогда ты ещё пришёл, похожий на маньяка, который ещё не осознал, что он сделал. Затем задавал мне дурацкие вопросы о моих родителях и чуть меня не задушил. Его пальцы с силой впились в её кожу, оставляя красные отметины, которые, наверное, в скором времени превратятся в синяки. Отлично. Но она должна была задать этот вопрос. - Да, действительно. Ночь на многих влияет по-разному, - задумчиво пробормотал юноша и отпустил её руку, а потом сделал шаг назад от девушки, будто она могла его укусить. - Так что произошло той ночью? Ты оборотень? – Франк пыталась вытянуть из него как можно информации. Именно сейчас это ей показалось очень важным. Возможно, если она узнает хотя бы что-то, какую-то крохотную ниточку из всего клубка, то, возможно, это может помочь ей в её «расследовании» по поводу диадемы Когтеврана. - Ты с ума сошла? – лицо его скривилось в презрении, но даже сейчас оно не утратило красоту. – Если бы я стал оборотнем, то убил бы себя сразу же, чем опозорил своё имя. - Но оборотнями становятся не по своей воле, - заметила девушка, поражённая его отношением к ликантропам. - Это не меняет моих взглядов. Лучше идём на завтрак. - Но я задала тебе вопрос… - Мне безразлично твоё недовольство, Ева. Или ты идёшь в Большой зал, или я потащу тебя туда силой, – его глаза говорили о том, что он и не думал шутить с подобными вещами. Идиот. Он старается избегать эту тему, словно боится чего-то, не хочет, чтобы Ева это знала. Но разве она не имеет право узнать? После всего, на что она из-за него пошла. - Как скажете, Ваше величество, - плюнула Франк и быстрым шагом начала спускать по лестнице, временами перескакивая через одну ступеньку, чтобы как можно дальше быть от него. Сейчас не хотелось разговаривать с ним из-за простой обиды. Мимо неё целыми толпами пробегали ученики всех факультетов. Были и безбашенные гриффиндорцы, и спокойные пуффендуйцы, и наглые слизеринцы, и… недовольные когтевранцы, как и она сама. Интересно то, что у всех причина недовольства – недосып. Большинство в мыслях готовы были убить слизеринцев. И на кой чёрт Диппет именно к ним подселил слизеринцев? -Ты думаешь, что я тебя не догоню? – Том появился рядом с ней за долю секунды, он слабо улыбнулся. Но на девушку это ни капли не подействовало, она лишь ускорила шаг. - Можешь хоть обгонять. Очередной спуск с лестницы закончился, поворот влево, и огромные дубовые двери Большого зала были прямо перед глазами. - А теперь не мешай мне есть хотя бы здесь, - не сдержалась от очередной фразы та, толкнув дверь. - Я и не думал. Как только они оба вошли внутрь, и двери закрылись за ними, шум сразу стих. Здесь мало кто ещё был из студентов. Даже учителя пришли не все. Лишь Слизнорт со Стипульбергом. - Приятного аппетита, Ева. – Том выжидающе посмотрел на неё, прежде чем сделать шаг в сторону своего стола. - Тебе тоже. Она безразлично смотрела, как он сел за скамью к ней спиной. Вздохнув, девушка направилась к ближайшему свободному месту, туда, где никто не сидел. Хотелось побыть в одиночестве. Устроившись удобнее, она положила себе в тарелку как можно большего всего: яичницу, бекон, жареные сосиски и салат. К этому прибавила стакан тыквенного сока. Как оказалась, Ева была очень голодна. Об этом сообщил желудок, тут же издавший жалобные звуки. До этого в голове даже не возникало никаких мыслей о еде. Она зажмурилась от удовольствия, когда ощутила вкус еды. Именно сейчас он казался просто чудесным… самым лучшим из всего, что было на свете. Постепенно Большой зал начал наполняться людьми. Скрип дубовых дверей теперь был очень частым. И всегда находилось множество недовольных лиц, которые тут же озарялись счастливыми улыбками насыщения, стоило им только сесть за стол, полный разнообразной вкусной еды. Да, тут стоит признать, что пища для человека имеет очень большое значение. Она не только пополняет силы физического плана, но и эмоционального. - Мистер Реддл! – профессор Слизнорт принял усилие встать из-за стола преподавателей, но у него получалось это не слишком хорошо. Поэтому он сразу окликнул юношу, чтобы тот не ушёл раньше времени. – Не уходите, пожалуйста! Мужчина напрасно старался встать, его набухший от еды живот застрял. Тогда Гораций решился со всех сил втянуть его, от натуги щёки его порозовели. Но это стоило того. Он смог наконец выйти за пределы стола, хотя немного запыхался. Пошатываясь, учитель медленно направился к столу Слизерина, где его ждал уже давно поевший Том. Ева замерла, когда преподаватель зельеварения позвал слизеринца. Что-то внутри неё пыталось сказать, что нужно любым способом подслушать разговор, он может быть крайне важным… каким-то образом. - Привет, - рядом с ней очутилась Натали, которая забрала волосы в хвост. – Как… спала? Остин явно знала ответ, но старалась для поддержания разговора быть вежливой. - Нормально, - машинально ответила та. Ева внимательно следила, как Гораций пересёк все три стола и уже практически приблизился к своей заветной цели. Как же успеть?? - Что ж… Я же отвратительно. Знаешь, хоть я и сторонник подобного, но… Ева, куда ты? Франк уже давно встала и как можно быстрее шла к слизеринцам. - Потом, - всё, что она успела ей сказать в овтет. Сейчас уж точно не до Натали и её недосыпаний. Слизнорт был уже в нескольких метрах от Реддла, но на её счастье, он шёл слишком медленно. И поэтому она сможет сделать это. Если Том не захочет разговаривать при ней, то… тогда она примет самые крайние меры, на которые только способна. Хотя бы попытается. - Ох, Том, я устал… - Гораций плюхнулся на соседнее сидение рядом с наследником Слизерина. Вид Тома оставался невозмутимым. - Ничего страшного, профессор. Так о чём вы хотели поговорить со мной? – обычный вежливый тон с нотками уважения. Наверняка фальшивого. Ева поравнялась с ними и… резко наклонилась вниз, словно что-то искала. На ум больше ничего не хотело приходить. - Палочка… Куда я уронила свою палочку? – пришлось время от времени это говорить, чтобы никто ничего не заподозрил. На самом деле, другим слизеринцам это не доставило повода что-то заподозрить. Кроме одного. - Знаете… Я был бы очень рад, если бы вы пришли сегодня вечером ко мне на вечеринку, где будут лишь самые уважаемые юноши. Я уверен, вам понравится. Мы все отлично поужинаем, - профессор подмигнул. – Конечно, если на сегодняшний вечер у вас уже намечены более важные дела, то… Реддл внимательно наблюдал за нелепыми попытками девушки найти свою волшебную палочку. Лёгкая усмешка поразила его лица. Затем он вновь перевёл взгляд на Слизнорта. - Вечеринка? Что же, профессор Слизнорт, я думаю, что это весьма хорошая идея… Будут лишь юноши? – глаза прищурились, словно он пытался разгадать, врёт ли учитель или нет. - Конечно! – Слизнорт взмахнул руками так, будто дирижирует. Он не смог скрыть довольную улыбку. Ведь Том практически уже согласился, дело осталось теперь за малым. – Лишь мужской пол, Том. Думаю, все мы сможем даже обсудить нынешнюю политику и прочие интересные дела. - Хм-м… - Том бросил ещё один взгляд на Франк. – Я буду на вашей вечеринке, сэр. Почту за честь это. - Вот и прекрасно, мой мальчик! – Гораций расхохотался, снова раскинув руки в стороны. – Чудесно! Тогда жду вас сегодня ровно в семь часов, Том. До скорой встречи. И с этими словами он, тяжело дыша от веса своего тела, пошёл вон из Большого зала на поиски приключений. - До скорой встречи, - сказал Реддл спустя несколько секунд после его ухода, скорее, самому себе. Ева осторожно посмотрела на него сквозь спавшие с плеч волосы, так чтобы он ничего не заметил. Слизеринец выглядел сейчас именно так, как описал учитель зельеварения в прошлый раз, когда ему приснился «сон». Том был рад чему-то, предвкушал то, что известно лишь ему одному. Была даже доля нетерпения в его взгляде. Что же он добивается всем этим? Она была права. Да, она знала, что была права! Гораций говорил, что юноша планирует выведать что-то у профессора, чтобы убедиться в… чём? Очевидно, это опять же связано как-то с диадемой Когтеврана. И нужно любым путём выяснить, что хочет узнать Том у своего декана. Но как? Можно, конечно, невзначай напроситься тоже на эту самую вечеринку, но этот план будет провален с вероятностью девяносто девять процентов! Слизнорт сам сказал, что он пригласил специально только юношей. Да и вряд ли Реддл будет выведывать нужную ему информацию при присутствии других. Его большинство планов неизвестны даже другим пожирателям смерти. Они следует лишь за ним, потому что он внушает страх и ужас. Но что тогда предпринять? Не будет же она стоять у двери и вслушиваться в то, что происходит внутри?! Ведь в любой момент её могут увидеть другие учителя и ученики. Тогда стыда не оберёшься! Резкая боль в спине, затем ощущение, как лицо проехалась по твёрдому полу. Тупая боль была по всему телу. И оглушительный грохот где-то впереди. - Ай… Какой придурок наступил на меня?! – девушка устало привстала, но всё ещё не могла оправиться до конца, чтобы встать на ноги. - Я. Абрахас лежал навзничь на полу рядом с ней. Вид у него был больно мятый и потрёпанный. Его идеальная причёска теперь превратилась в нечто. Потирая свой затылок, он наскоро начал приглаживать волосы, чтобы хоть как-то перестать быть похожим на ежа. - Ну, про тебя отдельный разговор… - Франк злобно уставилась в пол, она видела каждую пылинку и соринку на нём. Наверное, со стороны казалось, что девушка готова убить поверхность пола. Но всё было не так. Когтевранка всеми силами старалась подавить в себе переполнявшие её эмоции. Как же достал её этот Малфой! Куда бы она ни шла – везде он. Словно блондин специально это делает, лишь бы в очередной раз встретиться с ней! Сам же вчера говорил, точнее, уже сегодня ночью, что больше не будет беспокоить её, что примет муку не общаться с ней! - Ну да, я хотя бы не валяюсь на полу, что каждый может наступить. - Я искала волшебную палочку! - Гораздо проще было бы попросить кого-то призвать её манящими чарами, - Абрахас встал и свысока поглядел на неё. – Удачи в валянии на полу. Он поспешно повернулся и выбежал вон. Ева ещё долгое время опустошённо и непонимающе глядела ему вслед. Его поведение было слишком странным. Оно не было присуще для настоящего Абрахаса Малфоя. Она бы поверила, если бы он всю вину перекинул на себя и сто раз извинялся… - Наверное, лежать на полу очень интересно? – саркастически поинтересовался Том, который, оказывается, наблюдал за всем, что сейчас произошло. - Очень... На разговор не было никакого настроения. Девушка приняла руку помощи Реддла и встала, слегка скрючившись от боли. - Малфой просто идиот! Теперь всё тело будет до конца дня болеть будет! - Он не так виноват в этой ситуации, как ты. Я бы спросил, зачем ты искала волшебную палочку так долго, которая, кстати, лежит у тебя в спальне, - она вздрогнула. - Э… Нет. Я просто забыла, что она там. Как раз пойду… эм-м… заберу её! – Ева в страхе перед гневом парня поспешила покинуть его общество. К счастью, было слишком много людей, чтобы он сумел остановить её.

***

Сумерки начинали сгущаться над замком, постепенно преображая его в более мрачное помещение, полное загадок и тайн. Да, действительно, сумерки всегда видоизменяют и здания, и окружающую местность, и, может быть, даже людей. Мало кто замечает это, но темнота даёт нам уверенности и храбрости для тех поступков, на которые мы бы никогда не решились, например, утром. Ночь не только открывает нам неизвестные ранее стороны человека, но и помогает нам лучше мыслить, фантазировать и воображать. Множество знаменитых открытий были совершены именно поздним вечером или глубокой ночью. Ярко горели факелы, размещённые во всех уголках замка. Их огонь не давал поддаться страху, напоминая о том, что даже сейчас свет окружает нас. Единственное, что омрачало всё впечатление – тени. Да, именно тени. Они могут заставить нас поверить в то, чего на самом деле нет, переступить границу реальности. И поэтому многие студенты, которые всё ещё ходили по замку, старались не смотреть по сторонам, а лишь вперёд. Так поступала и Ева. Точнее, смотрела она вперёд по иной причине – мысли. На самом деле, её переполняли множество догадок, подозрений, страхов и надежд. А всё вместе – это огромная каша. Настолько огромная, что у неё никак не получалось расхлебать её. Да уж, как бы было прекрасно, если бы она на миг стала слишком глупой, чтобы думать… Жизнь была бы гораздо проще и легче. Ева свернула налево и направилась в тёмный проход, ведущий в кабинет Слизнорта. Времени ещё было предостаточно, но не хотелось пропустить ничего важного. К тому же, девушка так и не решила, как именно будет узнавать подробности разговора Тома с Горацием. Ладно, может, на ходу действовать легче? Вдалеке показалось какое-то серебристое свечение. Сначала она подумала, что это луна. Но потом… ведь лунный цикл для этого не тот, значит, это было что-то другое, возможно… Чем ближе она была от этого явления, тем чётче становилось оно, образуясь в фигуру, а через секунду Франк поняла, что женскую. - Серая дама? – девушка резко остановилась прямо перед ней, витающей в воздухе к когтевранке спиной. – Что вы здесь делаете? - Провожу остаток вечности, - холодно ответило приведение. Ева не знала, что на это ответить. Да и нужно ли было? Странно было, что Елена здесь. Обычно она тщательно скрывается ото всех. Кто-то говорит, что это из-за её стеснения, а кто-то пускает слухи, будто бы Серая дама что-то тщательно скрывает, хранит какую-то очень большую тайну. - А… Скажите, что вам известно о диадеме Когтеврана? Стоило ей задать этот вопрос, как Елена тут же насторожилась. - Странно, ты не первая, кто спрашивал меня об этом. Но мне известно то же, что и всем настоящим когтевранцам, Ева, - приведение явно колебалось, но решило умолчать о том, что оно само знает. - Кто спрашивал? – Франк обошла её так, чтобы Елена видела её лицо. – Кто? Том Реддл? - Ты знаешь и сама. В последний момент нашего разговора ты очутилась рядом. - Откуда… откуда вы… - Это не так трудно понять. Я же приведение, - Серая дама горько усмехнулась, а затем медленно развернулась, чтобы уйти отсюда. - Подождите! – нужно было действовать сейчас, пока выпал такой шанс, который нельзя упустить. – Зачем Тому диадема? Господи, как она раньше не додумалась об этом? Спросить об этом Серую даму напрямую гораздо проще и лучше, нежели искать неизвестно что в библиотеке или пытаться расколоть Реддла! Но Елена и не думала тут же откровенно с ней разговаривать. Скорее, ей хотелось побыстрее скрыться от этой назойливой девчонки, так некстати пришедшей сюда. - Спроси его об этом сама. - Я спрашивала! Он не хочет рассказывать мне об этом… Да он вообще ничего не говорит! Пожалуйста, вы не представляете, как это для меня важно! - Он лишь хотел узнать, где она находится, - кажется, Елена начинала сомневаться в том, что будет правильно скрыть всё от неё. – Том очень хороший юноша, и я не могла не… - Что? – нетерпение готово было вырваться наружу, но пришлось найти в себе последние капли силы воли. - Для него это было очень важно… Он пообещал, что диадема Когтеврана будет в сохранности. - Зачем ему она? - Этого я не знаю, - наконец сдалась Елена, явно уже раздражённая. – Ему не нужен ум, потому что этого и так у него много. Возможно, здесь замешан личный интерес… Больше я ничего не знаю. И прошу, не мучай меня больше подобными вопросами. Серая дама недовольно покачала головой, будто корила себя за то, что вообще сказала что-то о Реддле ей. Она едва заметно вздохнула, хоть воздух ей и не требовался, а затем поспешно прошла сквозь стену, оставив Еву в одиночестве со своими мыслями.