Король Драконов

      Змеевик и Ночная Фурия парили над ватными шапками облаков, рассекая холодный утренний воздух на пути к Олуху. Ветер гудел в ушах, солнце лишь едва показывалось из-за горизонта, окрашивая небесную гладь в бледно-золотистые оттенки. Воздух был свеж, почти колюч — дыхание драконов поднималось паром, пока они пробирались сквозь высоту. Пора было возвращаться. Нужно было доложить Стоику о результатах разведки… и решить, как действовать дальше. — Давай ещё раз проговорим, что мы скажем Стоику, — нарушила тишину девушка, немного приподнявшись в седле, чтобы перекричать ветер.       Ночная Фурия слегка качнулась в воздухе, меняя направление, а Змеевик настороженно оглянулся, будто пытаясь уловить что-то за границей облаков. — У нас есть линза из драконьего глаза, — продолжила воительница, сжимая в руках поводья. — А Эйнар охотится за ней. Он не остановится. Это только вопрос времени, когда он придёт за ней сам. Она нахмурилась, вспоминая увиденное. — И ещё… он и Дагур, они поймали хвостокола. Даже нескольких. По следам — минимум двоих. Зачем? Пока что это не складывается в единую картину. Я не вижу связи с тем загадочным драконом, который нападает на торговые суда. — Я, если честно, тоже, — хмуро отозвался Иккинг, слегка склонившись к собеседнице, чтобы не терять голос на ветру.       Некоторое время они летели в молчании. Ветер пробирался под одежду, щипал лицо, и даже драконы казались более напряжёнными, чем обычно. Девушка машинально провела рукой по гриве Громгильды, как будто это могло снять тревогу. — В любом случае, Остервенелый не забудет нашу встречу, — сказала она после паузы, уже тише. — Он будет мстить. Надо мешать ему, мешать действовать, пока у нас есть хоть какое-то преимущество.       Она хотела было добавить ещё что-то, но взгляд её упал вниз — под облаками сквозь просвет вдруг показались силуэты кораблей. Её глаза расширились, голос стал напряжённым: — Там внизу Дагур! — бросила она, резко выпрямляясь в седле. Пальцы сжали поводья, а в воздухе повисла напряжённость, будто сама туча сгущалась вокруг. — Нужно бы узнать, что он задумал… и зачем ему хвостоколы, — тихо сказала Астрид, вглядываясь вниз. — Желательно не привлекая к себе внимания. — Я думаю, что хвостоколы нужны не ему, а Эйнару, — ответил Иккинг. — Но как мы узнаем это, чтобы нас не сбили?       Он не успел договорить — снизу внезапно вспыхнули всполохи арбалетных выстрелов. В воздух тут же взвились гарпуны, сети и десятки стрел. Всё произошло слишком быстро.       Одна из стрел угодила в лапу Громгильды. Дракониха вздрогнула, заскулила… и начала медленно заваливаться в сторону, крылья рептилии дрожали. Через секунду она резко пошла вниз. — Стрелы усыпляют наших драконов! — воскликнул Иккинг, глядя на Астрид. Он был потрясён. Это значило только одно: хвостоколы были нужны живыми. А значит, за этим точно стоял не один Дагур, берсерк бы таким не занимался.       Беззубик камнем рванул вниз. Иккинг наклонился вперёд, подгоняя его — нужно было успеть. Чёрный дракон почти догнал Громгильду, на спине которой держалась Астрид, но в последний момент в воздух взвилась цепь и обвила лапы драконихи. Змеевик рванулся, но его начало резко тянуть вниз — к одному из кораблей. — Астрид! — закричал Иккинг, указывая Беззубику направление. Ночная Фурия бросилась к ней, но между ними внезапно пронёсся град стрел — настолько плотный, что пробиться было невозможно. Пришлось отклониться. И в ту же секунду с корабля донёсся дикий, хриплый смех. Узнать его было несложно. — Браво, Иккинг! — надрывался Дагур. — Какая жертвенность, какая сильная любовь! Прямо голову в петлю засовываешь — ради неё! — Дагур! Чего ты хочешь?! — крикнул Иккинг, не скрывая злости. — Хотел бы твою Ночную Фурию… — Дагур усмехнулся. — Но твоя подружка тоже ничего. Думаю, сойдёт.       Дракониха и её всадница быстро поднимались к палубе. Цепи звенели с каждым рывком, барабаны лебёдки гудели, словно подгоняли происходящее. Астрид крепче вжалась в тело усыплённой Громгильды, чувствуя, как каждая секунда укорачивает шансы на побег. Через минуту они уже зависли у самого края корабля, и до палубы оставалось всего ничего.       В голове у Астрид лихорадочно вертелись мысли. Ситуация была из тех, что хуже и представить трудно: два наездника, два дракона, один из которых обездвижен, а второй — под шквальным огнём. Шансов прорваться в лобовую атаку не было. Громгильда усыплена — даже если её прямо сейчас освободить, она просто рухнет в воду и утонет. Спасти её мог только Беззубик, но стоит ему спуститься пониже, и его самого превратят в решето. Всё происходило слишком быстро.       Астрид до боли сжала кулаки, ногти впились в кожу. Внутри закипала ярость, смешанная с отчаянием. «Так. Спокойно, Астрид. Не время паниковать. Подумай. Действуй быстро», — приказывала она себе, стараясь дышать ровно.       Выход был один: дождаться, пока её и Громгильду поднимут на борт, выждать момент, освободить дракона, расправиться с ближайшими лучниками — и тогда дать сигнал Иккингу. Беззубик заберёт их обоих. Глупый план. Безумный. Но другого не было.       Цепь лязгнула в последний раз, и тело драконихи мягко легло на палубу. Астрид тут же вскочила, не дожидаясь, пока её схватят.       Первый берсерк подскочил к ней слишком самоуверенно — она сбила его с ног резкой подсечкой и ударила ребром ладони в шею. Он рухнул без сознания, даже не успев понять, что произошло.       Второй оказался быстрее, но неуклюже. Астрид развернулась и резко оттолкнула его корпус в сторону. Мужчина не удержался и налетел спиной на лебёдку, выбив из-под неё двоих воинов, которые управляли цепями. Они закричали, покатившись в сторону — в следующее мгновение натяжение цепи ослабло, и с Громгильды она просто соскользнула. Свобода.       Ночная Фурия, парившая в небе, уловила этот момент и громко взревела, заметив, что цепь упала. Иккинг напрягся. Он знал — у них появился шанс. Пока маленький, но шанс. — Ты последнее время довольно часто гостишь на нашем корабле, — Дагур хохотнул, лениво подходя к воительнице,— могу устроить тебе экскурсию.       Он был явно доволен собой — самодовольная ухмылка, походка с раскачкой, за спиной болтается оружие. Он поднял палец, словно готовясь к театральному монологу, но не успел.       Астрид не стала слушать. Один чёткий шаг вперёд, и её кулак с силой врезался ему в живот.       Дагур согнулся пополам, охнув, лицо исказилось от боли. Он зарычал и выругался. Однако в следующий момент он уже стоял как ни в чём не бывало. — Где твои манеры, Астрид? — спросил он с таким видом, с каким обычно родители отчитывают провинившегося ребёнка, — ты понимаешь, как это было неэтично? Девушка ничего не ответила. Остервенелый же вроде бы успокоился, достал своё оружие и начал поигрывать им. — Хочешь поиграть со мной? — Дагур произнёс это лениво, почти зевнув, будто ему действительно было скучно. Он с безразличием покрутил клинок в пальцах. Глаза при этом оставались настороженными, хищными, полными ожидания.       Астрид молча достала свой топор. Металл блеснул в утреннем свете. Она встала в боевую стойку, слегка присев, удерживая равновесие. Дышала ровно, стараясь держать панику под контролем. Пока она здесь, лучников не достать. А значит, придётся сначала разбираться с этим психом. — Ну?.. — Дагур усмехнулся, широко разведя руки. — Развлеки меня как-нибудь…       Он сделал шаг вперёд, неторопливо, с вызовом. Уверенность сквозила в каждом движении — он считал её очередной забавой. Но Астрид не собиралась быть ничьей забавой.       Её пальцы крепче сжали рукоять топора. Всё внутри собралось в тугую пружину. Секунда — и она рванёт вперёд.

***

      Рыбьеног, Сморкала и близнецы мчались по небу, следуя в ту же сторону, куда, по словам Йохана, направились Иккинг и Астрид. Ветер свистел в ушах, драконы устало махали крыльями — они летели почти без остановки. — Голубки под предлогом поиска Дагура устроили себе отпуск, — пробурчал Сморкала, усмехнувшись. — Сморкала, думай, что говоришь, — резко одёрнул его Рыбьеног. Он прищурился, сверля друга злым взглядом. — Если они сказали, что ищут Дагура — значит, так и есть. — Уже нашли, — спокойно сказал Задирака, кивнув вперёд. Парень указал на корабль берсерков, над которым кружила Ночная Фурия, держа безопасную дистанцию от арбалетных стрел. — Ух ты, действительно не соврали, — фыркнул он. — Беру слова назад. — А это там случайно не Астрид? — спросила Забияка, указав вниз, туда, где на палубе что-то происходило. Рыбьеног резко обернулся в указанную сторону — и побледнел. На борту одного из кораблей Дагур возвышался над лежащей Астрид и в этот самый момент заносил над ней секиру. — Нет! — вырвалось у него, и Беззубик, словно почувствовав то же, что и всадники, бросился вниз со стремительной яростью. Воздух дрожал от его рыка.       Берсерки на палубе подняли арбалеты, но их вождь, не оборачиваясь, жестом остановил воинов. Он всё ещё держал секиру, но не спешил её опускать. В его глазах сверкал азарт. Что-то в происходящем ему нравилось — он чувствовал контроль, как режиссёр на сцене.       Иккинг спрыгнул с Беззубика, не долетев и метра до палубы. Он приземлился, перекатился на одно колено, тут же поднялся — лицо серьёзное, дыхание сбивчивое. Он не собирался играть по чужим правилам, но выбора сейчас не было. — Дагур, чего ты хочешь? — спросил он, надеясь выиграть хоть немного времени.       Берсерк ухмыльнулся, чуть склонив голову, будто размышляя. — А что ты можешь предложить? — Его голос был насмешливым, но в глазах мелькнул интерес. Иккинг стоял перед ним с готовностью на всё — и это возбуждало его воображение. Это можно было использовать… поиграть, как кот с мышью.       Иккинг молча полез за пазуху и вытащил линзу. Она блеснула в свете солнца, отражая мозаичные узоры. Он поднял её вверх — как ультиматум, как предложение мира… или временного перемирия.       Выражение лица Дагура на мгновение застыло. Он даже моргнул несколько раз, не в силах поверить. Это было… неожиданно. Он прекрасно знал, насколько важны эти линзы Эйнару. Он всерьёз задумался. «Что, если у них есть ещё?» — мысль пронеслась молнией. Его пальцы сжали топорище чуть крепче. — Неплохо. Но мало, — Дагур сузил глаза, изображая холодный, беспощадный взгляд. Он смотрел на Иккинга так, будто тот был просто пешкой, и любой шаг в сторону приведёт к гибели. — Мне кажется, жизнь вашей подружки стоит дороже… — Но у нас больше не… — начал Иккинг, голос дрогнул, он даже сам это почувствовал. Но тут же пожалел — стоило лишь подать слабость, как у Дагура едва не дёрнулся уголок губ. Он почти рассмеялся. Почти. Однако усилием воли удержал лицо каменным. Удовольствие — внутрь. Шоу — наружу. — Есть! — вдруг раздался голос с неба. К ним стремительно подлетел Рыбьеног.       Берсерк с интересом наблюдал, как к нему мчится ходячая «булочка» — как он называл Ингермана. Тот тяжело приземлился и вытащил ещё две линзы, аккуратно сверкающие на солнце. — Это всё, что у нас есть, — на всякий случай уточнил Рыбьеног, передавая их с осторожностью, будто линзы могли взорваться. — Другое дело, — довольно протянул Дагур, расплываясь в широком «дружелюбном» жесте, словно собирался всех обнять. — Ну давайте их скорее сюда. Наездники нехотя подчинились. Внутри всё клокотало — отдавать такое психу? Но выбора не было.       Дагур отступил от Астрид, перебирая в пальцах новоприобретённые игрушки, и с довольной миной разглядывал их, как ребёнок — новые безделушки. Стекольца переливались в его руке, отражая солнечные лучи, будто насмехаясь. — Всего вам хорошего, — бросил он через плечо, будто это была обычная вежливая беседа, а не обмен ценностей на жизни.       Он уже собирался уйти, но всё же обернулся. — Заходи в гости почаще, — сказал, обращаясь уже лично к Астрид. — Было очень приятно находиться в твоей компании.       Уловив, как у Иккинга от этих слов сжались кулаки, а челюсть будто бы затрещала от напряжения, Дагур испытал почти физическое удовольствие. Но смеяться не стал — не хотел портить момент.       Астрид же, стоя в стороне, молча смотрела на него. Его слова словно обрушили на неё внезапную мысль: в последнее время она действительно слишком часто оказывалась одна среди берсерков. Не лучшая традиция. Видимо, стоит пересмотреть свою тактику… и стиль полётов.       В этот момент слабо застонала Громгильда. Девушка вздрогнула, тут же подскочила к ней. — Громгильда, ты как? Всё в порядке? — быстро проговорила она, склонившись рядом и поглаживая тёплую чешую.       Дракониха медленно приподняла голову и кивнула. Глаза ещё были сонные, но взгляд — осмысленный. Стрела была со снотворным, и, по счастью, не причинила вреда. Рептилия просто спала… теперь всё прошло. — Вы долго ещё тут торчать собираетесь?! — не выдержал Дагур. В голосе проступила настоящая злость. Его терпение начинало иссякать. — Скажу ещё раз, чтобы до всех дошло. Валите отсюда, пока я не передумал и не велел ребятам превратить вас в решето прямо здесь.       Ни одного лишнего слова. Наездники без колебаний вскочили на драконов. Беззубик рванулся в воздух, Громгильда — следом. Престиголов, Громокрыл и прочие драконы поднялись следом.       Их словно ветром сдуло с палубы — настолько быстро они улетели прочь, вверх, к своим друзьям, всё это время скрывавшимся в облаках. Сцена осталась пустой… только Дагур стоял, сжимая в руке линзы, и смотрел им вслед с хищной ухмылкой. Его друг будет явно рад такому подарку.

***

— Они были на острове Хвостоколов и поймали несколько из них... — пробормотал Иккинг, глядя в сторону медленно исчезающего на горизонте корабля. Забрали еще две линзы, чуть не убили Астрид. Мысль звучала вслух, но была обращена скорее к себе. Он стискивал кулаки. Ему отчаянно хотелось освободить захваченных берсерками драконов, а берсерка отправить обратно на остров Изгоев, но он понимал — сейчас это невозможно. Второго шанса уйти живыми Дагур точно не даст. — Я видела Эйнара, — вдруг тихо произнесла Астрид. Её голос был ровным, но напряжённым. — Он… он парализован. Стоял на палубе, в боевой стойке, с арбалетом в руках. Видимо, мы тогда на острове видели не просто следы драконов — хвостоколы напали на него. И судя по всему, успешно.       Наступила короткая пауза. Все переглянулись. Эта деталь многое объясняла. Теперь понятно, почему Эйнар не вмешался, не поднял панику, не дал команду стрелять. Он попросту не мог — тело сдерживал яд, а воля, вероятно, была прикована яростью и бессилием. — Мы, кстати, осмотрели места нападений на торговые суда, — напомнил Сморкала, поигрывая бровями. — Пока вы развлекались… — Узнали что-то? — быстро подхватила Астрид, обернувшись к нему. В её взгляде мелькнула искра надежды. — Да! — перебил Рыбьеног, едва не подпрыгнув в седле. — Мы выяснили, что дракон, нападавший на суда, принадлежит к классу Когтевиков. И, по-моему, я читал о нём в драконьем учебнике! Он светился от возбуждения, глаза горели — в них плясал целый ураган идей, теорий и догадок. — Тогда — скорей на Олух! — бросил Иккинг, не дожидаясь дополнительных обсуждений. Он повернул Беззубика, и тот тут же сорвался с места.       Остальные последовали за ним, драконы один за другим поднимались в небо, оставляя внизу волну и тени берсеркского флота. Команда снова была в воздухе. Измотанная, уставшая, но с новыми данными и целями. Время возвращаться домой.