Король Драконов

      Астрид, Рыбьеног и близнецы провели уже немало часов в одной из множества решетчатых клеток, спрятанных в глубинах трюма. Темно, сыро, воздух пропитан металлом и страхом. Друзья давно перестали сидеть — теперь все четверо стояли у прутьев, вглядываясь в коридор, будто пытались уловить хоть какой-то знак извне. Снаружи царило странное оживление. По деревянным настилам сновали охотники, словно кто-то разбудил драконье гнездо. Мутная суматоха, сбивчивые команды, приглушённые голоса — тревога витала в воздухе.       Топот стал приближаться. Клетка дрогнула, когда мимо неё прошествовала группа в броне. Среди шагов, тяжёлых и уверенных, выделялась пара более лёгких. Вместе с Райкером и несколькими воинами шла... Хедер. — Не может быть... — прошептал Задирака, не веря своим глазам. Взгляд брюнетки метнулся к знакомой фигуре — и в тот же миг пальцы вцепились в прутья. — Хедер, беги! — Астрид рванулась вперёд. — Ты не знаешь, с кем связалась! Эти люди — они...       Но чужая сдержанность на лице девушки не дрогнула. Взгляд был непонимающим. Как будто знал, но не хотел слышать. Или уже сделал выбор. Из-за спины Хедер вынырнул знакомый силуэт — рыжеволосый воин с безумным блеском в глазах. Дагур. — Здрасьте, — с ленцой махнул рукой берсерк, усмехаясь по-своему, криво и безумно. — Моя сестрёнка вернулась в семью, и я просто вне себя от радости. Хедер подошла ближе, взгляд потемнел, на губах заиграла недобрая усмешка. — Привет, Астрид, — произнесла с притворной теплотой. — Прости, но теперь я на стороне Дагура.       После этих слов девушка развернулась и ушла вслед за берсерком, не бросив даже взгляда назад.       Райкер, Хедер и их провожатые скрылись за поворотом. Хофферсон осталась у прутьев, напрягая слух. Хотя происходящего было не видно, голоса доносились чётко. — Здравствуй, дядя! — произнёс спокойный, ровный голос. — Давненько не заглядывал, Эйнар... — в ответ прозвучала усталая, но, впервые за всё время охоты, почти тёплая интонация. Зазвенела броня — короткое объятие. — Позволь представить, — продолжил молодой голос, — Дагур Остервенелый. Вождь берсерков. Старый друг. Первый и долгое время единственный. С наездниками у него давняя вражда, не прощает ни одной драконьей морды. Воин, какой надо: отвага, умение, ярость.       Райкер вскинул брови. "Друг"? Слово, которое из уст Эйнара звучит почти как "чудо". И не один? Это уже совсем из ряда вон. — А кто теперь второй? — осторожно поинтересовался охотник. — Эйрик Блудвист. Познакомились на одной из охот на драконов. Теперь их двое. — Эйнар пожал плечами и перевёл взгляд на берсерка, затем — на старшего спутника. — Райкер, после отца — самый влиятельный охотник в землях Гримборнов. А иногда — и за их пределами.       Дагур и Райкер обменялись коротким, крепким рукопожатием. Взгляд у обоих был оценивающий, холодный, будто воины пробовали друг друга на вкус. Юноша слегка повернулся, указывая ладонью на девушку, стоящую позади берсерка: — А рядом с Дагуром его сестра — Хедер. В прошлом — подруга наездников. Но надеюсь, эта страница закрыта. — И как же удалось перетянуть её на вашу сторону? — удивление проскользнуло в голосе охотника. — Просто, — прозвучал ответ. — Когда человек, всю жизнь считавший свою семью мёртвой, вдруг встречает единственного родного, он не думает. Он идёт за ним.

***Три дня назад.***

— Сестрёнка! — с радостным воплем Дагур подскочил к Хедер, подхватил за талию и легко, будто перышко, подбросил в воздух. Девушка не успела и удивиться, как уже оказалась в крепких объятиях. — Я так рад, что ты вернулась!       Голос берсерка звучал неожиданно мягко. Лицо, обычно искажённое либо ухмылкой, либо яростью, сейчас казалось почти… человечным. Глаза увлажнились, и, будь кто другой рядом, возможно, он бы позволил себе заплакать.       Чуть поодаль за сценой с немым изумлением наблюдали Эйнар и Роза Ветров. Шипорез недоверчиво хлопал глазами, не в силах понять, что происходит. Боевая наездница с копьём и стойкой осанкой и подавно не ожидала такой вспышки эмоций от своего безумного, непредсказуемого брата.       Лишь Эйнар сохранял невозмутимость. Его лицо оставалось сосредоточенным, но в голосе проскользнула лёгкая усмешка: — Вот и воссоединилась семейка. — Бросив взгляд на дракона, юноша протянул руку. — Пойдём, покажу тебе остров. В северной части водятся морские слизни — любимое лакомство всех Шипорезов. Думаю, тебе понравится.       Роза Ветров легко склонила голову и едва заметно кивнула. Эйнар, с осторожностью, словно приручал дикого зверя, коснулся пальцами мягкой чешуи под шеей — того самого места, которое у представителей этого вида считалось «слабым», но не в смысле уязвимости — скорее, источником особого удовольствия.       Ожидание напряжённо витало в воздухе: если дракон почувствует угрозу, атака последует незамедлительно. Однако Роза лишь довольно урчала, прищурив глаза и доверчиво вытянув шею. Удовольствие от ласки было очевидным.       Картина настолько выбивалась из привычного — охотник, ласкающий дракона, — что Хедер задержала взгляд, не веря собственным глазам. До этого момента ей казалось, что Эйнар просто использует рептилий как орудие. Ошибалась.       Дагур стоял рядом с сестрой, тоже ошарашенный. Видеть, как его новый союзник с лаской обращается с драконом, причём с таким, которого в иных условиях наверняка продал бы с аукциона или сдал бы охотникам, было... странно. Непривычно. Почти неправильно. — Мы с Розой ненадолго отлучимся, — проговорил Эйнар, отвлекаясь от Шипореза. — На севере водятся те самые слизни. Она заслужила угощение. Скоро вернёмся. Не будем мешать семейному общению.       Молодой охотник спокойно покинул помещение, за ним — послушно ступающий дракон. Сестра и брат, оставшиеся позади, молча смотрели вслед. Обоим не хватало слов. Впервые за долгое время у Дагура не нашлось ни единой колкости. Даже Хедер только и смогла, что выдохнуть: — Что это было?.. Ответ повис в воздухе.

***

      Тропа, устланная мягкой травой, вела вдоль линии деревьев. В воздухе витал запах хвои и соли. Между стволами скользили лучи солнца, а в тени царила умиротворяющая прохлада. Эйнар шагал рядом с Розой Ветров — чешуя дракона поблёскивала в полумраке леса, словно была соткана из капель росы. Неожиданно Шипорез остановился, мягко рыкнул и взмахнул крыльями. — Что такое? — Эйнар обернулся, подняв бровь. — Полетать захотелось? Роза Ветров моргнул, опуская шею так низко, что голова почти коснулась травы. — Ну ладно... — охотник неуверенно приподнялся и забрался в седло, — только без выкрутасов. Учти, для меня это в новинку.       Без лишних церемоний дракон оттолкнулся от земли и взмыл в воздух, направляясь на север — к той самой части острова, куда оба и собирались. Траектория полёта была ровной, аккуратной, без резких виражей. Эйнар удивился. В голове промелькнула мысль: Кривоклык бы наверняка крутил мёртвые петли, заставил бы пилота держаться изо всех сил, а потом — в воду. И даже усмехнулся. Перед глазами сразу возник образ бедняги Сморкалы, снова болтающегося вниз головой и умоляющего своего упрямого питомца о пощаде.       С высоты всё казалось другим. Простор, горизонт, небо без границ. Облака были рядом, почти на расстоянии вытянутой руки. Протянув ладонь, Эйнар коснулся одного из них. Воздух стал влажным, а на поверхности облака осталась чёткая вмятина — след от пальцев. — Вода… — пробормотал охотник, задумчиво глядя на капли, осевшие на коже. — Пар поднимается вверх, встречает холод — и вот она, капля. Точно так же, как роса появляется на траве под утро.       Зелёные глаза Розы Ветров коротко посмотрели на всадника, не до конца поняв философский монолог. Но из вежливости дракон кивнул.       Полёт завершился у побережья. Берег был усыпан скользкими валунами, а среди отмелей шевелились морские слизни — живое угощение, от которого не откажется ни один уважающий себя Шипорез. — Отдыхай. Угощение — твоё, утёс — мой, — сказал Эйнар, указывая на высокий каменный выступ неподалёку.       Роза Ветров коротко урчал в знак благодарности и тут же углубился в еду, вытягивая слизней длинным языком и причмокивая от удовольствия.       Солнце уже клонилось к горизонту. Тени удлинялись, небо наливалось янтарем. На вершине утёса Эйнар сидел, облокотившись на колени, погружённый в мысли. Молчание было приятным. Здесь никто не требовал решений, приказов, объяснений. Только небо, море и одиночество.       Позади послышался тихий, хриплый рык — знакомый и дружелюбный. Поворот головы — и перед глазами оказался Шипорез, уже закончивший трапезу. — Всё? Уже? — юноша поднялся с камня.       Взмах крыльев поднял потоки воздуха, и дракон завис прямо под обрывом, с лёгким покачиванием, словно приглашая. — Прыгать? Ладно. Только не забудь — я тебе доверюсь.       Без промедления Эйнар сделал шаг вперёд и спрыгнул с утёса — прямо в седло. Через миг небо снова оказалось под ногами, а ветер, шумящий в ушах, напомнил, как быстро всё может меняться.       Курс был понятен — обратно, туда, где Дагур ждал на берегу, а вместе с ним — новая глава в жизни охотника, который впервые за долгое время почувствовал, что способен летать.

***

      У Хедер с Дагуром глаза округлились почти одновременно, когда к дому неспешно подлетела фигура на спине дракона. Роза Ветров плавно опустилась на площадку перед входом. Всадник не спеша спрыгнул с седла, погладил шею Шипореза и, словно по старой привычке, почесал чувствительную точку под подбородком, отчего крылатая спутница довольно прикрыла глаза и издала гортанный урчащий звук. — Он что, приручил её? — едва слышно пробормотала Хедер. — Приручил? Да он её, похоже, усыновил, — буркнул берсерк, недоумённо вскидывая бровь.       Эйнар, будто не замечая изумления, зашёл в дом. Внутри просторное помещение встречало гладко отшлифованной глыбой, идеально вписанной в интерьер. — Вот здесь и будет твоё место, — произнёс юноша, обернувшись к дракону и указывая на камень. — Выбирали специально. Порода держит температуру, не остывает долго. Насколько я знаю, вы предпочитаете спать на нагретой земле… Подойдёт как идеальное ложе, верно?       Роза Ветров сделала несколько шагов вперёд, обнюхала каменную платформу, развернулась и с удовлетворённым фырканьем опустилась на бок. Веки начали медленно смыкаться — удовлетворённая, сытная и довольная.       Эйнар задержался в дверях. Взгляд скользнул по комнате, на секунду задержался на лице Дагура. Тот, сидя на бруствере, светился от счастья — в выражении черт не было и следа того безумия, которое привыкли видеть окружающие. Впервые за долгое время берсерк выглядел просто... братом. Без роли, без маски.

***

      Позже, когда стороны обменялись любезностями, по деревянному коридору неспешно удалились четверо. Хедер, Дагур, Эйнар и Райкер направились к капитанской каюте. Дверь закрылась за ними с мягким стуком.       Внутри начался разговор — приглушённый, спокойный, но по интонациям и тембрам было понятно: речь шла о чём-то важном, возможно, о предстоящем.       Астрид, оставшаяся за решёткой в трюме, не могла расслышать ни слова. Только глухое бормотание сквозь стены. Она прижалась лбом к холодным прутьям и вглядывалась в темноту, стараясь на слух различить хоть обрывки. Но корабль молчал. Тишина перед бурей.