Благие намерения

— Тебе не кажется, что это чересчур наглое проникновение? — Ммм, нет. — мотнула головой Тереза, и мечтательно промурчала— Нет, мы конечно можем подождать, когда вся школа проснётся, когда студенты начнут шнырять туда-сюда, когда наш сеньор Зорро захочет прибраться в своих владениях, или когда… — Хорошо, я поняла, можешь не продолжать.— перебила ее пламенную речь Оливия, с любопытством спросив, — Кто такой серьор Зорро? Тереза поджала губу, пытаясь объяснить как можно понятнее. — Что-то типа Робин Гуда.— получив в ответ недоумённый взгляд, она продолжила, — Тоже нет? Ричард львиное сердце? Оливия хлопала длинными ресницами, всем своим видом показывая, что подобных имён в жизни не слыхала. Тереза глубоко вздохнула. — Крестовые походы? — Оливия подтверждающие кивнула, — О, хоть что-то ты знаешь. — Профессор натравит на нас первокурсников в белых масках? — нелепо предположила чистокровная волшебница. — Ээ, не совсем, нет —опровергла ее опасения Тереза, — Не забивай голову, нас ожидает тяжёлая миссия, мой юный падаван. — Кт… — Ах, забудь.— остановила дальнейшие расспросы блондинка. — Я тут подумала, — сказала Оливия, поймав косой взгляд, — насчет Седрика. — Не поздновато ли? — изогнула бровь Тереза. — Как мы будем изменять ему память? Просто я не умею, может ты… Тереза посмотрела на соседку так, будто та была наиглупейшим существом на земле. — Конечно, мы не будем этого делать.— проговорила гриффиндорка, делая небольшой акцент на «Не». — Почему? — изумилась девушка. — Слишком опасно, можем оставить парня полоумным на всю жизнь,— откликнулась гриффиндорка и сощурилась, представляя себе яркую картинку из мягких белых стен и пускающего, как сенбернар, слюни Седрика.— Не очень бы хотелось. — Но как тогда… — Просто оставим его где-нибудь рядом с библиотекой, и будем все отрицать, — нараспев сказала Тереза, и, будто вспомнив что-то важное, добавила, — Ах да, ещё ты со своей шайкой дашь мне нерушимый обет, разумеется. Оливия замерла, испуганно глядя на собеседницу. — Но…— она не могла поверить ее словам. Девушку трясло, как на приеме у дантиста, но, собравшись с силами, та продолжила,— Того, кто нарушит обет ждёт ужасная смерть. Тереза ухмыльнулась, весело кивнув. — Как же хорошо, что никто из вас не планирует его нарушать.— В ее болотных глазах плясали чертята, она наслаждалась муками своей шантажистки. — Расслабься, не думаю, что он что-то вспомнит. Это просто для перестраховки, не более. Они шли по длинным тёмным подземельям в тишине, нарушаемой лишь каким-то мерзким скрежетом, доносящимся из труб, оплетающих все пространство фокального этажа. Волшебница задавалась вопросом, как слизеринцы, дети самых знатных семейств волшебного мира могли проводить большую часть своего времени в своеобразном подвале. Да ещё и очень гордиться этим, все же эти чистокровные очень странные. — Ты когда-нибудь уже делала это? —поинтересовалась толстушка, прерывая поток мыслей блондинки, — Просто ты выглядишь так уверенно, вот я и подумала, что… — Нет,— ответила Тереза спокойным тоном, ничего не выдавало ее волнение, максимум, что их ждало за подобную выходку — исключение из школы— не велика потеря.— Кстати, мы на месте. Надеюсь ты знаешь, что искать. Шатенка осмотрелась и отчаянно прошептала: — Здесь замок… Закатив глаза, Тереза достала невидимку и вскрыла замок. — Где ты этому научилась? — восхищенно произнесла соседка. — Это долгая история, — смущенно помялась девушка, мечтательная улыбка расцвела на ее губах, — Ищи давай. Кладовая профессора зелий отличалась огромным количеством полок, уставленными пузырьками разных форм и цветов, обе девушки понимали, что они тут застряли надолго. Они осматривали каждый бутылёк в надежде найти нужный, через полчаса их поиски увенчались успехом. Как вдруг со стороны двери послышались чьи-то шаги. Тереза быстро взмахнула палочкой, накладывая чары невидимости и осторожно выглянула из-за двери, немного удивившись — коридор был абсолютно пуст и безмолвен, не слышно были ни шороха. Переглянувшись девушки вышли из помещения, не забыв запереть за собой дверь. ••• Прошла уже пара недель с того престранного проишествия, надо признать — все закончилось очень даже неплохо, парень был вылечен от любовной лихорадки и транспортирован на ближайшую скамейку, где с утра его и нашли обеспокоенные друзья. На удивление, ни одна душа, живая или мёртвая, не поймала гриффиндорок ни на месте преступления, ни на пути в башню. Свидетельницей стала лишь тусклая луна, освещающая коридоры, ну или девушки так думали. И все же, в тот же день Тереза с легким сердцем взяла обеты с соседок, даже вечно ворчавшая Бетти на этот раз не сильно уперлась, понимала, что провинилась, или же Оливия устроила промывку мозгов — ее это не особо волновало— дело было сделано. Даже вероятно оставшиеся у Седрика воспоминания не оказались большой проблемой, то ли парень постеснялся спросить, то ли действительно решил, что ему все приснилось, а может и вовсе не помнил, но в любом случае его молчание было на руку всем. Ее беспокоило только одно — постоянное чувство, будто за ней кто-то пристально наблюдает, каждый раз оставаясь в одиночестве или закапываясь в архиве в поисках новой информации о Томе Риддле, коей стоит сказать было немного — лучший ученик с отлично сданными СОВ, никаких спортивных достижений, никаких отработок, которые, как оказалось тоже записываются в личное дело, она специально сравнивала с такой же папочкой об одном из Блэков, исключительно восторженные отзывы учителей — ничего полезного это не давало, она и не рассчитывала, что найдёт в школьном архиве информацию о том, как Том резал куриц на растущую Луну или расчленял кроликов для ритуалов, но если тот действительно был сильным темными магом, должны были быть хоть какие-то приводы — у Блэка вот хоть за белые рученьки и в Алькатрас прямо со школьной скамьи, но о Риддле ничего подобного и в помине не было, парень был настолько чист, что даже за ночными прогулками никогда не был пойман. Прямо мистер совершенство. — О великий Мерлин, милочка, да у тебя тут звезда имени, при наложении, оказывается в четвёртом доме, а Венера уходит в десять. Это не хорошо, бедная девочка,— причитала слегка поехавшая профессор прорицаний. — Действительно, — с умным видом соглашалась гриффиндорка, напуская на себя ауру таинственности— Вижу, родившихся в этот день ждёт довольно трагичная судьба, яркая первая любовь обернётся первым предательством, после сорока появятся либо финансовые проблемы, либо проблемы со здоровьем, не уверена, которые обратятся крахом всего жизненного уклада, таким людям стоит остерегаться болезней, для них даже самая маленькая простуда может обернуться смерью,— девушка посмотрела на уже едва сдерживающую слёзы партнершу и продолжила, —О, ещё я вижу, что если ее близкие, возможно, родители, умрут намного раньше, чем она, это станет для неё точкой невозврата. — Да, все верно. 10 баллов Гриффиндора, — похвалила ее старая маразматичка. — У вас талант, мисс Ричардсон. Девушка скромно улыбнулась, даже не удивляясь. Обычно на прорицаниях срабатывал любой ответ, включавший в себя любовь, чью-нибудь смерть или хотя бы сильную болезнь, а их объединение и вовсе было гарантом дополнительных баллов факультету, поэтому она зачастую объединяла все в кучу, сочиняла на ходу, украшая все общими фразами — всегда срабатывало, получалась настолько хорошо, что она слыла лучшей провидицей среди студентов. — О, Мерлин, — напуганно воскликнула пуффиндуйка, по ее глазам уже во вся стекали потоки слез, — Неужели это все правда? Она умоляюще взглянула на Терезу, в надежде получить отрицательный ответ, та в свою очередь лишь серьезно кивнула и, отвернувшись в сторону, прислонила кулак ко рту в попытке сдержать подступающий смех. ••• Тереза возвращалась из проклятого архива, вновь она ничего не нашла, наверное, стоило завязывать с поисками и слезно молить дневник о прощении, тот так и не отвечал девушке, бережёно лелея свою обиду, ей очень хотелось взять непреложный обет и с него, если он расскажет хоть часть из них общественности — политике отца конец, но, увы, сделать это было невозможно, ей оставалось уповать на то, что Том уже чистокровный старикан, которому по большому плевать на политику в мире маглов, или на то, что он уже давным давно мёртв. Оба варианта ей нравились, но были весьма маловероятными — волшебники живут долго, а фамилия Риддл не особо мелькала в летописях, это она могла сказать с уверенностью. «¡Muerdo de hambre!» Не успела подумать девушка, как вдруг услышала какой-то шум, по звуку напоминающий падение человека с коня, отсутствовал разве что душераздирающий вопль, но зато присутствовало какое-то гневное шипение, она вздохнула и направилась в предполагаемую сторону происшествия, за углом ее встретила весьма любопытная картина: На каменном полу лежало маленькое тело одетое в ярко-красные цвета Гриффиндора, крепко зажав в руках новенький полароид, а рядом спиной стоял высокий парень и что-то гневно шипел в след огромному, она могла поклясться, змеиному хвосту. Волшебница замерла, недоуменно хлопая длинными ресницами, не решаясь ни уйти ни привлечь к себе внимание. Резко будто почувствовал чужое присутствие, парень обернулся, оценивающе оглядывая ее с ног до головы и вдруг обезоруживающее заулыбался. — Давно не виделись, поджигательница реликвий.