Это правильно

— Ало? — Ибо отвечает на звонок, не в силах разлепить глаза. Голос хрипловатый после сна, а все тело ломит. — Я слушаю. — Ибо, ты спишь? Водитель заедет через полчаса, съёмку для Vogue перенесли на сегодня. — Менеджер явно находится в движении, потому что создаётся ощущение, что он вот-вот задохнётся. — Сегодня? — Ибо усаживается на кровати, потирая глаза. — Я когда-нибудь досниму эту дораму? Что скажет режиссёр? — Я обо всем договорился. Одевайся и выходи, мы не можем пропустить эту фотосессию. — Хорошо. — Ибо отключается, не дослушав следующее предложение. Пару минут он сидит и пытается проснуться, вглядываясь в белоснежные шторы, сейчас бы проспать ещё десять часов, а может больше. — Нужно уезжать? — вместе с голосом, плеча Ибо касаются тёплые пальцы, а потом Чжань прижимается к нему всей грудью. Ибо прижимает чужую руку к своей щеке и улыбается. Всего секунду назад утро было ужасным, а сейчас и лучше быть не может. Если бы он ещё мог не покидать постель. — Доброе утро. — шепчет Ибо, проверяя время на телефоне, шесть часов утра. — Ложись спать, ещё есть время. Чжань не двигается, прижимаясь лбом к затылку Ибо, а затем ложится, издавая непонятное кряхтение. — Тц, Чжань-гэ, я куплю тебе мазь, суставы болят? — Ибо натягивает спортивки и направляется в ванну, получая подушкой по спине. Чжань улыбается, стоит Ибо скрыться за дверью. Болят, но не суставы и эта боль приятная. *** «Меня никогда так сильно не красят на фотосессиях, тебе не идёт так» Чжань комментирует присланное селфи от Ибо, вновь открывая фото. Ему идёт больше естественный макияж, а ещё лучше без него. Мысли прерывает новое сообщение и Чжань осмотревшись по сторонам, открывает. Стафф, к счастью, оставил его, сделав недолгий перерыв между съемками. «Потому что ты актер, а я айдол - Ван Ибо» Чжань уже представляет самодовольную мордочку Ибо, это заставляет невольно улыбнуться. «Слышь, айдол Ван Ибо, возвращайся и снимайся в своих сценах, меня достали» Ибо должен переодеваться, но он сидит уткнувшись в телефон в одиночной гримерной, скоро ему должны привезти обед. «Кстати, хочешь увидеть ещё кое что? Мне это наклеили, может в будущем сделаю настоящую» Чжань не успевает прочесть до конца, как Ибо присылает селфи, сделанное через зеркало. Его шелковая рубашка распахнута и немного приподнята пальцами Ибо, а в самом низу живота красуется татуировка, небольшая бабочка. Чжань максимально увеличивает, рассматривая ее. — Сяо-лаоши, через пять минут начинаем. — Слышит знакомый голос женщины из персонала и чуть не роняет телефон. — Понял. — Чжань улыбается, словно его поймали за плохим занятием. «Не нравится, гэ?» «Ты такой нетерпеливый, Ибо. Красиво, очень» «Татуировка красивая или я красивый, Чжань-гэ?» Чжань закусывает губу и затем отпивает свой зеленый чай, на пару минут отвлекаясь на пришедшего Юбина. «Ненавижу, когда ты долго отвечаешь. Я пошел, потом увидимся» Это сообщение остается без ответа, потому что Чжаня окружает персонал и он поспешно отдаёт телефон, поставив блокировку. Съёмки никто не отменял. Ибо приезжает ближе к ночи и большую часть доснять они успевают. Все проходит гладко, потому что Ибо отстранён и не пытается шутить. Даже Сяо Чжаня игнорит, что очень непривычно, особенно ему. — Лао-Ван, я был неправ! — ноет Чжань, пока с них снимают макияж после съёмок. — Ибо игнорирует меня, вы видите? Он игнорирует старшего. — Чжань говорит это глядя в камеру. — Вот именно, вот и веди себя как старший. — Ибо выдавливает неискренний смешок, потому что его личная обида не должна попадать на камеру. Чжань продолжает жаловаться оператору и персоналу, а Ибо, закончив первым, быстренько смывается. *** «Прости, Бо-ди, я не думал, что ты так серьезно все воспринял» Чжаню кажется, что проходит вечность прежде чем Ибо отвечает ему. «Забей» Гложет желание забежать в соседний номер и треснуть Ибо как следует, но Чжань держится. «Меня отвлек Юбин, я не виноват» Ибо, искусавший все свои ногти, бесится из за этой новости ещё больше. Пять раз стирает написанное, но все же решается отправить. «Значит ты предпочёл поговорить с кем то другим, а не со мной?» «Ибо, не будь ребёнком» Ответа нет. «Ибо?» Чжань даже сейчас скалится на экран собственного телефона. «Я сейчас приду и голову тебе оторву, Ван Ибо» На этот раз ответ приходит быстро. «Я же ребенок, могу себе позволить так себя вести. Верно, гэ?» Это становится последней каплей. Чжань поднимается с кровати и взяв карту идёт в соседний номер. Что за привычка такая всегда таскать с собой карту от номера Ибо... Чжань находит его на кухне, спокойно попивающим воду. И тот ничуть не удивляется своему гостю. — Может хватит? — Ты знаешь, Юбин тоже в этом отеле. Могу достать тебе карточку его номера. Иначе ты бы вряд ли выбрал мой, не так ли? — говорит Ибо и развернувшись спиной идёт в другую комнату, но Чжань его останавливает. Лучшего способа успокоить его Чжань не находит и целует. Ибо не пытается отстраниться, даже перехватывает инициативу. Но Чжань не хочет так быстро сдаваться и получается так, что они по очереди жмут друг друга к противоположным стенам, пока не заканчивается кислород. Они пристально смотрят друг на друга, тяжело дыша. Взгляд Ибо бегает от губ Сяо Чжаня до его глаз. — Если думаешь, что так все наладишь, ошибаешься. — Ибо выравнивается и продолжает свой путь в спальню, оставляя Чжаня прижатым к стене. Это что щас было? По шуму из телефона, Чжань понимает, что Ибо засел за игру, вот же засранец мелкий. — Ибо, я уже извинился, что ты хочешь, чтобы я сделал? — Чжань ноет, усаживаясь на край кровати, Ибо без перерыва пялится в свой телефон. — Иди спать, завтра съёмки. — Они с обеда. — восклицает Чжань. — Все равно. Чжань смотрит, не видя от младшего никакой отдачи. Перебирает в голове пару версий, но все они отпадают, стоит ему увидеть серьезное лицо Ибо. Чжань тихонько встает и делает пару шагов к выходу, прежде чем обернуться. — Я тоже работал, как и ты сегодня. Ты сидел один, а я был в окружении людей и все равно отвечал тебе, порой даже не слышал, что мне говорят. Я думал, что мы с тобой... — от Ибо никакой реакции, даже голову не повернул. — Спокойной ночи, Ибо. Ибо такой расклад видимо не устроил и он останавливает, почти дошедшего до двери старшего. — Что мы с тобой? — Ничего, я иду спать. — Чжань дёргает крепко сжатую руку. — Что мы с тобой, Сяо Чжань? — голос Ибо становится громче. — Ты делаешь мне больно. — Ибо отпускает, а Чжань потирает покрасневшее запястье. — Думал наши отношения стали крепче вот таких тупых ссор, ясно? Вчера ты сказал, что не сделаешь мне больно, ты уже сделал и я не про руку. Мне больно с тех пор как ты сегодня приехал и не обращал на меня внимания. Голос Чжаня дрожит на последнем слове и он чувствует, что вот вот расклеится. Надо уходить. — Гэ... — Не нужно, мне не нужна твоя жалость. Для меня то, что было вчера оказалось серьезнее, чем для тебя, вот и все. Спокойной ночи. — Чжань дёргает дверь, но она с грохотом закрывается обратно под напором руки Ибо. — Что за чушь ты несёшь? Для меня это максимально серьезно! — голос Ибо и так громкий, но когда он намеренно пытается говорить громче и микрофон нужен. — Тихо ты, блять! — Чжань с привычки накрывает его рот ладонью. — Иди в коридоре ещё поори! Глаза Ибо такие грустные, Чжань немного зависает заглядывая в них. — Я не умею делиться. — Ибо отодвигает его руку, но из своих рук не отпускает. — Особенно тем, что люблю. От мысли, что ты предпочёл отдать своё внимание кому то ещё помимо меня... — Ибо закрывает глаза, хмурясь. — Так было всегда, мне всегда не нравилось, когда ты начинал играть с кем то другим на площадке, когда ты показывал что то в телефоне им, а не мне. А сейчас, когда я знаю тебя таким, это стало невыносимо. Чжань забывает дышать на пару секунд, наблюдая как тяжело было Ибо высказать все это. Рука, которая находилась у Ибо, соскальзывает выше и накрывает его щеку. — Было сложно сказать мне сразу? — Да, я думал глупо высказывать претензии, если мы не, ну... — На лице Ибо еле заметная улыбка. — Ещё я думал, что вчера сделал что-то не так и ты поэтому стал менее заинтересован во мне. — Мои слова о лучшей ночи так быстро покинули твои мысли? — Чжань тоже улыбается, продолжая оглаживать мягкую щеку Ибо пальцами. — Ты невероятный, Ван Ибо.