Договор Трауна

             Мужчина в белом военном костюме заходит в темницу, где раздаётся по мокрым стенам эхо мук и страданий. Но он не обращая внимания на те вопли, просто идёт к двери, открывает её, и замечает на полу замученную девушку. Увидев, как она находится в агонии, он ухмыльнулся, будто чувствуя от такого зрелище, мрачное удовольствие и превосходства над этой ситуацией.       Когда мужчина подошёл к ней, девушка попыталась отодвинуться, но ей не удалось. Тогда она гневно посмотрела в сторону своего мучителя. В её взору отчётливо открылась его злость.       Девушка яростно глядела на его лицо, без капли страха, с каким обычно на него смотрели. Избиения дроидов и штурмовиков¹ не прошли даром. Дикая боль не давала двигаться. Двое охранников на всякий случай напряглись, чтобы в случае атаки со стороны девушки не дать ей напасть на гранд-адмирала², причинив весомый вред.       Мужчина в белом костюме показал жестом руки, чтобы два крупных штурмовика подвели её к нему. Когда пара больших рук протянули замученную девушку, то он заговорил:       — Ну здравствуй, Ахаси.       — Я так понимаю вы поиздеваться пришли, гранд-адмирал…       Гневно ответила девушка. С губ стекала струйка крови, пропитавшая её воротник. Чёрт! Как же она хотела сломать его лицом приборную панель на мостике «Химеры»³, но за неимением подобной возможности чувствовала себя крайне беззащитной.       — Ну-у подумай, — начал он холодным тоном отвечать, — Зачем мне просто так приходить к тебе? — последние слово, он выделил так, чтобы задеть чувства Ахаси, тем самым унижая её достоинство. Дотронувшись до лица девушки, он увидел на губах струйку крови. Чисс⁴ вытер каплю большим пальцем.       От такого жеста девушка сильно удивилась. На него это не было похожим, чтобы он так сделал. Она ожидала от этого тирана-деспота всё что угодно: пощечину, толчок, плевок, но никак заботу! Её удивление длилось правда недолго, оно рассеялось, когда тот снова заговорил:       — Так что снова подумай, глупышка.       — Понятия не имею, что вам, имперцам от меня постоянно нужно.       Огрызнулась Ахаси, глядя на Трауна, которого люто ненавидела. Её трясло. Трясло не от холода, а от злобы и боли. Только вот желание убить чисса постепенно куда-то пропадало.       — Я вижу, даже ощущаю твою злость, но если снова огрызнёшься, то ты пожалеешь что родилась на свет!.. — он ногтем надавил её рану на губе, тем самым показывая ей что он главнее. — Это всего лишь было предупреждение… Но я не за этим пришёл. К твоему счастье я хочу договориться с тобой.       Ахаси слегка поморщилась, глядя на Трауна. Уже не так злобно. Сейчас она больше походила на запуганного ребёнка, чем и забавляла эго гранд-адмирала.       — Забавно… О чём это вы хотите договориться?       Слегка насмешливо спросила она. Но её весь боевой запал куда-то улетучился.       На его лице расплылась, — как ей показалось — зловещая улыбка; но Траун просто широко улыбнулся. Прислонив своё лицо к её уху, он тихо шепнул слова, из-за которых всё тело девушки, по-предательски задрожало.       — Я смогу спасти твою жал… — он остановился на полуслове, будто передумал говорить, но через мгновение он всё-таки продолжил, —…твою жизнь. Но для этого нужно заключить договор, моя дорогая. Так что готова выслушать моё условие? А иначе тебя казнят!       Ахаси вздрогнула, чувствуя горячее дыхание чисса, касающиеся нежной коже юной девы. Слишком близко, в любой другой ситуации она сломала бы ему пару костей, но сейчас чувствовала, что даже не против сменить положение; вот только заметив, как её мысли ушли не в то русло, Ахаси сама слегка испугалась, что было заметно по участившемуся дыханию.       — В любом случае у меня нет другого выбора, кроме как выслушать ваше условие…       — И согласиться, — подхватыв её слова, шепнул прямо в ушко, тем самым едва не задевая губами её мошку. — А теперь встань, — закончив свой разговор, он (будто очнувшись от глубокого транса) прочистил своё горло. Его голос стал серого оттенка, но не холодным, каким был раньше. Отдаляясь от неё, он решил продолжить речь, когда она появиться на его территории.       Приказав охранникам привести замученную пленницу в его кабинет, он ухмыльнулся; и сделав вид, что не обратил внимание на её страх с ненавистью, вышел из темницы.