Шесть причин, почему

Лёша откинулся на подушку с довольным смехом. - Спасибо, Руст. Было здорово. - Эээ, точно? Лёш, посмотри на меня. - Ладно, ты повалил меня на кровать - окей, связал мне руки - круто, но потом...потом ты меня просто погладил! - Это была пощёчина, Лёш... - В том-то и дело, что не была, Руст! Слушай, если я прошу мне врезать - значит нужно именно врезать, а не иначе. Кабардинец ласково посмотрел на Щербакова и потрепал его по щеке в своей обычной манере. - Ну и что мне с тобой таким ненасытным делать? - притворно зацокал языком Рептилоид. - У Нурика бы сто пудов получилось, - проигнорировал вопрос блондин, - вот уж где горячий нрав так и прёт. - Подожди, - смущённо отозвался Рустам, нервно тряхнув головой, - ты хочешь сказать, что... Лёша оставался где-то на краешке надежды на то, что его мягкий и скромный любовник закончит эту фразу, но повисшая в воздухе тишина вынудила его спасать положение. - Ему подойдёт такая роль, - утомлённо выдохнул зеленоградец. Брюнет ожидал услышать: "хочу попробовать с ним" или "представляю его в своей постели". Пытаясь оценить ситуацию и сначала нарисовав себя по ту сторону баррикад, а затем между двух жарких извивающихся тел и поймав выжидающий взгляд Щербакова, Рептилоид наконец бросил: - Можно устроить. Два коротких слова эхом отозвались в воспалённом лёшином мозгу и он, ещё мгновение назад готовый на любой кипиш, теперь крепко призадумался. Наморщив лоб, он коснулся руки кабардинца. - Руст, погоди...Так ты не против? "Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось", - эту несмешную цитату кого-то из резидентов "Аншлага" Рустам старался примерять ко всем аспектам их с Лёшей отношений. В конце концов, настоящая любовь не знает ревности, а эксперименты помогут дольше поддерживать пламя взаимного интереса. - Я поговорю с Нурланом, - ответил кабардинец, нежно целуя губы блондина. - В смысле третьим?, - Рептилоид никогда не видел, чтобы у казахов так округлялись глаза. Сабуров, если уж совсем честно, уже давно видел в Рустаме соперника, оттого так болезненно и воспринимал их интимную-неинтимную близость на шоу, хотя со стороны и смотрелся строгой учительницей, грезящей наконец рассадить парочку хулиганов на галёрке. Поймав азарт, кабардинец посмотрел на друга в упор, и в глазах обоих заблестели огоньки. - Думаешь, я решусь на жертву и позволю тебе переманить его к себе? Высокий брюнет просканировал лицо своего визави, пытаясь считать каждую чёрточку. Рустам как будто опьянел. Он и представить себе не мог, что всё зайдёт настолько далеко, что этот смешливый блондин вот так - раз! и вдруг станет трофеем. Как осознать и принять происходящее, это ведь Лёша, его Лёша, Рептилоид ведь некоторое время назад строил из себя прогрессивного неревнивца. Пусть и звучит это до ужаса тупо. Евроазиат ещё сверлил его взглядом, и кабардинец улыбнулся в бороду: - А ты попробуй. - Звиняй, я без атрибутики, - развёл руками Нурлан, присаживаясь на диван рядом с Лёшей. Лёша состроил гримасу деревенского дурачка, не хватало только его фирменной фразы "а что происходит?" - Ты просил, я тебя услышал. Мне не сложно, а тебе приятно, - дружелюбно пояснил Рустам, плюхаясь рядом и обнимая за плечо. Щербаков нахмурился и потёр переносицу. - Всё равно не одупляю. Нурлан устало закатил глаза. - Трахаться будем, наивный чукотский мальчик. - Фу, как некультурно, - шутливо поморщился Рептилоид. Щербаков решил не предпринимать никаких действий, а просто посмотреть, что, собственно, будет дальше. Тем временем, рука казаха легла на лёшину коленку, мягко её сжимая. - Ну Лёха так сразу не может, своди его в кино для начала, - улыбнулся Рустам. - Поменяем эти два мероприятия местами, - отрезал Нурлан, лаская языком мочку уха блондина. Рустама самого вело от этой необходимости разрываться между хорошим Лёшей и властным Нурланом: он как будто крутил краны, вынужденный подливать то тёплую, то холодную воду в свой тон. - Ты точно хочешь продолжить? - осторожно поинтересовался кабардинец. - Да, Лёш, ты не передумал? - вторил ему казах, изящным пальцем очерчивая скулу блондина. Рискованное на первый взгляд предприятие сулило море удовольствия, а Сабуров с Рептилоидом держались достаточно уверенно для того, чтобы Щербаков согласился. - Я готов, - оглядев обоих брюнетов, выпалил он. А Рустама опять накрыло, в голове металась одна мысль: сможет ли он возбудиться от того, что его парня ласкает другой, не уйдёт ли он сам, оставив эту сладкую русско-казахскую парочку твикс наедине. Но отступать было некуда ввиду довольно-таки явного лёшиного согласия. Нурлан вплотную приблизился к лицу блондина, который пошевелился и вопросительно посмотрел на кабардинца. - Поцелуй Нурлана, - шепнул тот, откидывая назад золотистые волосы Щербакова и чмокая в лоб, как родного. Лёша одним движением развернулся и припал к нетерпеливо приоткрывшемуся рту казаха. Тот углубил соприкосновение губ, удерживая блондина за затылок. Лёша почувствовал, как Рустам успокаивающе поглаживает его спину. Пока Рептилоид взял левую лёшину руку в свою, Сабуров перехватил запястье и расположил его левую руку у себя между ног. Сердце Щербакова бешено колотилось, а парни пока ещё мерно дышали, не теряя хватку. Теперь губы Нурлана исследовали шею блондина, который уже машинально откидывал голову назад. Рустам любовно поглаживал его макушку и шептал что-то умиротворяющее. Не прекращая влажных касаний, казах начал высвобождаться из джинсов, и, когда те отлетели на паркет, снова вернулся к лёшиным губам, попутно расстёгивая свою рубашку. Не дав вдоволь полюбоваться своим отлично сложенным телом, он прижался к Щербакову прессом, крепко обнимая за плечи и пощипывая лопатки. Тем временем Рептилоид пристроился сбоку и перебирал любимые волосы, вдыхая их аромат (да, у него был личный кинк на шевелюру этого парня) Раздевали Щербакова практически одновременно - Нурлан дёрнул на себя спортивные брюки одновременно с боксерами, а Рустам стянул через руки толстовку. Немного неуклюжая прелюдия готовилась перетечь в что-то посущественнее. Когда привставший член Лёши обхватил прохладный воздух, тот поёжился. Но парни, где-то с минуту разглядывавшие Щербакова с двух сторон как какое-то чудо зеленоградской природы, наконец, почти одновременно сделали шаг вперёд. Пальцы казаха уверенно прихватили пунцовый сосок, а во вскрикнувший рот погрузились пальцы кабардинца, оказавшегося позади Лёши. Нурлан собственнически лапал Щербакова, ощупывая каждую косточку. Блондин дрожал, пытаясь откинуться на сильные руки Рустама, лежащие на его бёдрах. Сабуров уже вовсю ставил засосы на чувствительном теле - слишком чувствительном для бывшего спецназовца. С упоением всасывая, втягивая в себя светлую кожу, он всё больше заводился. Теперь Лёша узнал, как получить вдвое больше кайфа. Сейчас его грубо ласкали слева и неимоверно нежно справа - Рустам целовал своего ненаглядного в волосы, затылок, шею, плечи, массировал тёплыми пальцами ключицы. Воровато улыбнувшись, Нурлан опустился ниже. Лёша и сам не заметил, как его сочащийся смазкой член оказался во рту казаха. Когда тот сделал несколько ритмичных движений губами, в ход пошёл язык, а рука Нурлана сжала тяжелеющие яички. - Тебе хорошо? - послышалось сбоку. Лёша невнятно промычал в ответ и почувствовал, как Рустам тоже присел пониже - ощущая невесомые прикосновения губ к позвоночнику и копчику. Пока Нурлан насаживался всё глубже, захватывая возбуждённую плоть, Рустам руками развёл в стороны Лёшины ягодицы и прикоснулся языком к ложбинке между. Нурлан дразняще лизал уздечку, а Рустам заменил язык пальцем, ритмично надавливая на простату. Лёша сжимал бёдра, обхватывая фалангу, его руки бродили у Нурлана в волосах. - Оооох, - болезненно простонал Лёша, и в головах брюнетов пронеслась самодовольная мысль о том, что это междометие было адресовано им обоим в равной степени. Щербаков сходил с ума от горячего дыхания одного и второго любовника, стараясь придерживать обоих и самому не рухнуть на пол. Кабардинец орудовал мастерски, то облизывая пульсирующее колечко, то вводя язык внутрь, сочетая круговые движения с лёгкими щекочущими прикосновениями. Увлёкшись, Рустам стал заходить языком и ниже, касаясь им подрагивающих яичек. - Давай на коленки, - мягко попросил Рустам. Кабардинец метнулся за смазкой, и скоро Лёша почувствовал, что знакомые до боли (ох уж эти двусмысленности) пальцы отработанным движением расширяют вход. Непонятно как оказавшийся по ту же сторону Нурлан звонко шлёпнул Щербакова по ягодице. Рука кабардинца легла на загривок, а казах, обойдя его, положил ладонь на лёшин подбородок и хрипло выдохнул: - Возьми. Перед глазами блондина замаячил длинный и изящный член, испещрённый венами. Шумно сглотнув, Лёша подался навстречу, вынуждая Рустама протиснуться глубже. Губы осторожно обхватили головку, а затем Нурлан с одобрительным рыком сам толкнулся во влажный и нежный рот. Интуитивно увеличивший амплитуду блондин услышал слева облегчённый стон, а справа - тихое "молодец". - Нужно на диван, - пояснил Рустам Нурлану, и тот достаточно твёрдо кивнул, не смотря на то, что уже проваливался в пучину самозабвенных ласк. Уложив Лёшу на спину, они думали, как лучше пристроиться с двух сторон. В итоге Рустам решил сесть на корточки, обхватывая лёшину грудную клетку, а Нурлан встал между разведённых ног блондина. Член казаха огладил вход, нервно сжавшийся и блестящий от лубриканта. Немного подразнив его таким шаловливым массажем, Сабуров начал медленно, но с напором погружаться в красивое тело. Когда его плоть проскользнула на всю длину, Лёша ощутил, как яички брюнета соприкоснулись с его ягодицами. Пока Нурлан размашисто вдалбливался внутрь, то выходя наполовину, то проваливаясь максимально глубоко, Рустам прижимал Лёшу к себе, мимоходом лаская пальцами соски. Живот Щербакова ходил ходуном в такт движениям, сокращающееся отверстие поддавалось нажиму, вминаясь вовнутрь. - Рустам! - вскрикнул блондин, исходя на всхлип. - Шшш, я с тобой, - ласково успокоил кабардинец. Он внимательно смотрел, как в его драгоценного Лёшу погружается твёрдая плоть Нурлана и уже больше не мог отрицать, что его не возбуждает эта идеальная картина. Подложив Лёше под голову подушку, он прилёг рядом, шумно дыша блондину в ухо. Щербаков сначала не понял, что там произошло, но тут бородач взял его за руку, опуская ту на свой каменный стояк: - Сделай мне приятно... С каждым толчком Нурлан ускорялся, выбивая из груди Лёши полустоны-полукрики, и блондину стало легче от такой игры - до того, как его ладонь не оказалась на члене такого близкого и тёплого Рустама, он просто смотрел в бездну страха, перемешанного с диким вожделением. Головка члена заёрзала вверх-вниз по лёшиным ягодицам. Облизав пересохшие губы, Нурлан вышел из него, ощущая скорую разрядку. Пока Лёша, взяв член кабардинца, двигал кожу, Сабуров с глухим стоном стал медленно окроплять его светло-жемчужными каплями. Оглядывая себя, Щербаков совершил несколько нервных дёргающих движений. Рустам смазал ещё больше окрепший член и опустился к лёшиной груди, головкой нащупывая отверстие. Тот моментально расслабился, впуская его в себя. Измождённый Нурлан наблюдал за ними, удобно примостивши голову на подлокотник. Кабардинец толкнулся внутрь, вовлекая лёшины губы в поцелуй. Блондин подался навстречу, стараясь слиться с парнем в одно, дрожа от ощущения того, как член растягивает чресла изнутри. Кабардинец упирался в самые чувствительные точки, заставляя его просто гореть. Лёша так дико затрясся, что это ощутил и Рустам сквозь растянутые стенки. Он уже сам не мог сдерживаться, и, поскуливая, опустошился, хватаясь губами за Лёшину ключицу. Тот уже было не лишился чувств, испуганно глотая ртом воздух, которого вдруг стало ничтожно мало. Внезапно Лёша обмяк, а сознание ещё больше затуманилось. - Переедешь к нам? - кинул кабардинец взгляд на Нурлана. - А то, - улыбнулся он, перебирая лёшины волосы.