Под одной крышей

Обложка к фику: http://cs9487.vk.me/v9487725/1973/mumuKeVM3hc.jpg Ya_wa, с Днем Рождения еще раз! - - - - - - - - - - - - - - Регина. Что Регина могла знать о жизни девушки, не общаясь с ней столько лет, да и не пребывая в тесных отношениях, будучи в Сторибруке. Разве Миллс могла думать о том, что все перевернулось в жизни Эммы с ног на голову, и все то, что она узнает о блондинке – подвергнет ее в шок? Конечно же, Регина не думала об этом, прекрасно осознав тот факт, что девушка стала закрытой для нее, хотя она никогда и не была открытой книгой. Однако Миллс думала о том, что произошло накануне вечером, когда, казалось, невинная шутка превратилась в такую сцену, от которой у женщины до сих пор потряхивало колени. Она не понимала, откуда взялось это волнение при близости Свон, и откровенно говоря, ей не хотелось об этом думать. Это было неправильным, к чему Регина не была приучена, это путало все мысли. Она понимала, что не может сохранять спокойствие, когда Эмма склонилась над ней так близко, что Миллс чувствовала ее теплое, отчего-то сбившееся, дыхание. Нужно быть идиотом, чтобы не понять двусмысленность ситуации. Когда брюнетка вышла из душа, девушки уже не было на виду, судя по всему, она опять заперлась в своей комнате, черту которой Регина ни разу не пересекла. Это было неким правилом, что комната – особое место, место уединения с своими мыслями, и ни одна из них не должна рушить эту преграду. «То что мы живем под одной крышей, это еще не повод для близких отношений», - крутилось в голове Миллс, когда она, чувствуя собственный стыд, пыталась прислушаться, что происходит за соседней стенкой, прижавшись ухом к обоям. Однако она не услышала ничего, кроме пронзительной тишины… * * * Прошло несколько дней с того момента, когда Регина осознала неправильность своих мыслей и плохую шутку. Отношения с Эммой не были напряженными, возможно отчасти из-за того, что каждая из них сделала верное решение – не разговаривать о случившемся, это было действительно лучшим выходом из ситуации. Однако, не смотря на простоту в отношениях, Миллс замечала, что девушка ходит несколько хмурая, без особого настроения, и даже на привычные колкости брюнетки, либо не отвечает совсем, либо без особого энтузиазма. Но Эмма не будем Эммой, если расскажет о том, что ее беспокоит и гнетет все эти дни, поэтому, Регина решила больше не докапываться, у них ведь нет повода для близких отношений. * * * Свон сидела ранним утром уже на кухне, готовя какие-то наброски на бумаге и изредка делая глоток кофе, аромат которого разносился по всей квартире. Миллс сонно потянулась, приветствуя девушку и готовя себе завтрак. Блондинка была в более радостном расположении духа, нежели в предыдущие дни, чему мысленно возрадовалась женщина, отмечая про себя, что это бы порадовать свою соседку хотя бы ужином. - Ты рано встала, - задумчиво протянула Регина, усаживаясь рядом за стол. Эмма по-прежнему не поднимала взгляд, внимательно набрасывая какие-то эскизы. - Неспокойная ночь, - честно призналась та, однако уголки ее губ чуть поползли вверх, давая понять, что все в порядке и нет повода для беспокойства, - я сегодня буду работать дома, так что днем высплюсь, если приспичит. - Я волнуюсь за тебя, Эмма, с тобой все хорошо? – Миллс давно не испытывала такого чувства заботы еще со времен, когда Генри жил с ней. – В последнее время ты ходишь такая хмурая, что… - Не начинай, прошу. Я же сказала, что разберусь с этим. Брюнетка пожала плечами, показывая Свон, что это ее дело. Хотя она могла бы поблагодарить Регину за то, что та искренне старается помочь и переживает, но вряд ли Эмма так уверена в том, что Злая Королева изменилась. Она предпочла верить в то, что такие люди, как Миллс – они не меняются. Она сама выстроила эту стену вокруг себя, видно тая какую-то обиду из прошлого… Покончив с завтраком, Регина быстро собралась на работу, оставляя девушку наедине с собой. Женщина все еще была напряжена из-за того, что Эмма не подпускает ее ближе, хотя и сама не могла ответить на простой вопрос: зачем ей нужно быть ближе с блондинкой? Казалось, зачем тревожить те отношения, которые уже устоялись. Они ни на что не претендовали, а роль обычной соседки – должна была устраивать. Должна была. … Регина прокляла себя за нерасторопность, резко врезавшись в кого-то на выходе из подъезда, хотя еще несколько лет назад, она бы обрушила ругательства на того, кто попался у нее на пути. Женщина неловко подняла взгляд на человека, стоящего впереди. Это была девушка, рыжие волосы чуть разметались от неожиданного удара, и она, почему-то искренне улыбаясь, потирая свой лоб. - Простите, я такая неуклюжая, - сочувственно выдавила она, нагибаясь, чтобы поднять упавшие бумаги. - Нет-нет, это я спешила и не замечала ничего перед собой, - Регина улыбнулась в ответ, отмечая, как потеплело у нее на душе от доброты людей, хоть и не в самой прекрасной ситуации. Женщина присела рядом, чтобы помочь собрать листы, но заметив там рисунки, замерла. Необычной красоты портреты и наброски людей красовались на разбросанной вокруг бумаге. Девушка чуть приподняла голову, не понимая, отчего замерла брюнетка. - Вы очень красиво рисуете, и хотя я не особо разбираюсь в этом… Ваши работы восхитительны. – Широко улыбаясь, заметила Миллс, глядя как лицо рыжей девушки чуть краснеет от смущения, а улыбка трогает полноватые губы. Регина сама не знала, что в незнакомке так притягивало, то ли бесконечное обаяние, то ли красивая улыбка, то ли милые черты лица, но впервые ей хотелось быть такой доброжелательной к человеку, с которым сталкиваешься. Девушка подняла все рисунки, вновь убирая их в сумку и поправляя ее на плече. - Спасибо, я пока только учусь, - ослепительно улыбнулась она, - кстати, позвольте мне высказать свое мнение, как художника, чтобы поднять вам настроение и Вы не обижались на меня за это столкновение… - О, я не обижаюсь, - торопливо добавила Регина. - И все же, у Вас очень красивые черты лица, я бы даже Вас нарисовала, если бы Вы так не спешили… - Что поделать, - брюнетка пожала плечами, все еще улыбаясь, - работу никто не отменял. Простите еще раз, хорошего дня! - И Вам! – Рыжая девушка последний раз одарила женщину улыбкой, после чего скрылась в подъезде. * * * Весь день Регина сидела, как на иголках, какое-то внутреннее беспокойство терзало ее душу, будто вот-вот должно что-то случиться. И что-то не очень хорошее, судя по ощущениям. Миллс привыкла доверять внутреннему голосу, но отказывалась верить в то, что может произойти что-то плохое, она не была готова к этому. К тому же, вечером она решила сделать сюрприз Эмме, чтобы та перестала сидеть, повесив нос не понятно из-за чего. Брюнетка надеялась, что суши, которые девушка просто обожает, поднимут ей настроение, во всяком случае, на вечер. Регине не пребывала в диком восторге, когда видела блондинку в плохом расположении духа, и даже стала ловить себя на мысли о том, что ей не хватает этих подколов в адрес друг друга. Миллс специально отпросилась пораньше с работы, заехав за продуктами и отправившись домой. Все еще смутное чувство не давало ей успокоиться, так что брюнетка молча пыталась прийти в себя и забить на все нехорошие мысли. - А вот я и дома, я купила суши, потому что думала… - тараторила Регина, торжественно вваливаясь в квартиру, и тут же тормозя у порога. Эмму отвлек звук падающих на пол пакетов. Женщина стояла, боясь пошевелиться, потому что то, что она увидела – мягко говоря подвергло ее в шок. Она, как будто, забыла, как говорить, сухой ком застрял в горле, а руки противно затряслись. Грудная клетка готова была разорваться от эмоций и тяжелого дыхания, и Регина чувствовала, как мир медленно замирает у нее перед глазами. Все еще прокручивая момент, когда она зашла домой, она отказывалась верить в то… что Эмма, та самая Эмма Свон, ее соседка, Спаситель, белокурый ангел, эта истеричка… она целовалась с девушкой. Она просто сидела на излюбленном диване, придерживая хрупкое тельце девушки и целовала ее. «Целовала ее в губы!!!», - про себя завопила Миллс, после чего вообще перестала дышать. Девушка обернулась, и только тогда, женщина заметила эти рыжие волосы, сбившиеся и раскидавшиеся по плечам, то самое лицо, которое она видела утром. Эта была та самая рыжая девушка, с которой столкнулась Регина утром. Без возможности что-либо произнести, она молча закрыла дверь, вновь обращая внимания на Эмму и ее подружку, которые даже не старались отстраниться, по-прежнему держа в объятиях друг друга. Миллс, проклиная себя за свою глупость, прокручивала в голове эти настойчивые прикосновения блондинки к губам девушки, и что-то очень неприятное кольнуло внутри, заставляя все органы сжаться. Женщине показалось, что прошла уже вечность с тех пор, как она вошла, однако прошло лишь несколько секунд. И прежде чем Регина услышала голос Свон, она уловила несколько растерянный взгляд рыжей. - Ты сегодня рано, - спокойно произнесла блондинка, прекрасно понимая все чувства, которые сейчас испытывает Миллс, - познакомься, это моя девушка, Дженни, - она показала на нее, расплываясь в улыбке, - Дженни, это моя соседка – Регина. Брюнетка чуть сконфузилась, ее не особо устроило определение «соседка», в крайнем случае она могла сказать «старая знакомая», «невыносимая стерва», ну, или на худой конец, «мать моего ребенка». Да, «мать моего ребенка» - было бы отлично, хотя и достаточно шокирующе для Дженни, которая наверняка бы не знала, как понять эту интерпретацию. И знает ли она о том, что у Свон вообще есть сын? Неожиданно, Регина поняла, что начинает закипать. К чувству зарождающейся ревности, прибавилось негодование от того, что Эмма могла так просто бросить все, что у нее было в Сторибруке – сына, семью, работу, даже Миллс, которую она терпеть не могла, и начать жизнь заново в Бостоне, влюбляться, зарабатывать, вмиг забыв о том, что было прежде. - Очень приятно, Дженни. – Регина натянуто улыбнулась, решив пока не говорить блондинке о том, что утром столкнулась с ее девушкой, да еще и отметила про себя тот факт, как она красива. - Взаимно, - в отличие от Миллс, она улыбнулась без намека на фальшь, - значит, наша встреча была не случайной. Регина знала, что надо или поздно это случится, но не очень была готова к тому, что именно сейчас. Эмма удивленно переводила взгляд от женщины к рыжей, пытаясь понять, о чем ее девушка говорит. - Мы встретились… точнее столкнулись сегодня внизу, когда я шла к тебе заниматься. Брюнетка напряглась, занося пакеты на кухню. Значит, Дженни занимается со Свон рисунком? Регина несколько опешила, не понимая, как раньше она не замечала тех людей, которые приходили заниматься к Эмме. Единственное, что женщина знала о своей соседке – то, что она преподаватель рисунка, знала, что иногда к ней приходят заниматься, но никогда не замечала кто именно. Обычно, в это время Миллс запиралась у себя в комнате, слушая музыку или просто отдыхая. Но Дженни… вот хрень. - Она тебя не убила? – Эмма нахмурилась, другого от нее Миллс и не ожидала, раздраженно начав разбирать пакеты. Праздник удался! Однако обернувшись, Регина заметила, как Джен в полнейшем непонимании смотрит на свою подружку, как будто та говорит не о брюнетке, как будто она никогда не была Злой Королевой. «Видишь, Свон, люди меняются. Даже такие, как я.», - недовольно подумала про себя женщина, продолжая слушать разговор. - С чего ей вдруг убивать меня? – Вопросительно подняла бровь рыжая, притягивая девушку к себе. – Не все ведь такие обидчивые, как ты. Подумаешь, столкнулись… Регина не смогла подавить саркастический смешок, услышав подобное об Эмме, и видно блондинке это не особо понравилось, потому как она тут же кинула взгляд в сторону Миллс. - Ой, молчала бы уже. - Да я и молчу, - подняла руки женщина, широко улыбаясь, - не хотите поужинать? Дженни тут же заинтересовано приподнялась, довольно кивая. - Я только за. – После чего обернулась к Свон. – Милая, что скажешь? Это «милая» резануло по ушам Регины, вновь заставив почувствовать какую-то странную ревность, будто Спаситель всегда принадлежала только ей. Она чувствовала это весь вечер, начиная противиться той мысли, что сама предложила ужинать всем вместе. И хотя она старалась поддерживать общий разговор, женщина чувствовала себя несколько неуютно, глядя на то, как Эмма искренне заботится о своей девушке, чего всегда была лишена сама Миллс. Она никогда не чувствовала себя нужной, любимой, поэтому, наблюдая за Дженни и Свон, испытывала настоящую ревность. Блондинка сидела достаточно плотно к девушке, всячески кокетничала с ней, но при этом старалась не заигрываться и не целовать ту при Регине, понимая, что женщине может быть не комфортно. Миллс и правда сидела, как на иголках, сама не понимая, на что злится. Скорее на себя, на то, что из головы не выходит тот вечер, когда Эмма приземлилась сверху женщины, и шутка приобрела неясный поворот. Она злилась даже на дружелюбную и милую Дженни, которая была так хороша, что завоевала все внимание и нежность Свон. Регина видела блондинку такой заботливой, пожалуй, впервые, не считая тех дней, когда она крутилась так около Генри. Изрядно выпив, Миллс старалась оставить надоедающие мысли, ей не очень нравилось, как девушка, напившись, начинает вести себя совершенно неадекватно, и ее недвусмысленные приставания к Джен – явно не нравились Регине. Однако рыжая быстро, хотя и неохотно, остановила эти попытки соблазнения, в отличие от Эммы понимая, что они находятся не одни. Когда ужин закончился, Свон проводила Дженни до двери, и Миллс не могла остановить себя от подслушивания, о чем те говорят - Я рада, что мы помирились, - улыбалась рыжеволосая девушка, забирая в руки свой пакет с рисунками, - ты бываешь невыносимой, но все равно я знаю, что ты не желаешь мне зла. - Ты сама знаешь, что я обожаю тебя, Джен, - сильные руки сгребли в охапку хрупкое тельце, прижимая к себе. - Я люблю тебя, Свон, - засмеялась та, тут же оказываясь в плену губ блондинки. Регина чувствовала себя отвратительно, без возможности оторвать взгляд от Эммы, которая целовала свою возлюбленную. Кулаки сами сжались, а губы поджались из-за обиды на девушку. Это тупое чувство ревности засело у нее в груди, и только после того, как входная дверь хлопнула, Миллс пришла в себя. - Значит, девушка…? – Выпалила брюнетка, бросая посуду и направляясь за уставшей Свон, которая уже и думать про Регину забыла. – Куда ты идешь, уходишь от разговора? - Миллс, у меня был тяжелый день, отвяжись, ради всего святого, - устало пробормотала девушка. - Свон, у тебя хоть капля совести есть? Я притащила тебе ужин, чтобы ты не сидела с нахмурившейся миной, а ты мало того, что зажималась на диване с девушкой, про которую я знать не знала, так еще сожрала довольно ужин и теперь идешь… спать? - Это ты говоришь мне о совести, Регина? Брюнетка закипала, как Эмма смела так говорить? «Вот и делай добро людям после этого», - раздраженно подумала брюнетка. - И вообще, как я теперь буду с тобой жить? - Чего? – Свон, наконец-таки, обернулась, непонимающе хмурясь. - Получается что ты… ты.. господи, Эмма, как ты докатилась до такого? - Знаешь что? – Неожиданно разозлилась блондинка, что женщина на секунду опешила от такой резкой перемены в настроении. – Иди ты к черту, катись в свою комнату и оставь меня в покое! Многое ты знаешь? Ты не знаешь обо мне ничего, и никогда не знала… -… когда мы жили в Сторибруке, - попыталась перебить Регина, но девушка вновь не дала ей вставить слово. - Когда мы жили в Сторибруке, ты и видеться со мной не хотела, вечно находила повод напакостить, сделать какую-нибудь дрянь, и не смей говорить о том, что ты не хотела избавиться от меня. – Эмма сама не заметила, как сорвалась на крик, а сердце билось с такой силой, что готово было вырваться в любую секунду. – Ты даже не давала ни единого шанса, чтобы наладить с тобой отношения, ты так любила себя, что смотрела на остальных с высока, даже на тех, кто всегда был с тобой рядом, стараясь поддержать тебя, но ты же была такой слепой самовлюбленной дурой, что… а знаешь что? Я не хочу отчитываться перед тобой, делай, что тебе вздумается. Не нравится жить со мной, собирай свои вещи и проваливай, Регина. Мы с тобой даже не подруги, чтобы я слушала твои нравоучения о том, к кому мне лезть в штаны, хотя в твои я бы никогда не полезла, даже если бы ты была последним человеком в моей жизни. Миллс сама не ожидала такого монолога от блондинки, внутри все жгло от невыносимой обиды, и чувствуя, как глаза начинают щипать от слез, а внутри все взрывается от ненависти, она молча и быстро удалилась в свою комнату, хлопая дверью так, что вибрация отдалась на стены. Регина не знала, отчего так завелась блондинка, но ее слова, что даже если бы женщина была последним человеком на земле, она не стала бы с ней спать – глубоко засели в душе, раня без ножа. Миллс никогда не позволяла себе проявлять слабость, но сейчас, чувствуя, как горло связывает боль и она не в силах даже сглотнуть, а накопленные слезы должны вот-вот вырваться на свободу, катясь по щекам – она сдалась. «Это мы еще посмотрим, Свон», - чувствуя собственные слезы от обиды, подумала Регина, слыша, как в соседней комнате все крушится и бьется, - «Это мы еще посмотрим….». - - - - - - - - - - Эмма и Дженни: http://cs9487.vk.me/v9487725/1827/fXmuVpbzin0.jpg