Под одной крышей

Курсивом будут выделены флешбеки из Сторибрука. Всем приятного прочтения:) - - - - - - - - - - - - - - «- Мама, мы с Эммой были на таком крутом фильме, жаль, что ты не пошла с нами, - с порога радостно завопил мальчик, почти мгновенно скрываясь на втором этаже, оставляя своих мам наедине. Регине не нравилось это состояние, она не любила оставаться с шерифом наедине. Какое-то чувство дискомфорта постоянно мешало ей сосредоточиться, да и вести обычный разговор. Хотя к чему скрывать, у нее никогда не было желания разговаривать с блондинкой. Почти никогда. - Вот, - Свон протянула небольшую коробочку в руки брюнетки, - мы принесли Вам попкорн, в случае, если вы захотите посмотреть какой-нибудь фильм в одиночку. - Я похожа на того, кто ест попкорн, шериф? – Скептически изогнула бровь женщина, растягиваясь в саркастичной ухмылке. – К тому же, разве я похожа на человека, который смотрит вечерами фильмы? К тому же в одиночку… - Нет, но… Эмма замолчала под тяжелым взглядом мэра, которая всем своим видом давала понять, что не настроена на разговор, а попытки блондинки хоть как-нибудь сблизиться – просто скучны и не оригинальны. Свон неловко топталась у порога, прекрасно понимая, что женщина не станет терпеть эту затянувшуюся паузу и просто уйдет, хлопнув дверью у нее перед носом. - Если хотите, мы могли бы сходить поужинать с Вами и Генри… - с надеждой спросила девушка, чуть улыбаясь, - к тому же, Вам не придется готовить, да и кафе «У Бабушки» совсем не худшая альтернатива. - Я тронута, мисс Свон, - оскалилась брюнетка, сказав это только из жалости, - но нет. Всего доброго. Как того и ожидала Эмма, дверь хлопнула перед ней, оставляя шерифа разочарованной еще больше. - Почему ты такая упрямая, Миллс? – Тихо прошептала она себе под нос, разворачиваясь и идя к своей машине…» * * * Регина резко проснулась от противного пищания будильника, излишне нервно пихая его рукой, заставляя замолчать. Утро не предвещало ничего хорошего, впрочем, как и вчерашний вечер, как и сегодняшний вечер тоже. Всю ночь женщина спала неспокойно, ей снились моменты из ее прошлого, которое она теперь так старалась забыть, словно это было какой-то огромной ошибкой в ее жизни. Нехотя вылезая из постели, женщина поплелась в душ, чтобы хоть как-нибудь приободрить себя. Эмма все еще спала, однако, когда Миллс вышла из душа, девушка уже завтракала, сонно размешивая сахар в чашке. Услышав шаги, она подняла голову, как будто намеревалась увидеть здесь кого-то, кроме Регины. Брюнетка нервно дернула плечами от нежелательного взгляда и вообще столкновения на кухне, хотя понимала, что избегать Эмму в небольшой квартире – бессмысленно. Молча пройдя мимо блондинки, Миллс вернулась в свою комнату, чтобы переодеться. Встречаться с соседкой совершенно не хотелось, но и уйти не завтракав, не хотелось. Приняв решение перекусить по пути, Регина гордо выпорхнула из своей комнаты, проходя мимо Свон, которая в этот раз, уже не удосужилась поднять свой взгляд. «Уж лучше молчать, чем сейчас говорить о чем-либо», - сделала вывод брюнетка, пронзительно громко хлопая дверью. День отчего-то настойчиво медленно шел, тянулся словно кленовый сироп, даже не стараясь становится чуть быстрей. Регина только и делала, что поглядывала на часы, это при том, что она все же работала. Вчерашние слова Эммы надолго засели у нее в голове, обжигая каждый раз, однако Миллс отказывалась возвращаться к воспоминаниям о прошлом, возможно, она была не готова признавать некоторые очевидные вещи, потому как не хотела признавать их даже раньше. * * * «Блондинка сидела у себя в офисе, переделывая очередной отчет для мэра. Она не понимала саму себя, почему до сих пор терпит все это? Почему она терпит Регину? Она знала, что не хочет оставаться здесь и ее все еще тянет обратно в Бостон, но казалось, какая-то неведомая сила не давала ей бросить Миллс. Эмме казалось, что в этой женщине еще не все потеряно, а в глубине ее души есть то самое теплое, темное и укромное место для доброты и нежности. Девушка практически не сомневалась в этом. Ее размышления неожиданно прервал стук каблуков, и через мгновение на пороге появилась мадам мэр. Сердце блондинки сжалось, рождая садо-мазохические чувства, уже готовясь к лавине негодования и ярости от женщины. Глупая улыбка расплылась на лице Эммы, пока она наблюдала за тем, как брюнетка медленно, неторопливо направляется к ней. Наверняка сейчас опять все раскидает, наорет и уйдет. Регина всегда так делала. А Свон молчала, она сама не понимала, отчего не может дать отпор. Ведь раньше могла, а сейчас… - Вы переделали мой отчет? – Сухо спросила женщина, едва облокачиваясь на стол шерифа, то ли случайно, то ли нарочно давая нырнуть взгляд в ее декольте. Эмма знала, что это неправильно. Знала, что это непростительно, даже немного стыдно, но не могла удержать собственный взгляд от небольшой шалости, мысленно отмечая про себя, что формы у мэра что надо. Кажется, та заметила, на что смотрит девушка, поэтому Миллс закашляла. Ну конечно, Свон, вот она и поймала тебя! - Но мы ведь виделись с Вами три часа назад! К тому же, у меня было дело… - Я уверена, что ваше дело могло было подождать! – Возразила брюнетка, не прерывая зрительный контакт. - А потом Вы обвинили бы меня в том, что я плохо справляюсь со своими обязанностями… - А разве хорошо? – Регина откровенно рассмеялась, заставив блондинку сжать руки в кулаки. - Как только я закончу отчет, я дам Вам знать, мадам мэр, - угрюмо отозвалась Эмма, не понимая, за что Миллс ее так не любит. Женщина широко улыбнулась, и девушка подумала бы, что это было искреннее, если бы не знала Регину. Однако, она тут же скрылась, оставляя легкий шлейф любимого аромата. Блондинка еще долго пыталась понять, зачем приходила мэр, ведь вполне было очевидно, что за такое время она не смогла бы закончить отчет, создавалось впечатление, что брюнетка нарочно ищет этих встреч. Но зачем?» * * * Чувство обиды не замолкало внутри ни на секунду, поэтому даже вечером, вернувшись домой, Регина не хотела общаться с Эммой, к тому же пересекаться. Благо, зайдя в квартиру, она не обнаружила на привычном диване блондинку, облегченно вздохнув. Наверное, Свон все еще на работе или у своей подружки. Мысль о Дженни на секунду выбила женщину из равновесия, на самом деле Регина до конца не могла осознать тот факт, что бывший шериф встречается с девушкой. Что она вообще предпочла женский пол. Если Миллс не изменяла память, у Эммы никогда не было никаких склонностей, а когда та умудрилась поддаться охмурению Грема – в этом тем более не осталось сомнений. Женщина не знала, отчего ее это так заботило, тем более не могла разобраться в навязчивом чувстве ревности, которое разжигало огонь внутри ее. Ей стало интересно: какого это, когда Свон трогает свою подружку, что чувствует рыжая, когда Эмма целует ее, когда изучает губами все ее тело, когда скользит пальцами в горячую плоть. Миллс стала выходить из себя, ругая за непрошенные мысли, однако мурашки, пробежавшиеся по спине, ясно давали понять, что ей это не безразлично. Регина не хотела мириться с этой мыслью, ей вообще должно было быть все равно. Подумаешь, какая разница, кто там у этой Свон: девушка или парень, Эмма всегда останется Эммой – той, до которой дела не должно быть. Однако, как будто стараясь опровергнуть эти мысли, блондинка тихо вышла навстречу, судя по всему, все это время она сидела в своей комнате. Не говоря ни слова, она подкралась к дивану, мягко, совсем беззвучно, садясь на него. И если бы Миллс не знала о том, что девушка уже в комнате – она так и не услышала бы ее. Решив не обращать на Эмму никакого внимания, Регина открыла холодильник, в надежде найти что-нибудь, из чего можно приготовить хотя бы скудный ужин. К ее удивлению, внутри стояли уже контейнеры с готовой едой, явно постаралась Свон, однако помня то правило, что питаются они отдельно(хотя время от времени и готовили вместе, делясь ужинами), Миллс проигнорировала этот факт, наспех доставая продукты, чтобы съесть не очень плотный салат. Блондинка молчала, плотно сжимая губы и наблюдая за Региной, которая не смела даже повернуться лицом к хозяйке квартиры. Весь день Эмма чувствовала себя не в своей тарелке, осознавая свою вину и резкость, с которой вчера разговаривала с женщиной. Однако гордость и обида за то, как мэр обходилась с ней раньше, не давало ей извиниться. - Как прошел день? – Как ни в чем не бывало, спросила блондинка. Миллс даже не думала вновь говорить с ней, поэтому не обратила никакого внимания на вопрос, будто он и вовсе не был озвучен. Закончив приготовление, женщина молча присела за стол, наслаждаясь долгожданным ужином. Свон не отрывала от нее взгляда, все еще надеясь получить ответ, хотя надеяться, что Королева снизойдет, это тоже самое, что ждать снега в разгаре июля. Она была непоколебима. Ни один мускул не дрогнул, ни один косой взгляд не упал на Эмму, как будто ее не было на кухне. Несмотря на это, брюнетка чувствовала этот тяжелый, пытливый взгляд, желая как можно скорее скрыться от него. - Регина… - вновь позвала Свон, питая еще одну маленькую, совсем ничтожную надежду на то, что женщина ответит. Однако она продолжала молчать. Несмотря на то, что она не хотела говорить, не хотела отвечать, Миллс почувствовала, как что-то дрогнуло у нее внутри, а сердце забилось чуть быстрее, когда Эмма позвала ее так тихо, практически обреченно. Но Королева на то и Королева, чтобы держать все эмоции и чувства при себе, поэтому, продолжала оставаться спокойной, а покончив с ужином, гордо ретировалась в свою комнату, оставляя блондинку наедине со своими мыслями. * * * «Эмма быстро огляделась, прежде чем закралась в магазинчик Голда, пока того не было на месте. Регина прошмыгнула следом, стараясь не отставать от шерифа. В конце концов, дело касается их общего сына. Блондинке не составило огромного труда найти ту самую дверь в маленькую комнату, где мужчина хранил все ингредиенты и заклинания. Судорожно начав искать, девушки забыли о времени, проведенном внутри, однако как только Миллс нашла нужный тюбик с зельем и жестом показала Эмме, что пора уходить, входная дверь скрипнула, а колокольчик оповестил о том, что вернулся хозяин. Сердце Свон пугливо сжалось, не зная, что делать, попадись они на месте преступления – беды не миновать. Она кинула быстрый взгляд на не менее испугавшуюся мадам мэра, пытаясь сообразить на ходу, как им поступить. Оглядевшись, Эмма заметила небольшой шкаф, в таких шкафах только и дело, что хранить верхнюю одежду. Блондинка кивнула на единственное, по ее мнению, реальное убежище, и стремительно подойдя к нему, открыла дверцу. Как она и думала, там почему-то хранились многочисленные костюмы и какие-то плащи. Свон сдвинула вещи в сторону, чтобы оставить хотя бы немного места, для того, чтобы поместиться внутри. Регина все еще стояла, нахмурив брови и явно высказывая молча свое недовольство, сжимая губы и скрестив руки на груди. Королеве не по статусу лезть в пыльный шкаф, но ничего не поделать. Шериф, слыша приближающиеся шаги, сжав зубы, рванула брюнетку на себя, едва ли не силой запихивая в шкаф и залезая следом. Тихо прикрыв за собой дверь, девушка облегченно вздохнула, радуясь тому, что они успели, потому что уже в следующую секунду, Голд вошел в ту комнату, где обе находились. Однако страх не отступал, они все еще могли попасться, даже дышать было трудно… Но этот страх был уже не только из-за мужчины, Эмма только сейчас заметила, как плотно она прижимается к Регине, нервно понимая, что чувствует ее тяжелое дыхание на своем лице. Кажется, их разделяли всего миллиметры, но полная темнота в шкафу, не давала это оценить по-настоящему. Шкаф оказался меньше, чем девушки ожидали. Голд, судя по звукам, копошился в своих баночках-скляночках, даже и не подозревая, что в его шкафу сидят шериф и мэр. Миллс чуть заерзала, и Эмма хотело было возмутиться тому, что та не может стоять спокойно, но затем неожиданно поняла, что ее собственная нога упирается в разведенные ноги Регины. Блондинка молча поблагодарила Бога, что в шкафу было так темно, что женщина не увидела, как смущенно краснеет та, однако убрать ногу было совершенно некуда. Пытаясь хоть как-то унять пыл мэра, которая явно убьет Свон после того, как они выйдут, девушка, нащупав лицо брюнетки, порывисто приложила ладонь к ее губам, безмолвно прося немного потерпеть. Она чувствовала горячее дыхание Регины, да и в шкафу становилось жарко, мягкие губы прижимались к ее пальцам, и Эмма почувствовала, как нервная дрожь пробегает по ее позвоночнику. Наконец, не выдержав, Миллс убрала руку блондинки, чувствуя себя неуютно, и в то же время немного странно, стоя так близко к шерифу, чувствуя, как нервно дышит та. И стоя в этой непосредственной близости, Миллс поймала себя на мысли, что давно никому не позволяла нарушать свое личное пространство, тем более человеку, которого не может переваривать. Она чувствовала, как тело Эммы прижимается к собственному, даже слышала глухой стук ее сердца, однако все неправильные мысли были сосредоточены там, где прижималась ее нога, будь она проклята! Как будто блондинка нарочно сделала это… Прошло еще немного времени, и девушки услышали, как Голд вышел из лавки, давая им облегченно вылезти из шкафа и глубоко вздохнуть воздух. - Какого черта, Свон? – Резко выпалила мэр, как только отошла. - Что опять? – Устало спросила Эмма, порядком устав ругаться с женщиной. - Какого черта ты уперлась своей ногой в меня? - Боже, мисс Миллс, Вы же знаете, что мне некуда было отступить, шкаф оказался меньше, чем кажется на первый взгляд, - выдохнула блондинка, но поймав несколько растерянный, хотя и грозный взгляд Регины, не могла не добавить, - простите, если от подобной близости я поставила Вас в неловкое положение». * * * Регина вновь не ждала наступившее утро, вновь вставая с той надеждой, что не пересечется с Эммой. Она не знала, сколько ее обида будет продолжаться, и как долго она выдержит без разговоров с блондинкой, но, по крайней мере, ей хотелось хоть немного проучить ее. К раздражению и несчастью брюнетки, девушка сидела уже на кухне, как раз разливая кофе из турки по чашкам. Миллс удивленно кинула взгляд на две чашки, стоящих у плиты. Регина сама не знала, отчего мысль о том, что Свон могла бы заварить ей чашечку кофе, тут же сменилась тем, что она ожидает на завтрак Дженни. Эта мысль вызвала какую-то нервную реакцию. Блондинка обернулась к женщине, явно ожидая ее появления, после чего протянула кофе, несмело улыбаясь. Но Регина не была бы Региной, если бы так просто сдалась, даже чувствуя приятное чувство от заботы девушки на душе, поэтому, она не обратила на этот жест никакого внимания, продолжая собираться на работу. - Может, позавтракаешь со мной? – Эмма никогда не отступала. Почти никогда, поэтому вновь попыталась заговорить с Миллс, которая носилась из комнаты в комнату, делая вид, что жутко опаздывает и не может больше ни минуты оставаться дома. Блондинка внимательно следила за женщиной, чувствуя, как ее сердце разрывается от злости на саму себя. На свою беспомощность. На свою гордость. На то, что она сделала больно своими словами Регине. Той, которая натерпелась за свою жизнь гораздо больше. - Постой же ты! - Девушка перегородила входную дверь, довольно резко хватая Миллс за плечи, стараясь заглянуть в кофейные глаза, которые как сумасшедшие бегали из стороны в сторону. Регина холодно, даже несколько грубо, отстранилась от Свон, все так же безмолвно уходя из квартиры. Уже днем ей пришла та злосчастная смс от Эммы, которую она удалила практически мгновенно: «Твоя ревность неуместна!». Ревность? Брюнетка вспыхнула, разве она хоть раз заикнулась о ревности? Да, ей было не безразлично, но она никогда не говорила об этом. Она была обижена, задета до глубины души словами девушки. Неужели та находила ее столько непривлекательной, что сказала о том, что даже если бы Регина была последним человеком на земле, она не переспала бы с ней? Миллс ходила весь день с этими мыслями, и лишь на обеденном перерыве отвлеклась от них, обедая со своим коллегой в ресторанчике на первом этаже торгового центра, в котором она работала. Томас, или просто Том, как его называла женщина, был одним из тех людей, с которыми смогла сработаться брюнетка. Хотя бы из-за разговоров с мужчиной, она могла не думать о том, что гнетет ее уже второй день. Улыбаясь над его шутками, она случайно заметила довольно знакомую фигуру через несколько столиков. Спину Эммы узнать довольно легко, особенно если перед ней сидит Дженни. Регина силой сжала руки в кулаки, стараясь контролировать свои эмоции на лице, и не дать понять Тому, что она увидела тех, кого видеть меньше всего хотела. Однако время от времени, она отвлекалась от правильных черт лица мужчины, переводя их на своих знакомых. Свон, казалось, и не выглядела несчастной, даже видя ее со спины, Миллс была уверена в том, что она улыбается. По крайней мере, она держала Дженни за руку, время от времени наклоняясь к ней, вероятно, целуя. Все это выводило женщину из себя, но не только из-за бурлящей ревности, а из-за того, что блондинка умудрялась быть такой страдалицей дома, как будто и правда чувствовала свою вину, но здесь – все было совершенно иначе. Понимая, что обеденный перерыв закончился, Том и Регина снова вернулись в офис, продолжая работать. Но Миллс уже точно знала о том, что просто так этого не оставит, а девушка еще получит свое, сегодня же вечером… * * * Эмма даже раскрыла рот от удивления, когда Регина бесцеремонно ворвалась в квартиру, отрываясь от губ какого-то мужчины и, беря его за руку, тут же повела в свою комнату, между делом уже снимая его пиджак. Казалось, Свон не успела сообразить, что почувствовать, сказать или сделать. Она продолжала сидеть на своем любимом диване, с глазами по пять рублей, провожая взглядом свою соседку. Такой Регину она не видела давно. Такой возбужденной, несколько дикой. К слову, Эмма даже не знала, какая она – Регина Миллс в постели: страстная либо наоборот нежная, желающая растянуть все как можно дольше, либо ненасытная и жадная. Но судя по всему, сейчас ей было не до нежности. Блондинка слышала ее рваное дыхание, ее едва слышное шипение, срывающееся с губ, когда пуговицы костюма не поддавались. Она стремительно удалялась с мужчиной в свою комнату, как будто не замечая ошарашенную Эмму. Однако спустя несколько минут, девушка пришла в себя, чувствуя вместо растерянности раздражение. Раздражение за столь бесцеремонное действие, раздражение за шумное копошение в комнате и, пока что, сдержанные постанывания брюнетки. Свон чувствовала, что выходит из себя, когда стоны Регины рождали нежданную волну дрожи где-то под коленями. Она не хотела все это слышать, поэтому практически тут же засунула наушники в уши, включая музыку. От этого ее мысли не прекратились, перед глазами почему-то стояла картинка, как Миллс лежит на своей огромной кровати, а тот, с кем она пришла, резво двигается в ней. Так быстро, что брюнетка задыхается. Задыхается, но просит не останавливаться, крепко зажмуривая глаза. Резко отбросив плеер в сторону, Эмма поднялась с дивана, решив немного охладиться в душе, быть может тогда Регина уже закончит… …Но Регина не закончила, чувствуя, как собственные эмоции граничат с болью и наслаждением. С болью за то, как с ней обошлась Эмма, и с наслаждением от хорошего секса. Она даже не пыталась быть тише, прекрасно зная, что Свон слышит ее и, возможно, захочет отомстить брюнетке тем же. Мысль о том, как девушка занимается сексом с Дженни раздражала, переливаясь в совсем ненужные представления о том, как Эмма могла бы заниматься сексом с ней. Крепко зажмурив глаза, Регина чуть прогнулась в спине, чувствуя, как толчки становятся еще глубже, быстрей, сильней… Мужчина обхватил ее руками, касаясь дрожащего живота. Кожа пропускала капельки пота, дыхание стало рваным, тело бесконтрольно тряслось. Миллс чувствовала, что вот-вот кончит, но эти мысли о блондинке, которая не хотела выходить у нее из головы, все сбивали. - Стой, пожалуйста… сделай это пальцами, - возбуждено прохрипела Регина, зная, что ее мысли просто абсурдны. - Что, почему? – Он замер, не понимая, отчего женщина просит его сделать это. - Не спрашивай, просто… прошу. Мужчина тут же отстранился и, перевернув брюнетку на спину, вошел сразу тремя пальцами в нее, заставляя ее застонать. Она вновь закрыла глаза, так не вовремя пытаясь понять, почему Эмма предпочла девушек, почему Дженни? Ее живот взволнованно вздымался, грудь дергалась от резких движений, а в голове была лишь одна мысль – какого это, когда ты спишь с девушками? …Свон слегка поморщилась, когда услышала, что брюнетка протяжно застонала и резко замолкла. Она кончила. На часах был уже второй час ночи, Регина казалась неугомонной, либо ее мужчина был не очень, раз так долго доводил ее до пика. Эмме бы понадобилось минут десять. Не больше. Эта мысль отдалась слабой волной возбуждения внизу живота, и тут же развеялась, когда из комнаты вышла женщина, завязывая легкий пояс халата. Тело блестело от пота, а волосы прилипали к коже. От нее пахло сексом, но запах постороннего мужчины бесил Свон, да и наличие его самого – ее тоже бесило. Заметив, что Регина подходит ближе, девушка тут же спрятала рисунок, который так и не успела закончить. Миллс подошла к холодильнику, в надежде найти что-нибудь холодное. - Ты слишком демонстративна, - безразлично выпалила Эмма, пряча свое раздражение. Женщина усмехнулась, делая жадные глотки из бутылки с водой. Конечно, она демонстративна. - А тебе не нравится? – неожиданно спросила та, и эта была ее первая реплика за эти два дня, она отчего-то чувствовала себя победителем. - Мне все равно. - Тогда почему ты здесь и не спишь? – резонно задала вопрос Регина, чувствуя подвох. Эмма глубоко вздохнула, собирая со стола вещи. - Я не могу уснуть, - честно ответила блондинка, - ты не могла бы быть чуть потише? - Мне льстит, что ты не можешь заснуть из-за меня, - довольно протянула Миллс, проигнорировав просьбу девушки. - Ты не меняешься. - А тебе хотелось бы? – женщина на секунду успела уловить в глазах Эммы что-то такое, от чего неожиданно сжалось все внутри. Однако Свон молчала, встала из-за стола и направляясь в свою комнату. Кажется, она несколько устала и действительно хотела спать. И когда блондинка уже почти ушла с кухни, напоследок она все же ответила: - Нет, Регина, такие люди как ты, они не меняются. И какое теперь это имеет значение, если и хотела, то явно не сейчас… Миллс тут же рванула следом, намереваясь выяснить, о чем говорит Эмма. - Что ты имеешь в виду, Свон? – Раздраженно выпалила женщина, но дверь в комнату блондинки уже захлопнулась перед ее носом, оставляя Регину без ответа.