My Way Home Is Through You

Четыре года назад

«Я скинул тебе твой билет, распечатай», — пришло сообщение от Хосока, и Чимин счастливо улыбается, не веря в то, что его жизнь буквально завтра перевернётся с ног на голову. Америка кажется ему чуть ли не другой планетой, поэтому Чимин ощущает трепетное волнение от предстоящей поездки. Его и Хосока зачислили в университет, в который принимают лишь редких талантов. Несмотря на то, что школу они оба закончили несколько лет назад, от них лишь требовалось подтвердить знание разговорного английского, перевести аттестат, поставив апостиль, написать мотивационное письмо и выслать видео с их танцами. Чимин особо ни на что не надеялся, когда Хосок убедил его, что они обязаны попытать удачу, поэтому был крайне удивлен, что их обоих приняли. «Я поеду к родителям с ночевкой, поэтому езжай завтра в аэропорт без меня. Встретимся там», — ответил Чимин, и, наверно, именно в этот самый момент он допустил ту самую ошибку, которая позже будет им стоить четырех лет разлуки. Уже на следующий день Чимин вспомнил, что забыл в своей квартире ноутбук, поэтому выезжает пораньше от родителей и едет к себе, хоть и не планировал. Он совсем не удивляется, когда у своего подъезда встречает сидящего на скамейке Юнги. У старшего пролегли мешки под глазами, а сам он даже немного исхудал. Чимин совсем не хотел видеть Юнги таким. Он надеялся, что Мин, почувствовав долгожданную свободу, наоборот будет счастлив. Он не ожидал, что Юнги будет так отчаянно держаться за эти отношения, хотя сам когда-то не придавал им никакой значимости. Чимину искренне жаль, что их история закончилась именно так. Он думал, что будет ненавидеть Юнги, но на деле он даже благодарен судьбе, что благодаря случившемуся встретил Чон Хосока. О большем он и не мог мечтать. — Чимин! — Юнги вскакивает со скамьи, завидев Пака, и сокращает между ними расстояние в несколько больших шагов. — Давай поговорим? Чимин очень устал от этих извечных «давай поговорим». Даже если Чимин соглашается выслушать Юнги, то получает лишь тонну оправданий и просьб вернуться обратно. Только вот Чимин никогда не вернётся. Он до безумия влюблён в Хосока, дышит, живёт этой любовью и ни на что её не променяет. — Я спешу, — отмахивается Чимин и продолжает направляться к подъезду. Он действительно спешит и боится опоздать на регистрацию на свой рейс. Ему совсем не хочется заставлять Хосока волноваться. — Чимин, я уже с ума схожу без тебя, — Юнги хватает Чимина за руку и тянет на себя. Там на дне лисьих глаз Чимин видит искренне раскаяние, и он давно простил, но больше не любит Мин Юнги, лишь искренне желает ему только счастья. — Юнги, ты ведь уже сам понимаешь... что я люблю Хосока, — Чимин аккуратно высвобождает свою руку. — Позволь мне просто быть счастливым... — Чимин, мы ведь были вместе так долго, а его ты знаешь совсем ничего! — спокойный голос Юнги резко сменяется на более агрессивный. — Это всего лишь временно! Скоро он тебе надоест, и ты вернёшься ко мне. — Не неси чушь, — Чимин тоже злится, потому что его достало такое поведение Юнги. Мало того, что они состояли в абсолютно абьюзных отношениях, так теперь Юнги не даёт ему спокойно жить даже после расставания, хотя сам же ему изменил. — Никак не можешь поверить в то, что я научился жить без тебя?! Я уезжаю в Америку с ним, Юнги! И, честно говоря, я безумно рад, что мне не придётся больше видеть тебя! Чимин предпринимает попытку попасть в подъезд, когда Юнги резко хватает его за руку, крича: — Ты никуда не поедешь! Чимина эти слова окончательно выводят из себя. Он поворачивается к Юнги и со всей силы толкает его. В этот момент красный автомобиль выезжает со своего парковочного места, а Чимин не рассчитал силу толчка, поэтому Юнги падает и попадает прямо под колеса машины. Оглушительный крик раздаётся посреди высоток, и резкий звук тормозов режет слух. Чимин не верит в произошедшее и мечтает о том, чтобы Юнги открыл глаза, чтобы тот оказался жив, дышал, ходил и просто радовался жизни. Но Юнги лежит на асфальте весь бледный и, кажется, совсем не дышит. Дальше всё происходит, как во сне, Чимин говорит и двигается на автомате. Он садится в приехавшую скорую и держит за руку Юнги, который без сознания лежит на кушетке. Чимин напрочь забывает о времени, он думает только о том, что, возможно, Юнги не переживет этот день. Чувство вины съедает его, и он глотает слезы, понимая, что всё больше никогда не встанет на свои места. — Юнги очень сильный, — говорит вышедший врач Чимину после осмотра. — Его жизни ничего не угрожает. Чимин облегчено выдыхает, но следующие слова врача окончательно ставят приговор его будущему рядом с Хосоком: — Но вряд ли он когда-нибудь встанет на ноги. Чимин забывает, как дышать. Он стал причиной, из-за которой Юнги больше никогда не сможет ходить. Он сломал человеку жизнь, сделав его калекой. Чимин принимает решение за несколько секунд, когда понимает, что самолёт уже, наверняка, на взлётной полосе. Чимин не бросит того, кого буквально сломал собственными руками. Он не может быть счастливым после того, что наделал. Он дрожащими руками набирает сообщение Хосоку, ощущая, что теряет всякий смысл в этой жизни: «Прости. Я не могу лететь с тобой. Я больше не люблю тебя.» Возможно, Хосок заслуживал узнать правду, только вот Чимин решил иначе. Он побоялся, что, узнав правду, Хосок останется в Корее и сломает себе жизнь, отказавшись от своей мечты стать профессиональным танцором. Чимин уже сломал одну жизнь и просто не мог сломать ещё и вторую.