Быть самим собой

      Остров им нравился. Здесь было спокойно и безопасно, здесь жили многие из их друзей. К тому же, Кас любил проводить время у воды. Они с Дином даже подыскивали себе новый дом на побережье. И Джаред пока еще оставался на острове, решив вернуться домой из «языкового лагеря» незадолго до начала учебного года. Дин откровенно кайфовал, проводя время с братом.       Ровена, Чарли, Джоди и Донна, как и положено девочкам, взялись за организацию свадьбы, посоветовав женихам просто расслабиться и получать удовольствие.       Вот только не выходило у них ни расслабляться, ни удовольствие получать. Они никак не могли остаться одни. Своего домика на острове у Каса не было, они ночевали в гостях у Габриэля и не собирались его нервировать.       Дин решил, что с мыслями о жизни на острове пора прощаться. Не для него это все. Дикое, не имеющее выхода вожделение к Кастиэлю буквально сжигало его изнутри, захлестывало так, что окружающие это улавливали, краснели и пытались сбежать подальше.       Через неделю такой жизни Дин сорвался. Выловив своего жениха на пирсе, беседующего с Габриэлем, он молча схватил его за руку и, игнорируя откровенно ехидную ухмылку Гейба, потащил Каса за собой.       — Дин! — воскликнул Кас, которого такое странное поведение слегка напрягло. — Куда ты меня тащишь?       — В кусты, — буркнул Дин, и эта мысль внезапно так подействовала на него самого, что его член мгновенно встал, мучительно просясь на волю.       — Эээ… В смысле?       — Я, блядь, не могу так больше! — Дин едва не сорвался на бег. — Я скоро буду ходить со стояком двадцать четыре на семь. Заебала уже эта коммуна! Я даже не могу найти место, где можно затащить своего жениха в постель хотя бы на часок. Я с ума схожу, Кас! Тебе что, все равно?       — Дин! — строго сказал Кас, резко останавливаясь и выдергивая руку из напряженных пальцев парня. — Что опять начинается? Я думал, мы разобрались с твоей неуверенностью и все выяснили. Мне не все равно!       — Да? Тогда посмотри на это! — Дин красноречиво двинул бедрами, демонстрируя внушительный бугор в штанах. — Я хочу тебя как ненормальный! И я думал, я ждал… А на этом проклятом острове шагу нельзя ступить — обязательно на кого-нибудь наткнешься. Ты мой жених, но я не могу трахнуть тебя! Нам свадьбу, блядь, уже готовят! И если ты собрался лечь в постель только после свадьбы, то лучше сразу скажи. Я просто оторву себе член и в камеру хранения сдам. Все равно он скоро взорвется от такой жизни!       С минуту Кас молча изумленно таращился на него большими синими глазами, а потом начал смеяться.       — Ого! — с трудом смог проговорить он, давясь от смеха. — Вот это речь, Дин. — Он внезапно сделал шаг к нему, практически вжимаясь в Дина, и томно, с шальным блеском в глазах, прошептал: — Ты у меня такой темпераментный.       Дин издал полустон-полувой, вцепился в парня трясущимися руками и рванул на себя.       — Выебу. Прямо здесь и сейчас, — выдохнул он ему в губы. — И плевать, кто что подумает.       Кас снова засмеялся, выгибаясь назад и лишая Дина возможности поцелуя.       — Садист! — взвыл Дин. — Восемь лет ожидания. Мучитель!       — Куда? — неожиданно спросил Кас.       — Чего?..       — Выбирай, в какой мир.       Глаза у него стали совсем темными, переполненными ответным желанием.       — С крыльями! — без раздумий ответил Дин и содрогнулся, едва не кончив от этой мысли.       Он даже не заметил перехода. Возбуждение оказалось настолько сильным, что затмило собой все неприятные ощущения от перемещения в параллельный мир. Кажется, они, напротив, только усилили огонь страсти, делая ее какой-то совершенно безумной.       — Господи, Кас, как же я тебя хочу! — простонал Дин, лихорадочно распаковывая своего возлюбленного.       — Дин, подожди… — взволнованно прошептал Кас, точно так же нетерпеливо раздевая Дина. — Ты должен кое-что знать.       — Я знаю, любимый, знаю. Я буду осторожен. Настолько, насколько смогу.       Сейчас Дину казалось, что он не сможет вовсе. Хотелось просто развернуть, нагнуть и ворваться в одуряюще узкое и жаркое тело…       — Блядь… Кас, стой!       Дин буквально отскочил от него, едва в состоянии дышать, зажмурился. От напряжения все его мышцы пришли в тонус.       — Что такое, Дин?       — Или дай отдышаться, или я сейчас кончу.       Кас удивленно поднял бровь, потом на его лице расползлась широкая и совершенно шальная улыбка. А в следующее мгновение он уже стоял на коленях.       — Ох… — только и смог выдохнуть Дин, когда Кас подхватил языком капельку смазки, которой просто истекал его член.       Через пару секунд Кас чуть откинул голову назад, бросая на Дина страстный взгляд, а его губы оказались покрыты предэякулятом словно блеском.       — Не понимаю, девственник ты или развратник, — ухмыльнулся Дин, стирая большим пальцем собственную смазку с губ парня и тут же ныряя в его рот. — С ума меня сводишь своими играми. О-о-ох…       Кас тем временем влажно облизал ему палец, но потом оттолкнул руку, снова подался вперед, одним движением вбирая в рот его член. Дин снова едва не сорвался, но все же смог продержаться минуты три. Он помнил, как сладко умел сосать Кастиэль, каким ловким и мягким был его язык, и по прошествии стольких лет ничего не изменилось. А еще Дин помнил, что Кас не любит глотать, поэтому сильное изумление дополнило ощущения от мощного оргазма, когда он кончил прямо в рот парня.       Кажется, Дин даже на пару секунд выпал из реальности.       — Ну вот, — довольно сказал Кас. — Теперь можно и делом заняться.       — Иди сюда, крылатый, — засмеялся Дин, опускаясь рядом с любовником и притягивая его к себе. Потянулся за поцелуем, с наслаждением слизывая с губ и языка Каса свой собственный терпкий вкус.       — На постоянку не надейся, — хихикнул Кас в поцелуй. — Считай это моим подарком на помолвку.       — Я же говорю — мучитель, — ухмыльнулся Дин.       Сейчас, когда напряжение чуть спало, он уже мог ориентироваться в пространстве.       Они сидели на разлапистой, словно многоногий паук, траве с мясистыми темно-зелеными листочками. Стебельки сплелись между собой, образуя теплый пружинистый ковер. Похоже, это было пастбище, потому что вдали виднелись силуэты каких-то животных, похожих на коров.       Начинался рассвет, и все вокруг заливал нежно-персиковый свет. В небе, помимо выползающего из-за горизонта солнца болтался еще какой-то объект, напоминающий корявый булыжник.       — Это, кажется, метеорит, — сказал Кас, проследив за его взглядом. — Он завис на орбите и вращается вокруг Земли. Виден только на рассвете.       — А люди здесь есть? — спросил Дин.       — Есть. Я к ним старался не приближаться. Они все невысокого роста и с очень белыми волосами. Не хочу, чтоб на меня глазели. Ну и из-за них. — Кас поводил плечами, заставляя нечто колыхнуться за спиной.       Ох, бля!       А крылатый-то и правда, крылатый.       Новые крылья были чем-то необычным. Без четких контуров, но все равно безошибочно узнаваемые. И они казались вырезанными из звездного неба! Глубокий, насквозь пронизанный светом черный, весь испещренный тысячами сверкающих серебряных точек.       — Как красиво… — прошептал Дин. Хотел потрогать рукой, но решил не церемониться — наклонился к Касу и зарылся лицом в эти звездные крылья. Словно в воду погрузился — такое же было шелковое, невесомое ощущение касания. Только, в отличие от воды, дышалось вполне свободно.       Кас подался навстречу его прикосновениям, запрокидывая голову и часто, жарко вздыхая. У самого Дина уже опять все пылало, словно он и не кончал пять минут назад. Поднявшись на колени, он уложил Кастиэля на траву. Крылья распластались под ними космическим покрывалом.       — Я почему-то боюсь, — тихо сказал Дин, распадаясь на ощущения от того, как парень ласкает его, и мелко подрагивая. Внизу живота пульсировало сладкое томление, требуя немедленного выхода.       — Чего боишься? — шепнул Кас в перерывах между поцелуями и посасываниями шеи, плеч и подбородка любовника.       — Все-таки много лет прошло. Даже я чувствую все будто впервые. А что говорить о тебе?       — Все будет нормально, Дин. Не сдерживайся.       И он перестал сдерживать себя. Спустился ниже, добравшись до острых пуговок сосков Каса, и с удовольствием сосредоточился на них, кружа и играясь языком то с одним, то со вторым, и поминутно целуя обожаемую родинку над правым.       — Хорошо… Мне так хорошо… — вздыхал Кас, извиваясь под ним и беспорядочно цепляясь за волосы.       — Будет еще лучше! — пообещал Дин и скользнул языком и губами ниже по упругому и такому желанному телу, сосредотачиваясь теперь на пупке, мягком животике и тазовых косточках.       Запах любимого захлестывал, сводил с ума, пробуждая ворох воспоминаний. Дин сейчас уже и не понимал, как умудрялся жить без своего мальчика столько лет.       — Я так тебя люблю, — прошептал он куда-то в пах Кастиэлю.       — Это ты моему члену в любви признаешься? — фыркнул Кас.       — И ему тоже, — усмехнулся Дин, возвращаясь к губам парня, чтобы вновь напиться их мягкостью и сладостью. — Я ведь даже не представлял, насколько сильно скучаю по тебе.       — Я тоже скучал, Дин. Каждый день, каждый час, каждую минуту я любил тебя и скучал. Ты был моим прекрасным принцем. Самым красивым на свете.       — Это ты красивый! — Поцелуй. — Ты… — Поцелуй. И еще, и еще… — Черт, здесь же никакой смазки не найти! Как же я…       — Ну, уж как-нибудь, — улыбнулся Кас, млея в плену бесконечных поцелуев. — Или ты меня трахнешь уже, наконец, или я расторгаю помолвку!       — Ах ты, грязный маленький интриган!       Кас открыл было рот, чтобы возмутиться, а Дин тут же ловко сунул туда свои пальцы.       Прошедшие годы ничего не стерли из памяти, и оба отлично знали, что делать. Кас пососал его пальцы, обильно смачивая слюной, а затем Дин просто нырнул вниз и занялся членом парня — взял в рот и принялся влажно и нежно посасывать, обволакивая языком головку. Кас застонал настолько чувственно, что Дин едва не сорвался. Дрожащими от нетерпения мокрыми пальцами он пробрался к тугой жаркой дырочке и принялся аккуратно массировать и разминать ее — палец за пальцем, едва ли не трахая в такт движениям своего рта на члене любовника.       — Мне с тобой так хорошо, Дин! Всегда было хорошо. Люблю тебя! — шептал Кас, постанывая.       — И я тебя люблю, малыш! — нежно ответил Дин, в последний раз облизнул его член и отстранился, приподнимаясь и подтягиваясь выше.       Кас из-под полуприкрытых век наблюдал, как Дин смазывает свой член слюной, и в этом взгляде горело откровенное вожделение. Он шире расставил ноги, чуть прогнулся в спине, призывно подставляя ему влажно блестевшую мягкую дырочку меж ягодиц. Дин застонал. И стонал без перерыва, пока осторожно, с мучительной, но необходимой для обоих неторопливостью вводил в Каса свой заждавшийся член.       — Ох, Кас, какой же ты… невероятный! — выдохнул Дин, полностью погрузившись в жаркое тело, неизменно приносящее неземное блаженство. — Ты просто небесное создание. Мой мальчик. Весь мой!       — Я ждал тебя, Дин. Все эти годы ждал только тебя, — всхлипнул Кас. Из уголков его прикрытых глаз скатились слезинки, унося за собой горечь многолетней разлуки.       Дин поцеловал его, и целовал долго. Очень долго. Двигая бедрами, прижимаясь к нему всем телом, снова и снова вводя в Каса свой член и постанывая прямо в поцелуи. А когда поцелуи уже стали помехой, они оторвались от губ друг друга, чтобы без стеснения кричать этому чужому миру о своем блаженстве и любви.       — Кончи первым, — прохрипел Дин, поднимаясь на колени и уже просто насаживая на себя парня ритмичными, торопливыми движениями. — Давай, любимый, ты должен сделать это первым!       Ковер из крыльев внезапно начал светиться, все сильнее и сильнее, словно каждая серебряная крапинка на них действительно превратилась в звезду.       — О, боже… Боже, Дин!.. — закричал Кастиэль, выгибаясь как-то совершенно фантастически, и густая, тягучая сперма начала выплескиваться из его члена прямо на живот.       Крылья в тот же миг стали ослепительным расплавленным серебром. Дин даже зажмурился и тут же сорвался, кончая внутрь Каса с протяжным стоном.       А потом просто рухнул на любовника, жмурясь и блаженно вздыхая. Казалось, он весь плавится в послеоргазменной неге.       — Это определенно стоило того, чтоб ждать, — пробормотал Дин, когда смог более-менее связно говорить.       — Повторим? — лукаво спросил Кас и, поймав вопросительный взгляд, добавил: — Я про ожидание.       — Я тебе повторю! — пригрозил Дин и прикусил его за кончик носа. — Никогда больше. Слышишь? Никогда и никуда больше не отпущу!       — Да я как-то и не собирался. Куда я от тебя теперь денусь? Я ведь просто не выдержу новой разлуки. Я сломаюсь.       — Я же обещал: мы будем рядом вечность.       — Вечность?       — И даже больше! Люблю тебя, Кас.       — Люблю тебя, Дин.       Кас потянулся к нему за поцелуем, и Дин с радостью принял этот дар.       — Интересно, что наши подумали, когда поняли, что мы исчезли с острова? — улыбнулся Кас, когда некоторое время спустя его алые и влажные от поцелуев губы получили временную свободу.       — Мм… Что мы отправились выбирать себе местечко для медового месяца? — предположил Дин и захихикал. — Ну что, возвращаемся домой?       — Может, для начала оденемся?       Дин снова засмеялся и прижал к себе будущего мужа так, чтобы и в этом, и в любом другом мире тот, кто присматривает за ними, понял: эти двое больше ни за что на свете не расстанутся.