Did I lose?

      Тогда Сону окинув напоследок всех своим непривычно холодным взглядом подошёл к машине Хуна и взял свой телефон с сиденья, где он его часом ранее по невнимательности и оставил. — Я вызову такси, можете не притворяться, что вам не всё равно.       Чонвон плакал, при этом громко шмыгая своим носом, зовя хёна обратно. — Сону-хён, почему ты никогда не говорил мне об этом? — он не обвинял, Ян спросил это, закусив губу, что означало, что ему было искренне жаль. — И как Джей-хён вообще связан с этим делом? — Тебе правда интересно? — ехидно улыбнулся тот и вновь кивнул головой в сторону Сонхуна. — Спроси лучше у него, ему, как бывшему Джея наверняка лучше меня всё известно. Вот он тебе всё доходчиво и объяснит...       Лица Чонвона и Джейка выражали чистейший шок. Чонвон рукой сжал плечо австралийца и опёрся об него. Джейк же стоял ровно, но лицо его было полно смутных эмоций. — Сонхун, — начал тот, вытягивая руку к Паку, — ты мне говорил, что встречался лишь с девушками, но...       Тут он внезапно сам убрал руку у начал мотать головой, Вон из-за его манипуляций просто осел на землю и нечитаемым взглядом смотрел, будто в никуда. — Тебе противно? — лишь спросил Пак, грустно улыбаясь. — Прости, дружище. Обманул.       Сону же неожиданно стал хлопать в ладоши, саркастически смеясь и стирая с глаз наступившие слёзы. Смеялся он от слова совсем не из-за веселья. Он медленно стал вновь сходить с ума... — Браво! — продолжал тот. — Согласитесь, что о-о-очень неожиданно!       Сону вопросительно посмотрел на двух, намеренно избегая взгляда самого Пака. — Не знаю, встречался ли он потом с тем Бомгю или он вновь пошёл по ровной дороге, но с Джеем они в итоге расстались. Оба, честно говоря, были моими лучшими друзьями, я был искренне счастлив за них. Только Джей всё-таки отличился, — неожиданно посмотрел со странной улыбкой на Пака, — в хорошем смысле. Он меня не бросил. — Это неправда! Вы оба врёте, — уверенно сказал Чонвон, показывая пальцем сначала на Сону, затем на Сонхуна. — Детка, — внезапно обратился тот к Вону, начиная при этом постепенно сокращать между ними расстояния, как вдруг ему на телефон поступило сообщение. — Вау, такси так быстро подъехало.       И он даже не попрощавшись уходит, оставляя после себя вместе с кучей вопросов, плохое настроение и ужасные воспоминания, которые теперь надолго останутся у каждого...       Он уверенно садится на пассажирское сиденье, пристёгивается и смотрит в противоположную от ребят сторону, быстро при этом диктуя водителю адрес. И лишь когда они достаточно отъезжают, когда лица Сону уже наверняка никто не видит, тот резко начинает глубоко дышать и горько плакать, дрожа при этом всем своим телом. — Извините, Вам плохо? — пугается водитель и уж было набирает скорую, как Сону маша рукой говорит. — Всё в порядке, езжайте пожалуйста быстрее... Это скоро пройдёт...       Неожиданно он стал громко кашлять, параллельно с тем ища что-то в своём рюкзаке. — Господин, извините, но если так продолжится, я вынужден буду отвезти Вас прямиком в больницу.       Тут Сону наконец вытаскивает какой-то баллончик с трубкой и вдыхает некое подобие дыма оттуда. — Сэр, Вы... — Всё в порядке, всё в порядке... — повторяет он и кланется, проща тем самым прощение. — Сэр, Вам нельзя наклоняться в таком положении! — Прошу прощения, — вновь извиняется тот и вытирает недавно пролитые слёзы с щёк. — Просто день не задался. — У Вас кто-то умер? — осторожно спросили его. — Нет, — ответил тот и выдохнул. — Тогда... — осторожно начал тот, — Вас бросила девушка? — Мимо, — чуть улыбнулся тот и быстро прикрыл свою улыбку ладонью. — Я понял! — неожиданно воскликнул тот. — Вы с кем-то поссорились!       Тут он промолчал. Таксист всё, кажись, понял, оттого больше вопросов не задавал и лишь наблюдал за дорогой. — Знаешь, думаю, тебе всё-таки больше повезло, чем мне, — внезапно перешёл тот на «ты».       Сону, словом, интересно не было. А даже если и было, он слишком устал, чтобы говорить. — Я отец двух детей.       Что? Ты-то? Мужик, да тебе даже тридцати не дашь! — Знаю, я не похож на папу какого-либо ребёнка, но я не вру. Мне уже тридцать шесть лет. У меня есть два ребёнка, которые меня ненавидят... — А что Вы сделали такого? — всё-таки поинтересовался Сону и просунул вперёд голову. — Из-за меня погибла их мать.       Тут повисла тишина. Ким не знал, что обычно нужно говорить в таких случаях, ведь у него все были живы, а у его друзей, тем более. — Хотя я богат, но я вынужден сейчас вести это такси. Смешно, правда? — грустно сказал тот и продолжил. — Из-за моей алчности заработать больше денег, мои дети были вынуждены столкнуться с преступным миром, пережить смерть любимой матери и... сбежать с Родины.       Так он не местный. Вот почему так чувствовался акцент. — А где они сейчас? И почему вы работаете... — Дешёвым таксистом? Потому что только ночью я могу случайно встретить своих сыновей. Только ночью просыпается вся мафия. Только ночью они начинают появляться. — То есть... — поразился Сону, постепенно понимаю всю суть. — Всё верно, когда-то я был главой мафии и я очень об этом сожалею... А дети... Детей я уже не видел больше пяти лет. Я правда хочу верить в то, что с ними всё в порядке. Я не знаю, поменяли ли они паспорт, живы ли вообще. Помню лишь, что одного звали Ри-Ки, а второго Та-Ки. — Очень грустно. Но у Ваших сыновей забавные имена, — попытался тот приободрить, — Вас наверняка зовут Са-Ки?       Тут он увидел задумчивое лицо, которое на миг заставило его волноваться, но спустя пару минут лицо исказилось и стало смеяться. Пронесло. — Нет, меня зовут Юдай, но можешь звать меня Кеем.       Вот и подружились.