Соблазнить за 120 секунд

      Чонгук как-то слишком спокойно плюхается рядом, своим плечом упираясь в чужое, и оба точно пьяные идиоты, рассматривают черный натяжной потолок с одной люстрой непонятной фигуры: то ли это квадратный ромб, то ли круглый овал или всё по чуть-чуть, но конкретно безвкусно оформлено хрустальными лепестками — единственное, что возможно разобрать в сеем искусстве.       Тишина вовсе не давящая, музыку с первого этажа слышно не так четко, комната верно имеет хорошую звукоизоляцию, открыв дверь, гул станет в несколько раз сильнее, болезненно отдавая по вискам. Глаза давно привыкли к темноте, большое панорамное окно — выходящее во двор с длинным, не больно уж широким бассейном, обрамлённым у подъёма обычным толстенным стеклом, демонстрируя глубину и красоту искусственной подсветки на кафельном дне — пропускало достаточное количество лунного света, чтобы можно было разглядеть силуэт собеседника, определить цвет его одежды, заглянуть в чарующие глаза.       — Спишь? — зеленоглазая первая подает признаки жизни, почему-то шепчет, дергая пальцами за кусочек тонкой черной материи, словно страшится разбудить.       — Чтобы уснуть в этой псарне, мне нужно напиться во все дрова, — в коридоре слышится непонятная возня. Некто громко разговаривает, кажется, голос женский, затем снова возня с элементами сопровождения порнографических звуков, — или вот таких выходок левых людей в чужом доме. Напьются, а теперь в беспамятстве собираются заняться сексом, в процессе обязательно бегая в туалет из-за нужды поссать, посрать и проблеваться.       — Фу, от тебя несет завистью! — Тэй хохочет расслабляюще, закидывая правую ногу на мужское бедро, туловищем оборачиваясь к парню. Потеряла свою холодную натуру, сейчас сладенько причмокивает губками, одаривая парнишку мягким взглядом. — Не у тебя, вот ты и бесишься, — еще тише добавляет, замечая в себе знатный упадок сил, широко зевает, ничего не стесняясь, чисто ради приличия прикрывает рот ладонью, заботясь, чтобы вонючие кислотные ароматы никого не сразили наповал.       Чонгук отрицать не собирается, по-детски морща нос в негодовании. Секс, увы, в его жизни, отвратительный. Всё время попадаются вульгарные девчонки, голодно карабкающиеся к одному хорошему месту, пиявкой присасываются и не отлипают на ближайшие десять-пятнадцать минут. Он готов материться, ощущая отсутствие долгожданных прелюдий, сразу чувствуя свой член в чьей-то вагине или узкой заднице. К девушке, как он считает, нужно притрагиваться, щупать и мять, целовать в конце концов, одурманивая запахом секса, который медленно распыляется по помещению.       — Никогда не думала, что мы будем непринужденно разговаривать спустя столько времени, — девица путается в темах для обсуждения, изначально задумывая поговорить о вещах далеких от выяснения проблем в прошлых дружеских отношениях, — но я пьяна, вольна делать всё, чему хочется сердцу, а поговорить с тобой, Гук-а, мне хотелось очень давно.       Девушка тепло улыбается своим словам, она чувствует присутствие бывшего лучшего друга слишком отчётливо, старается запомнить эту ночь навсегда, потому что знает — утром может всё быть абсолютно не так умиротворенно, легко и уверенно касаясь пальцами Чона.       — Не больше, чем мне.

***

      Язык бы проглотил, давясь слюнями и смущаясь присутствия слегка приодетой Мевис Рон — обольстительной красавицы университета, соседой Девис и её подругой в одном лице. Отвлекает лишь наличие пьяного существа на спине, своим дыханием кита смешно щекочет шею, не позволяя юноше протянуть руку и познакомиться правильно, чтобы зубы сводило, а в брюхе порхали бабочки и член чутка подрагивал.       Девушка, к слову, ничего не спрашивает, ни имени, ни объяснений, молча отходит в сторону, пуская парня с шестидесяти килограммовым мешком картофеля в женскую общежитейскую халупу, обустроенную минимальным количеством мебели. Комната встречает двумя кроватями с двух сторон и Чонгук угадывает верную без задних мыслей, закидывая Тэй прямо в обуви на чистое постельное белье.       — Я ждала доставщика пиццы, зато приперся секси-кореец с жирненькой картошечкой фри, — кокетливо глаголет симпатичная знакомка, прикусывая пальчик с длинным коготком. Однако соблазнительным взглядом обводит вовсе не зажатого Чонгука. По крайней мере, ему так кажется — явно оценила бухую Тэй с задранной футболкой, демонстративно призывной считать редкие складочки и пялиться на голый пупок.