— Так что, я станцую?

      Смотрит, как удивлённый ребенок. Одергивает себя конечно, мол, Лукас, ну прекрати, ты же взрослый мужчина, в конце концов! Что, женщин никогда не видел? Впрочем, таких наверное действительно не видел. Сказать, что она обычная, одна из многих — самому себе соврать. Она особенная. Отличается от всех, и даже не гибкостью тела и азартным кошачьим взглядом — есть в ней что-то ещё, что приковывает внимание и стрелой пронзает сердце.       Лукас смотрит на очаровательную танцовщицу, забывая о стеснении, своём пиве и компании, с которой пришёл. Она легко кружится вокруг шеста, и вместе с её движениями кружится мир перед глазами. Тело немеет и расслабляется, и Лукас, впервые оказавшийся в подобного рода заведении, окончательно теряет связь с реальностью, стараясь не забывать делать вдохи.       На следующий вечер он снова приходит в клуб. И на следующий. Дни сливаются в стремительный круговорот, и кажется, Лукас живёт от вечера к вечеру, пока бесконечный цикл выпивки и расслабления однажды не сменяется событием, от которого, кажется, сердце готово остановиться.       Как всегда он сидит за столиком сбоку от сцены, когда привычное выступление переходит в новый перформанс: девушки, выступавшие перед публикой, спускаются с подиума и модельной походкой двигаются в зал.       Всё внутри у Лукаса шевелится, выдавая волнение, когда изящно виляя бедрами, девушки проходят мимо столов, легко касаясь ладонями плеч посетителей.       — Ну что, красавчик, хочешь уединиться? — Лукас, до того озиравшийся в поисках той самой девушки, повернулся на звук незнакомого голоса.       Перед ним предстала высокая, худощавая брюнетка, хищно поглядывающая на него с высока. Она стояла чуть поодаль, их разделял стол, за которым сидел Лукас. Мужчина впал в оцепенение.       — В каком смысле уединиться? — вопрос звучал неразборчиво из-за хрипоты, но девушка поняла.       — О нет, не в том, — она рассмеялась и лукаво погрозила пальчиком, — мы здесь только танцуем, не больше.       Лукас продолжал исступленно смотреть на девушку, обмозговывая информацию. Значит, что-то вроде приватных танцев? Он судорожно обернулся. Взгляд забегал по клубу, пытаясь отыскать танцовщицу, ради которой Лукас приходил в этот бар. Он не знал, что сделает, когда заметит её (ведь явно не попросит о танце). Но почему-то ему дико хотелось увидеть её. Убедиться, что она не ушла с кем-то другим.       Никого не обнаружив, Лукас раздосадовано бросил попытки и повернулся вперёд. Повернулся и замер. Прямо на его столике, болтая скрещенными в коленях ногами, сидела та самая. Она ничего не говорила, но с любопытством наблюдала за мужчиной.       Лукас тоже молчал. Минуту или около того, например, вечность — мысли путались между этими понятиями — они разглядывали друг друга. Будто желая поменять угол обзора, девушка наклонила голову, обнажая гибкую стройную шею.       Сидя вблизи, Лукас чуть отчётливее начал понимать, что его зацепило. Она сидела немного ссутулившись, из-за чего на животе вырисовывались складки; расслабив бедра, от чего они растеклись, указывая на наличие определенного количества жирка; с выражением задумчивости на лице, не стараясь пленить клиента улыбкой. То ли настолько уверенная, то ли настолько влюбленная в себя, она не старалась выглядеть лучше — она была собой, и ничего её не волновало. Несомненно, она была из тех девушек, которые уходят со скучных свиданий, разрывают ненужные связи, страстно целуют тогда, когда им этого хочется, и берут того, кого им хочется.       И сегодня ей хотелось его.       Польщенная и вместе с тем восторженная улыбка тенью скользнула по лицу мужчины, но ей было достаточно и этого мига — она нежно обвила его пальцы своими, и хотя её движения были максимально плавными, Лукасу показалось, что ему в тело воткнули миллион иголок. Не замечая этого, она медленно двинулась вглубь клуба, увлекая мужчину за собой.       Они прошли по диагонали, от правого столика ближе к сцене, который облюбовал Лукас, до дальнего левого угла, у которого начинался коридор с несколькими дверями. Ничего не спрашивая, девушка открыла первую дверь и зашла, не оборачиваясь. Словно зачарованный, Лукас шёл следом. Внутри оказалось достаточно пусто: кожаный диван у стенки напротив двери и маленькая тумбочка.       Закрыв за ними дверь, девушка подошла ближе и подняла голову. Их светлые глаза встретились, и по телу пробежала будоражащая дрожь.       — Как тебя зовут? — ощущая тяжесть молчания, неловко спросил Лукас, сразу отвесив себе моральный подзатыльник. Ещё бы спросил как дела.       Она молчала, и мужчина на секунду предположил, что она немая, но тут же его мысль была отринута.       — А это имеет смысл? — высокий, немного гнусавый, но твердый голос. И такая же твердая рука, толкающая его назад и заставляющая упасть на диван.       И больше — ни слова. Только танец, только скользящая по её коже ткань костюма, плавно сползающая, чересчур плавно.       Лукас стиснул зубы с такой силой, что на скулах проступили желваки. Тело, разум или что-то третье бешено реагировало на объект вожделений, доступный и одновременно недосягаемый. Волной тепла и новой порцией дрожи по телу расползлось нетерпение.       Незнакомка продолжала возбуждающий танец, то ли не замечая ошалевшего голодного взгляда, то ли с самого начала знавшая, что Лукас не может реагировать иначе.       Кружевные белые бретельки, особенно белые из-за контраста со смуглой гладкой кожей, опустились с плеч, но каркас бюстгальтера по-прежнему был на месте, защищая интимные зоны от похотливого взгляда.       Девушка извивалась в такт музыке, поворачиваясь к Лукасу разными сторонами, наклоняясь и прогибаясь, заигрывающе глядя на него и отвернувшись, позволяя мужчине без стеснения рассмотреть её тело.       Томление было невыносимо, оттягивало в паху и плотно сжимало ребра, мешая дышать полной грудью. В какой-то момент Лукасу показалось, что он вот-вот потеряет сознание, и, желая перевести дух, он откинулся на спинку дивана и задрал голову к потолку.       Он не заметил, когда она приблизилась.       Осторожно села ему на бедра, положив ладони на плечи и прильнула к шее. Грудная клетка Лукаса разгоряченно вздымалась, соприкасаясь с грудью танцовщицы, от чего по телу бежали импульсы.       Хотелось сжать её бедра и заставить подвигаться, укусить сладкую шею и целовать, целовать её грудь. Но вместо этого он с силой напряг мышцы, фиксируя себя на месте, не давая шанса пошевелиться ни одной части тела.       Она уткнулась носом ему в ухо и, согревая жарким дыханием, легко, едва слышно, рассмеялась. Её смех, как лёгкое дуновение ветра, немного взбодрил Лукаса.       Мужчина взглянул на неё. Незнакомка закусила губу и немного приплясывала, сидя сверху, но уже не в такт музыке, а как-то беспорядочно, скорее гонясь за физическим контактом, нежели за визуальной красотой движений.       Разгоряченная, возбуждённая девушка, сидящая у него на коленях, провоцировала Лукаса к решительным действиям. Бережно проведя руками по теплой спине, он аккуратно расстегнул застёжку, окончательно освобождая танцовщицу от верхней части костюма.       Она шумно выдохнула, и Лукас понял, что у него карт-бланш на сегодняшний вечер.       А дальше — пелена. Её нежные, но требовательные руки, срывающие одежду. Чудесные мягкие губы и тонкие стоны, срывающиеся с этих губ. Ловкость, с которой она расстёгивает ремень его брюк и ласковые движения пальцев, которыми она дразнит Лукаса, заставляя сменить позу и, нависнув над ней, дарить удовольствие, целуя гибкое тело, извивающееся от наслаждения. Кажется, всё закончилось слишком быстро, но Лукас не помнит точно — сполохами феерверка в голове расползлись цветные круги.       Она не успела закончить, но Лукас уже лежал без чувств, развалившись на спине. Попытавшись бережно поцеловать его, но не получив ответного поцелуя, девушка легла ему на плечо, прислонившись спиной к его боку. Немного прогнувшись и согнув ноги в коленях, она протянула свою руку к низу живота. Её локоть касался живота Лукаса и, ощущая движения её руки, он догадывался, что она делает. С одинаковой силой хотелось посмотреть на неё и просто лежать в темноте, ощущая её тепло.       Через минуту девушка задрожала и шумно выдохнула, её рука замерла на месте. Более-менее пришедший в себя мужчина повернулся на бок и обнял её. Уткнувшись ему в грудь, незнакомка уснула, размеренно дыша.       Через какое-то время Лукас внезапно вздрогнул, разбудив их обоих. Сонно протерев глаза, с недовольным видом девушка потянулась за бельем, кинутым на пол у дивана.       Они оба молчали. Молча оделись, он молча достал бумажник и протянул ей всё, что лежало внутри, она немного заторможенно взяла деньги и вышла из комнаты, оставив мужчину в одиночестве.       Лукас покинул бар под утро, чувствуя, что это была одновременно лучшая и вместе с тем худшая ночь в его жизни.