Всполохи

      В первый раз Сюэ Ян видит его в кругу Темных, которые сидят у костра плотным кружком. Блики от пламени ложатся на его счастливое лицо, как мазки краски, совершенно неуместные, но до ужаса очаровательные. Он играет на флейте рядом со Старейшиной Илина, вторит его легкой мелодии под шаманский отзвук барабанов, в такт вибрирующему звуку губной гармошки и отрывистым щипкам струн саньсян*. Одна из Темных, Сюэ Ян не успевает отметить кто, поет на незнакомом ему языке, низко, гортанно, а юноша, приковавший все его внимание, щурится хитро. Его окутывает едва заметный шлейф тьмы, к нему сбегаются тени, как крысы к крысолову, и складываются в причудливые формы на потеху детям. Тогда Сюэ Ян со странным замиранием и неожиданным смущением понимает, кого поймал взгляд.       Мастер теней, первый ученик Старейшины, — Мо Сюаньюй.       Впервые празднество Темных привлекает его настолько, что Сюэ Ян не слышит нетерпеливого оклика Цзинь Гуанъяо и выступает вперед. Смотрит завороженно и чувствует, как душу охватывает смущающий восторг. Мо Сюаньюю здесь, внизу от горы Луанцзан, дышится легко и свободно. Должно быть, он из тех, кто носит свою тьму с собой, чтобы светлая ци не давила слишком сильно. Рядом с Вэй Усянем он кажется крохотным, но до ужаса похожим на него, словно брат-близнец. Но у Старейшины глаза, полные холодного серебра, взгляд Мо Сюаньюя — золото в бушующем океане хаоса, волосы — черные, как смоль, в тугом пучке, а мрак полон жизни.       Следующую песню Мо Сюаньюй расслабленно скачет у костра, руками сгущает тьму и зловещим шепотом рассказывает сказки молодняку. За спиной Сюэ Яна вырастает черный зверь с лоснящейся шерстью и опасным оскалом, движется к костру вальяжно и поглядывает на Мо Сюаньюя, вопреки всему, насмешливо. Дети на грозный рык восторженно пищат, как стайка утят, слетаются к зверю с пугающей беспечностью, наперебой пытаясь прикоснуться к заветному искусству.       Сюэ Ян поднимает взгляд и сталкивается с обворожительной улыбкой, легкой, но полной лукавства. И тонет без возможности всплыть. Он шагает навстречу бездумно, разрушает кольцо цепкой мглы и оказываются в центре Темных. Все они в черных ханьфу, с алыми лентами в волосах и разными оттенками тьмы в сердцах. Мо Сюаньюю удается разглядеть в душе Сюэ Яна свою собственную тьму, которую он и сам не видел прежде.       Старейшина Илина смеется глухо, но посматривает на утягивающего его Мо Сюаньюя с пониманием. В глазах того Сюэ Ян замечает ликование и предвкушение. Мо Сюаньюй оборачивается на него, рассматривает с алчной жадностью, и Сюэ Ян отвечает со всей взаимностью, на которую способен.       — Пойдем со мной, — ошалело зовет Мо Сюаньюй, хватая его за руку бесцеремонно, даже не спросив имени. Тянет прочь настойчиво, но едва ли Сюэ Ян может сопротивляться. Ворчит для вида он громко, но не настолько, чтобы адепты бросились на помощь. Старейшина Илина возвращается в общий круг.       От Мо Сюаньюя пахнет лимонной цедрой резко, но приятно, и Сюэ Яна конкретно так ведет. В жилах его кипит не кровь — хмель и жгучий перец, а в груди горит огнем и жжется что-то неизведанное, древнее, могущественное. Мрак уже тихонько стучится к нему, Сюэ Ян видит его лихие завитки, видит прожилки и гранатовые искры.       — Ты такой же, — смеется Мо Сюаньюй легко и чисто, как стеклянный перелив. — Ты — Темный!       Мо Сюаньюй оставляет его одного ненадолго у самого подножия, а затем вручает оберег — нефритовый круг с красной кисточкой на конце.       — Найди меня, — просит Мо Сюаньюй и целует, резко дергая на себя.       Музыка смолкает внезапно, и морок Луанцзан рассеивается. О Темных напоминает лишь весело потрескивающий огонь и до ужаса раздраженный крик главы Цзинь, не предвещающий ничего хорошего. Сюэ Яну — плевать. Его уже заискивающе коснулась тьма, сулящая свободу.       Второй раз они сталкиваются в разгаре войны против Цишань Вэнь. Мо Сюаньюй с чернотой во взгляде и холодным смехом опасен и дик. Безудержен и жесток. От такого Мо Сюаньюя пахнет дымом и кровью. На лице у него забавный боевой раскрас — повешенный призрак, малиновые круги вокруг глаз на белом лице. Мо Сюаньюй поистине дитя тьмы, тьмы с серебряными глазами и Чэньцин, заткнутой за пояс.       Мо Сюаньюй сметает врагов злорадным вихрем, крики подстегивают его к битве, и он протягивает руку беспомощно застывшему Сюэ Яну.       — Нечестно искать Темных в войнах, — журит он с напускной строгостью, словно это Сюэ Ян развязал бессмысленную бойню. Сюэ Ян бы сделал это, если бы знал… Но он решает, что не станет больше искать, потому что пойман он сам.       — Так и быть, на этот раз прощу, А-Ян, — обращение пьянит голову лучше всякого вина, и Сюэ Ян благодарит тьму. Это она сказала его имя Мо Сюаньюю. И Сюэ Ян тоже готов ее впустить.       — Забирай, — зовет Сюэ Ян, и Мо Сюаньюй улыбается сыто. Всего, без остатка. — Только я играть не умею, — его признание звучит абсурдно и глупо, теряется в захлебывающихся криках, но Мо Сюаньюй смеется. О… Он его научит.