Вариации одного целого

***

Холодным декабрьским вечером вылезать из постели совершенно не хочется. Мышцы возмущённо гудят, протестуя на каждое движение, но у Хвана просто нет выбора. Целый день он занимался украшением их общего дома вместе с Крисом, пока Джисон утащил Феликса погулять по магазинам. Светловолосый прилёг всего-то на час, потому что вся предпраздничная суета заняла намного больше времени, чем планировалось, да и усталость накатила неожиданно. Чан недовольно ворчит в соседней комнате, услышав противный писк телефона, от которого и сам Хёнджин недовольно морщится. Желание сбросить звонок Джисона превышает все допустимые значения, но если задница Хана пострадает, то Минхо достанет Джина даже в гробу. К тому же, Феликс. — Да. Хан начинает тараторить ему в ухо, что всё пошло не так, как планировалось, что они крупно облажались по всем фронтам, и сейчас они в полном дерьме. Сонный Хёнджин только зевает, не улавливая сути. — Что конкретно случилось? Парень хмурится, в очередной раз думая о том, что этих двоих отпускать куда-либо вместе совершенно противопоказано, и с тихим обречённым стоном натягивает пуховик поверх рубашки. Чан удивлённо выглядывает из своей комнаты, ободряюще хлопая по плечу, когда Хван кратко выдаёт: «они в баре». На дорогах жуткие пробки, поэтому Джин садится в автобус, ёжась от холода. Ощущения ничем не отличаются от пребывания на улице, разве что ветра нет, а температура совершенно одинаковая. Парень трёт руки друг о друга, стараясь хоть как-то согреть онемевшие от холода пальцы. Запястье сначала поднывает, а потом и вовсе начинает чесаться. Хвану невероятно интересно, чем там занимается малыш Ликси, что их связь так отзывается на это. Автобус тормозит, и Джин торопливо выбегает на знакомую тропинку, сильнее закутываясь в капюшон при любом дуновении ветра. Сугробы ситуацию не облегчают, но благо нужное место находится не так далеко от остановки. Музыка грохочет так, что едва переступив порог, голова тяжелеет, как будто алкоголь просачивается в кровь через воздух. Джин оглядывается по сторонам, как его резко хватают за руку, утаскивая в угол. Джисон явно рад его прибытию, но также и взволнован. — Джинни, я не могу с ним ничего сделать, — хнычется парень, указывая на барную стойку. — Он пол вечера плакал от радости, что ты его соулмейт, а потом решил, что он тебе не нужен и началось это, — Хван переводит взгляд, едва не поперхнувшись воздухом. Ёнбок забрался на барную стойку, игнорируя разъярённого бармена, и теперь двигал бёдрами в такт грохочущим битам. Стройное тело плавно изгибалось, привлекая к себе всеобщее внимание. Не успел Хёнджин и глазом моргнуть, как на шее Ликса уже оказался повязанный чёрный бантик, который он оттянул, проходясь пальцами по бледной коже. Недолго думая, светловолосый выставляет Джисона на улицу проветриваться и приходить в себя, а сам уверенным шагом направляется в сторону своего парня. Феликс успевает только ойкнуть, когда чья-то рука хватается за его щиколотку, и в следующий момент он падает в чужие объятия. — Джинни? — карие глаза выражают такое недоумение, словно он увидел перед собой нечто невозможное. Когда его ноги касаются пола, он судорожно хватается за руку Хвана. Падать совсем не входит в его планы. — Ты решил испытать моё терпение, Ликс, — сдержаться перед таким юношей просто невозможно. Хван ведёт носом по шее, зубами срывая ненужную ленту, пока в голове возникает неуместное сравнение Феликса с новогодним подарком. Руки удобно устраиваются на горячих бёдрах, одним рывком прижимая к себе. — Я не… Как ты узнал? — Джисон рассказал о твоих заморочках, — Джин начинает покачиваться в такт музыке, наслаждаясь тем, как юноша краснеет, ещё не искушённый вниманием. — О господи, — выдыхает Ли. — Хан всё неправильно понял. Я хотел купить тебе подарок, ты же хотел, чтобы у нас были парные браслеты, и я-я… Заказал их, они должны были приехать сегодня, но в доставке сказали, что заказ задерживается на н-неопределённый срок, — Ликс всхлипывает, когда Хёнджин прижимает его к себе только сильнее. — Ты самый лучший, котёнок, — целует в висок. — И даже не думай о том, что я брошу тебя, неважно по какой причине. Я люблю тебя больше жизни, а теперь поехали домой, пока Джисон не превратился в сосульку. Хан в отличие от Феликса супер довольным не выглядит. На обратную дорогу все единогласно выбирают такси, наплевав на все пробки. Уж лучше дольше, чем по холоду. Ликс льнёт к Хвану, едва ли не мурлыкая, как сытый кот. Алкоголь добавляет смелости обычно скромному юноше. На щеках красуется яркий румянец, глаза хитро прищурены. Джисон матерится, когда Ликс едва ли не залезает на колени к Хёнджину, который успешно игнорирует все поползновения Ли. — Хёнджинни~, — дыхание светловолосого замедляется, стоит услышать своё имя таким голосом. Пальцы непроизвольно сжимают худые бока, пока сознание отчаянно борется с желанием оттрахать сорванца прямо в машине. — Феликс, ты превратишься в груду костей, если сейчас же не перестанешь приставать! — не выдерживает Хан, резко возвращая его на место. — Вы хоть что-то купили? — Хван решает разрядить обстановку, видя, как Ликс дуется на Джи. — Ага, — парень достаёт маленький свёрток, в котором оказывается статуэтка двух кошек, сплетающих вместе хвосты. — Я хотел подарить её Минхо, — Хан смущается, пряча взгляд, но Хёнджин только хвалит подарок. Машина тормозит, и они вываливаются на холод, быстрее двигая ноги к подъезду. Джисон едва успевает переступить порог квартиры, как его тут же затаскивают в комнату и закрывают дверь. «Минхо тоже недоволен подобными прогулками», — мелькает в голове Хвана, пока он помогает Феликсу повесить куртку. В квартире гаснет свет, и все разбредаются по кроватям. Хёнджин спать хочет ещё с момента выхода из дома, поэтому готов отрубиться мгновенно, но Ликс ворочается под боком, пытаясь найти удобное положение. Хван почти засыпает, когда его плеча осторожно касается маленькая ладошка. — Джин, я не могу заснуть, — звучит почти даже трезво и отчаянно, что и заставляет светловолосого со вздохом развернуться лицом к Ли. — Больше никуда не отпущу, — запускает руки под свободную футболку, укладывая их на чужой талии. Феликс порывисто вздыхает, подаваясь ближе. Ёнбок подбирается ближе, утыкаясь носом во впадинку между ключицами, заставляя вздрогнуть. Юноша проделывает путь по шее, слегка мазнув губами по бьющейся венке, а потом накрывает чужие губы, на секунду замирая. Хёнджин недовольно мычит, желая наконец поспать, но руку всё-таки опускает до поясницы, прижимая Ли к себе. Возбуждение плавно вытесняет сон, накатывая тёплыми волнами. Феликс ластится словно кошка, трётся членом о его бёдра, тихонько постанывая. Джин рывком занимает положение сидя, устраивая Ликса на своих бёдрах и несдержанно толкаясь вперёд. Юноша в его руках охает, приподнимаясь, и быстро стягивает с себя домашние штаны, притираясь кожа к коже. Губы обжигают нежное местечко за ушком, пока пальцы нахально пробираются под бельё, заставляя подавиться воздухом. Хёнджин рычит, наблюдая за тем, как этот звук действует на Феликса. Тот на секунду замирает, как будто пропуская вибрации воздуха через себя, а потом хнычет, стараясь заполучить его прикосновение. Хван давится воздухом от такого разбитого вида, тут же притягивая ближе к себе и вгрызаясь в искусанные губы. Поцелуй имеет привкус феликсовой крови, но Хёнджина это совершенно не смущает, парень только старательнее облизывает пухлые губы Ли, собирая языком алые капли. Первый толчок сопровождается громким стоном, который Феликс изо всех сил старается заглушить. Хван попадает чётко по комочку нервов внутри, нахально прошептав: «Все и так уже знают, малыш, можешь не сдерживаться». Всё-таки им следует заняться вопросом со звукоизоляцией.

***

Горячий чай с нотками жасмина помогает проснуться. Феликс едва стоит на ногах, облокачиваясь на дверной косяк, и наблюдает, как бодрый и довольный с утра Хёнджин заваривает им чай. Ли смотрит за совершенно обыденным делом, но на душе становится тепло, потому что вот он, его соулмейт, который заботливо ухаживает за ним. Теперь, зная маленький секрет Джина, жизнь светится новыми красками, кажется, даже метка теплеет на коже. Телефон в кармане издаёт жалобный писк, явно недовольный утренней работой, и Ликс торопится прочитать сообщение. «Ваш заказ будет доставлен в течение часа». Глаза моментально загораются радостным огнём, и юноша с разбегу запрыгивает на Хвана. Тот целует его в висок, поудобнее перехватывая под бёдрами. — Браслеты уже едут к нам! — Хёнджин на это только смеётся, ведь он только утром проверял заказ Феликса и звонил в компанию, ругаясь с персоналом, чтобы они не тянули с доставкой. — Ты самый лучший, Хёнджинни, - Ли улыбается, понимая, что дело не обошлось без помощи Хвана.