Ты любишь Лилии?

Чонгук слишком много выпил вчера и сейчас его голова будто раскалывалась на части. На часах восемь утра, а телефон уже разрывается от звонков. Отец, Хосок, Инми.. — Инми? Неужели, она звонила? — после увиденных пропущенных, Чон будто моментально проснулся. Неописуемые чувства переполнили парня. Эти чувства напоминали то, когда наконец дождался нужного автобуса до своей остановки. Но кто же знал, что этот автобус проедет мимо? Он с блеском в глазах, словно влюблённый дурак, рассматривал надпись «У вас два пропущенных вызова от Инми». Но заметив на экране новый вызов, прочистил горло и ответил на звонок. — Ты простила меня? Поверить не могу, — прыснул в трубку Чонгук, пытаясь разрядить обстановку, хотя у самого, не пойми из-за чего, в бешеном ритме билось сердце. — Нам нужно срочно поговорить. Где ты сейчас? — холодный и безэмоциональный тон юницы, немного насторожил парня. — Нет, я свобод.. Или.. нет. Не думаю, что у меня получится встретиться в ближайшее время, — вспомнив о пропущенных звонках от отца, Чон осёкся. Отец явно хочет встретиться с ним, у него сейчас нет времени на встречу с Инми. Как бы он не хотел. — Поняла.. А, если в обед? — настаивает юница. Ей обязательно нужно увидеться с Гуком. Ей нужно знать. — Думаю, да. Я в час заеду за тобой. Где ты? — Я у себя. В своём съемном доме, — уточнила она, дабы не возникло вопросов. — Хорошо. У тебя всё хорошо? Ты так внезапно позвонила.. — осторожно поинтересовался Чон и стиснул зубы, пока вслушивался в тишину на том конце провода. Сейчас эта тишина казалось вечностью. — Не знаю. До встречи, Чонгук, — Инми быстро оборвала звонок, не осилив сложный для неё вопрос. Внезапные гудки оставляли гадкое послевкусие. Но собравшись с мыслями, Чон поднялся с кровати и уже находился в догадках о сегодняшней встрече с отцом.

***

Нехотя откинув телефон на кровать, Инми устало раскинулась на кровати. — Ты слишком быстро начинаешь привязываться к людям, Инми.. быстро начинаешь доверять.. А теперь, конечно, чему удивляться? Люди умело пользуются такими, как ты. Ой, дура. Так, всё. С этой минуты я буду строга к себе. Нельзя позволять себя обманывать и пользоваться собой. Будь жёстче, Инми, — вслух отчитав саму себя и легонько пошлепав по обеим щекам, она глубоко вздохнуа. Юница потерла раскрасневшиеся глаза и повернулась лицом к окну. Лето. Холода ушли, и уже не только солнышко греет своими тёплыми лучиками. Устроившись поудобнее, чтобы все жёлтые зайчики попадали ей на лицо, Инми прикрыла глаза и стала вслушиваться. Тишина. Такая чистая и спокойная. Хоть на какое-то время, она почувствовала простое, безмятежное спокойствие. Как тогда.

10 лет назад

— Мама, я помогу. Дай мне! — прокричала девочка и подбежала к матери. — Осторожно, Инми. Это не так-то просто, как тебе кажется. Твой папа такой занятой дядька, что даже в день рождения своей дочери не смог освободиться, — грозно причитала Госпожа Чо и пыталась соединить все составляющие палатки, — Так бесит! — Мама, а папа меня любит? — грустный взгляд девочки остановился на изящной спине матери. И неважно, платье это, или спортивный костюм, она всегда была неё королевой. — Конечно, моя маленькая. Твой папа тебя очень любит, — наконец закончив со сборкой палатки, Госпожа Чо устало прогнулась в спине и повернулась к дочке. — Но он никогда так не говорит! И он не поехал с нами. Он не любит меня. Всех моих друзей папы любят, а мой нет.. Я плохо себя веду? Поэтому он меня не любит?.. — Доченька.. сладкая моя, никогда о таком не думай. Слышишь? — она присела напротив дочери и нежно обняла, — Мы оба тебя любим. И я, и твой папа. Поняла? — с воодушевлением взглянула в стеклянные глаза Инми, — Если он не говорит об этом, это совсем не значит, что он тебя не любит. Это прекрасное чувство проявляется по-разному. Не только словами. — Но как?.. Ой, дождь пошел, — слегка пискнула девочка и схватилась за ногу мамы. — Да это издевательство! Я же только недавно всё разложила.. — захныкала женщина и скривила лицо в недовольном положении, — И зачем нужен прогноз погоды, если всё всегда наоборот? — Мои кудри мокнут.. Мама! — заволновалась она. — Инми, быстрее беги в машину, не хватало простудиться, — крикнула Госпожа Чо и собрав все вещи побежала к машине, вслед за дочерью. Такая прекрасная солнечная погода была испорчена за какие-то мгновения. Пережидать дождь не было смысла. С каждой минутой он становился всё сильнее. Госпожа Чо усадила Инми в детское кресло и поставила на сидение корзину с едой. — Мы домой? Так быстро? А как же пикник?.. — с грустинкой в глазах, Инми взглянула на большую корзину с фруктами и пирожными. — Погода испортилась. Мы отпразднуем завтра, — Госпожа Чо завела машину и направилась в сторону города, — А, знаешь, мы можем съездить кое - куда на днях.. — игриво подмигнула она дочери. — В Диснейленд?! — удивлённо всикнула бровями и радостно захлопала в ладоши. — Да~а, в Диснейленд. — Ура-а, спасибо мамочка! Я поеду в Диснейленд! — восторженно ликовала Инми. — Может музыку включить, — женщина потянулась к проигрывателю и стала подбирать музыку под настроение, — Такая грустная погода.. не люблю дождь. Я всегда.. Удар. Темнота. Биение сердца. Боль во всём теле. Звон в ушах. Всё произошло так быстро. Сильный ливень полностью поглощал лобовое стекло и видимость была такой ужасной. А ещё этот поворот. И почему именно в эту секунду ей захотелось музыки? Голоса. Вой сирены. Слишком тесно. Так болит рука. — Эй, скорее носилки сюда! Кажется, здесь ребенок живой! Она ранена! Быстрее! — кричал мужчина и пытался открыть смятую дверь. — Что с женщиной? — Она в тяжёлом состоянии. Ей нужна срочная госпитализация. Огромная потеря крови. — Ребенка придавло креслом! Помогите вскрыть эту консервную банку!

***

— Зрачки реагируют на свет. Она пришла в себя, господин Ким. — Где моя мама? — Ты в больнице, Инми. А я твой лечащий врач - Господин Ким. Сейчас придет твой папа, не волнуйся. — спокойным тоном проговорил мужчина в белом халате, поправляя очки. — Я хочу к маме, пожалуйста. Где она? Почему она не пришла? — сердце бешено стучало, а волнение никак не затихало. Капельница и гипс на руке придавали ещё большего ужаса маленькой девочке. — Господин Чо, ну наконец-то вы здесь. Ваша дочь сейчас.. — Где моя жена? — злость и тревога была в глазах мужчины. Он всего на долю секунды задержал взгляд на маленьком тельце, что тихонько хныкало и вышел из палаты. — Я думаю, нам стоит выйти. Понимаете.. Голоса скрылись за дверью в палату, оставив Инми одну. Около шести дней она не видела отца с того дня. Он больше к ней не заходил. Мама тоже не появлялась. А врач и медсестра почти не общались с девочкой. Казалось, что в те дни Инми выплакала все слезы, но это было лишь началом.

***

— Перестань реветь. — стальной голос отца всегда пугал Инми, но сейчас она была готова терпеть, что угодно, лишь бы её мама пришла. — Где моя мама?.. — громкий и пробирающий насквозь плач разносился по всему дому. — Хватит плакать. И не иди за мной! — Господин Чо повысил, из-за чего Инми вздрогнула. — Я хочу к маме.. — ежесекундно всхлипывая, произнесла девочка. — Мамы больше нет! Она умерла! Больше не спрашивай об этом и не подходи ко мне по пустякам, — он не смог сдержать гнев. Эмоции переполняли он сорвался. И только один он знает, что он не со зла. — Я хочу к маме! Папа! — Чусон! Уведи её в комнату. И не подпускай ко мне. У меня много работы, — устало массируя шею, отец скрылся за дверьми рабочего кабинета. — Да, Господин. Идёмте, Госпожа. Я почитаю вам сказку. Вы поспите.. — Не-ет.. я хочу к мамочке.. пожалуйста!

***

— Айщщ.. как же бесит! Даже во сне ты выводишь меня из себя! — раздражённо вскрикнула Инми и взглянула на часы, — Я спала всего час? Почему же так хочется есть? Не спеша поднявшись с кровати, она сонной походкой поплелась на кухню. Живот не переставал подавать голодные звуки, пока Инми наконец не достала из шкафчика упаковку Чачжанмена. Почему он так меня ненавидит?.. Смерть мамы - не моя вина. Хотя, он всегда таким был. Сколько себя помню.. — На этом фото она такая молодая.. Сколько ей лет здесь? — поинтересовалась юница и попыталась вытащить фотографию из рамки, в надежде найти какие-нибудь записи о дате происхождения фотокарточки. Но каково было удивление Инми, когда вслед за вытащенной фотографией, на пол упала ещё одна. — Что это?.. — подняв фотографию, юница словно затаила дыхание. «1993 год. Тэгу. Мин Шиен и Ким Инчоль».

***

На протяжении всей дороги Чон нервно сжимал руль и покусывал губу, и только почувствовав металлический привкус во рту, прекратил терзать себя. Он уже подъезжает. Странно, но Гук практически не находится дома. Как только появилась возможность приобрести собственное жильё, он не раздумывая переехал. От него было ближе к работе, да и вид на реку Хан прекрасен. Хотя, кого он обманывает. Ненависть к главе семьи, тирану и просто безнравственному человеку появилась ещё в детстве. И с каждым годом только усиливалась. Но вместе с этим, усиливался и страх.. необъяснимый и беспочвенный. Именно поэтому, каждая поездка в отчий дом была сродни экзамену на прочность, не говоря уже о постоянном нахождении там. Пройдя в гостиную, Чонгука, как и всегда, встречал не запах маминой выпечки, а запах одиночества и смерти. Сколько раз в детстве маленький Гук видел лужу крови в кабинете отца?.. Это был не просто рабочий кабинет, это было место свершения практически всех грандиозных и решающих сделок, поле боя и суд одновременно. Подходя к кабинету, Чон кажется слышал своё собственное сердцебиение и пытался всеми силами его успокоить, уже который раз вытирая потные ладошки о брюки. Шумно вздохнув, он стиснул зубы и толкнул приоткрытую дверь. Внутри, помимо отца, так же находился и Хосок. Он разочарованно помотал головой и отвернулся к окну. Чонгук же старался не смотреть в глаза отца. Он смотрел прямо между глаз. Туда же он когда-то мечтал засадить ему пулю. Хотя, когда-то? Или же, до сих пор? Господин Чон не отрывал взор от сына, и с минуту просто буравил его суровым и холодным взглядом. — Ты когда-нибудь видел, чтобы во время важной миссии воины отдыхали, спали или развлекались? — Прошу простить меня, отец, — не моргая и не двигаясь, отвечал Чон. Он всеми фибрами души чувствовал давление. — Замолчи и сядь, — спокойно, но грозно процедил Господин Чон. Кое-как поняв смысл сказанного, Гук медленно приземлился на софу́, рядом с братом и перевел взгляд на потные ладони. Руки еле заметно подрагивали, а вены набухли. В виске неприятно пульсировало, но он всё равно старался не подавать виду о своем состоянии. — Час назад мне позвонил мой знакомый из полиции.. он сказал, что некая Фа Чжиен подала заявление. — Вот тварь.. — еле слышно процедил Хосок и взглянул на удивленного брата. — Чонгук! — Да? — Разберись с этим. Пора бы тебе стать мужчиной. А то я уже начинаю сомневаться в твоей компетентности. — Я думаю, что я должен заняться этим. Это всё по моей вине произошло, — Хо понимал всю серьезность ситуации. Он не хотел, чтобы из-за его оплошностей страдал брат. — Не волнуйся, для тебя будет другая интересная работёнка, — с издёвкой ухмыльнулся отец. Он бы ни за что не оставлял кого-то без наказания, — А этим должен заняться Чонгук. Ты меня услышал? Чтобы в ближайшее время заявление отозвали! — Она его не заберёт.. — с лёгкой иронией проговорил Чон и хмыкнул себе под нос, осознавая какой «пиздец» ему предстоит разгрести. — Мне плевать, что ты сделаешь, но чтобы заявления испарилось из приемной участкового, — рявкнул Господин Чон и хлопнул рукой по столу.