Клоуны из далекого космоса

Скорей всего зима наступит слишком поздно Можно подождать, пока мы не сошли с ума Это так по-взрослому - что-то терять навсегда Терпеть, если будет больно И если любовь, если будет снег Собери немного и приноси домой

      — На кой хрен нам надо именно сейчас настраивать медицинское оборудование, Алекс?              Бит тяжело вздохнул.              — А у тебя есть идеи получше?              Битый час розовый и оранжевый пытались сделать что-то с сервером в лаборатории, но, если компьютер удавалось чудом запустить, он вырубался буквально через пару минут. Таким образом ни сканер, ни анализатор, ни телескоп не работали.              — Да комп банально может быть неисправен! Или эти гении в офисе намудрили. — Возмутился Думсдей.              Почему-то об этом Алекс не подумал. Сначала он хотел просто проверить исправность техники в лаборатории, но, когда ничего не вышло, заставить работать оборудование уже стало делом чести. Розовый задумчиво почесал в затылке.              — Ну так что мы здесь до сих пор делаем, Думс? Пошли скорее в офис!              Двое космонавтов вышли из медотсека, в котором лежал полуживой Винди, в коридор лаборатории. Несмотря на слова Алекса о том, что желтый и так сам как-нибудь выкарабкается, Эмиль все же перебинтовал голову пострадавшего. В покой для больных поступал воздух из О2, поэтому оранжевый снял шлем с головы капитана и оставил его на соседней койке, не беспокоясь о том, что Винди в один момент задохнется. И все же, как он мог так хорошенько приложиться головой? Никак, только если кто-то ему с этим помог.              Пробежав мимо ряда зеленых шкафчиков, парни приблизились к выходу на улицу. Алекс быстро отпер дверь и уверенно побрел вперед. Думсдея это все больше удивляло: розовый бегал по Полюсу, как у себя дома. Вот Эмиль еще не успел выучить карту местности, и слабо представлял, где офис, а где, к примеру, оружейная. Но спрашивать у Алекса, как ему удается так хорошо ориентировался на незнакомой планете, не хотелось. Эмиль и так часто выслушивал оскорбления со стороны Бита в свой адрес.              Кое-как добравшись до взлетной площадки сквозь рыхлые сугробы, двое космонавтов остановились передохнуть. Дальше было легче идти по чужим следам, что вели сначала к электричеству, а затем к южному входу в офис. Розовый задержался ненадолго около входа в электричество, и Эмиль первый подошел к офису, пройдя мимо сломанного устройства, некогда напоминавшего антенну.              Но просто так войти в офис, конечно же, не получилось. Оранжевый замер, как вкопанный, завидев стелящийся по заснеженной земле густой темный дым. Исходил он явно из офиса. Эмиль сорвался и, утопая в снегу, поспешил ко входу в помещение.              Из ниоткуда взявшийся Алекс резко схватил Думсдея за плечо, не позволяя приблизиться к офису. Бит напряженно всматривался в расползающийся из-под закрытой двери густой дым.              — Что такое, Алексулечка? — Пытаясь отдышаться, спросил оранжевый.              — Что-то мне не очень хочется туда идти. — Алекс хмыкнул и потянул Думсдея назад.              — Да отпусти ты меня, я туда не полезу! — Вскрикнул Эмиль, чуть не упав, пока Алекс тащил его на себя. Розовый стряхнул руку с оранжевого. — Пошли по камерам посмотрим тогда.              Бит с этой идеей согласился и призвал следовать за собой. Вот только пошел не по протоптанной дорожке, а какими-то окольными путями. Вместо того, чтобы вернуться наверх, Алекс пошел в обратную от офиса сторону. Думсдей даже достал карту, чтобы понять, какая в этом логика. И определенная логика была — в охрану можно было пройти через котельную и кислород. Вот только этот путь был дольше.              Думсдей мысленно проклинал Алекса за каждый лишний метр пути, что им приходилось преодолевать. Да, первым делом тут стоит расчистить тропинки, когда они разберутся с пожаром в офисе. Потому что Думсдею не сильно понравилось барахтаться в глубоких сугробах в бессмысленных попытках вновь встать на ноги под смех Алекса. Так бы бесславно Эмиль и помер, погребенный толщей снега, если бы розовый не помог ему подняться.              — Ты чего расселся? — Пытаясь сдержать смех, спросил Бит, протягивая руку Думсдею.              — Я упал! — Возмутился Думсдей.              — Зачем ты упал?              — А зачем ты задал такой идиотский вопрос?              Увлеченный процессом оттряхвание от себя снега, оранжевый не сразу заметил, что стоит рядом со входом в оружейную. Вопреки обыкновению, дверь внутрь нее не была заперта, и Эмиль, потакая своему любопытству, заглянул в помещение. Оно отличалось от такового на Скелде: уютного красного кресла здесь не было. Зато на столе лежало огнестрельное оружие — два пистолета. Ничего удивительного в них не было, ведь первые колонизаторы Полюса должны были позаботиться о своей безопасности. Мало ли какая агрессивная фауна населяла планету. Странным казалось скорее то, что более серьезного оружия видно не было. Но это только на первый взгляд, а в запертых ящиках вполне мог быть по частям разложен гранатомет.               Розовому надоело ждать Эмиля, и он, на автомате открывая двери, прошел мимо котельной в О2. Вскоре оранжевый космонавт нагнал его. Думс, пытавшийся восстановить дыхание после бега упер руки в колени и тихо проклинал Бита, которому вечно не сиделось на месте. Когда Эмиль выпрямился и попытался сквозь шлем смахнуть со лба пот, краем глаза он заметил смазанное движение в комнате с деревом. Будто бы кто-то там ходил. Комнату от помещения, в котором находился оранжевый, отделял длинный коридор с мигающей лампой. Эмиль прищурился, силясь получше разглядеть обстановку в темном помещении. Словно в трансе, полусне, ему мерещился ускользающий силуэт. Казалось, не только Думс заметил фигуру в О2, но и она его. Эмиль уже было хотел окликнуть неизвестного, но тот в одночасье исчез. Как сквозь землю провалился, при чем в прямом смысле, его будто засосали недра Полюса. Думс успел разглядеть только, что цвет скафандра неизвестного был зеленым, но это не сильно помогало делу. И Сокра, и Амрокто носили зеленые скафандры, только разных оттенков.              На кой черт другим избегать его, Эмиля? Разве так ведут себя члены одной команды?              «Да мне показалось. Наверное», — хлопнул себя по голове Эмиль.               Алекс тем временем скрылся в техническом помещении, и Эмиль был вынужден проследовать за товарищем.              — И что мы здесь делаем? — С плохо скрываемым раздражением спросил оранжевый, застыв в проходе. От воздушного компрессора, расположенного у стены, исходил страшный шум.              — Ну, даже не представляю. — Ответил Алекс, отстегивая один из баллонов от своего скафандра и устанавливая его в углубление компрессора. Вскоре баллон наполнился кислородом.              — А, вот оно что. —Вздохнул Думсдей и приблизился к сокоманднику.              — Я несказанно рад, что до тебя все же дошло. — Первый баллон выскочил прямо в руки Бита, и тот поспешил установить второй. — А я-то уже подумал, что ты научился фотосинтезировать.              Почему-то об этом Эмиль не подумал. Теперь, проверив резервы кислорода, он убедился, что запасы такого необходимого, но воспринимаемого, как должное, газа, действительно были на исходе. Алекс закончил наполнять баллоны и уступил место Думсдею, не забыв одарить его уничижающим взглядом.              — Знаешь, я к твоим шуткам уже почти привык, но иногда все же хочется выбить тебе парочку зубов. — Тихо сказал Эмиль, повторяя все те же манипуляции, что только что проделывал Алекс. Агрегат будто орал на Думса, и от этого звука космонавт сжимался внутри. Словно кошка, испуганная шумом пылесоса. Думсдей вспомнил о своей кошке, остановленной у родителей на время полета, и не смог сдержать улыбки. Все же что-то светлое и прекрасное в этом мире существовало.              — Мне расценивать это, как комплимент моему острометному чувству юмора? Или как угрозу? — Спросил Алекс. Краем глаза Эмиль заметил, как розовый скрестил руки на груди.              — Да хоть как признание в любви. — Оранжевый дернул на себя заправленный баллон намного сильнее, чем то было необходимо, и Бит не мог не заметить этого.              — Сильное заявление. Я к твоему чувству юмора тоже почти привык, но иногда не понимаю, шутишь ли ты.              У Эмиля дух перехватило. Он ожидал в ответ очередную колкость, а не… вот это. «Черт, а вдруг он правда подумает, что я в него влюблен?» — панически билась мысль в голове Эмиля, резонируя с участившимся биением сердца.              Алекс не съязвил в ответ, потому что посчитал, что Думс сказал это всерьез? А с каких пор Бит вообще воспринимает Эмиля всерьез? У оранжевого пошла кругом голова, так, что он чуть не упал. Точнее, он бы, скорее всего, упал, если бы его не поддержал Алекс.              — Эмиль, неужели любовь настолько вскружила твою голову? — Ехидно поинтересовался розовый.              Думсдей не мог не пробить свое покрасневшее лицо фейспалмом. Ну да, так оно со стороны, скорее всего, и выглядело. Но ведь Эмиль и раньше отпускал гейские шуточки, почему это стало ощущаться настолько ужасно только сейчас?              — Не льсти себе. Я не собираюсь тешить твое и так раздутое эго. Просто кислород кончается. — Оранжевый сам не верил тому, что говорил. Ведь когда Алекс его подхватил, что-то внутри все-таки екнуло. Ну точно кислородное голодание. Запнувшись, он продолжил. — Но, если ты все же решишься сделать каминг-аут и честно признаться мне в своих чувствах, я подумаю о том, чтобы дать тебе шанс.              На это Алекс только хмыкнул.              И как до этого могло дойти, если с первого дня на корабле Думсдей ненавидел Алекса лютой ненавистью? Бит казался таким невыносимым мудаком, что оранжевый просто не мог не подстебывать его при каждом удобном случае. Выходит, их сблизила тяга к взаимным оскорблениям?              Но это не так. Эмиль, кажется, понял, в чем тут все дело.              Они оба потеряли кого-то важного в этом полете. В один момент у них обоих не осталось сторонников на этой дырявой посудине под названием Скелд. Хотя Думсдей никогда не обсуждал с Алексом то, каким было Дио раньше, а тот в свою не рассказывал про Фан и Эндера, но именно общее несчастье позволило им понять друг друга. Во всяком случай, так считал Эмиль, а что творилось в больной голове розового даже предполагать было страшно, не то, что спрашивать.              Да и в конце концов, у них просто не было выбора. Если они вдвоем хотели выжить, им пришлось бы сотрудничать.              Алекс кашлянул и указал в сторону камер. Да, что-то Эмиль размечтался ненадолго. Двое космонавтов покинули кислород и направились в сторону камер. Проходя ту самую комнату с деревом, оранжевый не мог не припомнить тот силуэт. Показалось или нет, стоил ли сказать Алексу? Эмиль не знал.              А они, между тем, уже дошли до комнаты охраны. Камеры были справа, осталось просто пройти к ним. Эмиль посмотрел в окно, расположенное в стене напротив. На улице все так же бушевала метель.              — Ты видел? — Крикнул Алекс. Эмиль вздрогнул. Обычно розовый не кричал так. От испуга.              — Что?              — Это. — И розовый повернул голову оранжевого в сторону дыры в углу комнаты. У Эмиля внутри все похолодело.              — Алекс, какого цвета оно было? — Язык будто онемел.              — Мне показалось, что зеленого.              Неутешительные слова Алекса заставили Эмиля сжать кулаки. Ему не привидилось. Оно правда там было.              — Знаешь, я тоже видел что-то зеленое в другом помещении в кислороде. В том, которое с деревом. Но я подумал, что мне показалось.              Алекс тоже сжал кулаки и нервно заозирался по сторонам. Беспокойные подозрения все сильнее въедались под кожу, лишали покоя. Достаточно повеселились, парни. Вот и кончился период затишья. Теперь попытайтесь найти чудовище, затаившееся среди вас, если желаете жить.              — Эмиль. — Резко позвал Алекс. — Чтобы ни случилось, ни отходи от меня ни на шаг. Если бы оно… он хотел, то уже давно сожрал бы нас. Он не нападает, когда ты с кем-то.              Эмиль сглотнул.              — Признаюсь, какое-то время я считал тебя убийцей, Алекс… Но теперь это просто глупо.              — Спасибо большое, но отложи свои признания до лучших времен.              Замечательно. Теперь они будут ходить за ручку друг с другом. В других обстоятельствах это могло даже показаться романтичным.              Алекс с Думсдеем зашли в комнату с камерами. Эмиль заметил захламленный стол и стоящий в углу шкаф с дисками хранящими, по-видимому, записи с камер видеонаблюдения. Но особо рассматривать обстановку времени не было, оранжевый всецело обратился в слух, шугаясь каждого шороха.              — Я постою на шухере, а ты глянь, что там по камерам. — Тихо сказал Бит, вставая в проходе и поворачиваясь к коридору.              Эмиль включил компьютер и ожидал загрузки. База была основана несколько десятков лет назад, следовательно, и электроника была далеко не скоростной. Экран не включался минуты две. Все это время оранжевый пребывал в мучительном ожидании, вслушиваясь только в шум, исходящий от системного блока, да в неровное дыхание Алекса.              Когда комп все же включился, а на экране появилось изображение, Эмиль вздрогнул. Первая же камера демонстрировала кусочек офиса и лавовое озеро. Непослушными пальцами Думсдей попереключал еще камеры. Офис попался на камерах еще два раза.              — Тебе надо это увидеть. — Позвал Алекса Думсдей.              Тот сразу подошел к экрану и немигающим взглядом уставился в монитор. Да, Бит, определенно, видел это тоже. В офисе случился пожар, который уже затух. Но помещение все равно было настолько задымлено, что разглядеть внутри хоть что-то не представлялось возможным.              Алекс все больше удивлял Думсдея. Розовый мелко задрожал, и Эмилю было искренне непонятно, чем эта дрожь вызвана: гневом или страхом? До недавнего времени оранжевый не предполагал, что Алексу в принципе знакомо чувство страха. А теперь Эмиль не был уверен ни в чем.              — Да. Можешь смеяться, но мне страшно. — Как-то грубо сказал Алекс, будто почувствовав, о чем мог подумать непривычно молчаливый Думсдей. — Просто я… будто помню, что такое уже происходило. Здесь, на Полюсе. Но как я могу это помнить?              Голос Бита сорвался. Оранжевый не знал, что и сказать. У него даже мысли не было осуждать Алекса. В конце концов, он и сам был не слишком далек от того, чтобы удариться в панику.              — Я не буду смеяться. — Серьезно ответил Думсдей. — Расскажи, чего ты боишься?              Розовый застыл. Он еще никому не рассказывал о своих снах, вынуждающих его недосыпать. Все замечали, что парень страдает бессонницей, но никто не решался сказать об этом Алексу. А тот в свою очередь предпочитал никому не рассказывать о кошмарах.              — Ловлю на слове. — Алекс прислонился к стене, будто в один момент ноги отказали ему. — Мне снился Полюс. Несколько раз. В конце концов, все умирали. Все до единого.              Бит замолчал. Он не решался и дальше продолжать откровенничать, но и молчать больше не мог.              — А еще мне снился Винди. Он либо умирал, либо смотрел на меня. Так, будто мы лет сто знакомы. И знаешь что? Мне тоже стало казаться, что я знал Андрея раньше. Он мне с первого взгляда не понравился, и не просто так.              Действительно, день откровений какой-то. Столько о себе Бит в одном предложении не рассказывал ни разу!              — И ты из-за этих снов не спишь? — Удивился Эмиль.               — Нет. — Резко обрубил Алекс. — Не из-за этих.              Думс не был уверен, стоит ли спрашивать дальше. Но Алекс продолжил сам.              — Мне снилась… Фан. Знаешь, она мне была, как младшая сестра. — Бит усмехнулся, но уголки его губ опустились под грузом печали. — Эндер просил меня присматривать за ней, если с ним что-то случится. Как видишь, я не справился.              — Алекс, ты можешь не рассказывать. — Эмиль не мог видеть, но он был уверен, что Бит плакал. Обычно розовый не стеснялся своего лица и не закрывал его руками.              — Извини, что-то я совсем разнылся. — Непривычно было слышать от Алекса извинения. — Ладно, пойдем проветрим офис. Может, что-то там и уцелело.              Бит, не поворачиваясь в сторону Думсдея, вышел в коридор и собирался быстро уйти вперед. Эмиль схватил его за плечо.              — Алекс, ты обязательно еще расскажешь мне и про Фан, и про Эндера. Я хочу знать, какими людьми они были. И я расскажу тебе про Дио. Я до сих пор не верю, что он мог…              Бит прервал монолог Думсдея кивком.              Конечно. Они еще много чего обсудят, если переживут эту экспедицию.