«Как... Холодный кофе»

«Одиночество» Вот, все что терзает душу изнутри. Некогда любимая, полная счастья квартира казалась пустой, противной и такой жалкой. До боли в сердце. Некогда звучащие в ней совместные подколы остались лишь тёплыми, но от того не менее болезненными воспоминаниями, которые рыжий парень никак не мог выкинуть из головы. Он бросил его. Человек, который был для него всем, его бросил. Этот человек всегда был несколько эгоистичен, высокомерен и не жалел чувств Чуи, но он был ему дорог. Каждое мгновение вместе — он держал эти воспоминания как последнюю ниточку, соединяющую его с призрачным счастьем, и Чуя не может отказаться от них, как бы страстно этого не желал. Пустые, голубые глаза устремляются в затертый его взглядом потолок, и снова будто пытаются протереть в нем дыру. Такую же дыру, как у него в сердце… Раздается резкий звон, и он отдается тупой болью в голове Накахары. Кто-то звонит в дверь. Чуя хмыкнул. Мало кто его навещал после того, как ушел Дазай. И Чуя предполагал, кто это мог быть. Либо его гостем стала Коё Озаки, его наставница и доброй души человек, либо Акутагава Рюноске, с которым он невероятно сблизился после того, как Осаму ушел из Портовой мафии, перед этим взорвав машину рыжего. Прошло уже четыре года, и если честно признать, Накахара уже даже не злился на эту детскую проделку… … Его гораздо больше напрягала пустая квартира, тишина в ней и горькое одиночество. Из мыслей его выдирает более настойчивый звон дверного звонка, и парень, растерев устало виски, осмотрел комнату. Пол был усеян пустыми бутылками из-под вина, виски, и прочей алкогольной продукции. Некоторые бутылки были разбиты, были и просто пустые, но целые, а были и наполовину пустые. Чуя подумал, мельком, что пора уже заканчивать эту затяжную депрессию, но он в который раз отмахнулся от этой мысли — она казалась ему настолько нелепой, что хотелось смеяться — ведь какой смысл что-то делать, если его нет рядом? — Да иду я, иду, — бормочет он, настолько тихо, что незваный гость стоящий за дверью мог и вовсе его не услышать. … И чего он не ожидал, так это увидеть за дверью Мори Огая, босса Портовой мафии, его босса. Он по-хозяйски отодвинул с порога Чую, и зашел в квартиру, а за ним следом зашла… Ну что ж, хотя бы где он не ошибся — Коё тоже пришла с Мори, и осмотрев состояние жилища Чуи, кинула на ее владельца хмурый взгляд, под которым Накахара незамедлительно съежился. Когда наидобрейшая и всегда сдержанная Коё смотрела так — это означало, что ее подопечного ждут просто огромные проблемы. Чуя еще и покраснел — если бы знал, что они придут, он бы хоть чуть-чуть привел здесь все в порядок. Да и сам он выглядел не лучше своего жилища — помятый, с синяками под глазами и жутко исхудавший, так как делать что-то, кроме того что заливать горе алкоголем, было лень. — По какому вы поводу? — хриплым, от долгого молчания голосом спросил Чуя. — По поводу твоего здоровья, Чуя. Коё очень волновалась за тебя, так как ты не открыл ей дверь вчера и позавчера, — пояснил Мори, носком дорого ботинка откидывая полупустую бутылку с виски в другой конец комнаты. Янтарная жидкость разлилась по черному ковру, и Чуя вновь покраснел. Ему вовсе не нравилось, когда его видят таким жалким. Настолько, что он даже не может смириться с уходом какого-то там надоедливого Дазая Осаму, которого он обязан ненавидеть. Да и дверь он не открыл, наверно потому что… Просто был не в состоянии. Он смутно помнит, из-за пелены виски, что к нему кто-то приходил, но у него не было сил не то что дойти до двери — даже доползти он бы не смог. Коё покачала головой, видимо, угадывая его мысли. – А какое вам до это дело, Мори? – задал он терзаемый его вопрос. – Я могу понять мотивы Коё, – он кивнул острым подбородком в сторону женщины. – Но не ваши. – Ты моя правая рука, Чуя, конечно я должен волноваться о твоем благосостоянии. Такого преданного одаренного как ты, придется долго искать, – открыто заявил Мори свои мотивы. Это могло бы обидеть – но Чуя знал, что босс Портовой мафии король на шахматной доске, и каждая особо активная пешка ему важна. Так что, в некотором роде, Накахара бы разочаровался если бы Мори Огай развел сопли о том, что Чуя ему дорог на моральном уровне. – И что же вы хотите? – Для начала, чтобы ты поел. А потом мы с Коё поможем тебе здесь прибраться, – Мори обвел взглядом прихожую, а Чуя только заметил в его руках какой-то пакет из супермаркета. Предвидели, что у Чуи в холодильнике мышь повесилась. Рыжий тяжело сглотнул, только сейчас почувствовав голод. Он не ел уже несколько дней, и честно, он не понимал, как еще жив. – Ладно. А после этого? – После этого ты отдыхаешь неделю, и потом я отправлю тебя на миссию, Чуя.