Средство от бессонницы

- Не поверит – изобьет, поверит – приласкает. - Белые лепестки, кружась в воздухе, как мотыльки, опадали на паркет. Лави сидел в столовой вместе с остальными обитателями Ордена. В руках у рыжего парня был букет ромашек, который он должен был вручить Аллену. Но Уолкер не показывался после разговора с отцом своего ребенка, что наводило всех присутствующих на мысль о том, что в приступе ярости Канда мог и невзначай убить седоволосого. А проверить так ли это на самом деле никто не решался, вот и сидели, гадали, как юные девы, на цветах, думая, что они могут поведать им суровую правду. - Да будет вам! Канда-сан просто счастлив, вот и тишина такая стоит!- Чаоджи выхватил из рук младшего Книжника ни в чем не повинные ромашки и выбросил их в урну. – Он просто не может по-другому выразить свои чувства. - Юу не так выражает свои чувства. Когда он начинает делать что-то подобное, то от этого страдают все. А тут тишь да гладь, - вздохнул Лави. – Явно что-то не то. Все собравшиеся согласно закивали, подтверждая тем самым всю правоту сказанных слов. Но тут до их ушей донесся громкий возглас Линали «Канда, как ты мог? Ты - бесчувственная скотина!». Далее последовал грохот, звуки борьбы и наконец, дверь в столовую отворилась, являя одну весьма странную парочку – Линали и Канду. Причем последний явно был раздражен и держал в руках плакат, над которым трудилось половина Ордена. Ли-младшая прошлась вперед, таща за собой упирающегося мечника. Ее лицо раскраснелось от усердия, волосы были в беспорядке, в глазах решительный блеск. Девушка остановилась рядом с Ханом и младшим книжником, требовательно смотря на них. - Подарок. Лави, поднявшись, протянул ей увесистый черный пакет. - Так и знала, что это понадобится.. . – пробормотала она, поворачиваясь к японцу. – Держи. Брюнет в свою очередь презрительно скривил губы и уже собрался уйти, как во второй раз ему не дали это сделать. Если Уолкер хоть как-то был наказан, то уж Линали избежала этого по одной простой причине: ударить девушку все же он не мог. Китаянка загадочно улыбалась, протягивая ему пакет. - Ты же не хочешь, чтобы Аллен узнал кое-что? – произнесла экзорцистка так, чтобы ее мог слышать только Юу. Тот побледнел, тут же принимая пакет и стремительно направляясь к выходу. Шантажистка! Вот не дай Бог Мелкий узнает о некоторых его действиях… оправдываться придется долго, да еще и врать, ибо правду сам мечник еще не в состоянии признать. - Так что все-таки случилось? – поинтересовался рыжий, глядя вслед удаляющемуся товарищу. – Неужели, Юу расстроился? - Не волнуйся, Лави, - успокоила его сестра Смотрителя. – Такого уж точно не произойдет. *** Аллен все еще сидел в кабинете у Комуи. Юноша пустым взглядом всматривался в снимки, на которых, по идее, было видно, что Смотритель в своем осмотре не ошибся. Мыслями седоволосый находился далеко за пределами Ордена. «Да, ничего страшного, - успокаивал себя Уолкер. – Канда просто не понял. Я же ничего ему толком не объяснил, вот он и сорвался. Нужно просто еще раз с ним нормально поговорить… Только и всего..» Но вот желание у него совершенно отсутствовало. Оно помахало ему ручкой в тот момент, когда руки мечника сошлись у него на шее. Сказать по правде, Аллену было страшно. Просто страшно, что если уж Канда каким-то боком поверит ему, то может запросто предположить, что ребенок точно не от него. Такие мысли заставляли кровь в его жилах стыть, его охватывала паника и отчаяние, что в пору было биться головой об стену, лишь бы это оказалось не так. Такие чувства Уолкер не испытывал со смерти Маны. - Так, Аллен, - пробормотал юноша, похлопывая себя по щекам, приводя в чувство. – Докажи, что это не так! С третьей попытки ему удалось подняться и покинуть помещение. В руках все еще были неопровержимые доказательства своей правоты, что внушало ему хоть какую-то уверенность в своих действиях. Найти Канду оказалось проще простого – мечник сам направлялся в его сторону, неся с собой какой-то странный куль. Весь его вид говорил о том, что японец готов поубивать всех, кто хоть как-то посмеет ему помешать. - Мояши, - решительно произнес мечник, пряча глаза. – Ты поговорить хотел… Так, погодите… Что такого должно было случиться, чтобы Юу сам пришел к нему? Где-то Ной погиб? А почему Аллен не в курсе? - Да, хотел. Но не здесь. – И он потащил любовника в сторону своей комнаты. *** - Тч, Стручок, - Канда накручивал круги по комнате, глядя на снимки. – Быть такого не может! Аллен вздохнул. Да, он понимал, что будет трудно, но чтоб так… Господи, дай ему терпения выдержать все это! - Но это так… И я Аллен! Смотреть на такого Юу Уолкеру нравилось. Растерянный, бледный, шокированный, не способный связать и двух нормальных слов – вот уж поистине зрелище достойное его внимания. - Доказательства у тебя в руках, раз ты не веришь мне и смотрителю, а еще и Хев. - Хев? Причем здесь она? - Господи, Канда, ты дурак? Если это связанно с Чистой Силой, первое, что следует сделать, - пойти к Хевласке. - Тч. – Даже и возразить нечего. Все-таки получается, что Шпендель прав. И, значит, он скоро станет отцом. Бред. Немыслимо. Канда не знал, как реагировать, как себя вести, ведь он… не готов к этому, черт его подери! Это же… ответственность, очень большая ответственность. Не то, чтобы он боялся ее. Брюнет всегда отвечал за все свои поступки, не жалея ни о чем. А тут… тут его впервые за всю его недолгую жизнь охватывала паника и ужас. И где его хваленый пофигизм, когда он так нужен? «Во попал…» - Юу опустился на стул, глубоко дыша. Ему хотелось смеяться, радоваться, не хуже его учителя, и одновременно спрятаться подальше от всех, чтоб никто никогда не смог его найти. Что это с ним? Страх? Нет. Может, он болен чем-то? А присутствие в комнате одного представителя бобовых только усиливало все эти чувства. Но еще хотелось обнять, прижаться к нему всем телом, вдохнуть его аромат, повалить на кровать и целовать. Целовать до одури, чтобы не осталось никаких мыслей, а только желание быть рядом и оберегать. «Мда, Юу Канда, ты точно тронулся умом, раз тебе такое в голову приходит». - Что это? Мечник поднял взгляд. Аллен держал в руках тот самый пакет. - Не знаю, - он пожал плечами. – Линали хотела, чтобы ты одел это. Шорох, и через секунду хозяин Мугена пожалел о том, что оказался в комнате Уолкера. - Это? Да она с ума что ли сошла? - Да чего орешь, Мелочь? Не надо приступ… - остаток фразы Юу проглотил, ошарашено смотря на то, что было сейчас в руках у его любовника. Уолкер держал в своих руках красный прозрачный пеньюар. - Я… должен… это носить? – еще чуть-чуть и начнется Апокалипсис. Аллена начинало трясти, голос его срывался. - Так, Шпендель, взял и успокоился! – О, вот и ты, хваленый пофигизм! – Ничего страшного не произошло. - Ничего страшного?! – задохнулся седоволосый.- Да ты…ты… знаешь, кто ты после этого? Ты извращенец! Все, достал. Даже подумать и осознать новость нормально нельзя, постоянно мешают! Поэтому Юу взял и заткнул Аллена единственным нормальным способом. А именно поцеловал готового сорваться с места и бежать устраивать истерику Ли-младшей экзорциста. А все из-за чего? Из-за какой-то красненькой тряпочки… Пф, Уолкер действительно начинает походить на беременную барышню. Если так и дальше пойдет, то прощай его спокойная и тихая жизнь. И откуда, спрашивается, он такой взялся? - Спокоен? – поинтересовался мечник, отрываясь от губ подростка. Тот хватал ртом воздух и смотрел своими блестючими серыми блюдцами на него. И совершенно не подозревал о том, как действует это на Канду. - Как удав, - пробормотал Уолкер, садясь на колени к японцу. - Я еще не решил, верить тебе или нет.- Заявил он, но не отпихнул. - Ага, - согласился экзорцист. – Но знаешь, что-то мне подсказывает, что ты уже поверил, папа.