Лунная Дорога

Пролог

.       Холодный ветер, не жалея, кусает нежную, бледную, кожу лица и рук. Она уже час стоит на улице, смотрит не отрывая взгляда, как за высоким забором из стальных прутьев, маленький трёхлетний мальчик играет в песочнице.       Кругленькие глазки, бусинки, озорно блестят когда он радостно строит очередной куличик. Маленький носик уже покраснел, но на просьбы няни пойти погреться, он смело машет руками. — Ещё. Хочу ещё. — Но у той свои планы. Поэтому она манит его вкусной конфеткой и всё же зазывает пойти за ней. — Дай! — Хнычет малыш и получив сладость, позволяет взять себя на руки и унести в большой, огромный, для такого малыша дом.       Дом, куда у неё нет права входить. Дом, который забрал у неё последнюю частичку души. Дом, который она ненавидит всем своим разбитым сердцем. — Чонгуки. — Шепчут как мантру, сухие от ветра губы. — Чонгуки.       Но он её не слышит, он её уже и не помнит, наверное. В маленьком сердечке нет места для чужой, странной тёти. Что каждый день, ровно в двенадцать часов дня приходит к высокому забору и смотрит из далека, как её маленький Чонгуки играет в песочке.       Она для него чужая, забытая, а он для неё единственная причина дышать.       Проводив взглядом, полным боли и слез, своё крохотный счастье до закрытых за ним дверей, она разворачивается и уходит. Он всё ещё нуждается в помощи, а у неё всё ещё мало денег. Возможно однажды, когда она всё ему расскажет, он сможет понять и простить её. Возможно однажды, она вновь прижмет его к своей груди и услышит хрупкое и ласковое «мама». Но не сейчас. Сейчас, она не имеет право на его любовь.       Она снимает с усталых плеч свое легонькое пальтишко и отдав его портье, поднимается на второй этаж, по витой мраморной лестнице. Вот её реальность. Вот её настоящая действительность.       Толкнув тяжёлые, резные двери она незаметной тенью проскальзывает в душное, пропитанное хмельным угаром помещение. Группа мужчин в дорогих костюмах, обсуждающая по всей видимости, какие-то сверхважные дела, замолкает. Жадные, полные похоти и животных инстинктов взгляды впиваются в стройное, изящное тело, что лёгким, почти не весомым, перышком кружится вдоль шеста.       На ней лёгкое, кружевное бельё, алый цвет которого, придаёт бледной коже более выгодный оттенок. Темные, длинные волосы, захвачены в высокий конский хвост на макушке. Руки и ноги хватаются за металлический шест. Гибкое тело выгибается, вьется, музыка подхватывает каждое движение, словно это её тело рождает эту полную страсти и огня мелодию. — Хороша, да? — Вопрошает высокий блондин у стоящего рядом брюнета. — Это тот сюрприз, что ты для меня приготовил? — Уточняет второй. — Хотелось немного разбавить эту тухлую, скучную вечеринку. Единственный минус, смотреть можно, а вот лепестки с этой розочки не посрывать. Видишь ли, это не какая-то проститутка, а настоящая прима театра. Поэтому на этом личике красуется маска. Новый вид услуг, для вечеринок закрытого типа, вроде нашей. — Это просто цена вопроса. — Ухмыляется собеседник. — Нет недоступных. Есть неверно озвученная стоимость. Если я захочу её, то уже сегодня она будет стонать подо мною. — Ну зная тебя, не смею усомниться. — Лениво смеётся хозяин вечеринки и оба взгляда возвращаются на извивающееся в танце тело.       Вот так они и встретились. Бывшая прима театра, со сломанной судьбой и влиятельный бизнесмен, не знающий слова нет.