Лунная Дорога

☆_____________________________________☆ — Я сам! — Малыш забирает розовый карандаш и начинает активно разукрашивать красивую птичку. — Эта пица мама! Она сколо пиетит-ка мне! — Он всё это рассказывает Соён. Непоседливо себя ведёт и постоянно отвлекается. -Ты бы хотел, чтобы мама скорее забрала тебя отсюда? — Я очу! Осень очу! — Чонгук дунул на спускающуюся на лоб, вьющуюся прядь и закусив язычок стал скрупулёзно рассматривать то что у него вышло. — А когда бы ты хотел, чтобы мама забрала тебя? — Соён внимательно следила за каждой эмоцией, что отражалось на маленьком личике.        Ох этот маленький человечек, он был таким открытым для этого мира. Зря Джесси думала что он совсем не знает и не помнит её. Такой маленький, но такой умный Чонгуки, он видел как мама приходила к нему и смотрела стоя за высоким забором. Он видел и задавал много вопросов. Только к чуду можно отнести было тот факт, что воспитатели что следили за ребёнком, не скрывали от него что это мама и что она сейчас не может его забрать. Не вдаваясь в подробности, они всё же дали ему эту надежду. Что он не один, что он не брошен.       Соён, как психологу, теперь нужно было грамотно и доходчиво ответить на два вопроса. Почему? И конечно же, когда? — Скоее бы уж. А мама босе не будет пакать еси я не буду показничать? Я узе босой! Босе не пакаю. — Чонгук, довольный своей картинкой, аккуратно, как мог свернул её и протянул психологу. А потом, состроил хитрюще-лукавую мордашку. — А мозно я ещё чуть-чутя на папу поматлю? — Если ты хочешь, мы можем позвонить им и ты сам спросишь когда они тебя заберут. — Я сам пованю! Только я не можу немножечко. Ой! Я сейчас пиду! — Малыш явно что-то задумал потому что вскочил на ножки и пулей побежал в свою комнату.        Соён в это время набрала Юнги и передала, что Чонгук согласен поговорить с ними по видеозвонку. Тот сказал, что они будут ждать ровно через 30 минут и положил трубку.        Что ж, теперь осталось только допустить этой встречи случиться, а потом действовать по обстоятельствам. Юнги быстро собрался и бросил секретарю, что сегодня его уже не будет, поехал домой.        Его немного потряхивало. Пусть внешне он и был непрошибаемым, но внутри у него творилась настоящая буря. Он уже видел Чонгука, Соён предоставила им все три записи, всех трёх дней, что работала с их сыном.        Чонгук увидев снимок юнги, долго его разглядывал, а потом резюмировал, что да, этого папу он знает. А сам Юнги, не мог ответить себе на вопрос, знает ли он, что творит?        Ведь по сути своей, он просто присвоил себе чужого ребёнка ровно также, как и его мать. И если в отношении Джес, он себя ещё как-то мог оправдать, то в отношении этого малыша, как он мог?        Увидев Чонгука со своим снимком в руках и то, как бережно тот водил маленькими пальчиками по его профилю, это словно за шкирку откинула его в далёкое и казалось уже забытое прошлое, когда он столкнулся с жестокостью взрослых людей.        Он не мог себе позволить стать очередной сукой, которая использует чью-то маленькую и невинную жизнь в своих целях. Но кажется, именно это он и делал.       С одной стороны он не понимал, в чём проблема просто начать искренне ухаживать за своей куколкой, и просто попробовать впустить её в свою жизнь. Но с другой стороны, он прекрасно понимал, почему он этого не делает.        Ведь так нет никаких гарантий нет гарантии, что она не соберёт свои вещи и будучи свободной, не уйдёт от него. Он должен был привязать её к себе так крепко, чтобы и не разрезать и не разорвать, чтобы несмотря ни на какую ошибку она не ушла.        Чёрт его знает, что за паранойя. Но, он впервые так сильно чего-то захотел именно для себя.        Одно Юнги решил уже наверняка и в этом он не отступится никогда. Он не допустит чтобы Чонгук думал, что он не любим. Он постарается воспитать его так, как воспитывал Чимина. Пусть тот и не был ему сыном, но отношения у них были именно такими. Чимин с младенчества проводил с Юнги гораздо больше времени чем собственными родителями. Он смог завоевать любовь брата, сможет завоевать и любовь сына.       При мысли о том, что он может кого-то назвать сыном, его сыном, губы Юнги, сурового Юнги, растянулись в лёгкой улыбке. — Папаша. — Пробормотал Юнги, паркуя машину в гараже, и тихонько рассмеялся. — Ничего мы справимся.       Уже у порога, едва зайдя в дом Юнги услышал возмущённый голос, который почти всю ночь ему не давал уснуть, своими мягкими, звонкими нотами. Довольный тем фактом, что она явно с кем-то там ругается, тыкая носом в тот факт, что является в этом доме полноправной хозяйкой, он поспешил на звуки этого самого голоса. — А я вам говорю, этот ужас не будет стоять в комнате моего сына и мне плевать на то, какой вы расчудесный дизайнер! — Джесси хлопнула ладонью по столу так, что маленькая ложечка лежавшая у чашки с кофе подпрыгнула на месте. — Но это не вам решать! — Дерзко отбила девушка дизайнер, презрительно окинув взглядом, по её мнению, капризную куклу. — Господин Мин поручил мне оформить это помещение под ключ. Так что решать, что кошмарно, а что нет, может только он! — Мой супруг открутит тебе голову, если узнает как ты со мной сейчас разговариваешь. — Злобно попыталась надавить в ответ Джесси. Конечно она понимала, что этого не произойдёт. Но повлиять на то, что будет видеть её сын каждый день, была должна. Пусть и пустыми угрозами. — Не помешаю? — Юнги важным котом прошагал в свой кабинет, где собственно и ругались две девушки, и присев на подлокотник кресла в котором застыла Джес, окинул дизайнера взглядом. — Кажется, у вас возникли разногласия? В чём дело? — Он говорил мягко, почти лениво, положив одну ладонь на плечо Джесси. Поглаживая её шею, что совсем не расслабляло, а наоборот, собирало весь её организм в натянутую струнку. — Я, то есть, наша компания конечно же, подготовила дизайн, который вы заказывали. И мы готовы его реализовать, но к сожалению, нас не пускают в помещение. Девушка попросила показать ей проект и после этого, вышвырнула всех моих рабочих. При всём при этом, угрожая мне расправой с вашей стороны. — Быстро протараторила дизайнер, не давая опередить себя Джесси.        Джесси нервно, проглотила комок застрявший в горле и опустила голову. Получать нагоняй при этой мерзкой девчонке, совсем не хотелось. — Ты правда угрожала им? — Юнги смеялся про себя, едва выдерживая серьёзную мину на лице. Он приподнял лицо Джесси за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. Дождавшись, когда она положительно мотнула головой, он вопросительно изогнул бровь. — Всё действительно так ужасно? — Она хочет синие обои и золочёные шторы. Маленький кабинет, вместо детской комнаты. — Упрямо надула губы Джесси. — Там только бара и девиц с джакузи не хватает. Хотя нет, джакузи там кажется есть.        Юнги смотрел в её глаза и тонул в них, что же чёрт подери она с ним творит? Как можно было так пропасть в человеке, причём как вообще могло так получиться, что они оба пропадают вдруг в друге? О да, он совершенно точно понимал, как и сам влияет на неё. И тот факт, что то, что между ними происходит это абсолютно взаимно, делал это безумие ещё более желанным. — Мы более не нуждаемся в услугах вашей фирмы. — Даже не взглянув на дизайнера, бросил Юнги. Он был очень увлечён ушком своей супруги, склонившись над ней и нежно покусывая самый его кончик. — Но господин… — Дизайнер опешила от этого заявления, явно не ожидая что слова этой куклы будут хоть какой-то нести вес. Но её перебили, не позволяя ничего говорить. — Моя супруга же вполне доходчиво объяснила, что случится, если я узнаю как именно вы с ней разговаривали. Даю минуту чтобы исчезнуть и больше не отсвечивать в поле моего зрения. Иначе откручивать, буду голыми руками. Ясно? — Это всё, Юнги проговорил так холодно, что Джесси даже пожалела на секундочку горе-дизайнера, но вспомнив тот ужас, что мог случиться с детской комнатой её сына, передумала.        Дизайнер же, не стала более перечить. Собрав документы со своим проектом, быстро покинула их дом. Репутацию Юнги знали все. — Прости что так получилось, но я не могла промолчать. — Джесси подставляла шею и плечи для лёгких поцелуев, которыми Юнги покрывал её кожу. — Нехочу чтобы Чонгуки чувствовал себя здесь чужим.        Юнги застонал и нехотя отпустил девушку, ведь им предстоял очень непростой разговор. — Тебе необходимо сейчас собраться и быть сильной. — Джесси мгновенно напряглась. — Что случилось? — Она сама взяла Юнги за руки и заглянула прямо в глаза. — Наш сын, решил с нами поговорить. Сейчас. Я поэтому и сорвался домой к тебе, он хочет видеть нас обоих.        Джесси аж дёрнулась как от удара, она вскочила на ноги и если бы Юнги не схватил её в свои объятия, наверное, сбежала бы и спряталась в самом дальнем углу, что только нашла. — Я не смогу! — Её трясло. — Сможешь. Я буду рядом. Помни, ты должна ему. Должна быть сильной. Возьми меня за руку и не отпускай. — Я боюсь. — Паника начинала охватывать всю её, с ног до головы. — Хочешь отказаться от него? — бьёт в самое больное Юнги, зная что только так, сможет привести её в чувства. — Что?! Нет! Ни за что! — Джесси ударила его по плечу и кажется, начала приходить в себя. — Вот и умница. Хочешь быстренько трахну тебя, чтобы нервишки на место встали? — Юнги засмеялся, когда она обозвав его извращенцем, всё же улыбнулась в ответ, заливаясь медленно краской. — Просто, я так долго ждала этого, что потеряла всякую надежду. — Она вновь вернулась в его объятия, умостившись на коленях. — Они позвонят? — Да. Соён сказала он сам наберёт вызов. Мужик растёт! Весь в меня. — Юнги гордо задрал подбородок и Джесси не выдержав, рассмеялась. Она погладила его ладонью по щеке и сама нежно коснулась губ. — Спасибо. — Касалась мягких губ и по мере того, как Юнги отвечал, на её поцелуи, Джесс начинала уплывать в океане спокойствие. — За что? — Он подхватил её на руки и перенёс на диван, вновь усадив на себя сверху. — За то, что похитил нас. За то, что спас нас. За то, что ты есть у нас. Я живу в твоём доме чуть больше недели, а такое чувство что уже пол жизни тут провела. Я знаю, что между нами не может быть романтических чувств. Но пусть тогда будет чувство моей благодарности тебе, оно действительно настоящее. — Принимается. — Он сейчас разложил бы её на этом самом диване, но необходимо было собраться и настроиться на разговор. — А сейчас, вспомни пожалуйста всё, что тебе говорила Соён и веди себя просто радостно. Не надо слёз, ты только напугаешь этим сына. Два года это большой срок, но большой он только для тебя. Этот детский дом, действительно элитный. Думаю, заняться его инвестированием, быть может и вовсе выкуплю в дальнейшем. Я думаю над этим. — Я никогда не была в нём, только могла наблюдать издалека. И сумму на содержание Гукки госпожа перевела сама, я потом только отрабатывала долг. Там не требовали кучу бюрократических документов и не отдали бы Чонгука никому, даже если бы кто-то и захотел его забрать. Я только знала, что деток там содержат хорошо. Это больше похожее на пансионат, чем на реальный детский дом. — Это в разы упрощает нашу задачу. Куда хуже было бы всё разруливать, если бы Чонгук успел побывать в обычном детском доме. Сказочкой о лечебном центре мы бы не обошлись. Ладно пошли за стол. Они позвонят уже скоро. Садись в кресло, а я встану за тобой. — Нет. — Джесси поднялась с его колен. Но подойдя к столу, не стала садиться. — Думаю, лучше, если ты будешь сидеть. А я сяду рядом на подлокотник, Чонгуки должен понимать, что ты главный в этом разговоре. К тому же, я видела как он загорелся, когда ему о тебе рассказали. — Да, я тоже это заметил. — Юнги ухмыльнулся, но по-доброму, что не могло не отразиться в сердце Джес. Даря маленькую надежду, что Чонгуки не обидят в этом доме.        А в следующую минуту, на компьютере Юнги засигналил входящий звонок. Джесси неосознанно схватилась за мужскую руку. Это было сложно. То, что надо было показать спокойствие, вместо той бури, что бушевала внутри.        На экране показалось смущённое личико маленького мальчика. Он быстро отошёл от камеры и взял в ручки большущего зайца, которого через Соён, передал ему Юнги. Так как выяснилось, что Чонгук мечтал завести себе кролика. — Я тута сосем узе выздоловил! Забиайти меня сколее! — Выпалил сразу Чонгук, не дав взрослым даже двух перевести от первой встречи. — Зекей тоза доловый. Вот он!       Большой, белый заяц качнулся на месте от того, что мальчик приобнял его за плюшевую лапу. Юнги понял, что Джесси не может ещё говорить, так как хватка на его руке сделалась в разы сильнее. -Хэй, привет здоровяк! — Поздоровался Юнги. — А что говорит тётя доктор Соён? Она тоже говорит, что ты совсем здоров?       Чонгуки просиял, от того что такой взрослый вопрос задали ему, а не доктору. — Ну, она говолит мы здоловые. А я узе дазе босе и не пакаю. — Чонгук на каждое свое слово, утвердительно кивал головой. Как бы показывая этим, насколько он прав в своем заявлении. — Мой малыш. Мама очень хочет чтобы ты скорее ко мне вернулся. — Наконец, смогла немного прийти в себя Джесси. Слезы комком, стояли у нее в горле и душили каждую попытку заговорить, тоненькой капелькой вырвались из уголка глаз. Но девушка быстро их смахнула. — Мама! Ты не пиходила ко мне узе эти дни. Соёна нуна казала ты боися, почему ты боися? Я зи не кусучий! Ты чево! Чесно-чесно! Зейкей тозе не кусучий, мне же папа его подалил. Ты чево? — Чонгук засмеялся и обняв своего зайца, спрятал личико за его большим ухом. — Мы с мамой, просто готовили тебе большой сюрприз. Поэтому мама не могла прийти к тебе.— Юнги увидел растерянность на лице Джесси, она не знала что именно, правильно ответить на этот вопрос. Поэтому он приобнял её и решил сам ответить. — Мине?! Босой?! — Восторженно вскрикнул Чонгук. — Какой? Зекей! Ты слысал?! У нас будет сюплиз! Босой! — Ну какой же это юрприз, если я тебе все расскажу. Вот ты когда вернешься домой, вот тогда мы тебе его и покажем. Да, мама? — Юнги специально вовлекал Джесси в разговор. Понимая её состояние. — Конечно! — Джесси в ответ обняла Юнги, совершенно не понимая о каком, на самом деле, сюрпризе идёт речь. — Доктор Соён нам рассказала, что ты уже совершенно здоров, так что, как только ты захочешь, тебя тут же привезут домой. Мы тебя очень-очень ждём. И папа и я. Я правда боялась, но не тебя мой малыш. Я боялась, что слишком крепко-крепко тебя обниму когда увижу. — Ой, ну ты не боися. Я узе босой! — Он встал и для большей наглядности, поднялся на носочках. — Вот смотли! Есё чучутя и я буду как зекей. А он очень злослый! — Тогда, может быть ты сегодня соберешь все свои вещи, а завтра как проснешься, доктор Соён привезёт тебя домой? — Юнги хотел скорее забрать этого малыша с детского дома. Он хотел, чтобы он забыл как страшный сон, всю свою жизнь там. Он очень надеялся, что так и случится. — Как ты смотришь на это здоровяк? — Халасо матлю. Мы тада подём с Зекеем. Надо саблать его весички. Он есё сам не может. Я памажу чутка. Пака Мама-Папа! — До встречи! — Одновременно попрощались Джесси и Юнги. После чего, Чонгук схватил подмышки своего огромного зайца и потащил его собираться. — Ну что ж, завтра у вас еще более ответственный день. — Переместилась ближе к камере к Соён. — Я теперь буду приезжать к вам домой, или будем выбираться на прогулку, что бы понимать, как Чонгук одаптируется. Но в целом, я уже говорила вам, у вас потрясающе открытый ребенок. И да, сюрприз про который вы говорили. Господин Мин, мы с вами обговаривали это, помните? Ничего грандиозного, что отложится в памяти. — Простите, я переволновался немного. Я помню. Что если, это будут кролики? Это не очень грандиозно? — Юнги слегка заволновался от того взгляда, которым его обожгла Джесси. Она была растрогана. — Думаю, это отличный вариант. К тому же, вы можете сказать что они у него были всегда. Это еще больше свяжет его память с вашим домом. Что у него есть там прошлое. Так как мы приедем завтра, постарайтесь сделать так, чтоб его комната была живой. Не той которая у него здесь, а именно домашней. Пусть там будет даже небольшой беспорядок но и игрушки, и мебель, пусть будут такими как будто он их оставил только вчера. — Конечно. — Ответил Юнги, но Джесси вдруг запаниковала. Комната не то что не готова, она ещё даже не в процессе. — Юнги.— Тихонечко прошептала она. Но он крепче взял её за руку и обратился к Соён. — Во скольтко вы завтра будете выезжать? — Думаю, не раньше чем к трем часам. Плюс ещё час в дороге. Так что у вас будем, примерно в четыре. — Хорошо. Тогда мы прощаемся до завтра. Спасибо вам за вашу работу. — Они попрощались с Соён и Юнги отключил вызов.