Волчья ягода

      Над головой чуть слышно играла музыка в колонке, легкий приятной температуры воздух доносился до обоих из кондиционера, расположенного над окном, волосы юноши чуть колыхались от этого. Тэхён заметил, что Джин отложил вилку, он пристально смотрел в глаза юноше, кадык его ходил ходуном от раз за разом проглоченной сухости во рту. Тогда Тэ воспользовался ситуацией и протянул ладонь на встречу руке брюнета. Почти не касаясь он почувствовал тепло кожи Сокджина, между ней и кончиками пальцев образовалось напряжение. Нагревающееся, укрепляющееся, оно, словно шаровая молния, волной прошло по телу Джина, от кончиков пальцев рук, до самой лохматой макушки, где взрывалось фейерверком, распуская ласковые мурашки и легкий жар по спине парня.       Брюнет слегка дернул рукой, но не убрал ее, он смотрел как заворожённый, пытаясь понять, что сказал юноша. Он смотрел в глаза Тэхёна стараясь вспомнить то, чего не мог вспомнить. Свободной рукой он убрал с коленей пистолет, тем самым давая понять, что выслушает его. Юноша прикрыл глаза, ноздри шумно потянули воздух, он вдруг переменился, стал спокойный, лицо его не выдавало ни капли тревоги и нервозности.       — Ты знаешь, я когда тебя в клубе увидел сразу узнал, — пальцы наконец опустились на тыльную сторону ладони Сокджина, пуская новый тепловой разряд, способный вывести из строя, они прогладили кожу в сторону запястья, приятно разъезжаясь в стороны. Кожа Сокджина была мягкой, чуть влажной.       Джин потупил взгляд, несколько секунд бегал глазами по тарелкам с едой, потом снова вгляделся в Тэ, старательно прищурившись, он проморгался. В груди словно ветер завыл, сметая все внутренности в торнадо. Он не знал этого парня, он не знал его никогда ранее, он был уверен, но почему он позволяет разговаривать с ним как со старым другом? (прим. Автор: потому что вы трахались несколько часов назад?)       — Я вижу ты в замешательстве… Позволь начать с начала.

***

      «Несколько лет назад, не помню точно, где-то около четырех лет назад, мне тогда было двадцать, мой отец крутился в высшем обществе в Корее, чтобы наладить отношения, для своего бизнеса там. В одном из мест скопления, стоящих у верхов, он встретил некоего господина Пака Джиуна. Тот сказал, что у него есть отличные ребята для работы в компании моего отца пушечным мясом, только вот это были отнюдь не смертники, отбитые на всю голову, а юноши, дети, которые толком в жизни ничего еще не знали».       — Что это отец? — Тэхён ворвался в кабинет к отцу выбивая дверь с ноги, размахивая вилкой, возмущенно тыча ей обратно в дверной проход. Лицо его было красным от эмоций, а галстук оттянут, словно он его задушил в жарком помещении.       — Ты про новых официантов?       — Да я про новых официантов! — Тэхён с размаху кинул вилку на стол, та со звоном прокатилась по нему и упала на пол, делая пируэт и продолжая звенеть чистым серебром, разрезая отцовское молчание.       — Что не так Тэхён, почему ты так возмущён? — старший хотел было перейти на ругань, но сдержал себя, сжимая руку в кулаки, он уперся ими о стол и привстал.       — Ты их видел? Кто предоставил их тебе? Ты же знаешь… — Тэ понизил голос и пригнулся к отцу через стол, — что здесь начнется через час.       Отец замешкался, он крикнул, чтобы кто-то прислал официанта, который поднимает и заберет вилку. В кабинет зашёл молодой человек, его светящееся белое лицо, алые пухлые губы и чистый открытый взгляд — тут же поймали на себе внимание обоих. Парень учтиво поклонился, забрал вилку, снова поклонился и вышел вон, позволяя присутствующим дышать.       — Что это? — отец Тэхёна медленно вернул своё сознание в тело, поворачивая голову на юношу, губы которого чуть приоткрылись в изумлении.       Тэхён стоял, повернувшись корпусом вслед за парнем, которого еще можно было разглядеть в коридоре, разговаривающим с кем-то из присутствующих. Он улыбался и в этот момент выглядел словно зефир: сладкий, воздушный, нежный. Юноша проглотил собравшиеся во рту слюни, предательски льющиеся потоком из слюнных желёз, и закусил губу, прежде чем обернуться к отцу и вновь заговорить, он потянул галстук ещё, чувствуя, что ему стало гораздо жарче, чем до этого.       — Это официант, — голос чуть сломался и прозвучал еще ниже обычного, указательный палец, скрытый мужественной грудью, исподтишка ткнул в коридор, — Честное слово, ты хотя бы посмотрел на них для начала, там все красавцы на подбор и им не больше, чем мне, отец, что он тебе наплёл?       — Что он даст людей, которых не жалко и никто не будет их искать, — смотря в молящие глаза Тэхёна, мужчина зарылся в ладони, сгорая от стыда. Это должна была быть сделка с рабовладельцами с Карибских островов, но на такое он пойти не мог. В голове сразу возник образ истерзанного Тэхёна, которому приходится делать по чьему-то велению всё, или же наказания, смерть.       Мужчина выпрямился, прошелся вдоль окон и выдохнул. Он развернулся и вихрем подошёл к Тэхёну, хватая парня за плечо, он развернул его в сторону двери и велел вывести всех до единого, пока не пришла облава заказчика.       Тэхён действовал быстро, он выскочил из кабинета, его глаза всё пытались найти брюнета, но отыскать его было не так-то просто. В толпе таких же брюнетов в Корее это было как отыскать иголку в стоге сена. Но одна голова отличалась от остальных, парень с идеально ровными зубами кричал на других официантов, стараясь собрать их всех вместе, чтобы создать хоть какую-то систему, но молодые ребята терялись в новой работе, путали заказы и роняли посуду.       — Ты! — крикнул Тэхён, тыча пальцем в бледного низкорослого худощавого парня с огненным нравом.       — Теперь меня из-за вас покарают, — шепнул он в толпу и повернулся к незнакомцу, — Да, господин, мы сейчас же заменим посуду и создадим благоприятную обста…       — Нет, слушай, выведи отсюда всех, живо, на кухне утечка газа, — Тэхён соврал, не моргнув глазом, он встал на стул и повторил всё четко и громко, чтобы люди в помещении двинулись к выходу, но того парня здесь не было.       — Чёрт подери, где этот Сокджин? — низкорослый крикун тоже встал на стул и тут встретился с взглядом Тэ, — Одного не хватает! — крикнул он ему сквозь шум толпы. Было сразу ясно кого.       — Я схожу посмотрю! — Тэхён спрыгнул со стула прямо в паникующую бурную толпу. С грацией пантеры он вилял между людьми, не видящими куда они идут, каждый норовил уронить и затоптать, на выходах из комнат создавалась давка, кто-то кричал.       Сокджин стоял у самой дальней комнаты, взгляд его был напуганным, а вид растрёпанным. Подойдя чуть ближе, Тэхён увидел, как к парню пристаёт здоровенный мужчина. Накаченный алкоголем и возможно какими-то наркотиками, он оторвал брюнету рукав, пуговицы, сорвал нагрудный карман с платочком. И вот с этим платочком в руке он шёл на него, облизывая свои мерзкие жирные от еды губы.       Реакция Тэ была неожиданной и для него самого, но соображать было некогда. Рука молниеносно достала из кобуры под пиджаком тот самый Beretta 92, прокрутила на тонком среднем пальце, сняла с предохранителя и.… один выстрел в глаз и человек безвольным мешком упал назад на стеклянный столик, разбивая его. Осколки проткнули бездыханное тело в нескольких местах насквозь, заставляя Джина закрыть рот руками.       Выстрел вызвал еще большую панику, от чего единичные крики переросли в нескончаемый поток визга. Тэхён вытянул руку, ухватился за ладонь Сокджина и потянул за собой, вынимая его из густой как смола паники. Ладонь парня была такая же, как и сейчас, влажная и бархатистая, но сам он был в разы худее.       Прорываясь сквозь толпу, вместо выхода, юноша завернул на пожарную лестницу, уводя брюнета другой дорогой. Они вышли на террасу перед знанием, обошли помещение, где их уже ждал тот крикливый парень. Завидев Сокджина он кинулся его разглядывать.       — Господи, господи, — приговаривал он, доставая из мешка толстовку. Он натянул кофту на Сокджина не дожидаясь, когда тот поможет. Тот стоял с руками, не засунутыми в рукава, и глядел на парня перед собой чуть растеряно. Невысокий официант заключил в ладони лицо Джина, — Почему с тобой вечно что-то происходит, негодник?

***

      Сокджин слушал внимательно, он помнил тот вечер, помнил старания Юнги, но паника перед мужчинами, которые сильнее его физически всё затмила и момента выхода из здания он не запомнил. Осознание, что перед ним сидит человек, благодаря которому он сейчас в Монреале, а не где-то в Сингапуре ошарашило его.       — А на следующий день, — продолжил юноша, снова обращая на себя внимание, — отец со своими лучшими головорезами задушил того чувака и его людей, которые хотел вас в рабство продать, такая вот история, да.       Он как-то мечтательно вздохнул, на душе у него отлегло, поэтому кушанье начало помещаться в скрутившемся от голода желудке. Сокджин посмотрел на стул, где лежал ствол, на его лице эмоция сменяла эмоцию, осознание, понимание, шок и, наконец, спокойствие. Сейчас стало понятно, почему этот пистолет показался ему знакомым и почему Тэхён так быстро понял в клубе, что ему нужен именно Джин. Всё встало на свои места.       — Почему вы убили его? — не отрывая взгляда от пистолета, спросил Джин, все еще ощущая одну руку Тэ на своей.       — Шутишь? Такое не прощают, — Тэхён, вдруг подлез под ладонь парня и сжал ее со всей нежностью, что скопилась в его сердце, — Он бы нашёл способ сделать из вас рабов… Да вы и так ими были! Вы же не преступники какие-то.       Джин аккуратно повернул голову на юношу, заглядывая в большие глаза, отмечая длинные ресницы, оттененные приглушенным светом. Тэхён улыбнулся и посмотрел на ладонь в своей руке, потёр большим пальцем костяшку мизинца Джина, в уголках его глаз появились тоненькие морщинки, его скулы просто ползли вверх, не в силах сдерживать улыбку.       — Я мечтал встретиться с тобой с того самого момента, — его взгляд, чуть влажный, метнулся на Джина, который не отрываясь наблюдал за ним, — Желал ощутить бархат твоей кожи в своих руках снова, жаждал поцеловать те алые губы, которые врезались в моей памяти на столько лет, видел тебя во сне. Я столько раз, — глаза его посмотрели наверх, голос смягчился в истоме, — Представлял себе этот момент, момент нашей встречи. Я так удивился, ты стал таким сильным и большим, да у тебя тело Аполлона…       — Хватит, — Джин выдернул руку, начал увлеченно есть, ставя барьер между ними, — Не выдумывай себе сказок. Ешь. Остынет.       — Но, ты не представляешь, как сильно я был влюблён!       — Я не тот парнишка больше, Тэхён, — впервые за долгое время парень сказал его имя. Сказал так холодно и безучастно, словно это название какой-нибудь каши. Сердце пропустило удар, а рука, оставшаяся без поддержки, сжалась в кулак.       — Послушай, Сокджин, — его имя играло на устах юноши как мелодия, несмотря на то что голос стал жёстче, — Мне всё равно кто ты сейчас, я просто ждал этого. Ты можешь никак не принимать мои чувства, тем более что мы уже переспали, так что в принципе я уже добился наивысшего блаженства, и ты мне больше не нужен.       Джин кивнул, его это совершенно не заботило, в тот момент Ким Тэхён для него тоже был чем-то вроде пилюли, что приглушит боль разлуки. Боль утихла, из-за активности прибываемых на станцию «Сокджин» поездов с событиями, но как долго это продлиться он не мог знать точно. Из этой ситуации его радовало только то, что за ним не охотится никакая мафия, она всего лишь желает его трахнуть, это другая история.       — Ешь, — повторил брюнет, закидывая в рот очередную устрицу.

***

      Сделать загранпаспорт и получить визу для Намджуна не составило никого труда. Вот уже два часа он сидел в одном из кафе аэропорта, смотря на ламинированную бумажечку. Сердце, периодически пробивая удары, словно барахлящий мотор, стучало в груди с каким-то бурлящим чувством, то накатывая, заставляя потеть, то стихая, будто опуская в ледяную воду. На билете датой вылета было указано 10 марта, до которого осталось три дня.       Джун сидел прямо в середине совершенно пустого кафетерия. Молодой человек вышедший из дверей кухни совершенно случайно именно в тот момент, когда Джун стойко смахнул навернувшуюся слезу большим пальцем. Скинув с себя резиновые перчатки в кофейной крошке, он похлопал себя по груди, размял шею, чуть повертев ею, и направился к блондину.       Подойдя ближе, он хлопнул его по плечу, переводя его внимание на себя, вызывая в груди Джуна очередные пульсации беспокойного сердца. Парень поднял взгляд и увидел перед собой улыбающееся лицо Пак Чимина. Улыбка была явно не доброжелательной, скорее мерзкой, наигранной. Волосы парня сверкали огнем в свете дешевых ламп кафетерия, подчеркивая легкомысленность Чимина.       — Привет, мой милый дру-уг, — пропел ласковый, как летний ветер, голосок.       Намджун напрягся всем телом, стараясь выглядеть как можно спокойнее, он сжал кулаки. Видя это лицо ничего хорошего в душе не происходило, каждая частичка парня отзывалась желанием врезать ему или того хуже, скинуть с Lotte World Tower. Джун прикрыл глаза и закатил их под веками, стараясь не выдавать свое нежелание общаться. Рыжий же, продолжая улыбаться, уронил свой зад на стул напротив.       — Здравствуй, Чимин, — парень облокотился на спинку стула, скрестил руки на груди, закусил щеку, словно у него болит зуб только от одного вида этого человека.       — Как твои дела? Как голова, быстро зажила? — ехидно спросил Чимин, вытаскивая из кармана смартфон и кладя на стол. Манера общения как у дорогой сучки, бесила Джуна еще больше.       Намджун поёрзал, стараясь не выходить из себя, он оглянулся сначала направо, затем налево, чтобы убедиться, что никого рядом нет, аккуратно вытянул руки к столу, складывая билеты и паспорт вместе. Закинув документы в рюкзак, Джун осмотрел парня с ног до головы. Он наливал ему кофе, но, должно быть, из-за масок на лицах они не узнали друг друга. Он хорошо знал Чимина, обычно таких знакомых сложно не узнать по глазам, но цвет волос сыграл злую шутку, может, знай, что это Пак, блондин ушёл бы сразу.       — У меня вот долго побои заживали, после того бугая, клянусь его кулак весит больше, чем моя голова, — продолжил рыжий, понимая, что диалог выйдет весьма односторонним, — Откуда у тебя такие друзья взялись? Мало того качки, так еще и владеющие своим телом, ты бы видел как тот коротышка отмудохал моих парней.       Намджун всё это время старающийся не смотреть на Чимина, вдруг поднял глаза, заглянув хитрый прищур парня. Он тяжело с хрипов вздохнул, проглотил воздух, собравшийся у нёбного язычка, вытягивая шею, выпрямляясь, он чуть открыл рот, желая что-то сказать, но Пак заговорил раньше.       — Я вообще… чего подошел-то, я извиниться хотел, — он улыбнулся, смущаясь своих слов, маленькая ладошка прикрыла рот и кончик носа, юноша отвернулся, успокаивая свои эмоции, — Я не собирался того тебя, ну, бить, ты сам виноват.       Намджун улыбнулся, его лицо говорило: «ты должно быть шутишь», поэтому Чимин замешкался. Перебирая пальцами кольцо на мизинце он улыбнулся, пухлые розовые как лепестки розы губы свернулись как перед поцелуем, чмокнули и растянулись в улыбке, юноша втянул сквозь зубы воздух.       — Ты не поздоровался со мной, я был чуть навеселе и меня это возмутило, поэтому я…       — Ой, да ладно, вы бы убили меня. Не появись те парни, с большой вероятностью я бы был уже в колумбарии, — Джун кинул отстранённый взгляд на выход, самодовольно улыбнулся, вставая с места, — Смотрю ты не стал дизайнером, работаешь баристой в этом захудалом кафе.       Блондин подошел к рыжему, лицо которого вдруг скривилось в ненависти. Он посмотрел ему прямо в глаза, стараясь увидеть там того нежного парня, который всегда был готов поддержать его когда-то, но не увидел там ничего кроме презрения. Тогда он стукнул легонько себя по носу, резко шмыгая им, выдохнул воздух через рот, занес руку. Парень, сидящий на стуле, даже не успел понять, что происходит, как жёсткий удар с хрустом разнёс ему переносицу. Он упал со стула, скорчился на полу. Блондин навис над ним.       — Давай больше никогда не встречаться, Чимин.       Намджун выдавил из себя улыбку и как можно сильнее хлопнул по хрупкому юношескому плечу, которое сотрясалось от боли, затем закинул за плечо рюкзак и устремился к выходу, оставляя Пака с крючиться на кафельном полу.