Разбитые: Эра крови

       Я выросла на историях, рассказываемых в башне папиными друзьями. Ребёнком я пробиралась в гостиную и слушала их. Легенды Тора. Искаженные воспоминания Локи. Научные теории доктора Беннера. Семейные рассказы мистера Бартона. Наполненные болью, редкие воспоминания Наташи о жизни в России. Но лучшими были истории Стива Роджерса. Капитана. Он часто рассказывал о жизни на войне, но больше всего меня интересовали истории о Баки — его лучшем друге. Ещё в таком нежном возрасте я знала, что мы родственные души. Я ещё не была такой разбитой, искалеченной, как сейчас. Но когда четыре года назад джет приземлился в Ваканде, а спустя несколько часов я встретила Баки, я уже тогда знала, что он очень крепко держит моё сердце в руках... Тот день не отличался от всех остальных. Доктор Беннер с его редкими появлениями в башне, работал в лаборатории. Ванда медитировала в комнате напротив. Мама как обычно была на встречах. Папы не было в живых уже два с половиной года. До сих пор ненавижу себя за то, что позволила закрыть меня в долбанной башне. Я даже не смогла попрощаться. Из-за чего мне хотелось вечно что-нибудь сломать. Я только закончила яростно набирать заявление в приёмную комиссию (как будто малышку Старк могли не принять...), когда услышала шаги в коридоре. Плавная поступь человека, который не хотел никому мешать. Я побежала навстречу.        Баки только что вернулся с миссии. Понятия не имею, куда его отправил ЩИТ, мне они не докладывали, но вернулся мой друг в ужасном состоянии. Его жилет был порван, сам он был весь в крови, даже пряди волос оставляли красные подтеки. Казалось, что он искупался в крови. Джеймс на ходу снимал перчатки, скинул с плеча винтовку, которая с грохотом упала на дорогой паркет. — Баки... — с ужасом позвала я. Он всегда приходил сюда злой, но никогда он не был в таком состоянии. — Проваливай, Морган! — А это уже был сигнал. Мы дружили. Он всегда защищал меня. Всегда был дружелюбен. Обычно, если он не хотел говорить, то игнорировал всех вокруг, но никогда до этого он не говорил так грубо. — Баки... — вновь окликнула его я. Парень резко развернулся, подняв голову. На его щеке был порез, на шее синяк. Но больше меня пугали его глаза. Взгляд загнанного зверя. Человека, который столкнулся с чем то ужасным. — Поговори со мной... Баки сорвался с места и прижал меня к стене. Его железная рука слегка сдавила мне горло. Меня погрузили в металлический запах крови. А белое платье было испорчено. — Поговорить с тобой, Морган? Поговорить? — Он нависал надо мной, а я дрожала от страха. Баки не делал мне больно, просто удерживал. — О чем говорить? Неужели не видишь? Он покачнулся. Его рука соскользнула с моей шеи, он провел пальцем до груди. Это показалось бы интимным, не будь он таким напуганным и злым. Через секунду я обняла его. Я делала это каждый раз, когда он возвращался. После отставки Стива, больше было не кому поддержать его. Мои руки скользнули по его спине. Баки положил голову мне на плечо, одной рукой обнимая за талию. — Я сорвался, Морган. Это опять случилось... — его голос был таким надломленным, неживым. — Три мирных. Я убил троих. По моим щекам потекли слезы. — Прости меня, Морган. Парень ещё крепче прижал меня к себе. — Идём. — Я разорвала объятия. Где-то за стеной была Ванда, готовая прийти на помощь, если что-то случится. Но я была слишком собой. Безрасудной девчонкой. Баки взял меня за руку, и я потащила его к душевым. Это наверняка выглядело комично со стороны. Я, которой ещё и двадцати-то не было, и столетний убийца, которого по-хорошему надо было закрыть с кучей психологов и психиатров, идём за ручку по башне моего отца. Он бы в гробу перевернулся, узнай, что тут происходит. Баки толкнул ногой дверь. Мы вошли в комнату. — Оставайся тут, — тихо сказал он мне. — Нет, — был мой ответ. Я толкнула его в спину, подгоняя, чтобы он встал под автоматический душ. Вода потекла как только мы подошли. Баки делал прирывистые вдохи, а его кулаки то сжимались, то разжимались. — Уходи, Морган. — Он редко называл меня по имени. Чаще просто "малышкой" или "малышкой Старк". — Нет. — Повторила я, расстегивая на нем жилет. К нам под ноги стекала красная вода. Мы уже оба были мокрые. Я запоздало поняла, что моё белое платье просвечивается. Жилет упал на кафель. Баки так и стоял, глядя в пол. Я стянула с него манжеты с метательными дисками и запасными патронами. Дзыньк. Следом он нехотя поднял руки, чтобы снять водолазку. Мои руки скользнули по его груди и животу. Все тело было в шрамах. Маленьких и больших. Один, прямо над грудью был оставлен мной по чистой случайности. Я задела его однажды. Баки дернулся, когда я потянулась растегивать его ремень. Дзыньк. Я понимала и ощущала всю интимность ситуации. Дрожащими мокрыми пальцами я нащупала пуговицу на штанах. — Малышка... — прошептал он. — Не переживай, я не буду смотреть... — никогда не думала, что буду стягивать штаны с любви всей своей жизни в таких условиях. Он переступил через ткань, оказавшись передо мной полностью голым. Дзыньк. Это разбивалось моё сердечко. Баки поднял голову глядя мне прямо в глаза. — Какого это любить убийцу? — Спросил он хриплым голосом. У меня подкосились колени. Он не знал. Не мог знать. Баки все так же смотрел на меня, видя панику. Скользнул взглядом на губы, потом на шею, к которой липли волосы, все ниже, ниже. Он знал. Все это время он знал. — Так же как и всех остальных... — сдалась я. Баки вздрогнул. — Неужели не противно? — Ни чуть. — Морган... — прошептал он. Его голос утонул в звуке льющейся воды. Он сделал шаг ко мне, моя спина вновь уперлась в стену. — Однажды, ты меня убьёшь... С этими словами его губы накрыли мои. Это действительно происходило. Баки Барнс целовал меня. Его руки блуждали по моему телу, а мои упирались ему в грудь. Он был на вкус как кровь, пот и дым. Это был мой любимый вкус. Малышка Старк была во власти столетнего убийцы и ни разу не возражала. Баки обхватил мою талию и поднял. Я обвила ноги вокруг его торса. Я целовалась до этого с мальчиками из школы, но ни один поцелуй не был похож на этот. Я тонула в нем, распадаясь на мелкие кусочки. Я чувствовала как он возбужден. Чувствовала, с какой страстью он прижамал меня к этой треклятой стене. — Баки... — почти простонала я. Парень остановился. Всего на секунду, чтобы припасть к моей шее. — Ты пахнешь розами и мной, малышка. — Он провел дорожку из поцелуев от уха к ключице. — Так чертовски пахнешь мной. Я застонала, когда он здоровой рукой залез мне под юбку. Баки сжал внутреннюю часть моего бедра, от чего я прижалась к нему ещё сильнее. Его губы заглушили мой стон, когда он пальцами отодвинул полоску трусиков и вошёл в меня сначала одним пальцем, а потом сразу несколькими. Я знала, что он возбужден ещё больше меня. Знала про адреналин в его крови. На секунду я решила, что это не правильно. Но со следующим толчком эта мысль потерялась. Баки прорычал мне что то в губы и одним резким движением разорвал платье. Не теряя времени он захватил мой сосок в рот, все ещё работая внутри меня пальцами. Мои стоны слышала наверняка вся башня. Я молилась, чтобы мама не пришла раньше и не решила меня поискать. — Морган...— шептал он. — Моя малышка.... — Я хочу тебя... — стонала я в ответ. — Сейчас, Баки. Парень поймал мой взгляд. Его глаза все ещё были остекленелыми, но уже от возбуждения. — Уверена? Я лихорадочно закивала. Возможно для Баки все это было игрой. Возможно он так выпускал пар. Но для меня он был всем. Парень шевельнулся, его пальцы выскользнули из меня. Моё порваное платье упало в кровавую воду. Меня всегда окружала кровь. Я почувствовала, как он провел членом по моему бедру. Секунда, короткая вспышка боли и он был во мне. — Морган... — с ужасом во взгляде Баки сжал моё плечо. — Все хорошо. — По лицу скользнула одинокая слеза. Я всегда знала, что займусь сексом только с тем, кого буду любить. Джеймс Барнс не оставил мне и шанса. — Все хорошо. Всё хорошо. — убеждала его я. Баки, завёл мокрую прядь мне за ухо и задвигался внутри меня. Он смотрел мне прямо в глаза. Казалось он вдохами ловит мои стоны. Больно было от его размеров. От первого раза. Но это была хорошая боль. Я надеялась, что он не причинит мне другой. Движение внутри меня становилось все быстрее. Толчки были более глубокими. Он сжимал мою талию все сильнее. Он вновь начал целовать меня. Эти поцелуи были другими. Более жёсткими. Более сильными. — Малышка Старк, — стонал и рычал он. — Ты меня убиваешь, но я хотел бы умереть от твоей руки. Я закричала ему в губы, когда он начал кончать в меня, наполняя теплом. Собирая кусочки меня в целую. Мы мягко и осторожно заскользили на пол. Вода так и текла на нас, когда Баки прижал меня к своей груди, запутываясь рукой в моих мокрых волосах. — А может, влюбиться в малышку Старк было не такой уж и плохой идеей. — Сказал он мне на ухо. — Стив говорил, что я вряд ли доживу до того, как смогу сказать тебе это. — Что? — Я подняла глаза. Баки слегка ухмылялся. — Я люблю тебя, малышка. Сильнее, чем ты когда-нибудь сможешь полюбить меня. — Его губы изогнулись в измученной улыбке. — Как давно? — Спросила я. Тишину разбовлял звук бьющей о кафель воды. — Наверное, когда твой нож задел моё плечо, тогда и ты задела моё сердце. Слишком живая. Слишком разбитая. Слишком всеми любимая. Я ранила его больше года назад. — Поверить не могу, что ты молчал целый год. — Я стукнула его в грудь. — Я люблю тебя с пятнадцати лет, Баки Барнс. И буду любить через пятнадцать. Через тридцать. Через пятьдесят. Не говори, что я люблю тебя недостаточно сильно. Вот так все и завертелось, пока я лежала в объятьях Баки под шумом воды. Впервые со дня смерти отца я была целой. Собранной. Почти счастливой.