Я хочу увидеть море!

— Игорь! Завтра родители приезжают! Игорь, ты слышишь меня? — Что? Я спал. Крепко и без сна. Наконец-то. Все лето и начало осени я занимался викингами, драккарами и даже построил погребальную лодью. Не заметно для себя увлёкся реконструкторскими боями. Заговорщики тактично молчали и всячески подбадривали. Кунченко посоветовал попробовать именно меч, так как я был гибким, но имел достаточную мышечную массу. По первому времени тяжело даже было пить чай, расплескивал жидкость из чашки. Так тряслись руки. Немилосердно болело все. Казалось даже кончики волос и те стонали и просили о пощаде. Куда там, с трёх сторон меня тренили. Дома брат, в клубе Кунченко, на поле Михаил. Одна Аня меня жалела, кормила и поила. На удивление Миша нисколечко не ревновал. Наоборот, прекрасно понимал что мы с ней как два сиамских близнеца. Все свободное время от тренировок, моделирования и работы было отдано на изучение пострадавших записок о монахе Игоре. Некоторые места зачитывал Анне и Олегу. И ждал приезда родителей. У меня к ним огромная хартия вопросов. Утром мы с Олегом стояли на вокзале. Не было нервозности. Родители приучили к своему долгому отсутствию, но я реально соскучился по ним. И вот, когда поезд остановился, и перрон заполнился встречающими, приезжими, носильщиками, уборщиками и прочим рабочим людом, на площадку свалилось нечто. Огромный рюкзак, битком забитый вещами, из него торчали какие-то рукоятки, коврики. И это огромное что-то двигалось в нашу сторону! На одном боку свисали подпопники- подложка чтоб попец не простыл, с другой стороны фонарик и прочая ерунда. — Папа? Мы с братом переглянулись и бросились ему помогать. — Ты зачем столько несёшь? — А, так это мы часть оборудования отправили курьером. Это уже по мелочи осталось. Мы сняли с отца вместилище древней цивилизации. — Здесь что, половина скифского поселения? — Половина не половина, но кое-что интересненькое есть. Привет, парни. И отец каждого крепко обнял. — А мамусик где? Только не говори что ты потерял мамусика. — Маму? Её потеряешь. Эта маленькая заноза всю дорогу развлекала проводницу. — Лев! Мальчики! С подножки вагона нам махала мамусик. Среди нас она была словно младшая сестрёнка. Маленькая, тоненькая, но жилистая. Несмотря на это всем здорово доставалось. Если мамусик сказала есть манную кашу, значит её будут есть все, независимо от пола и возраста. Сказала « копать от сюда и до обеда», значит лопату в зубы и хоть всю Сахару, но до обеда будешь откапывать участок. Когда-то мы ездили с ними на раскопки. Да-да, дети летом в деревню к бабушкам, и только семейство Бернов копаться в большооой песочнице. Вот и кажется иногда, что наши родители таки не выросли из детства: те же лопатки, пасочки и куличики с секретиками. — Мамусик! Забасили мы с братом и подхватили ее на руки вместе со скарбом. Отец заметно выдохнул. — Так, мальчики, дай те я на вас гляну. И мамусик давай нас ворочать, попутно поправляя то там то сям. — Молодцы, даже шнурки поглажены. Мама осталась довольной, таможенный досмотр пройден и мы отправились домой.