Страж

Номер 1879, люкс, в отеле на 2015 Массачусеттс авеню, Дюпон-Серкл, Вашингтон. 7:30 утра. День второй. Отперев дверь номера электронным ключом, Дерек направился в спальню, но к его удивлению, не только в спальне, а и во всем номере объекта не наблюдалось. Расстегнутые наручники валялись на кровати, пустой кувшин стоял на тумбочке. Зашвырнув кувшин в стену, он несколько минут переводил дыхание, успокаиваясь. Как можно обеспечивать безопасность того, кто не желает, чтобы его охраняли!? Первым делом, спустившись вниз, Дерек выяснил, была ли уборка в номере сегодня. Как оказалось, была, вопреки установленному им расписанию. Все словно сговорились нарушать его указания! Горничная Эллисон впала в ступор от того тона, в каком Дерек задал ей вопрос, и ему, чтобы получить ответ, пришлось смягчиться. Оказалось, объект лично позвонил на ресепшен и попросил убрать в номере. – Он… он, – запинаясь на каждом слове, пунцовая Эллисон не знала, куда деть свои руки, и то и дело мяла передник, – мистер Стилински был в спальне, когда я пришла убраться в номере… в наручниках. Он сказал, что они со своим партнером играли в… кхм… – Ну же, Эллисон, не волнуйтесь, просто расскажите все, как было, чтобы я как можно быстрее выяснил, где мой подопечный, – Дерека нервировали всяческого рода заминки, взять хотя бы эту горничную, черт бы ее побрал, из которой слова не вытянешь. – В ролевые игры, – даже уши у Эллисон стали насыщенного красного оттенка, – и что его партнера внезапно вызвали на службу… он врач и срочно понадобился в больнице. – Врач, значит, – губы Дерека расплылись в хищной ухмылке, – ага, как же. – Ну и, мистер Стилински сокрушался, что тот забыл его отстегнуть и попросил в шкафу в коробке, ох, – у Дерека складывалось ощущение, что горничную вот-вот придется откачивать и приводить в чувство, – в коробке с интимными игрушками поискать ключ от наручников. – Что вы и сделали, Эллисон. Спасибо за информацию. То, что Стайлз испорченный во всех отношениях, Дерек уже уяснил себе за первый же день работы. Но попросить горничную рыться в коробке с резиновыми членами, и кто знает, что там у него еще, только для того, чтобы как всегда сделать всё вопреки всем, это даже невозмутимого Дерека проняло. Усмехнувшись, он мысленно занес коробку из секс-шопа в список сексуальных предпочтений объекта, с которыми, судя по всему, ему еще предстоит познакомиться ближе, учитывая его вздорный характер. К радости или к сожалению Дерека, настроившегося на очередные поиски, от охраны периметра он узнал, что объект не покидал отеля, а, спустившись на первый этаж, проследовал в бар. Единственный посетитель бара в столь ранний час с блаженной улыбкой на губах курил сигарету и потягивал джин, глядя на входящего Дерека с чувством полного превосходства. – Ты принес мой «Аддерол», Хейл? – вальяжно закинув ногу на ногу, он медленно отвел полы белого махрового халата, обнажая бедро, не скрывая издевательских ноток в голосе. – И тебе доброе утро, Стайлз, – с неизменной невозмутимостью на лице, Дерек нарочито медленно проскользил взглядом от тонкой щиколотки вверх вдоль всей ноги, цепляясь за каждую родинку, – рад, что сегодня обойдемся без душа. Не хочу снова замочить пиджак по твоей вине. Ты, как я вижу, готов, и даже вовремя. Не давая тому опомниться, Дерек схватил его именно за то запястье, на котором красовалась розовая полоска от наручника, осознанно причиняя боль, и потащил к машине, не обращая никакого внимания на шипение объекта. Он пристегнул Стайлза ремнями безопасности и заблокировал двери, после чего, изобразив вселенскую грусть на лице, завел машину. – К твоему великому сожалению, Стайлз, сегодня университет отменяется. Ты не по форме одет. Всю дорогу в назначенное место Дерек чувствовал, как его спину вспарывают злые карие буравчики, но лишь удовлетворенно улыбался и продолжал вести машину, удивляясь тому, как тихо ведет себя объект. – Какого черта? Хейл, ты издеваешься? – вот оно, тумблер сволочизма снова на позиции «вкл.», – на хрена мне стоматолог? У меня есть свой! И во имя всего святого, какого хера ты меня привез в ветклинику?! Я же не зверушка какая-то! – Стайлз, ты можешь, конечно, брыкаться, но я тебя все равно затащу и усажу в кресло к врачу, однако при этом ты рискуешь показать свои юношеские причиндалы всем прохожим, – Дерека откровенно веселило то, как какой-то малолетка постоянно меряется с ним у кого яйца крепче. – У меня нормальные причиндалы, – сконфуженно пробормотал Стайлз, глубже запахивая халат и удивляясь тому, как быстро у этого охранника получается его заткнуть. *** – А-а-а-а! Больно, мать твою! – Стайлз, что ты как детка малая, потерпи, – Дерек уже начинал радоваться этой работе, понимая, что лучшего развлечения, чем Стайлз Стилински ему не сыскать, - ну, хочешь, я тебя потом на ручках покачаю? Или же это сделает Алан, если он тебе больше нравится. Дитон закатил глаза, узнавая прежнего Дерека, и продолжил молча устанавливать передатчик в семерку строптивого пациента. *** – Стайлз, перестань ковыряться в зубах и ешь. – Ты вставил мне какую-то хрень в зуб! Ты протащил меня в халате через весь город и сейчас заставляешь сидеть краснеть в одном из лучших ресторанов города! – Ты умеешь краснеть? Не заметил, – отпивая воду из бокала, Дерек пристально всматривался в лицо Стайлза напротив, медленно приобретающее розовый оттенок, – может, хм, ты не там краснеешь? – Твою мать! Ты не даешь мне даже нормально поесть! – Стайлз остервенело пилил стейк, не замечая что делает это не той стороной ножа. – О, ты проголодался! – протянув руку через стол, Дерек забрал себе тарелку Стайлза, порезал говядину на небольшие кусочки и снова вернул на место, – приятного аппетита. Ешь, Стайлз. Это еще не все на сегодня. Ожидание неизвестного вмиг заставило Стайлза заерзать на стуле и со скоростью света умять свой обед. Любопытство было его главным пороком, с которым он не мог, да и не хотел бороться. Его завлекало все неизвестное. Правда, за чрезмерное сование своего носа, куда не следует, частенько отдувалась его пятая точка. Но тем интереснее же, когда блюдо под названием «жизнь» приправлено острым соусом. Дерек посмеивался одними глазами, наблюдая за воодушевлением Стайлза в отношении поглощения пищи. К удивлению Стайлза, легко читающемуся на его лице, Дерек привез его назад в отель. Поднявшись в номер, Дерек, не обращая внимания на притихшего мальчишку, сел за ноутбук и принялся проверять электронную почту. Удовлетворенно хмыкнув, он молча поманил того пальцем и, встав со стула, жестом указал Стайлзу сесть. – Ты сегодня пропустил занятия, Стайлз. Твои преподаватели любезно согласились прислать на твою электронную почту сегодняшние лекции и задания. – Ты рылся в моей почте??? – Не волнуйся, все фотографии голых мужиков на месте. В этот момент Дерека прервал телефонный звонок, он тут же снял трубку. – Да, сэр. Буду через сорок минут, – и уже обращаясь к Стайлзу, продолжил, – мне нужно отъехать на встречу с твоим отцом, из-за своей командировки он перенес ее на сегодня. Ты теперь знаешь, что в твоем зубе передатчик, так что не пытайся улизнуть из номера, я все равно тебя найду. Делай уроки, Стайлз. И не вздумай злить меня и дальше, чем ты собственно и занимался все это время. *** – Господин президент, мне нужен от вас карт-бланш. Двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Я живой человек, и хотя бы иногда мне нужно спать, чего я не могу делать у себя дома, учитывая поведение вашего сына. Поэтому мое круглосуточное присутствие рядом с объектом вынужденная и единственная возможная мера обеспечения его безопасности. Еще одно условие касается выходных. Мне нужно два дня в месяц. – Хорошо, Дерек, – сегодня президент выглядел особенно уставшим, – все, как вы скажете. Знаете, я удивлен, что за этот малый срок, прошедший с момента вашего назначения, мне ни разу не позвонил сын. Обычно он звонит ровно через пять минут после знакомства с новым телохранителем. Надеюсь, вы окажетесь тем, кто, наконец, сумеет обуздать моего сорванца. – Будем искать компромиссы и решать вопросы по мере их поступления, – Дерек не мог ничего обещать, находясь рядом с объектом всего лишь чуть больше суток. – Это радует. Кстати, Дерек, оставьте свои мерки моему секретарю. В конце недели большой благотворительный прием, и вам понадобится смокинг. Правда, при условии, что Стайлз придет и не будет в стельку пьян по обыкновению. Тогда лучше совсем его не привозите. – Он придет, – на этом Дерек попрощался и покинул Белый дом. *** Дерек сам не знал, чего ожидал от Стайлза. Он ничуть не сомневался в том, что тот проигнорирует его указание и готовиться к парам не будет. Но он надеялся, что Стилински хотя бы останется в номере. Направляясь к отелю, он ни разу не взглянул на дисплей своего смартфона, чтобы определить по сигналу от передатчика, где находится объект. Ему хотелось воочию убедиться в степени наглости, безответственности и беспечности Стайлза, граничащей с дуростью. Убедился. Стайлз откровенно нарывался на хорошую взбучку. О да. Дерек размял в ладони кулак, хрустнул шеей и одернул лацканы пиджака. С улыбкой, не предвещающей ничего хорошего объекту, он шагнул в лифт, чтобы второй раз за вторые сутки отправиться в «Помаду». Зал на первом этаже клуба был построен по принципу амфитеатра с ярусами-ложами и VIP-балконами, с которых отлично просматривались танцпол и стойки стриптизеров. Учитывая, что время было позднее, «Помада» была заполнена до отказа. Десятки расцвеченных софитами тел занимали всю площадку танцпола, в едином ритме двигаясь под электро-хаус. Просканировав взглядом толпу, Дерек направился к уже знакомому ему бармену. В этот раз оказалось достаточным лишь поздороваться, чтобы получить ответ, в какой VIP-комнате на втором этаже клуба находится объект. Картина его взору предстала весьма забавная, если не сказать больше. Голый Стайлз лежал на огромной кровати в позе звездочки, раскинув руки и ноги в стороны, а над его членом трудилась белокурая голова какого-то качка. Разрумяненный, расслабленный, с закрытыми глазами и закушенной губой – другой, ванильный Стайлз. Ни слова не говоря, Дерек за шкирку оттащил качка от объекта и выставил за дверь комнаты, не обращая никакого внимания на попытки того воспротивиться. – Твою мать, Хейл! Я даже трахнуться без тебя не могу! – достав из-под подушки пачку сигарет, Стайлз закурил, не меняя позы и не пытаясь прикрыться, и, немного подумав, добавил с ухмылкой, – а может в твои обязанности входит доставлять мне удовольствие? Дым попал не в то горло, слезы брызнули из глаз, и он закашлялся в ту же секунду, как Дерек с силой сжал его стоящий член у основания. – Для получения удовольствия от меня ты слишком возбужден, Стайлз, и готов кончить от одного моего прикосновения, не так ли? – Дерек не спускал с него глаз, снимая пиджак и отбрасывая в сторону. Дождавшись, когда тот прокашляется, он медленно вынул из шлевок ремень. Настолько медленно, что Стайлз успел пару раз облизнуться, а стоило Дереку расстегнуть верхнюю пуговицу на брюках, у того и вовсе вырвался громкий, протяжный, пошлый стон. Дерек сел на край кровати и за руки перетащил Стайлза к себе на колени, наклонив его так, что голова почти касалась пола, а ноги наоборот лишились опоры. Маленькая задница Стайлза при этом оказалась призывно торчащей вверх. Его левую руку он зафиксировал, зажав между их телами, а правую, согнув в локте, завел за спину и крепко обхватил за запястье, лишая того возможности пошевелиться. Стайлз заерзал, когда Дерек, слегка передвинув, зажал между своими бедрами его член. Трение о жесткую ткань брюк и томительное ожидание неизвестного невероятно возбуждали Стайлза, у него снова начался, спавший было после действий Дерека, стояк. Внезапно кожу Стайлза словно обожгло кипятком, и он заорал. Не сразу понимая, что произошло, он попытался вырваться из крепкой хватки. Его били! Наказывали, словно маленького ребенка! Пороли ремнем! Он даже не успел сделать вздох, как на его левую ягодицу опустился второй, не менее болезненный удар. Его не щадили. Дерек раз за разом опускал ремень на его задницу, укладывая удары по поверхности ягодиц в известном лишь одному ему порядке. Стайлзу казалось, что во всем теле осталась только пульсирующая, раздирающая нутро боль, нарастающая с каждым ударом все сильнее. К боли примешивались еще какие-то ранее неизведанные ощущения, накапливающиеся внизу живота, которые ему не удавалось распознать, настолько он был поглощен ожиданием нового удара. Тело дрожало каждой своей клеточкой, как будто его колотило в ознобе. Пальцы на ногах свело судорогой от напряжения. Он сорвал голос и лишь обессилено хрипел, с носа текло, слезы застилали глаза… Выплывая из окутавшей его тьмы, Стайлз изумленно отметил, что он все еще в VIP-комнате клуба. – Ты должен мне новые брюки, Стайлз, – Дерек тоже был здесь, ожидая, когда тот очнется, – эти ты обкончал. У Стайлза не было сил даже на то, чтобы удивиться сказанному Хейлом. Он как будто со стороны наблюдал, как Дерек надел на него свой пиджак. И лишь когда ткань коснулась его выпоротой задницы, все ощущения разом на него нахлынули, и он разрыдался. Дерек, приобняв рыдающего мальчишку за плечи, вывел его из клуба и уложил в машине на заднее сиденье. Стайлз затих, только еле слышные всхлипы вырывались из его уст. В лифте отеля они также ехали молча. Когда же Дерек, сняв пиджак со Стайлза, уложил его в кровать, того словно прорвало. – Иди на хуй! Ты, сука, слышал? Иди на хуй! – Узнаю прежнего Стайлза, – усмехнулся Дерек и вышел из спальни. Шелковые простыни приятно холодили кожу, но при этом ни на йоту не заглушали боль. Стайлз вертелся на кровати, словно уж на сковородке, не зная как ему лечь и избавить свою многострадальную пятую точку от боли. – Ляг на живот – оказалось, его мучитель никуда не ушел. Дерек, видя, как напряжены плечи Стайлза, одним длинным движением провел ладонью от шеи вдоль спины до поясницы, успокаивая его. Открутив крышку, он выдавил на пальцы мазь и легкими касаниями принялся втирать ее в раздраженную кожу. На удивление, Стайлз стойко терпел его прикосновения, лишь иногда шипя в подушку. – Это мазь с арникой, Стайлз, – Дерек говорил тихо, зная, что его услышат, – она облегчит боль и поможет быстрее зажить твоей, справедливо, заметь, наказанной заднице. Ты был напряжен, поэтому испытал гораздо большую боль, чем должен был испытать. И следы из-за этого сходить будут дольше. Пару дней точно не сможешь сидеть нормально. Стайлз обиженно засопел. Сейчас он уже был не так уж и зол на Дерека, его больше злило собственное тело, мало того, что кончившее от порки ремнем, о чем не помнил вовсе, так еще и возбуждающееся сейчас, во время нежного, хоть и болезненного, поглаживания его ягодиц. Но плавные круговые движения успокаивали и его кожу и его самого. Веки словно налились свинцом, и он с радостью отдался несшему облегчение и расслабление сну.