Недостижимый

— Хей, Чон! Хосок вскидывает бровь вопросительно, глядя на Чонгука — тот запястьем потирает щеку и тут же закатывает глаза. — Пройди мимо, хен, просто пройди мимо. Хосок кусает губу. Сильно, резко, самым выпирающим клыком вдавливая тонкую кожу. Старается игнорировать ухмыляющегося Чимина, доебывающегося до его компании каждый раз, и искренне не понимает: какого, собственно хера? — Чон, — выкрикивает Чимин повторно. — Я слышал, у вас скоро игра? Руки успел натренировать, чтобы не вышло как в прошлый раз? Хосок задерживает дыхание, несмотря на внутренний пожар. Язвительный голос Чимина — не то, что его так сильно разжигает. Но напоминание о собственной неудаче настолько коробит, что у него не получается сдержать порыв обернуться в сторону расслабленно сидящего на подоконнике парня. Чимин сидит в компании друга, закинув руку на согнутое колено, второй ступней опираясь на батарею под окном. Юнги щурится недовольно, листая учебник, и если бы не подобные отношения с Чимином, Хосок уверен, что они неплохо поладили бы, но. Чимин смотрит с прищуром и едко улыбается, то и дело проводя языком между губами. Не то чтобы Хосок обращает внимание на его губы, просто в такие моменты так чешутся костяшки в желании эти самые губы украсить следами в разводах крови. — Хосок-а, — предупреждающе тянет Чонгук, хватая его за плечо. — Пошли, хен, нам пора. — Да, — кивает Хосок, потирая кулак о собственное бедро и совершенно не глядя на брата. — Пошли. В успокаивающем жесте Чонгук хлопает его по плечу, но Хосок почти не чувствует тяжести чужой ладони, не сводя взгляда с окна. Отворачивается в последний момент и краем уха все же слышит, как лениво огрызается Чимин на колкие слова Юнги: — Однажды он сломает тебя, Чимин. И я не думаю, что смогу его остановить. — С каких пор ты его защищаешь, хен? — в голосе Чимина даже со спины слышится улыбка. — Запал? Хосок не может сдержать рваный выдох и ускоряет шаг, удивляя едва поспевающего за ним Чонгука. — Куда ты… Хен, тренировка? И под направляющим мягким и заботливым взглядом младшего брата у Хосока не остается вариантов, кроме как размеренно двинуться к спортзалу. У Чон Хосока есть две проблемы. И первая из них — Пак Чимин, который по совместительству самая большая заноза в заднице как самого Хосока, так и в заднице Чонгука. Хосок лоялен к нему и его ядовитому языку до чертиков, и если бы не он, Чонгук сорвался бы уже на него неоднократно. Чимин не состоит в команде по баскетболу, но он так любит как саму игру, так и дух соревнований, что не пропускает ни одного из тех, в котором принимает участие сборная их колледжа. Более того, он редко пропускает даже тренировки, на которые его за каким-то чертом продолжают пускать. И в этом, на секундочку, заключается вторая проблема Хосока. Чертов Мин Юнги, который по совместительству является огромной занозой в его сердце. Юнги, за которым Чимин ходит почти по пятам на правах лучшего друга, и который так же, как братья Чон, включен в сборную. Хосок никогда не простит себе своей слабости, если об этом хоть кто-то узнает. — Да какого… — Чонгук цокает языком. Сжимает руки в кулаки, и на секунду Хосоку кажется, что он вот-вот рванет к зрительской трибуне. Уже примерно представляя, что там увидит, Хосок разворачивается следом и едва успевает зацепить Чонгука за локоть. — Пусти, я вышвырну его отсюда. Чимин с улыбкой машет одними пальцами в их сторону. — Слишком много неприятных встреч за последние минуты, — цедит Хосок себе под нос. — Ну так дай пройти, — Чонгук почти рычит, пытаясь вырваться из хватки, но Хосок лишь сжимает крепче пальцы — тот морщится от давления, и, сдавленно ойкая, Хосок отшатывается, понимая, что даже на крепком телосложении Чонгука он вполне мог оставить следы. — Чонгук, я не позволю тебе в это вмешиваться. Тебе он, — Хосок кивает на Чимина, — ни слова не сказал. Поэтому это не твое дело. Ясно? Хосок и сам не совсем понимает, почему в его представлении над язвительным Чимином почти купол защитный висит. Мысли о том, что купол зовется Юнги, с которым совсем не хочется портить и без того почти отсутствующие отношения, он старается игнорировать. Так же, как игнорирует Юнги на протяжении всей игры, попутно очень стараясь не коситься в сторону трибун. Он бросает почти осязаемые взгляды на Чонгука, который бесится каждый раз, когда Чимин хлопками пытается поддержать друга. Молчит старательно, не нарываясь на конфликт с братом, и в конечном счете фыркает при мысли о том, что тот уделяет слишком большое внимание человеку, которого считает едва ли не врагом. Врагом ли? И по честному — завидует совсем малость, потому что Чонгук может открыто проявлять свои эмоции, в отличие от него самого. Хосок любит задний двор колледжа. Предпочитая даже в прохладный день проводить там свободное время, он долго и придирчиво выбирает себе комфортный угол: тот, что почти всегда освещен солнцем, но достаточно далеко от общей массы студентов. Он любит раскидываться на на двух небольших ступеньках, подкладывая под голову рюкзак и натягивая на нос солнечные очки. Шум, царящий вокруг, неплохо отвлекает от учебной усталости, и да, Хосок правда любит эти редкие минуты уединения. — Хен! Хосок вздрагивает от неожиданности, когда запыхавшийся Чонгук падает на ступеньку рядом с ним, неаккуратно задевает лямку рюкзака, и Хосок с тихим стоном опирается локтями на нагревшуюся деревянную поверхность помоста над ступеньками. Чонгук бросает ему упакованный сэндвич. — Слышал про вечеринку? — он бормочет с набитым ртом, смешно округляя глаза. У Хосока совершенно нет аппетита в последние дни, но он лениво разворачивает фольгу и отламывает небольшой кусок хлеба. Задумчиво копается в памяти, пытаясь припомнить хоть что-то, но выходит одно сплошное ничего — он сдается и отрицательно мотает головой. — Что за? — выходит настолько незаинтересованно, что Хосок почти сразу исправляется, делая вид, что занят жеванием. — В смысле, чья вечеринка? — Изначально предполагалось, что в честь предстоящей игры. Угадай с одного раза, кто инициатор? — Хосок, дождавшись паузы, многозначительно вскидывает бровь, и Чонгук согласно щелкает пальцами перед лицом. — Именно, Пак Чимин. — Игра только через две недели, — Хосок фыркает. — И что за бредовый предлог? — Поэтому его дружок подсуетился, и теперь предстоящая пьянка будет в честь… — он мнется секунду и тут же жмет плечами, — не помню, хен. Но, в общем, как показывают события, хен Чимина малость благоразумнее будет. Хосок поджимает губы. При упоминании Юнги, тот факт, что его имя скользит в их разговоре, становится приятно и совсем немного щекотно где-то внутри. Ему искренне приятен этот обычно молчаливый парень, но то, как отзывается о нем брат, невольно заставляет хмуриться. — Гук-и, — мычит Хосок и кулаком бьет его по бедру. — Если бы ты участвовал в обсуждениях всей команды, ты бы понял, что половину всех многоходовок и фишек в игре предлагает именно Мин Юнги. — Чонгук шипит недовольно, отталкивая кулак от своей ноги. Хосок почти падает, но успевает подставить ладонь, заваливаясь на колени Чонгука. — А если серьезно, — вздыхает Хосок, переводя взгляд на недоверчивую улыбку Чонгука, — он правда не такой плохой. Не стоит делать выводов, не зная человека. — В какой момент ты начал его защищать, хен? — Хосок не смотрит на него, но даже по голосу мгновенно определяет, насколько тот удивлен. — Только не говори, что… — Прекрати. — Чонгук замолкает, оборванный на полуслове. Что ж, иногда Хосок умеет быть убедительным. Чонгук коротко качает головой, когда Хосок делает вид, что слишком занят откусыванием сэндвича, но хмурый взгляд из-под бровей Хосок все равно замечает. — Хей, Чон! Хосок вздрагивает от неожиданности — слишком расслабился в компании близкого человека — и тут же морщится: такой знакомый мягкий и едкий голос с привычной уже интонацией неприятно проходится по ушам. Хосок поднимает голову, готовясь встретиться взглядом с Чимином, но вместо этого почти сталкивается с неожиданным прищуром Юнги. Чимин в своем репертуаре: скрещивает руки, ухмыляется однобоко и стоит немного позади него. «Словно защищается», — мелькает в мыслях, и Хосок прикусывает губу, чтобы не рассмеяться. Какие бы ни были между ними отношения, Хосок никогда не причинил бы вреда Чимину только потому, что по какой-то причине тот раз за разом выбирает его целью для словесных перепалок. Хосоку хватает мозгов абстрагироваться от этого и понимать, что он намного выше этого. Может, именно по этой причине он относится к нему немного пренебрежительно, но как бы то ни было, факт остается фактом: они в совершенно разных компаниях, которые между собой если не враждуют, то явно сторонятся друг друга. Хосок дергается, когда Юнги вопросительно вскидывает бровь, и понимает, что залипает в собственных мыслях, пялясь в глаза Юнги. Тому некомфортно, по всей видимости: взгляд мечется, он неловко переминается с ноги на ногу, и Хосок, безмолвно извиняясь, отводит взгляд. — Хен? — Чонгук сбоку толкает в ребро легонько и кивает на ожидающую парочку. — Так ты идешь? С шумом пропуская воздух сквозь сжатые зубы, Хосок судорожно пытается мысленно воспроизвести заданный ему вопрос. Юнги усмехается беззлобно. — Вечеринка, — он щурится, подсказывая Хосоку суть разговора. — Ты в команде, и народ вроде как интересуется, все ли из команды будут. — Не думай, что это личное приглашение, — Чимин облокачивается на плечо Юнги, вскидывая игриво брови и тут же возвращая себе едкий вид, — это открытая тусовка для всех желающих. Юнги закатывает глаза. Жмет плечом, скидывая с себя локоть друга и вновь смотрит вопросительно. — Почти вся команда идет, — поясняет он. — Почти? — уточняет Хосок. — Твой милый братик сообщил, что поддержит ее в случае твоего визита, — охотно жалуется Чимин и широко улыбается в сторону Чонгука. Хосок всем телом напрягается, не видя, скорее, чувствуя, как меняется в лице Чонгук. Предупредительно выдыхает, укладывая ладонь на чужое бедро, давая понять, чтобы даже не пытался вступать в перепалку. Мысленно проклинает себя. Он не собирался никуда идти до этого момента. Факт того, что Юнги сам интересуется, придет ли Хосок, приятным камнем бухается куда-то в солнечное сплетение. Камнем, потому что представить собственное осуждение самого себя же за то, что так тянет к этому чертовому Мин Юнги, и без того сложно. И в разрез с этим хочется не то что рядом быть — просто находиться в одном помещении, даже в разных компаниях, но в его зоне видимости. К Юнги у него что-то не совсем здоровое. То, что все еще не проблематично сдерживать, но одновременно с этим сдерживать хочется все меньше и меньше. Понимая, что пауза затянулась из-за собственных противоречивых мыслей, Хосок натягивает на губы улыбку и кивает. — В таком случае, мы будем. Понятливо качнув головой, Юнги вскидывает ладонь в прощальном жесте — Хосок на автомате отмечает пару широких цепочек на узком запястье, с тихим звоном скатившихся ниже выделяющейся косточки — и неспешно отходит ко входу в учебный корпус, тихо переговариваясь с Чимином. Тот наигранно громко смеется и словно случайно оборачивается, бросая взгляд в их сторону. — Ты странный, хен, — Чонгук задумчиво вплетает пальцы в отросшие волосы и косится на Хосока. — У тебя все нормально? Хосок заставляет себя с усилием оторвать от парочки свой взгляд и фокусируется на Чонгуке. — Что-то во мне заставляет тебя подумать об обратном? — Все в тебе. Последние пару месяцев. Тебя как подменили, сам не свой, — робко начинает Чонгук. — Хен, ты знаешь, что всегда можешь со мной поговорить, верно? То, как доверчиво заглядывает ему в глаза Чонгук, не может не вызвать улыбку умиления. Мелкий всегда слишком чуток даже к незначительным переменам в настроении старшего брата, и Хосок на самом деле многим с ним делится — Чонгук абсолютно понятливый и во многом сдержанный парень. Хосок не может себе пока что представить человека, которому доверял бы больше. Но он даже ему не решается рассказать о причине собственного смятения. Так что он в очередной раз списывает все это на стресс перед предстоящей игрой — старается не думать при этом, что до игры еще куча времени, а сам Хосок вроде как полностью восстановился от последнего собственного поражения из-за травмы на последней игре. Хосок не врет сам себе — понимает, что Чонгук не верит в это абсолютно, но так же привыкший к безусловному доверию лишь молча кивает. — Все в порядке, мелкий, — Хосок шутливо забрасывает на него руку, притягивая к себе за шею в попытке разрядить обстановку. Чонгук смеется уже более расслабленно, и Хосок внутренне выдыхает. — Так ты правда собираешься идти туда? Хосок усмехается и дергает бровью игриво, надеясь, что тем самым полностью реабилитируется в глазах Чонгука. — Мы, — поправляет он и встает со ступеньки, — мы собираемся.