Дитя Барса

      Ола начал приходить в себя, когда ощутил на лбу прохладную ладонь и запах сушеных трав. Приоткрыв глаза, он увидел сидящего рядом Коу Яна, который размешивал что-то горячее в миске, от которой шел пар. Слабо оглядевшись, еще не до конца проснувшимся сознанием, он понял, что они находились в лесу, и Ола был укутан в теплые одеяла, не пропускающие и капли ночного мороза. Рядом горел костер, его свет освящал удивительно изящный профиль серьезного лица Коу Яна.       - Ты наконец проснулся. Хорошо, тогда сам выпей лекарства.       - Что за... лекарства? - вяло произнес Ола, он попробовал встать, но не нашел в себе и грамма силы.       - Ты истратил всю духовную энергию. Это довольно опасно учитывая, что у тебя не было достаточной практики до этого. В нормальном темпе у тебя ушло бы недели две до полного восстановления. Но с лекарством ты уже завтра сможешь подняться. Оно восстановит твою духовную силу за считанные дни. Так что выпей.       Его голос был спокойным и казался даже ласковым. Ола, собрав все силы, которые только смог попытался сесть, и хоть это было медленно, у него закружилась голова и покачнувшись он рухнул прямо в объятия Коу Яна, который чудом успел убрать миску.       Ола потребовалось несколько секунд, чтобы понять на чем он лежит. Юноша успел испугаться, что такое вновь случилось, однако Коу Ян совсем не сопротивлялся он лишь приподнял его голову за подбородок и поднес к губам плошку. Хоть и с трудом, но тот выпил все противное лекарство до последней капли, думая о том, как же ему надоело их принимать, с каждым разом они словно становились все противнее и противнее.       Коу Ян, качнув головой отставил миску. Ола, понимая, что, несмотря на то, что он проснулся, ему все еще не хватало сна, а все из-за сильного истощения духа.       - Из-за меня... Пришлось остановиться в лесу. Прости...       - Не думай об этом.       - Я доставляю Коу Яну одни неприятности...       - Вовсе нет. Отдыхай лучше.       Послушав его совет Ола закрыл глаза. Лицом он все еще лежал на его груди и чувствовал, как она поднимается от каждого вздоха монаха. В сердце был странный теплый прилив, которого прежде Ола даже не знал, он словно ступил в теплое море по колено.       "Как жаль, что сейчас зима... Хотел бы я почувствовать какой запах имеет Коу Ян, а не морозный воздух..."       На этой мысли он вновь погрузился в сон.       - Снова заснул?       Коу Ян тяжело вздохнул, поглядев на костер. Он не стал его укладывать, вернув взгляд на спутавшиеся шоколадные волосы, Коу Ян аккуратным, легким движением снял их с его лица и поправил теплые одеяла, натянув ему на спину и голову. Удостоверившись, что все нормально, он сам медленно лег на теплые шкуры, и по итогу голова Ола вместе с рукой оказались на его груди. Убрав свободную руку под голову Коу Ян стал смотреть в чистое зимнее звездное небо, продолжая придерживать одеяла, что бы они не соскользнули со спины Ола.              ...              После действия сильных лекарств и крепкого сна, духовная сила Ола постепенно восстанавливалось и в следующий раз, когда он открыл глаза уже чувствовал бодрость и ясность ума. Вздохнув, он открыл глаза и приподнялся, протерев глаза пальцами.       - Ну, с добрым днем, заспанец.       Ола повернул голову и увидел одевающегося Коу Яна, скинувшего с плеча длинную рыжую косу.       - Да, я...       Только начал Ола как тот его перебил.       - Голоден? Силы вернулись?       - А... Да, и да, вернулись, спасибо.       - Славно. Ты вовремя проснулся я как раз собирался идти есть.       Ола чувствовал себя так, будто выспался на ближайшие десять лет, а потому он бодро вскочил, показав Коу Яну свою энергию.       - Я в полном порядке, все благодаря Коу Яну!       Монах усмехнулся. Вместе они вышли из комнаты, и Ола оглядываясь заметил то, на что не обратил внимание в комнате. Подергав Коу Яна за рукав, он поинтересовался:       - Коу Ян, а эта гостиница, не слишком дорогая?       Тот обернулся.       - Все в порядке. Когда я проезжаю мимо, всегда останавливаюсь здесь. Тут можно и в тишине побыть, когда нужно, и кормят вкусно, а самое главное, на обедах бывают выступления танцовщиц. Разве не здорово?       Ола не успел удивиться, как они пришли в обеденную комнату, и она была богата словно обеденный зал какого-нибудь клана. Это определенно была первоклассная гостиница! Столы стояли вдоль стен, а центр был освобожден для выступлений. Много мест уже было занято богачами. Ола почувствовал страшную неуверенность, потому прибился к спине Коу Яна как котенок к кошке, боящийся потеряться.       - Слушай, а разве это не слишком?       - А, что такого? Разве ты не привык к подобному?       Ола ничего не ответил, они подошли к столику и тот внимательно всмотрелся на место, куда присаживался Коу Ян. Прежде, он всегда сидел справа от своего хозяина как накожник и не имел права пересаживаться в другое место. Если оглядеться, можно заметить, что двое господ так же были со своими любимыми наложницами, которые сидели по их правые руки. Ола тяжело сглотнул, теперь он не обязан разделять с ними это положение, а потому уверено подошел к столу и сел напротив Коу Яна.       - Здесь много господ. Не повезет если мы наткнемся на такого же, как советник несколько дней назад, - произнес он чуть поддавшись вперед через стол.       - Ха, хоть люди сами по себе любят выставлять свои достоинства вперед, но не все такие как тот советник. Если кто и узнает тебя, он не обязательно будет кричать об этом на весь зал.       Ола недовольно опустил взгляд, и Коу Ян усмехнулся.       - Ну, а что такого, если ты боишься по этому поводу, то садись справа от меня, хахаха!       - Не шути так. Не нужно.       Ола был предельно серьезен, и закрыв глаза он отвернулся. Коу Ян тут же спрятал улыбку и замолк.       Обед подали, и они начали есть в тишине. Находиться в подобном месте означало, что нужно было вести себя с достоинством, сидеть ровно и есть правильно, а иначе, постояльцы обратят внимание на столь неаккуратную и неприличную персону. И конечно же Ола знал этикет, к его манерам нельзя было придраться, однако, поглядывая на Коу Яна, нельзя было сказать, что он их не знал. Они выглядели как два высокопоставленных господина в нищих одеждах, что, если не у постояльцев вызывало вопросы, так у самого Ола. Его поведение разжигало новую бурю вопросов в груди. И только он решился начать их задавать, как Коу Ян произнес:       - Мы уже близко к территории Барсов. Если ты хочешь, то можешь отправиться в горы.       Этой неожиданно серьезной сказанной фразе Ола испугался.       - А, что храм? Мы не опоздали?       - Мы как раз вовремя. Скоро я отправлюсь к нему, однако он все же находиться чуть в отдалении гор.       - А дальше ты куда отправишься?       - Так же, пойду по следу, он уходит в сторону клана Луны, следующий будет там.       Ола провел пальцами по скуле задумавшись.       - Храмы... Которые уничтожаются, получаются расположены вблизи столиц?       Коу Ян кивнул.       - Могу ли я тоже принять в этом участие? Хочу помочь тебе защитить святилища.       Коу Ян поднял на него взгляд.       - А как же твой дом?       - Он и так исчез много лет назад, и может подождать меня еще немного. Но это только в том случае, если ты согласишься. Во всяком случае... До этого я приносил тебе только неприятности.       - Раз Ола Барс сам предложил, этот последователь не смеет отказаться от помощи. Однако твоя духовная сила еще не полностью восстановилась.       - Это вовсе не страшно. Сражайся мы против людей, а не демонов, то в этом нет никаких проблем.       Монах качнул головой.       - Что же, я согласен. Ты достаточно силен, чтобы справиться с кучкой назойливых неудачников. Однако тебе не хватает практики...       Сказав это, он ударил Ола по больному месту и тот грустно повесил голову. Что правда то правда!       - Однако сегодня я бы хотел, чтобы ты остался здесь, я пойду один.       Ола тут же выпрямился.       - Что? Но почему?       - С постоянными поездками ты никогда нормально не поправишься. Я бы посоветовал тебе остаться в тепле и помедитировать. Сам знаешь, это услышит твое здоровье и поможет духу. А с нападением на храм я и сам справлюсь.       - Но я здоров! - возмутился Ола.       - Правда, ты почти поправился. Но был бы ты полностью здоров, проспал бы целых два дня? Да твое тело не готово к столь резкому истощению, но из-за ослабления оно впало в шок. Я думал ты не проснешься раньше завтра.       Ола коснулся груди, да он чувствовал слабость, но он никак не сказал бы, что болен!       - Как же я отплачу тебе если буду постоянно отсиживаться взаперти? Я уж лучше завалюсь раненый насмерть в сугробе, но на свободе.       Глаза Ола источали полную уверенность, ему никак не хотелось лишний раз сидеть под замком. Коу Ян закатил глаза, не похоже, что он не понимал причины Ола, но все же, он не был его господином, чтобы приказывать.       - Пощади свое тело, я вовсе не хочу запирать тебя.       - Но я хочу помочь!       - Если ты опять свалишься, то мне придется, - произнес он спокойным голосом, взяв в рот кусочек рыбы. Хмурый взгляд и надутые щеки не сходили с его лица.       - Если хочешь помочь, нужно набираться сил, ешь. Оставишь хоть каплю останешься здесь.       Ола радостно схватился за еду.       - Спасибо Коу Ян! Ты поразительный человек!       Он улыбчиво хмыкнул.       - Я еще лучше. Ты на всем свете не встретишь добрее меня.       Поразительно то какое самомнение имел этот монах, но Ола уже давно привык к его подобным выходкам.       Когда начало садиться солнце, двое покинули гостиницу, храм был не так далеко, как раз на окраине города и до него можно было спокойно дойти на своих двоих. Храм хоть и был святым местом, но все же строился для князя демонов, что конечно же вызывало двоякое чувство, от того он был в месте где его сразу нельзя было заметить. Как и в тот раз, святилище находилось как за городом, окруженное лесом так, чтобы не бросаться в глаза.       Оказавшись в нем, Ола чувствовал некое забавное чувство дежавю. Весело обернувшись, посмотрев на Коу Яна, он был несказанно рад, что тогда, в тот вечер, оказался в том храме.       - Ох, точно, вот этого не хватает...       Произнес он и подошел к деревьям. Он выдрал самое подходящее и срубил его ребром ладони с духовной силой, в последующем подогнав под себя. А на удивленный взгляд монаха ответил:       - Я не монах и вручную мне будет сражаться немного проблематично. С этим уже другое дело.       Коу Ян пожал плечами и зашел внутрь.       - Что-то после обеда ты чересчур весел, в чем причина?       - Не знаю, - весело ответил Ола, забежав за него, и держа палку за спиной. Выглянув из-за Коу Яна, он произнес:       - А этот монах не рад? Ему не придется быть тут в одиночку, а с верным товарищем.       Тот смотрел на него удивленным взглядом, после чего хмыкнув, положил руку на шоколадные цвета макушку и взъерошил волосы с такой силой, что выбил их из хвостика. Ола хоть и возмутился, но все-же проследовал за ним и сел рядом.       События нынешней ночи различались от тех, что происходили в прошлом случае. Теперь же, как бы холодно не было, Ола было тепло. А рядом с ним сидел товарищ, который поможет если что-то случиться, подобного комфорта он не ощущал уже очень много лет. А потому перевязывая волосы, несознательно всмотрелся в профиль Коу Яна. Тот сидел тихо, словно даже не дышал, не издавая не звука и не шевелясь. Тогда, когда они встретились впервые, тот возможно также старался не издать ни шороха, став словно частью окружения, потому тогда Ола не сразу его и заметил.       - Что?       Прозвучал низкий приятный голос. Покраснев Ола отвернулся, поняв, что вел себя довольно неприлично уставившись.       - Ничего, прошу прощения, задумался.       - О чем?       Так же тихо спросил Коу Ян и лицо Ола покраснело еще больше. Не мог же он ему рассказать, что на самом деле восхищался изящностью линий лица Коу Яна.       "Он все же монах, соберись Ола Барс!" - вновь позвал про себя он.       - Да не о чем таком... Ты правда уверен, что они придут?       - В прошлый раз же пришли.       - Надо будет поймать одного и допросить.       - Да. Не перестарайся, а то в прошлый раз ты прогнал всех.       - Зато храм остался цел.       - Да, но на их цели это не повлияло.       Ола тяжело вздохнул, опустив голову и почувствовал толчок в плече.       - Но ты молодец. Действительно сохранил его, и даже без моей помощи. Так и не скажешь, что у тебя мало практики. Я был удивлен.       - С-спасибо.       В храме воцарилась тишина, Ола Барс, подобно Коу Яну, сел ровно начав медитировать. На улице наступила ночь, когда они одновременно открыли глаза.       - Пришли, - произнес монах, Ола качнул головой, и они поднялись. Он уже был готов выйти вперед, когда тот преградил его путь рукой.       - Не суйся вперед. В этот раз ты не обязан выкладываться на полную, я сам.       Ола послушно заступил ему за спину, и они вместе вышли на улицу.       Увиденное вынудило нахмуриться. Перед храмом стояло по меньшей мере двадцать человек. Помимо обычных крестьянских мужиков были и те, кто был одет в одинаковые серые одежды скрывавшие их лица. Но приглядеться получше времени не было, все как один кинулись вперед к храму. Разделившись на две группы, одни с топорами и факелами побежали к стенам, а остальные прямо на двоих стоящих перед входом.       - Не вылезай вперед, - бросил Коу Ян и прыгнул на снег, первым же ударом ноги отбив выпад человека в сером.       С одного движения было ясно, что навыки монаха были на высоте, ему даже не приходилось использовать руки, он в прыжках отбивался взмахом ступни, такой превосходной технике можно было позавидовать, однако времени прохлаждаться не было. Хоть Коу Ян и сказал не вмешиваться, однако он не мог уследить за всеми. Он старался отбиваться от атак отшвыривая от стен тех, кто пытался разрешить старение. И без того понятно, что такое количество народа на одного слишком тяжело и Ола решился помочь. Он только шагнул вперед, чтобы отогнать от святилища людей, как на него налетели трое людей в сером. Удачно, он успел защититься, выставив перед собой палку, и удар пришелся в ее центр разбив на две части, большую и маленькую, Ола же отлетел в глубину храма.       Он отбросил короткую часть в сторону, это были не просто крестьяне, и не похоже, что они собирались рушить храм, так как оказавшись внутри, они сразу же незамедлительно напали на Ола, окружив со всех сторон.       Ола нагнулся, когда на него замахнулись ногой. С трудом успев увернуться, он тут же отбил удар ножа оставшимся куском палки и ту разрезало еще на две части. Отскочив в сторону, он быстрым движением кинул этот обрезок в лицо третьему, бежавшему к нему, чтобы напасть. Но движения человека в сером были стремительны, он отбил кусок дерева ладонью в тот момент, когда он почти коснулся его переносицы.       Ола остался без оружия. Он собрался вынуть веер, но не успел, и вновь первый движениями похожими на те, как дрался Коу Ян, принялся атаковать. Ола не успев схватить свое единственное оружие тут же принялся отбивать его мощные удары ладонью. Тот не отставал, получив один отпор он продолжил второй раз, третий, четвертый, и на пятый к нему присоединились остальные.       Драться против людей это не тоже самое, что иметь дело с демоном. Движения человека отточены, четкие. Мужчина в сером, поняв, что его атака не возымела эффекта целых четыре раза, вложил в свой удар духовную силу, и не успей Ола заметить такие мизерные колебания, уже бы лишился головы.       Драться в зимней одежде задача не из легких. Он с трудом успел увернуться, пытаясь прыгнуть через голову, но его одежды слишком стесняли движения и вместо этого он упал на спину. Тут же в него полетело два удара, годин ножом, другой пяткой. Поднявшись на руки Ола с трудом отбил их поднявшись, и быстро скинув с себя верхнюю одежду, кинув ее на того, кто был перед ним. Но мужчина шустро увернулся, из-за этого, она упала на голову тому, кто стоял позади. Это помогло Ола, даровав целых три секунды, за которые он вытащил веер.       Трое налетели на него применяя со своими движениями духовную силу. С трудом Ола удалось отбить два удара разом. Он как мог старался следить за ними, несомненно им не нужен был храм, они пришли сюда именно за ним. А те что были на улице скорее всего специально задерживали Коу Яна, ведь только люди в сером накинулись на монаха, когда остальные побежали к храму.       Раскрыв веер Ола сдул двоих к стене своей духовной силой, точно так же как он делал это с пауками, и пока тот летел, парень успел сложить его и врезать по голове третьему, подбежавшему сзади. Пока он мог чувствовать потоки духовных сил, он никогда не пропустит удара сзади или справа, в его слепой зоне, а потому, как только у него появилось оружие, с которым ему было привычнее драться, отражать атаки стало не так сложно.       Троица не унималась, наступая раз за разом, сдуваемая ветром. Ола понял, что одного ветра будет недостаточно, в таком случае он чуть изменил тактику. Он перенаправил свою энергию в веере так, что она превратилась в острый ветряной кинжал и полоснула по телу одного из напавших, тот не получил серьезной раны, но это вынудило его ненадолго отступить. Двое других попытались напасть на него со спины, пока он был занят, но с движением легкости танца, Ола прыгнул вперед и мощным потоком ветра выдул двоих из храма с такой силой, что они отлетели на несколько метров, упав в сугроб. На улице ситуация улучшилась. Пока Ола был занят, Коу Ян разобрался со всеми деревенскими и был окружен только парочкой людей в сером.       Те, что вылетели из храма сдаваться так просто не собирались, они тут же вскочили, собравшись бежать обратно, и в этот самый момент Ола почувствовал острую боль в правом плече. Опустив взгляд, он увидел воткнутую в него длинную тонкую иглу. А в нескольких метрах от него стоял раненый человек в сером, держащий еще три таких. Он собирался кинуть и их, но первая попала в свою цель, и он убрал остальные. Придерживая свою рану человек в сером вылетел из храма мимо Ола. Трое сражавшихся с ним побежали прочь, заметив это, остальные в сером тут же оставили свой бой и побежали следом. В итоге храм не пострадал, но Коу Ян, не понимая произошедшего обернулся, посмотрев на Ола.       Тот почувствовав, как слабнут ноги вынул из плеча окровавленную иглу и выронил ее из онемевших пальцев. Он успел только глянуть на Коу Яна, как начал падать. Однако тело так и не стукнулось о твердый пол, монах, каким-то образом, уже оказавшись рядом, тут же подхватил его, не дав рухнуть.       - Похоже... Игла отравлена. Своей цели они добились.       Анемия пропала так же быстро, как и появилась, ее место заменил чудовищный жар, и Ола взялся за грудь. Коу Ян схватил иглу. Поднеся ее к лицу и понюхал окровавленный наконечник, скривившись, он с яростью кинул ее в сторону, игла на половину вошла в деревянную балку.       - Черт! Все плохо.       - Все плохо, да? - с улыбкой повторил Ола, подняв взгляд на Коу Яна. На привычном спокойном, красивом лице монаха, творилась неразбериха из гнева и тревоги. Увидев это Ола сначала испугался, после чего тут же улыбнулся. По крайней мере он постарался выдавить улыбку, чувствуя, как все внутри него сходит сума, внизу живота нарастало невыносимое напряжение, которое знакомыми ощущениями разносились по всему телу. Ему все труднее становилось дышать. Постепенно напряжение поднималось по животу к груди.       "Что за странный яд?... Я чувствую такое сильное возбуждение, что сейчас сума сойду!"       - Плохо. Очень плохо. Это чертов эротический дурман! Сводит сума духовную силу и тело.       - А есть лекарство?...       С надеждой спросил Ола, чувствуя, как стал заплетаться язык. На нем начинала набираться слюна, и нетерпение собиралось в ослабленном теле. На свой вопрос он услышал скрип зубов, и Коу Ян крепче сжал пальцами его плече. Несмотря на то, что это действие было немного болезненным, Ола не сдержал полынный бесстыдства вздох и ему тут же стало стыдно. Он бы и сам покраснел от подобного, если бы его лицо уже не было возбужденно розовым.       "Господи! Это дьявольски наркотик!!"       - Лекарства нет. Этот яд мощный и крайне смертельный, не было никого кто выжил.       - Как обнадеживающе.       Ола смотрел в белое, потерявшее все краски лицо Коу Яна. Горячий пар, выходящий из его рта, медленно поднимался вверх, приподнимая тонкие рыжие волоски челки монаха, делая его облик еще более соблазнительным, особенно под ядом эротического дурмана. Ола со всех сил постарался отвернуться.       - Но человек умирает не от самого яда. Он испытывает безумное сексуальное влечение, сводящее сума так долго насколько можно вытерпеть и не отпустит до тех пор, пока подверженный не сдастся удовлетворившись. А в тот момент... Когда ожидаемое наконец получено, духовная сила разрывается в его собственном теле.       Ола был сейчас очень чувствителен и прекрасно чувствовал, как тряслись руки Коу Яна. Похоже эротический дурман действительно нельзя остановить. Он открыл глаза, крепко сжимая в кулаках одежду на своей груди.       - Вот как. Какая жуткая смерть. Кто мог желать, чтобы я умер именно таким образом? Хотя... Это вполне достойно того, кто пол жизни был наложником.       - Н... Не говори чепухи! С чего ты взял, что это тебя достойно?!       Слыша в голосе Коу Яна волнение, Ола испытал маленькую радость, и все же понимая, что ему однозначно конец, не мог не опечалиться.       - Оставь меня. Они еще недалеко ушли. Найди людей в сером, они определенно связаны с разрушением храмов. Ты сможешь поймать их допросить. А я останусь.       - Останешься? Ты уже тронулся умом?       Ола взглянул в такие яркие зеленые глаза, подобные цвету яркой первой травке. Хотя нет, даже трава не была столь ярка как его глаза, но в них Ола почувствовал частичку лета, которого ему так не хватало этой зимой. С трудом он поднял ладонь легко коснувшись скулы Коу Яна. Поддайся яду хоть на мимолетное мгновение, хоть на малую тольку, он бы не выдержал и схватил его лицо притянув к себе. Только этого и жаждало его обезумившее тело.       - Я не боюсь умереть. Я боюсь умереть таким образом на твоих глазах. Позволь мне... Не хочу, чтобы ты помнил меня таким. Так что лучше оставь меня.       - Ты... - сквозь зубы прозвучал голос. Редки были те случаи, когда Коу Ян обрывал предложения не договорив.       Ола начал чувствовать, как его разум стал теряться, больше не в силах держать голову, он расслабленно ее отклонил назад, обнажив белоснежную шею. Мороз зимы не давил на его разгоряченную кожу, от нее поднимался полупрозрачный пар.       - Ты думаешь я позволю тебе умереть?! Впервые я нашел такого человека как ты! Не надейся так легко от меня отделаться!! - с рыком воскликнул Коу Ян и схватил его за подбородок и притянул к себе вцепившись в губы.       Ощутив долгожданный поцелуй, Ола обхватил его голову руками, крепче прижав к себе. Все тело дрогнуло не в силах сдерживаться, подобный яд выводил на наружу все тонкости потаенных желаний. Ола выгнул спину нестерпимо желая большего, что вело его к неминуемой смерти.       И путь он смутно, но все еще понимал, что то, что он делает было абсолютно неправильно, он умрет с сердцем, переполненным стыда. Коу Ян держал его очень крепко, не давая губам разомкнуться, но вместе с глубоким поцелуем, Ола чувствовал что-то еще втекающее в его тело. Нечто темное, тягучее как мед... На несколько секунд это вернуло его в чувства.       "Что? Это же?.. Концентрированная демоническая энергия?!!"       Ола попытался вырваться, но тот схватил его руки прижав к полу, не размыкая губ. Демоническая аура невероятной плотности заполняла тело Ола и теперь помимо действия яда он чувствовал в себе огонь самой преисподней. Темная духовная сила не совместима с телом человека, а потому Ола словно прожигало изнутри двумя ядами. Он выгнулся не в силах закричать или вырваться. Сумасшедшее давление сдавливало его грудь как лежащая поверх скала. И под этим давлением он больше не бог находиться в сознании, потеряв его от шока.