Не создай себе иллюзий

      Большой и роскошный дом семьи Маквей был сооружен из белого кирпича, такого же цвета был и высокий забор, выполненный, стоит полагать, в стиле ар-нуво. На заднем дворике толпились господа с сигарами и дамы в соболиных шубах. Освещенный фигурными фонарями сад заворожил Кэрол с первых минут. Они вошли в дом. По видимому тут обосновалось не просто богатое семейство, а неприлично богатое. Пол был выложен из плит белого мрамора, вся мебель обтянута персидским шелком и, что потрясло Кэрол окончательно- висящая над камином двухметровая картина Альфонса Мухи «Портрет Жозефины Крейн Брэдли в образе славянской девушки». «Это оригинал!»,- проговорила про себя Кэрол, «-Это несомненно оригинал!» Но момент великого созерцания нарушила Эбби, потянув Кэрол за рукав, показывая глазами хозяина столь искусно оснащенного дома.       Стил Макей был высоким мужчиной пятидесяти лет с густыми вьющимися черными волосами. Впоследствии, Кэрол не раз замечала, что глубина цвета его волос, не естественная для мужского образа, подчеркивала любое его облачение, в беседах с Эбби она прозвала его черноволосым Давидом. На Давида, конечно, он был мало похож: наш герой имел грубые черты, походившие на грузинские, темного цвета глаза по конструкции напоминавшие опущенные линзы бинокля; губы были поджаты, когда он смеялся- казалось, что тонкая розоватого оттенка кожа, определявшая контур губ- исчезает.       Подойдя ближе, Маквей поприветствовал Эбби, но не отводил глаз от Кэрол - Эбби, будь любезна, представь мне свою прелестную подругу,- с присущим ловеласам огоньком выпалил Маквей. - Миссис Эйрд, Кэрол Эйрд,- сама представилась Кэрол. Эбби знала, что ее подруга не терпит представлений со стороны, поэтому даже не пыталась ответить на просьбу. - Чрезвычайно рад знакомству, миссис Эйрд. Как вам нравится моя обитель, вы не разочарованы? Верно, Эбби уже представила вам меня заочно. - Вы человек со вкусом, мистер Маквей. Я обратила внимание на репродукцию Мухи над камином. Работа весьма искусно выполнена. - Это оригинал.- гордо сказал Маквей с улыбкой, ответивший на вопрос Кэрол. Это была добродушная улыбка, нечасто гости Стила восхищались данной работой, поэтому, стоит полагать, ему было лестно слышать осведомленную миром искусства речь. - Знаете,- продолжал он,- в отрочестве мои покойные родители грезили, чтобы их сын стал искусствоведом, ведь сами они принадлежали к этой профессии. Но моя душа и зов к чаше изобилия привели меня к адвокатской деятельности. Но со временем я все чаще и чаще обращаюсь к проблемам изящных искусств, и стараюсь по возможности иметь эту тонкую связь с подлинниками произведений. В комнате моей дочери вы можете обозреть целый ряд экспонатов, я сумел с младенчества привить ей любовь к искусству. Я полагаю, она с удовольствием продемонстрируем вам свою коллекцию. Договаривая последнюю фразу, Стил отвел глаза на кого-то позади Эбби, и продолжил: - А вот кто еще увлечен творчеством великих живописцев, но еще больше она любит залезать в голову к людям и селить в них своих пауков…- едва успев закончить свою остроумную реплику, Стил получил фамильярный укол локтем в бок от женщины, о которой, собственно, он и говорил. - Миссис Эйр, Эбби, знакомьтесь- Карла Брейд- единственная женщина, которой я позволяю меня калечить,- представил он красивую шатенку, одетую в строгий, но стильный костюм.       В первые минуты знакомства Кэрол предположила, что эта женщина- жена Стила, миссис Маквей. Однако она вспомнила, что Эбби описывала жену Стила, как блондинку с чертами гречанки худощавого телосложения. Перед ней же стояла темноволосая женщина сорока лет, с красивыми и гармоничными чертами лица: глаза ее были ярко зеленого цвета и щедрая подводка всего глаза только подчеркивала глубину их цвета, веки ниспадали завораживающим и спокойным выражением, улыбка вырисовывала на ее лице новые живописные складки, которые могли сложится в ансамбль золотого сечения. Объем на ее волосах ассиметрично распределил ее челку на обе стороны лица, открывая широкий округлый лоб. Эта женщина и вправду была необычайно красива. Настолько, что Кэрол была готова сделать ей комплимент. Женщины редко делают друг другу комплименты, а если такое и происходит, то исключительно по двум причинам; ожидая нужного расположения для просьбы или выражая искреннее восхищение, что случается гораздо реже.       Внезапно холл дома наполнился гулом смеха и запахом табачного дыма- господа со своими дамами вернулись с заднего дворика. Стил простился с дамами и поспешно удалился к толпе. Кэрол, Эбби и Карла остались наедине. Молчаливую паузу первой разбавила Карла: - Смею предположить, что сад наконец отдохнет от визга и токсичного дыма…и людей!- Карла смутилась от своего замечания, но улыбнулась. - В этом дворе есть сад?- заинтересованно переспросила Кэрол. - Да, и не просто сад, а совершенно чудесный сад! Хотите, я вам покажу, пока его тишину снова не нарушили? - Да, очень хочу. Эбби? - Спасибо, полюбуйтесь им одни, я, пожалуй, попробую побеседовать с Филлом,- Эбби указала кивком головы на молодого человека, который живо общался со своими приятелями,- Если что, я найду вас.       Кэрол двинулась за Карлой, минуя щедрый стол, главным блюдом которого были креветки в соусе из белого трюфеля, а также другие морские обитатели. Они прошли мимо камина и Кэрол могла вблизи рассмотреть картину. Она была гораздо детальней по сравнению с репродукциями в журналах и книгах, где Кэрол ее впервые увидела. Ей всегда нравились ласточки на коленях девушки, вместе с поднятым над ними обручем они будто соединялись в один ансамбль, который был отстранен от самой картины. Но вот пройдя все комнаты и двери они вышли прямо в сад, который был освещен замеченными ранее фигурными фонарями, только теперь Кэрол могла разобрать, что конструкция, поддерживающая матовое стекло, через которое сочился охристый свет, была вылита в форме дракона. - Мне тоже нравятся эти дракончики, миссис Эйр.- сказала Карла, заметив живой интерес в глазах своей новой знакомой. - Зовите меня Кэрол. Так вы давно знаете мистера Маквея? - Около десяти лет, мы познакомились на выставке в Женеве, потом неоднократно встречались на подобных этому званых ужинах, вечеринках. Стил умный и рассудительный человек, но заядлый циник и ловелас- Карла рассмеялась и присела на скамью из красного дерева. Кэрол последовала этому примеру и села рядом. - Сигарету? Предложила Кэрол, доставая из шубы портсигар. - Нет, спасибо. - Я полагала, что вы знакомы по работе. Большинство людей, находящихся под покровительством этого дома, я думаю, связывают именно профессионально-выгодные интересы. - Вы правы, но к нам со Стилом это, к счастью, не относится. Если бы мы были знакомы по работе- мы бы не поддерживали дружеских отношений и уж точно не наносили визитов друг к другу. Кэрол посмотрела на свою собеседницу так, будто разгадывает ребус - Он сказал… представляя вас, он сказал про ваш интерес залезать людям в головы? Вы…Психолог?- наконец выдавила Кэрол - Почти, я психотерапевт, Кэрол,- с улыбкой, удовлетворенной чувством решенной задки ответила Карла,- И в нашей профессии, как вы знаете, существует множество подводных камней, иногда таких, что противоречат истинным желаниям. Человек, обреченный профессией психолога, получает множество тайных знаний в области человеческой души, но навсегда лишает себя возможности в исповеди своей. - Я рада, что вы не патологоанатом, Карла. Вы меня успокоили.       Они рассмеялись и следующий час до того, как внезапно начался снегопад, они еще говорили о семействе Маквей, о погоде и ближайшем выходе нового парфюма. Кэрол была рада беседе с новой приятельницей, однако даже она не смогла абстрагировать ее от ближайшей встречи с Харджем. Сегодня в полдень, пока Кэрол не было дома, он забрал Ринди на выходные в усадьбу к своей матери, о чем не удосужился сказать ей лично, а передал свои слова через домработницу. Именно поэтому атласная лента, связанная Ринди в небрежный бат, который Кэрол сегодня обнаружила, так расстроил ее. Она не знала, когда Хардж привезет дочь, поэтому поспешила вернуться домой.