Гримм

— Она… бросила меня на произвол судьбы из-за… слепой веры в какое-то проклятое пророчество?! — брови опустились галкой, зрачки сузились, девушку всю коробило от переполняемой злости. — Выпусти! Юджин высвободил Кассандру. В покрасневших глазах сияла детская обида и злость. Дерево, встретившее её взгляд, будто наклонило ветви в противоположную от девушки сторону при помощи вовремя поднявшегося ветра. Она швырнула зеркало в него, надеясь услышать звон разбитого стекла, как оно треснет. Удар был столь мощный, что белая рама хрустнула и потрескалась в верхушке. Обсидиан не получил ни царапинки, как ожидал Юджин, невольный очевидец. — Это всё какой-то кошмарный сон… Сон, из которого я не могу вырваться, как бы ни старалась! Она рухнула на листву и, стиснув зубы, плакала. — Значит, твоя мама… — не решался договорить мысль Юджин, не желая сыпать соли на открытую душевную рану Кассандры. — Кажется, я начинаю понимать… — Что имеешь ввиду? — Мой отец как-то во всём этом замешан, — кричала она, охваченная горькими воспоминаниями. Несмотря на горячие переживания, рассудительность была по-прежнему холодна. — Он же хотел поймать мою мать! — яркой вспышкой озарилась мысль: — Вот, что у неё был за свёрток! Новорождённая принцесса! — Погоди минутку, — выставил ладони Юджин, — Разве королевская семья не ищет эту девочку? — Отец рассказывал, что они погибли от рук одной сумасшедшей… — и Кассандру вновь осенило, — … Так он говорил о моей матери!!! И по закону Короны… — За это преступление, должен был лишить твою маму головы… — сглотнул от ужаса Райдер, чувствуя каждой клеточкой тела безумную, едва сдерживаемую ярость, творившуюся внутри несчастного Гримма. — Быстрее, — холодно произнесла Кэсс, отчего Фицерберт даже поёжился на месте, — Если он повинен в её гибели… я сама снесу ему голову… — угрожающе сказала она, — неважно, существо он или человек. — Вряд ли всё так просто, — сквозь сжатые зубы, вымолвил парень, предчувствуя недоброе.

***

Долину загораживал зеленоватый туман. Вдалеке, сквозь непроглядную пелену, Потрошитель услышал ласковый шум падающей воды. Сверчки, невзирая на марево, активно стрекотали и пели в кустах и траве. Кассандра же в тумане напоминала саму смерть — из-под чёрной пряди, словно ночное покрывало, сурово взирали холодные посеревшие огни. Лицо её от вздымавшегося гнева побледнело, подобно мертвецу. Она заметила тусклый огонёк, блиставший в густой пелене на огромной высоте. — Не волнуйся, подниматься не придётся, — вдруг услышала она знакомый девичий голос, прозвучавший впереди. Плотный туман скрывал облик незнакомки. Из-за него медленно выходила девушка, ростом с Кассандру. Фиолетовое Платье-дирндль с длинной юбкой привлекло внимание Фицерберта. Парень охнул при виде миловидной барышни: светлый оттенок кожи, не такой бледный, как у Бёркхардт; выразительные и такие большие изумрудно-зелёные глаза приковывали мужской взгляд. Как и веснушки у её носа. «Ещё бы увидеть её длинные шелковистые волосы…» — неожиданно размечтался Юджин. — Хм, вижу ты пришла не одна, — самодовольно говорила блондинка ласковым для мужского слуха голосом. Зелёные контрастные глаза отражали лунные блики на небе, невзирая на туман вокруг. Тонкие алые губы расплылись в улыбке, и парень окончательно расплылся. Девушка бросила кроткий взор на юношу и ухмыльнулась. — Любопытный экземпляр. Диалог насытился последующей оплеухой, лёгкой, но достаточно звонкой, чтобы Юджин пришёл в себя. Кассандра угрожающе опустила брови и прищурила глаза. — Где мой отец? — смертельно серьёзно спросила Бёркхардт, явно не настроенная играть в слова. — А моя диадема? — посерьёзнела незнакомка. — С собой, — вытащила походный мешок и швырнула его перед собой. — Покажи, — потребовала принцесса. Кассандра вытащила из рюкзака диадему. — Хорошо, — лукаво улыбнулась блондинка, — Моментик, — поджала она мило губки. Сделала пару пассов тонкими ручками. Туман вокруг развеялся. Кассандра задрала голову кверху, услышав приглушённое мычанье. Из окна вылетел связанный по рукам и ногам капитан. Мужчина заметил Кассандру. Очи округлились до безумия. Он начал водить головой в бок, что-то крайне неразборчиво пытаясь сказать — мешала повязка, закрывавшая рот. — Вот чёрт, — с ужасом шепнул Юджин, глядя на повисшего на высоте двадцати метров капитана. — Отдай мне диадему… Кассандра, — небрежно уточнила её имя незнакомка, — И получи своего отца. Она ещё раз взглянула на беспомощного капитана и перевела взор на девчонку. — Бросай, — холодно отозвалась девушка. Принцесса остолбенела, недоумевая. — Считаешь, я этого не сделаю? — резко нахмурилась блондинка. Волосы, что упорно она скрывала за спиной, высвободились из сдерживающих их узелков. Локоны поднялись с земли, угрожающе засияли солнечным светом и, сформировавшись в треугольные наконечники стрел, наставились на Гримма и Потрошителя. Юджин прочувствовал каждой косточкой в теле — бой неизбежен. Он схлынул. Из-под густого чёрного меха блеснули кровожадные багровые глаза. Он оскалился и злобно зарычал. — Потрошитель? — вширь улыбнулась она, и обратила очарование своих глаз на зверя. — Какой милый. Свирепость зверя погасла в ту же секунду, и Потрошитель обернулся в человека. — Ты чего? — посмотрела на него Кассандра, удивившись. — Она подавляет во мне зверя. Не знаю как, — дышал он так, словно пробежал десять километров без продыху. — Бросай, — повторила Кассандра, — Он казнил мою мать! Жизнь его ничего не стоит, — злобно сверкнула глазами Кэсс, чем поразила Капитана в самое сердце. Тот лишь опустил брови, и что-то пытался возразить. — Надо же, какие интересные подробности, — улыбнулась язвительно принцесса, — Жалко, да? — обернулась она к мужчине, — История твоя тронула меня, но воссоединение семьи, похоже, отменяется? — наигранно поджала губы и выпучила сожалеюще глаза. — Кассандра, с чего ты вообще взяла, что именно он — убийца? — пытался вразумить напарницу Юджин. — Слишком честолюбивый, слишком правильный, слишком послушный, — фыркала Кассандра, сжимая ободок диадемы с нечеловеческой силой. На мгновение, Юджин подумал, что золото вот-вот погнётся в её руке, — Скажешь, не так?! Мужчина, желая спасти положение, отчаянно повёл подбородком. Спустя несколько движений, сумел опустить набедренную повязку. — Мы разминулись с Готель у твоего дома! Я обещал ей позаботиться о тебе! — живо бросил Кэп командирским тоном. Парень опешил на секунду. — Так это Вы — друг Готель? Водица задрожала в глазах Кассандры, услыхав это. — Ты участвовал в похищении?.. Капитан стыдливо уткнулся взглядом в другую сторону. Неожиданно его шея столкнулась с незримым сопротивлением и едва не хрустнула. Лицо заново обратилось в сторону двух искалеченных душ. — Не отворачивайся, когда тебя спрашивают, — зло выдавила принцесса. От гнева вдруг что-то проскользнуло под кожей. — Ты был соучастником убийства её родных? — крикнула Кассандра, стиснув зубы, — Ты — чудовище, отец. — Кассандра! Твоя мама, как и я, стремились защитить тебя… от неё, — говорил он про принцессу. — Но она совершила большую ошибку, и за эту ошибку мы вместе расплачиваемся сейчас. — Не желаю ничего слышать!!! — истошно провопила брюнетка. Уста её подёргивались. — А ты! — яростно обратила свой взор на блондинку. — Где моя мать сейчас? — Ты действительно хочешь знать, Кассандра? — ядовито спросила девушка. — Отдай диадему и я всё тебе поведаю. — НЕ ОТДАВАЙ! — хрипло проревел он. — КЭСС, ОНА ЗНАЕТ, КЕМ ТЫ ЯВЛЯЕШЬСЯ НА САМОМ ДЕЛЕ! И ЭТО ОНА… — А вот это ей знать не стоит, друг мой дорогой, — внезапно схлынула светловолосая. Двадцать метров волос поседели, кожа высохла и мертвецки посерела. Глазницы опустели, губы развеялись — вместо последних сияла гнилая челюсть. Пустые глазницы обратили взор на Кассандру: — Я не ошиблась! Гримм! Блондинка взмахнула правой рукой и Капитан королевской гвардии стремглав полетел вниз, навстречу гибели. Юджин, заметив его падение, моментально схлынул и рванул вперёд со всех лап. Потрошитель уклонился от цепких серебристых волос, словно копьё, намеревавшихся пронзить его. Пару кульбитов и кувырков понадобилось, чтобы оказаться точно в месте, куда должен был «приземлиться» Капитан. Кассандра сунула диадему обратно в рюкзак и, обнажив клинок, ринулась на противницу. — Так ты — Ведьма?! — презрительно бросила Кассандра, уклоняясь от атак седых волос. — Последняя, которую ты видишь! — столь же злобно выкинула ведьма, направив всю свою колдовскую мощь на Гримма. Юджин воспользовался необходимой передышкой в схватке с незнакомкой и совершил удачный кувырок в воздухе. Оттолкнувшись задними лапами от земли, Потрошитель подлетел вверх на несколько метров и поймал капитана. Тот быстро встал на землю. Кассандра не успела вовремя среагировать — тут же оказалась в плену магии. Её плечи сковали незримые тиски, что могли раздавить ей все кости. Несмотря на нестерпимую боль, девушка продолжала сжимать свой меч, но воспользоваться им не смогла. — Остановись, Рапунцель! — воскликнул Капитан. — Не впутывай её в свои игры. Я знаю, для чего нужна тебе диадема и какую цель ты преследуешь. Отпусти мою дочь, и, обещаю, я помогу добиться того, чего Готель не смогла. — Ты прекрасно знаешь, милый капитан, о пророчестве, и какая роль предназначена Гримму! Прости, но я не могу так рисковать. А сокровище и без твоей помощи найду, — прошипела принцесса. — Не найдёшь! И ты это знаешь. Отпусти Кассандру и я укажу, где находится четвёртая реликвия Гриммов. Диадему оставь моей дочери — пусть хранит до твоего возвращения со мной — живым, — серьёзно требовал Капитан. — Так диадема — что-то вроде ключа? — изумился Потрошитель. — Сегодня смерти не миновать, — злобно прохрипела ведьма и сжала свои ладони со звонким хлопком. Кассандра ощущала невыносимую давку. Пара костей треснула. Магия парализовала Гримма, и храбрая воительница не могла даже всхлипнуть — незримые тиски сжимали всё тело, лишая дыхания. Кэп ринулся прямиком на юную ведьму, и сбил её с ног. — Кассандра! Быстро побежал к дочери, изнывающей от жуткой боли, упавшей наземь. Грудь наконец начала вздыматься, жадно хватая воздух. Кассандра сжала глаза до изнеможения, которые вот-вот могли лопнуть от боли. — Берегитесь, Кэп! — воскликнул Юджин, заметив, как длинная волна светящихся волос потянулись к капитану. Он закрыл его собой, и волосы, будто щупальца осьминога, запросто отшвырнули его к ближайшей скале. Потрошитель ударился виском об угол скалы и без сознания рухнул на землю, обернувшись в человека. — Юджин! — завидела Кассандра, пытаясь встать, но режущая боль в боку не давала ей ни капли пошевелиться. Тогда Кэп поднял меч дочери, вооружился им и развернулся лицом к ведьме, загораживая девушку собой. Рапунцель переключила внимание на Капитана и в порыве своей ярости — памяти, что сделала с родителями мать Кассандры — поневоле скрутила седыми волосами мужчину. Волосы прессом сдавили за минуту кости рук, рёбра, грудь… Несмотря на адскую агонию, капитан нисколечко не простонал. Он закрыл глаза, и через мгновение боль ушла… вместе с жизнью… — Отец! — заслышав смертельный хруст костей, открыла глаза Кассандра. Слёзы прокатились по бледным щекам и она сама, в одночасье погрузилась в непреодолимые объятия обморока, более не способная превозмочь боль.