Новые одноклассники 2.0

Деревянный паркет скрипнул сразу же, после того как я на него наступила.Я помню этот звук.Последующие шаги уже были лишены каких-либо сопровождающих звуков.Стены, холодные серые стены… Надписи, большинство из них матерные, отбитая краска от стен валялась на полу. Пройдя через узкий коридор я остановилась возле нужной мне двери, она забита досками.Закусив нижнюю губу, я со всей силы ударила кулаком по деревянным доскам. –Сука! -мой крик донёсся по всему подъезду, пронеслось эхо. –Тут давно уже никто не живет. Я повернулась на реплику, за спиной стоял старый дед, он курил.Его седые волосы были аккуратно зачёсаны назад, рубашка была выглажена и аккуратно заправлена в брюки.Интеллигент-подумала я и сразу же задала вопрос: –Молоток или топор есть? –Ох-хо-хо, конечно есть…А тебе зачем надобно эту дверь выбивать? Да и не выбьешь ты ее, ты девчонка, да ещё и хрупкая-Дедок выкинул сигарету в пепельницу и зашёл к себе в квартиру, через минуту он вернулся с двумя инструментами, которые я просила. Я кивнула головой, это было мое немое «спасибо», старый это понял.В руках были два тяжелых железных инструмента, которыми нужно выбить и доски, и дверь.Кинув молоток на паркет я вцепилась мертвой хваткой в ручку топора. Подъезд общежития был пустой, не было той возни, которая когда-то тут присутствовала, не было тех многочисленных соседей с постоянными криками, тут было абсолютно тихо.Общага стала больше похожа на заброшку, ведь тут все развалено.Изменилось все. Собравшись с мыслями, я, со всей силы, ударила топором по деревянной доске, на удивление, она сразу же раскололась на пополам.Я стала бить тяжелым лезвием по другим деревяшкам, но они оказались намного крепче.Подъезд заполнился звуками ударов тупым предметом по все тем же доскам.Устрашающе, особенно вечером. Пошумев ещё минут пять, я поняла, что все что я делаю безрезультативно.Я вспомнила, что буквально в соседней квартире, живет спортсмен, которому разломать эти доски ничего не стоит. Через пару секунд я уже стояла возле нужной двери, я уже в неё постучала и просто ждала пока мне откроют.Действительно, дверь медленно открылась и оттуда выглянул опухший алкаш. –Тут спортсмен жил, где он? -задала вопрос я. –Перед тобой, шо тебе надо? -синявый ели связал два слова, а я не могла поверить что это тот самый боксёр. –Дверь выломать сможешь? Бывший спортсмен вышел из квартиры и стал возле закрытой двери, по всему видимому уже согласился, я пошла к забитой двери, но синявый задал неожиданный вопрос: –А мне что за это? Я вспомнила содержание своих карманов, пустые.Оглянулась вокруг и увидела на полу два железных инструмента незнакомого мне деда, я кивнула на них и дала распоряжение: –Сдашь на металке, потом бутылку сможешь себе купить. То ли бывший спортсмен, то ли нынешний алкаш быстро, буквально за пару минут расправился с досками и уже дубасил дверь.Последний удар топором и дверь вылетела с петель. –Принимай работу-обернулся на меня опухший, я кивнула и стала в ожидании, пока он уйдёт.Теперь дед остался без молотка и топора, они остались в руках у алкаша, который скрылся за дверью своей квартиры. Я переступила через выломанную дверь.В комнате ничего не изменилось, все те же голубые обои, диван, шкаф, холодильник, стол и все.Больше пространство комнаты не позволяло поставить. Я открыла шкаф, оттуда сразу посыпались вещи, в которых мы когда-то ходили.Под ногами были десятки тряпок, которые скорее всего уже сегодня же растащат чужие люди, да и пусть, срать я хотела на эти вещи, я пнула их ногой. Я была зла, зла, что все так произошло.Казалось бы, все душевные раны, которые есть, уже давно должны были зажить.Даже если они и зажили, от них остались шрамы и рубцы. На неконтролируемых эмоциях я вытаскивала все вещи с полок шкафа и швыряла на пыльный пол.Фирменные вещи: Adidas, Nike, Victoria’s Secret, Chanel, Dior, Dime.Все эти фирмы оказались на полу, они были раскиданы, я их больше не увижу, не увижу то, в чем я пережила многое. Выкинув вещи с последней полки, я заметила, что в самом конце лежала какая-то книга.Я удивилась, ведь Михайлов никогда не читал книги, я сразу же потянулась за ней. В руках оказалась не книга, а старый фотоальбом, он был синего цвета, я сдула с него пыль и открыла.Фотки были старые, большинство из них сделанные на пленочный фотоаппарат.На всех картинках была влюблённая пара, то они целовались, то обнимались, то сидели за столом с другими людьми, везде только эти двое. Я задалась вопросом, кто это? Зачем Михайлов хранил этот альбом в шкафу, на последней полке за вещами. Следующая фотография внесла ясность в ситуацию.Фотография этой же пары с младенцем на руках, стало понятно, что это маленький Славик.Чтоб ближе рассмотреть фотоснимок, я вытащила его с файла, в котором она хранилась все эти годы. Пара выглядела довольно счастливой, особенно женщина.Славик так и не познакомил меня с ней, да он практически не общался со своей матерью, у них были тяжелые отношения.Я видела ее только один раз, в больнице, когда она поссорилась с Михайловым, буквально пару секунд, она пробежала мимо меня и все. Я перевернула фотографию, на ней была надпись: «Выписка Славочки. с.Царское, 1999 год». Славочку тут и не узнать, такой кроха.На остальных фотографиях были запечатлены одни из важных моментов Михайлова: как мама учит его ходить, как его кормит отец, как он гуляет с родителями. Было понятно, что он хранил этот альбом, как светлую память о первых годах своей жизни, про воспоминания о полной семье.Я помню его рассказы, про то как его отец однажды вышел в магазин Славику за молоком для каши и больше не вернулся.Тогда Михайлову было два года и тогда у него началось воспитание улицей, мать была постоянно на работе и не могла следить за сыном, а он делал что хотел. Новый отец у Славы появился в 14, новый муж матери подарил ей ещё одного сына.Естественно все внимание и любовь матери были направлены на младшего ребёнка, а отчим и вовсе никогда не любил чужого сына и выгнал Михайлова сюда, в эту общагу. Подросток остался в этой маленькой комнате один, без родителей и их поддержки.Тогда он и пошёл по наклонной: продажа наркотиков и ограбления. Я думаю, если бы его мать с самого начала знала, что ее сын умрет в 16 лет из-за упущенного воспитания, то она бы больше уделяла ему времени, чтоб жизнь ее сына не оборвалась в каком-то подвале из-за перерезанного горла. Найденный альбом умершего нельзя оставлять тут и тем более выкидывать, я сжала его в руке и посмотрела на комнату.В этих четырёх стенах много чего происходило, но скоро не будет этого здания, останутся только воспоминания. Общагу сносят, она в аварийном состоянии, на ее месте будет строиться новый дом, а все кто тут когда-то жил получат новые квартиры в новостройках. *Вечер следующего дня* Кладбище.Первый раз я на кладбище, на котором меня похоронили.Я шла по асфальтированной дороге, главная аллея городского кладбища.Я не могла поверить, что сейчас окажусь возле своей могилы, раньше я ее видела только на фотографиях по новостям. Точное место своего захоронения я не знала, ориентировалась только по статьям о нашей смерти со Славиком.Журналисты писали, что наша могила в конце кладбища, ведь я считаюсь убийцей и самоубийцей. Местные детективы провели своё «расследование» и сделали вывод, что я убила Михайлова из-за ревности, на эмоциях, а когда поняла, что я всё-таки натворила вскрыла себе вены.Журналистам понравилась эта версия и они выложили ее в интернет, напечатали в газетах, постоянно крутили в новостях. Меня не хотели хоронить на кладбище, самоубийц хоронят за ним.Священник, который отпевал наши гробы сделал исключение, разрешил мне быть похороненной на кладбище, сказал, что души любимых, которые ушли из жизни в один день рассоединять нельзя. Вот поэтому мы и похоронены в конце кладбища, возле забора, в самом углу. А вообще не знаю, может это ему мой отец денег дал, может правда сжалился над глупыми подростками, но всё-таки мы лежим рядом.В одной могиле. Я замерла возле нашего огромного памятника, он был действительно большой.На каменной плите была точно изображена наша последняя фотография с Михайловым.Он меня обнимал и целовал в щеку, а я пьяно улыбалась.Нам тут по шестнадцать… Это была не единственная фотография.Наши одноклассники, друзья, родственники принесли к нам на могилу наши фотографии.Они все были в рамках, чтоб не размокли от дождей.На некоторых фотографиях были черные ленты в углу.Фотографий было настолько много, что их ставили не только на памятник, а ещё и на плитку возле могилы. Некоторые из рамок были перевёрнуты из-за сильного ветра, они лежали вниз фотографией одного из нас.Я подняла все рамки и аккуратно поставила обратно. Было сразу видно, кто какую фотографию принёс.Фотографии Славика где он стоит со скейтом говорили о том, что это принесли его друзья скейтеры.Школьные фотографии указывали на наших одноклассников, ну и детские снимки говорили о скорби родных. Я посмотрела на могильный камень, я не могла поверить, что это действительно моя могила.Я вот, я живая! Не в силах терпеть все что сейчас происходит, я собрала все рамки со своими фотографиями и выкинула в рядом стоящую мусорку, она была забита искусственными цветами и поминальными венками. Присев на деревянную скамейку напротив своей могилы я стала говорить мысли вслух: –Злата Фисун… Фисун Злата… Красивое у тебя имя, а я Вика Семенова.А почему не Злата Михайлова? Ты же так хотела быть его женой, ты же так его любила.Не успели пожениться, вам всего по 16 было, ну теперь точно не поженитесь, он в раю, а ты убийца-самоубийца в аду, кстати, Михайлов, рассказывай как там на том свете? Достав из пачки сигарет одну папиросу я закурила, медленно вдыхая табак в легкие и также медленно его выдыхая, я снова заговорила сама с собой: –Нашёл покой о котором ты так мечтал? Конечно нашёл, это же Вика Селезнёва сейчас не знает что ей делать.А ты молодец, говорил этой дуре, Злате Фисун идти и не приходить, а она дура любила тебя… Все проходит, и боль проходит, и обида проходит, и ненависть к себе тоже проходит.Нужно научиться ждать, просто ждать…