То, что ты не должен делать со старшей сестрой своего лучшего друга

Они встречались уже несколько недель. Все становилось привычным – он приходит за час до Артура, Моргана впускает его через заднюю дверь, и они жестко занимаются сексом в ее спальне – на кровати или на полу, один раз даже на столе. Пару раз она садилась к нему на колени, обнимая за плечи, и это было странно – хотя Мерлину нравилось, потому что это было намного интимнее, чем когда они лежали (хотя, конечно, сложнее). Сначала он чувствовал своего рода опасение. Что, если ее единственный оргазм был счастливой случайностью? Что, если она ждала от него разрядки каждый раз? Что, если у него больше не получиться заставить ее кончить? Но Моргана сказала ему, что ей нравится, как пахнет его шея, как она любит гладить его плечи и ключицы, и как двигаются его губы, когда он улыбается. Она говорила обо всем этом, и Мерлин забыл бояться, что все это кончится, что она явно не из его лиги, и что Артур, если когда-нибудь узнает, побьет его до полусмерти – в животе у него стало тепло и он захотел ее поцеловать. «О Боже», - подумал он, - «Думаю, я влюблен в тебя», - и это было безумно, потому что все, что они делали – занимались сексом. Иногда они болтали о глупостях, о погоде или суши, когда встречались на кухне или в зале – до секса и после. Нельзя ведь влюбиться в кого-то только потому, что спишь с ним? Это всего лишь химическое взаимодействие. Он был уверен, что читал об этом – после секса эндорфины активно поступают в кровь, создавая ощущение близости. Биология – это всего лишь биологическая потребность создать связь, чтобы оставить потомство. Но это не значит, что он перестал любить аромат ее волос. Через несколько недель – после того, как он уже потерял счет их встречам – он только что кончил и задыхался в ее грудь: - Ты…? - М-м? О – да, - Моргана запустила пальцы в его волосы, позволив ему улечься щекой на ее ключицу. - Так я и думал, - позволил себе улыбку он, и она засмеялась. Ее кожа была гладкой и мягкой – и он прикоснулся к ней губами, и Моргана мягко выдохнула: - Знаешь, тебе не обязательно все время спрашивать. - О чем? - Дошла я до конца или нет - я имею в виду – мило, что ты так делаешь, но ты не обязан, - ее пальцы обвели кромку его уха. Удивленный, он приподнялся на локтях и посмотрел на нее: - Мне кажется, это вроде как важно. Ее губы дернулись – она скользнула с одеяла на подушку под ее головой – пожала плечами: - Это так. Но и не так. Это мило, но… Мужчины так зациклены на конечном результате. Мне кажется, процесс важнее. - Что ты имеешь в виду? – Мерлин старался не звучать, как пятилетний мальчишка. Моргана протянула руку и подтащила его к себе, на подушку: - Ладно, - проговорила она, удобнее устраиваясь у него под боком в клубке одеяла и простыней, - Секс – как улица. Длинная-длинная. Улица, на которой множество интересных вещей. А в конце улицы… кондитерская. И все на улице очень хотят попасть в эту кондитерскую, потому что ходят слухи, что эта кондитерская – лучшая в мире – и это так важно, что каждый на улице стремится поскорее ее пройти – они просто бегут к кондитерской. Ты следишь за мыслью? Мерлин кивнул. - Хорошо… А вещи на этой улочке, которые никто не замечает… Фестиваль, огни, и музыка, и танцоры, и… - И если ты остановишься, то сможешь принять во всем этом участие, и насладиться этим, и… понять… что кондитерская… совсем не так важна, - она пожала плечами и улыбнулась, поглаживая его щеку, - Не пойми неправильно, ты все еще туда хочешь. Там действительно лучшие в мире торты. Но – ты знаешь… В конце концов, это просто торт. Все интересное случается на улице. - Да, но это оргазм-торт, - указал Мерлин, - Довольно необыкновенный торт. Моргана откинула голову назад и рассмеялась: - Я просто имею в виду, - хихикнула она в его волосы, - что тебе не нужно слишком об этом беспокоиться – когда ты слишком зациклен на этом оргазмо-торте, ты пропускаешь всю вечеринку. А мне нравятся вечеринки, Мерлин – очень нравятся. - Я думал, что ты говорила про улицу? - Мне, наверно, стоит использовать меньше метафор. Он усмехнулся. Ему нравилось с ней говорить. Даже если все их темы ограничивались погодой, суши и сексом. - Но не все девушки сидят на диете, - предупредила она через несколько минут, - Некоторым девушкам без торта никак. Помни об этом. - Некоторым девушкам нужен торт, - покорно повторил он. Она снова тихо засмеялась и поцеловала его в щеку. - Почему ты… Я хочу сказать… Что ты видишь во мне, Моргана? – спросил он, когда тишина стала слишком уютной. Она подняла брови: - В каком смысле? - В смысле, - его уши покраснели, - Я так… А ты так… Его мысли замерли, потому что Моргана поцеловала его. - Может быть, - начала она, - тебе просто надо позволить мне самой беспокоиться о том, из твоей я лиги или нет. - Кто сказал, что ты в моей лиге? - Ты об этом думаешь, - Моргана пальцем пересчитала его ребра и нежно ткнула, - Ты мне нравишься, Мерлин, хорошо? Ты интересный. У тебя отличные ключицы. И не беспокойся – если я не захочу спать с тобой, я не буду спать с тобой. Он кивнул, убежденный наконец, и она закатила глаза – но ее улыбка была искренна, а губы мягкими, когда она снова поцеловала его. Ее день рождения на следующей неделе, и Мерлин весь извелся от беспокойства. Для всех остальных он плохо знаком с Морганой – и дарить ей подарок будет странно. С другой стороны… сколько раз надо увидеть друг друга голыми, чтобы подарки на день рождения стали обязательной традицией? - Гвен, - спросил он за два дня до дня рождения Морганы, когда он так ничего и не придумал, - Что подарить девушке, которая не твоя девушка, а девушка, с которой ты спишь? Гвен выронила печенье: - Что? - Я сказал… - Я тебя слышала, - она подняла руку, - С кем ты спишь, Мерлин? - Гм… - Мерлин уставился в пол, - Это немного сложно… - А ты попроще объясни, попроще, - скрестила она руки на груди. Мерлин рассеянно затеребил рукав свитера: - Есть девушка… не моя девушка… Но мы… довольно много занимаемся сексом. - Это та девушка, о которой ты просил совета, когда… - она выставила вперед ладони, - Разговор, который мы никогда не будем обсуждать? - М-м, - кивнул Мерлин, пытаясь выглядеть беспечным. - Оно и видно, - Гвен куснула печенье, - Когда у нее день рождения? - Послезавтра. - А она тебе нравится? - Да – ну – если бы нет, я бы, наверно, с ней не спал. Гвен усмехнулась: - Не обязательно любить кого-то, чтобы лечь с ним в постель. По крайней мере, так говорят. - Ну, мне нравится эта девушка, - проговорил Мерлин, - Она… она великолепна, Гвен, она – со стороны мы, наверно, совсем не подходим друг другу, но.. Так или иначе. Я чувствую, что должен ей что-то подарить, но… Я хочу сказать… Это ведь странно? - Ты хочешь, чтобы она стала твоей девушкой? – склонила голову на бок Гвен, - Тогда нет – это не странно. Просто не дари ей ничего дорогого. Если говорить об этом… Что-то простое… но что-то… значимое для нее. Покажи, как хорошо ты ее знаешь. - М-м, - промычал Мерлин, а затем резко ударил по столу, - Хорошо. Отлично. Его пригласили на вечеринку только потому, что он лучший друг Артура. Слишком много людей, и он так и не увидел Моргану. Тем не менее, в конце концов, ему удалось проскользнуть в ее спальню и оставить маленькую прозрачную пластиковую бутылку с мыльным раствором – и запиской «С днем рождения. М.» В половине третьего утра, слишком пьяный, он все равно искал ее – и как-то преодолел три лестницы на крышу. Моргана опиралась о низкое ограждение и выдувала пузыри в холодную звездную ночь. - Привет, - сказал он, заставив ее подпрыгнуть, потом добавил, - Счастливого… Счастливого дня рождения. Ее губы дернулись: - Забавно встретить тебя здесь. - М-м, - согласился Мерлин. Ему удалось пройти к ней по прямой и привалиться к ограждению, потому что его колени вдруг решили, что сейчас самое время перестать работать и уронить его. Моргана мгновение его игнорировала, выдувая новую вереницу пузырей. - Тебе нравится? – спросил Мерлин, чувствуя язык странно сухим,- Эм… Пузыри. Я надеялся, они тебе понравятся. - Я люблю их, - уверила его Моргана. - С днем рождения, - искренне повторил Мерлин – и Моргана засмеялась: - Ты очаровательно пьян. - Я не пьян! – он стукнул себя кулаком в грудь. - Уверена, так и есть. - Ну, - он заколебался, задаваясь вопросом, будет ли она думать о нем хуже, - Может, я немного пьян. Но это, эм… Это вина Артура. Он приносил мне выпивку и не отставал, пока я не выпивал! - О, он так со всеми. - Подлый, - пробормотал Мерлин, - Я думаю, он пялится на Гвен – Гвен. Эм – Гвиневру. Он пялится на ее грудь. Она его терпеть не может. - Я ее не виню. - Это Гвен научила меня… языком… - Я помню. - Она хороший друг. - Лучший. - Я собираюсь сесть, - сообщил он ей, - Потому что мои ноги болят. Он сел. Моргана осталась стоять, пуская пузыри в небо. Она была одета в платье длиной чуть выше колена, открывающее бледные мягкие бедра. Он рассеянно коснулся – пробежал кончиками пальцев от колена до лодыжки. Ему было хорошо. Он всегда любил ее ноги. Он любил всю ее, на самом деле. Любил каждую ее часть, и особенно он любил ее ум – та часть, которая делала Моргану… Морганой. Он это и любил. Через некоторое время она села рядом с ним, поправив юбку – он мельком увидел ее трусики, но был слишком пьян, чтобы краснеть. Она поцеловала его в щеку: - Ты такой милый, Мерлин. - Ты очень красивая, - честно ответил он. Потом добавил, - Хочешь быть моей девушкой? Я буду твоим парнем. Я буду стараться. Но у меня никогда не было девушки с… - ну, ты знаешь – с сексом. Она захихикала, но не сказала того, чего он ждал – немедленного «нет». Она просто обняла его и прижалась губами к его уху: - Если ты вспомнишь этот разговор утром, мы его продолжим, хорошо? Мерлин кивнул, чувствуя, как широко усмехается: - Я вспомню, - пообещал он. Моргана поцеловала его – и на вкус она была как вино и шоколадный деньрожденный торт.