Давай найдём друг друга

      До конца лета осталось ещё пара дней, но сентябрьский воздух уже заполняет улицы. Листья непростительно быстро сменяют окрас и потихоньку опадают. Кажется таким странным наблюдать редкие полностью желтые деревья на фоне зелёных посадок. Меняется погода, скачет от жары до холода. Грядут дожди.       И лишь возле моря всё кажется совершенно другим. Водные просторы сами задают атмосферу на берегу. Слабые волны набегают на песок, омывая тот, и отступают. Чайки кричат, порой неприятно режа своими голосами слух. Солнце близится к горизонту, а небо окрашивается в разные цвета: оранжевые полоски заката, оттенки розового и фиолетового чуть выше солнечных лучей, светло-голубые обрывки неба, перетекающие в синие просторы, заполняющие всё над головой. Где-то мелькают тусклые первые звезды.       Мужчина, подошедший к краю берега, глубоко вдыхает запах моря и вечерний воздух, что щекочет нос и заставляет чуть поёжиться. Однако это лишь вызывает лёгкую улыбку на бледных губах. Шатен поднимает взгляд, чуть щурит уставшие глаза и смотрит вдаль. Тихо и спокойно. Ему так этого не хватало в течение всего дня. Хотя нет, это наглая ложь. Умиротворения ему не хватает всю жизнь.       Осаму Дазаю два месяца тому назад исполнилось двадцать два года. И за все эти двадцать два года юноша так и не смог познать истинного счастья и радости от жизни. Но и от смерти того же он получить не смог, о чем свидетельствуют перебинтованные руки.       — Скучно. — Тихо выдыхает шатен, опуская голову.       Его ничего не радует. Ничто не вызывает живого интереса. Всё кажется слишком однообразным, банальным, а люди скучными и никчёмными. Осаму надоело так жить, но ничего другого не остаётся. И лишь в море есть что-то притягательное. Что-то…       — Ой…       Дазай отвлекается на тихий смех где-то рядом и смотрит в сторону. Всего лишь в паре метров от него стоит невысокий рыжеволосый юноша, на вид подросток. Он улыбается, ступая по остывающему песку, едва заметно вздрагивает от накрывающей ступни воды, но не отстраняется, а лишь наоборот идет за уходящим приливом, заходя в море по лодыжки.       Взгляд кофейных глаз скользит по ногам незнакомца, рукам, заведённым за спину, на первый взгляд, хрупкому юношескому телу, медным прядям, небрежно лежащим на плече и аккуратно обрамляющим чужое личико. Волосы пылают огнем закатного солнца, а в голубых глазах разливается не то что море, но и сам океан.       Юноша поворачивается в сторону Осаму, смотрит пару секунд непонимающе, а после приветливо улыбается. Дазай готов задушить себя собственными руками за то, что не взял с собой камеру. Хотя, наверное, даже если и взял бы, то всё равно не смог бы сделать ни одного кадра, ведь сейчас он не в состоянии пошевелить и пальцем. Шатен очарован. Он видел много прекрасных девушек и юношей, детей и стариков, но впервые незнакомый человек вызывает в нём столь бурное восхищение.       Осаму хочет что-то сказать, но дыхание спирает, а рыжеволосый парень уже уходит. Он медленно ступает босыми ногами по песку, то отходя от воды, то наоборот забегая в неё. Раздается лёгкий смех, затем тихая песня. Кажется, его голос грубоват для лиричной музыки, но это не мешает словам звучать завораживающе прекрасно.       Дазай не замечает, как начинает идти следом за своей музой. Он тихо преследует незнакомца, не сводя взгляда, то с движений ног, то с развивающихся и подрагивающих от каждого действия медных кудрей.       Морской прибой уже достигает и его ног, омывая ботинки и просачиваясь крохотными каплями в саму обувь, но это игнорируют. Осаму останавливается рядом с застывшим парнем, когда на линии горизонта остаётся лишь тоненькая полоска света, вот-вот готовая исчезнуть.       Юноша поворачивается и заглядывает в глаза цвета коньяка, уголки губ трогает улыбка. Они стоят напротив друг друга, не произнося ни слова. Это попросту не нужно, им хватает общения мимолётными взглядами, лёгкими прищурами, улыбками. Дазай нервно сглатывает и осторожно протягивает рыжеволосому руку. Тот смотрит с интересом, беззвучно ухмыляется, медлит и в конечном счёте касается чужой ладони лишь холодными кончиками пальцев. Осаму готов тут же притянуть их к себе и нежно целовать, согревая горячими губами и обжигающим дыханием, но на деле он осторожно сжимает на вид хрупкую, но чертовски сильную ладонь в своей, не желая отпускать.       Юноши продолжают стоять и тонуть в глазах друг друга. Осаму готов поклясться, что в небесной лазури можно увидеть абсолютно всё: искорки радости, хмурые облака грусти, пылающее солнце и даже звёзды. На мгновение мужчине кажется, что даже сейчас в них отражаются эти падающие звёзды и хвосты комет.       Неожиданно парень вздрагивает от телефонного звонка, а Дазай не только видит подрагивающее тело, но и ощущает его подушечками пальцев. Незнакомец улыбается виновато и неподдельно нежно, убирая руку и, тут же развернувшись, спешит уйти прочь.       — Подожди! — Шатен и сам не осознаёт, как дрогнул его голос и насколько надломлено он прозвучал. Мужчина тянется за уходящим, но почему-то не может сделать и двух шагов. Голубоглазый оборачивается на зов, в то время как Осаму теряется ещё больше.       — Как… как тебя зовут? — Мужчина всё-таки делает шаг следом за юношей.       — Чуя. Меня зовут Накахара Чуя, — парень улыбается, — Дазай Осаму.       Договорив, Чуя усмехается и уходит прочь, оставляя нового знакомого в ступоре. Откуда он знает его? Шатен точно видит его впервые, они не могут быть знакомы, тогда откуда…       Осаму качает головой, отгоняя тяжёлые думы. Нет-нет, сейчас для них не время. Дазай просто хочет сохранить воспоминание и наплыв чувств от неожиданной встречи, сберечь треплющееся прикосновение на ладони. Он знает имя своей музы, а значит, сможет найти. Не просто сможет, а обязательно найдёт. Уверенно сжав ладонь в кулак, мужчина прячет руки в карманы и тоже покидает пляж, глупо улыбаясь.       Он влюбился. Втюрился как школьник в прекрасного юношу, поселившегося в его сердце огнём закатного солнца. «Любовь с первого взгляда» — это звучит так глупо и нереально, но почему-то именно сейчас Осаму готов поставить целое состояние на то, что это действительно так, что это те самые бабочки в животе и разливающееся по всему телу тепло от одного лишь взгляда. Слишком нереально для любви, слишком красиво для влюблённости.